Привилегия.

мм.. а Вы когда-нибудь могли задуматься, что же на самом деле представляют ваши истинные чувства к ненавистной персоне? может и так, лицо способно исказиться в гримасе недовольства и отвращения, если конечно тот человек вам насолил или по природе своей является не более чем ослом, а-ля полным придурком; иль же, если он мог предасть вас, разорвать крепкую дружбу, то скорее в ваших глазах, мимике прочтётся разочарование, обида, гнев и тонкое сожаление; а может и вовсе случилось так, что он ушёл просто оставив? тогда лишь опустошение, грусть обида. очевидно, имеются и другие вариации представления ненависти, по иным причинам, но некоторые я уже перечислил, так.. почему бы не углубиться в эту тему, привив к данному сюжету помимо ненависти.. странностей? пусть даже источащий явный гнев реален, но в душе мелко зарождается влюблённость, со временем уступающая место похоти и желания. даже лишенный чин, чего уж там.. разочарование в существовании этой личности разрушили такие долгие принципы, которые строились на протяжении многих лет. пусть даже он ТОЖЕ является мужчиной, но собственные руки никогда бы не потянулись к нежной женской сущности, ведь их слабые тела, что и требуют, лишь защиты, мысленного уважения и оставления их нетронутонности. так почему другие, казалось бы, мужские особи тоже не зацепляли? всё до абсурдности просто. слабость. жалость. никчёмность. и чистые стереотипы ориентации и традиции, что успели обрушиться на пороге асексуальности, не будь того случая когда.. в груди вдруг забилось чаще, бабочки, словно бушующие в клетке пташки врезались в стены к пороку свободы. просто невероятно кардинальное изменение. такое поразительное.. и как бы ни пытаясь его заглушить, это не выходило. тщетно, бесполезно. внутри нарастала злость на самого себя, полнейшее осознание неровного дыхания к этой с гнилостной душой демона душило. хотелось врезать не только ему, но и себе. внутренний крик со всей своей величавой силой бил глухим эхом в уши, отозвавшись звоном, а после померкнув. с этим невозможно мириться.. было. надежда, что это временно долго горела, пока не потухла как восковая свеча. и как же долго длилось это бремя.. Аказа не помнит, может недели, может месяцы, годы.. словно вечность. мысли полностью отдалялись от истинных мотивов, полностью сменяясь образом вызывавший дрожащий озноб, немного затруднённое дыхание. могли бы вы себе представить, как это отвлекало от поручений господина, в частности ознакомление с древними источниками о цветке с необычайными компонентами, ведь сосредоточиться просто невозможно. тишина удручала. а во время лёгкой тренировки с людишками всё было намного проще, но навязчивые мысли заставляли порой пропускать удары. внизу живота часто крутило, как только в голове зарисовками всплывал образ этого ебанного демона с фальшивыми эмоциями, неизвестной истиной; тягучее возбуждение сбивало, щёки еле краснели, но благо широкие и удобные белые штаны скрывали тянущее возбуждение. приходилось себя ублажать, прикасаться, трогать, надрачивать, нашёптывая его имя. «Доума, Доума... хх..». и в какой-то момент пальцы непроизвольно провелись по внутренней стороне бедра, ноги раздвинулись в стороны, а фаланга упёрлась в отверстие.. с каких пор Третьей Высшей Луне приходилось являться извращенцем, что часто дрочит на собственные фантазии? прикосновения. больше, больше. вторил себе розоволосый. бледные пальцы с длинными ногтями с особой инициативой исследовали тело, надавливали на чувствительные точки, приятно поглаживали эрогенные зоны, выдавливая из пассии тихие с хрипотцой стоны, тяжёлые вздохи. ему это нравилось. нравилось быть окруженным его вниманием. даже неизвестно, что подтолкнуло его на признание насчёт его сексуального влечения.. прямого высказывания в лицо Молодой Второй Луны. тот лишь подло и вульгарно ухмыльнулся, щуря радужные глаза в предзнамевавшом нечто странное прищуре, после лёгкого поражения вначале. обходимость блондина ожидать собраний и весток Музана неожиданно пропала. подколоть он мог и во время сессии. Аказа нуждался в его бесячем сладком голосе, нежно щепчущем на ушко всякие пошлости, а порой задевающих прямо за самую душу осуждения. нуждался в его члене. нуждался в поцелуях, покусываниях. ему попросту нравилось знать, что он вновь что-то чувствует, хотя свою привязанность искренней и подленной назвать не может. их чувства не существуют. лишь интерес. нуждаемость в друг друге. прыгая на члене, изгибаясь в спине, он старается каждый раз угодить радужноглазому, на ватных ногах подскакивая, затем вновь насаживаясь, стараясь попасть себе по простате. даже после разрядок его заводил этот вид. вид запыхавшегося демона, ранее вечно выводящего из себя только присутствием, его немного взъерошенные длинные волосы, сдержанное выражение лица. блять. буквально зависим. невозможно не перестать стонать, когда Доума буквально жестчайше вдалбливает в футон, больно, при том чертовски приятно попадая по комку нервов, целуя предоставленные ему участки тела, с силой сжимая бока или бёдра, вынуждая с чуть ли не элегантностью выгибаться в спине, громко стонать. Аказа вёл себя как простая блядь или проститутка, когда прогибался под ним. ебучие внутренние стереотипы не тревожили в то время, как изящные пальцы просачивались в рот во время прелюдии, а низший по званию сам их облизывал, сам посасывал и больновато покусывал. но даже несмотря на скорейшую регенерацию Доума предпочитал следовать принципам, расстягивая и просто подготавливая к ощущениям, таким желанным и нуждающимся. но лишь во время прелюдий. коротких или длинных, без разницы. татуированному так же было всё равно, но эта жёсткость.. когда Доума нагибает его, заставивши упереться о локти и выпятить задницу к верху, а потом с резким толчком входит, в рваном и бешенном темпе выбивая каждый хрип и словно посмертный вздох из уст пассии. и особенно нравился его юркий язык, который был уместен буквально везде. явно видна эта насыщенная опытность и умение отстаивать свою позицию, получая от партнёра лишь скулящие нежные повывания. поцелуй. сплетает языки в весёлом танце, так и не давая малейшего намёка на возможность позволения занять ведущую позицию. Доума целует жадно, грубо, по-собственнически кусая губы, лишь иногда проявляя нежность, но в любом случае давая утопиться и растеряться а моменте. мокрые следы. чёрт. Третий мгновенно чувствует покалывание в паху от мокрой мочки уха или участка шеи. да, вообще везде.. ласки. хоть с сосками, но оральные.. дрожа и теряясь в ощущениях, робко, но чувственно стонет, притягивая его за волосы и еле терпя, чтобы не кончить в эту глотку, так хорошо обволакивающую и смачивающую ствол органа. розоволосый тоже ценит это, но обычно закончить не получается, если их «случайная» встреча слишком коротка или же сам радужноглазый хочет высвободить своё напряжение в сексе, не испытывая свою выдержку и все эти ненужные, лишние действия. и куда ещё своим языком он может пролезть.. Аказе чрезчур стыдно даже вспоминать про это. но то что он делает.. невообразимое удовольствие в каждый свой раз. и планирует ли он прекращать своё привилегированное общение? нет. но отстаивать мнение обязательно. вероятно это продлится до смерти одного из них.. иначе, этот секрет лучше унести с собой в могилу, хотя терпких чувств к друг другу никто не испытывает, а лишь увлечены. в интимном плане. регулярные потрахушки помогают снять стресс и на время позабыть о подзаебавшем раскладе событий. а Аказе знатно выходит отвлечься от навязчивых постоянных мыслей после сеанса хотя бы на неделю, месяц или на более значимую дату. и по началу Второго вводили в ступор первые шаги именно со стороны татуированного. для него, конечно, это приятный опыт и к тому же.. слышать наивеликолепнейшие стоны неприступного и вечно злого на него ранее Аказы-доно в процессе фрикции радует уши, вводя в малоразличимую эйфорию. оба надеются, что всё обойдётся без всякой человеческой бредни как любовь, хотя обладатель янтарных глаз уже начинает сомневаться, что его будут интересовать лишь «жаркие» на ночь встречи..