Приключений на 20 минут

      Осветительные ракеты дали свет по всему периметру траншей, брошенный до этого дым стал преградой между нами и имперцами. Синий цвет означал отступление группы и успешное выполнение задачи, остальные выжившие должны сориентироваться и отходить в сторону наших самостоятельно. Искать своих и кучковаться дурная идея, только жирнеет цель для противника.       Я перехватил тельце реплики поудобнее, её ноги были обработаны специальной пеной, достаточно чтобы не истечь кровью. Секундное переглядывание с товарищами, и мы рванули из воронки в сторону спасения.       Примерное первые 200 метров были спокойными насколько они могут быть, но после началась пальба. Имперцы стелили свинец в белый дым как в рацион-марку, бесконечные трассы пулеметов и пули, рвущие воздух над головой. После начался спорадический обстрел миномётами, куда-то в туда. Не то чтобы это было эффективно, но неплохо напрягало, а внезапная мина у ног была бы очень не кстати.       Но долго безнаказанными имперцы не остались, как органная музыка на позиции противника начала опускаться тяжелая артиллерия. ННА устроила предварительные ласки перед штурмом, скоро пойдет техника, там и подцепим маршрутку на эвакуацию.       Через пару минут активного бега дыхалка была на исходе, все же лишние килограммы от Колибри и активный обстрел не способствовали, пришлось устроить небольшой перекур за подбитой союзной коробочкой.       — Что-то не отстают, суки, — сплюнула кровь на землю Гера.       — А ты думала, Графа завалили как-никак.       — Хера себе, именного?       — Именной порвал бы нас и не заметил, армейский стандартный, разве что аристо. Но герб каких-то промышленников с Ротфронта, я уже и не упомню как их там. По поведению видно было, что нулевка, хотя вся в цацках.       — Виконт сука, ага блять. Я бы за шею с разведкой поздоровался.       — Да не в Графе дело, хотя в нем тоже, дело в том, что нас ждали блять. Если бы не мелкие, то кранты. Хер знает, как они смогли, но они УСПЕЛИ и СМОГЛИ.       — Как там кстати твоя поклажа, живая еще?       — Ты медик или я? Дышит вроде и то хорошо. Остальные что там не в курсе?       — Да хрен там плавал, как накрыло кто — куда. Повезло с Герой пересечься, а там уже ты прибежал.       Граф конечно хреново, слабее Фальке или Крахе в плане страшных колдунств, но если именной, то с точки зрения опыта у противника его значительно больше, так как самые древние еще с зари Империи живут. Понаделала их Бледная Кровопийца для разумов геройских героев, этакий вариант карманного бессмертия, для самых богатых и важных из не приближенных с сохранением статуса и привилегий.        Причем каждая уникальная, со своим подвыпердом, это потом начали клепать стандартизированные модели с общим слепком для нужд армии, ну или для чуть менее богатых и успешных родов, которым именная не по карману и не по статусу. Те похуже и послабее будут, хотя слепок хорош если хоть годик функционирует. Достаточно чтобы занять место полковника, или чуть выше при форс-мажоре.       Виконты же попроще, подешевле и многочисленнее, этакий промежуток между Колибри и Краничем по силе, разве что без общего разума как у мелких. Индивидуалистки, как и все офицерские модули биорезонансного класса в Империи, политика разделяй и властвуй во всей красе, не смотря на все директивы и клятвы. Был в именной форме, но не шибко популярен у аристо так как считался «Графом» бедняков и простолюдинов.       Имел место инцидент, как какой-то мелкий военный чин спас целого Герцога своей тушкой, что тот, от высоких чувств, пожаловал ему перенос в реплику в награду и Баронский титул в придачу, самый высокий для простолюдина, и самый низкий у аристо. Получился «Виконт»-Барон, этакий оксюморон, что стало целой темой юморезок среди высших слоев, над менее успешными. Почему не реплика класса «Барон»? А вот их именных не было от слова совсем, только армейские, а армейские чин имеют только в армии.       Были конечно какие-то совсем монстры, например, полусерийный класс «Герцог», но толи Бледная раньше закончилась, толи не срослось. Жутко единичный, жутко дорогой и уже, наверное, не повторимый в связи с утратой технологии первоисточника. Вроде один такой остался сторожить дворец Буяна, а второго уработали на Китеже, потерей собственно плацдарма Китежа. Ходили слухи и про 3-го и лучше бы это были слухи.       Хотя все эти суки гораздо стабильнее тех же Крахе и иногда даже Фальке. Все-таки понимания у бывшей императрицы было гораздо больше, чем у яйцеголовых Хеймата, тут не поспоришь.       Так за небольшими размышлениями прошло пару минут и нужно было как-то двигаться дальше, хоть вражеским минометам толком работать не давали, но иногда что-то проскакивало. Только хотел давать команду двигаться, как из-за пригорка выглянули первые танчики ННА. Себя мы обозначили мгновенно, чтобы еще дружественного огня не случилось. Броня промчалась дальше, давая возможность подтянуться более легким коробочкам беря внимание на себя. К нам же подкатила небольшая эвакуационная бричка на колесном шасси.       — Товарищи, вам до Ротфронта? — усатый мехвод решил проявить чувство юмора.       — Хоть до Хеймата, у нас тяжелая нужно быстрее валить, — Мои слова с делом не расходились, Колибри была погружена на место для раненых, мы же заняли сидушки по бокам.       — Будет в лучшем виде, — Машинка резво развернулось и погнала в сторону наших траншей.       — Командир, дай радейку, — Командир машины передал мне гарнитуру, пора пробить статус и потери, может у кого-то осталась связь или соединился с нашими.       — Алый-лидер, всем алым, повторяю алый-лидер всем алым, доложите статус, прием.       — Алый-2 на связи, потери пол группы, уходим на своих с трофейной имперской радейкой, модуль Колибри минус. Алый-3 и 4 уничтожены в полном составе, повторяю, 3-4 уничтожены, прием.       — Говорит Рапира-4, от Алого-1 остался один боец, без руки, еле дышит, как услышали? Прием.       — Алый-лидер Рапире-4 и Алому-2, услышал, принял. Алый-2 выходи на наши коробки, Рапира-4 есть возможность эвакуации? Прием.       — Алый-2 принял, конец связи.       — Рапира-4, уже вынесли, прием.       — Спасибо и удачи Рапира-4, конец связи.       — Ну что там?       — В лучшем случае нас в районе 30% осталось, Алый-5 на связь не вышел, 3-4 с концами, 2-й половина, от 1-го только один калека. Руку ему конечно заменят протезом, но такое. Плюс походу наша маленькая единственная выжила.       — Блядство.       Состояние уныния навалилось в полном объеме, адреналин отпустил и понимание полного пиздеца пришел вместе с горечью потерь. Так случается, так бывает, никто не застрахован. Но у каждой ошибки есть свое имя, фамилия и иногда звание. К сожалению серийный номер ебучей истерички Крахе я знал, но сделать что-то ручки коротковаты, и рычагов никаких нет. Тварь явно торопила разведку, а бывший имперский аристо ей бельмо на глазу. Вот тебе два плюс два. Сука.       Остаток пути к госпиталю был в мрачной тишине, сегодня смерть прошла совсем близенько, и слизала очень многих, единственной радостью была вышедший на связь Алый-5 в полном составе. Разве что биорезонансный модуль так же вышел из строя в конец.       — Конечная.       Мы схватили носилки с Колибри и помчали в сторону медички, представляющий из себя набор переносных транспортниками модулей-контейнеров. Тут уже была 5-я группа, их вытащили воздушным транспортом, а 2-я почти подходила. Вокруг народу хватало, но не прям чтобы много. Ждали в основном свежих с нового штурма.       — Нам нужно в интенсивную, много крови она потеряла, еще там с головой непонятно что. Её бы еще своих сестер бы для диагностики.       — Ты доктор тебе виднее, веди.       — Давай туда, все госпиталя типовые.       Мы мчали, пересекая блочные помещения в поисках нужного модуля. К нам приклеился старший 5-й, и с ним медик их группы.       — Как она?       — Дышит, живет, надо спасать.       У входа в интенсивку стояла охрана, или даже почетный караул. Две Штар в черной броне, без соринки и пылинки бдели и явно не хотели пропускать нас, взгляд был какой-то не хороший. Рядом суетилась Ойле врач и сразу подскочила к нам.       — Извините, но туда совсем нельзя. Там все очень занято, честно-честно. Вам нужно в другой идти, там еще места есть.       — В смысле занято? Штурм только начался, катер только 5-ю примчал без тяжелых. У нас тут боец умирает!       — Ну тут понимаете… Это в общем, — Ойле явно нервничала и не могла связать мысль воедино. Дерганая жестикуляция, пыхтение и рваная мимика. Штары сильнее сжали рукояти винтовок, мышцы напряглись. Пахнет каким-то дерьмом. Минутный взгляд в сторону пятого, в его взгляде я увидел, что тот тоже понял. Секунда и три реплики были под прицелом. Правая Штар пыталась рыпнуться и получила прикладом в лицо. Я приложил ствол к морде совы.       — Что там происходит, падаль?       — Нельзя… — только и проблеяла реплика.       — Держи на мушке, — мотнул головой Гере. Сам же подошел к двери. В щель лились звуки явно немедицинского характера, а задорный смех и музыка. Открыв шлюз двери с винтовкой на перевес передо мной предстала картина маслом. Койки были сдвинуты в виде импровизированного стола, на котором была накрыта поляна и танцевали две Ойле полуобнаженного вида. Рядом валялась медицинская форма. За эрзац-столом сидели не последние люди класса штабных крыс. Обычно вылизанная черная форма изрядна помялась, местами обрела пятна от яств.       По правде, блок интенсивки был не один, можно было бы найти другой. Просто этот был ближайшим. Революционерка бы с ним, побежали бы в дальний, но поведение реплик были слишком странными. И вот тут вот такой сюрприз. Неприятный. Для них. Всех.       — Мордой в пол уебки! — Самый осоловевший и жирный мудила пытался было встать и тянулся к куда-то уползающий кобуре, за что получил закономерную пулю в колено. — В ПОЛ ГНИДЫ! — Второй раз я вложил всю злость в свои легкие и малость обалдевшие от происходящего штабники легли ничком в пол. Ойле же обнялись и пытались сжаться в клубок, всхлипывая и поскуливая.       — 5-й, всех сюда. На остальных — стяжки.       Штар поняв пиздец ситуации на удивление благоразумно решили не усугублять. Явно просекли, что пойдут в расход при малейшей глупости. Старшая Ойле пыталась что-то мямлить и получила прикладом в дышло от озверевшей Геры. Лем тем временем освобождал пространство от жратвы и укладывал Колибри. Подоспели остатки моих бойцов.       — Пока медики занимаются Колибри, ублюдков вместе с тварями продажными в угол скучкуйте. Не думаю, что за них тут кто-то впряжется, но будьте готовы к любой херне. Мы поймали сегодня за яйца Крахе, — Я повернулся к Ойле. — Ты, тварь дрожащая, тут Колибри есть?       — А? Э?.. Нет, всех отправили, по делам.       — Тут должны быть по штату дежурные биорезонаторы, командир, эта сучка пиздит.       — Как пить дать пиздит, эй, жирный гандон, вы мелких выпроводили, чтобы они про ваш пикничок не узнали?       — Был приказ! Ты знаешь кто я? Да я те… — Тяжелый сапог опустился на простеленную ногу уебка, но так, не слишком сильно. Лишь слегка хрустнуло.       — Вы похоже не поняли в какой вы жопе мудилы. Кто еще из протекторов замешан в этом говне? Ну? — В дверь уже стучались, только забежавшие сюда до этого бойцы не дали повода прорваться силой.       — Только мы двое. Местные не приделах.       — А эта вроде не пиздит.       — Пойдем проверим. Лем дальше занимается раненой, остальные готовьтесь к чему угодно. — Дверь разошлась в стороны и пред мной и бойцами оказалась парочка Шторхов с одной Штар. Те казалось были агрессивно настроены, стрельба в госпитале это вам не шутки, но количество винтовок в их сторону немного остудил пыл.       — Кто главная.       — Штар K1456, неме…       — Завались железка, сейчас ты берешь своих дуболомок и организовываешь мне прием этих сволочей в допросной по одному. А моему медику тащишь врачей гештальтов. Verstehen? Рып в сторону, любая подозрительная херня и я делю на ноль весь ваш зоопарк за измену революции и её идеалам, понимаешь?       — Я…       — Если сильно хочется убедиться в правомерности моих действий пойдем глянем в палату? — Та лишь кивнула и пошла рядом. У двери я, взмахнув рукой в сторону остатков кутежа спросил — Убедил? Понимаешь какой это косяк для вас? — На лице Штар пронеслось куча выражений, а в голове не меньше матерных слов.       — Так точно, есть конвоировать изменников! — сжимаемая ручка баллистического щита аж заскрипела от напряжения. — Что встали дуры? Быстро гнид на губу.       — Еще связь со штабом военной полиции мне организуй, — Тут Штар побледнела, сглотнула, но кивнула головой и удалилась вместе с повязанными и Шторхами.       — Я конечно слышала про всякую хуйню у зажравшихся, но, чтобы вот так. Кстати, а что Крахе то?       — Её зона ответственности, за такое высокое командование по голове не погладит. Есть у меня знакомая Кранич, по делам бывшей аристократии, большая шишка у военной полиции. С ней будем решать проблему.       — А оно надо?       — Гера, от группы почти ничего не осталось, плевать что там Граф был. На кого думаешь повесят? А так щёлкнем по носу ещё.       Дальше шли допросы, кто, что и откуда. Оказывается, все на самом деле очень банально и глупо. Проставлялся новоявленный офицер за новое звание, искали место, где не будет вопросов и лишних глаз. Отправили Колибри, кого в штурм, кого по выдуманным вопросам, а сами типо в тыловой штаб приехали полевого опыта набираться, не под боком же у Крахе бухать. Подмазали главврача и пару медсестричек, а сторожить оставили личную охрану Оберста, того что жирный. Сказочные долбоебы.       Не хватало слов выразить все то негодование и непонимание во время допросов. Дважды я тянулся к пистолету чтобы пристрелить кого из них, но здравый смысл и ответ Кранича останавливал меня от преждевременных мер. Последняя обидется, если я самовольно кого к стенке поставлю, ну будем подождать.       Лем сумел стабилизировать нашу маленькую спасительницу и умирать, по крайней мере сейчас, она не собиралась. Уже радовало, но биорезонаторы пока не возвращались, скорее всего моя знакомая со своими Колибри прибудет раньше, чем местные реплики. Протекторы пытались всячески изображать бурную деятельность, надеясь хоть как-то исправиться в моих глазах, боятся, что после моих рассказов всех спишут. Но их судьба и потуги меня интересовали не слишком сильно, голова была забита предстоящей встречей и последующим написанием похоронок, и чуть-чуть НАШЕЙ мелкой.