Неожиданная переменная

Главы в манге: Том 2 Глава 17; Том 4 Глава 32-47.

До обмена со школой Киото осталось совсем немного времени, тренировки становились суровее, ученики уставали сильнее и больше нервничали, потому что им будут противостоять третьекурсники, которые намного сильнее них, и судя по рассказам Панды и Инумаки, это неприятные личности, с которыми будет ой как несладко. От волнения покалывало пальцы, нервы были напряжены до предела, а мозговой штурм и куча фантазий попросту заполнила все мысли Харуки, которая так спасалась от стресса. Фушигуро и Нобара уже заметили, что после недавней покупки наушников Кей стала больше зависать в себе, не отвечая никому из реальности, изредка удавалось её отвлечь от музыки, но в оставшуюся часть времени ребята попросту не могли до неё достучаться. — Мне кажется, или отношения с Харуки совсем не складываются. — Кугисаки купила себе содовую в автомате и посмотрела на ждущего Мегуми. — Годжо сказал, что она просто хочет догнать нас по силе. — он задумался, вспоминая, как один раз увидела, как девушка вышла заниматься ночью и утром тоже выкладывалась, как могла. Удивительная стойкость. — На её фоне я чувствую себя лодырем! — Нобара надулась и встала. Краем глаза она заметила, как кто-то подошел. — Зенин-семпай, что вы здесь делаете? — парень повернулся к незнакомцам. — У них одинаковые ауры. Они сёстры? — Как грубо, Фушигуро-кун. Зови меня Мэй. — подошедшей была Зенин Мэй, третьекурсница Киотской школы, она игриво улыбнулась, смотря на парочку первокурсников. Однако их больше волновал воинственный вид парня рядом, что смотрел на Мегуми так, будто сейчас прихлопнет на месте. — Они ребята на замену Оккоцу и ученикам третьего года? — вопрос отправился в пустоту, потому что никто отвечать на него не хотел. Мэй лишь поправила волосы, в её улыбке читалась фальшивая любезность, от чего Кугисаки поморщилась. — Мы так за вас волновались, что приехали сюда пораньше с директором. Слышали, что вы потеряли одноклассника, это было довольно болезненно, да? — она противно захихикала, — или же нет? — И что это значит? — первокурсники напряглись, атмосфера явно не располагала к себе. — Всё хорошо, некоторые вещи сложно выразить словами, я сделаю это за вас. — эта слащавость и «доброта» уже изрядно начала раздражать, — «Сосуд», может, и звучит правильно, но главный факт в том, что он был наполовину проклятым монстром, верно? А потому называть его шаманом, по сравнению с вами… Уверена, вы испытываете отвращение, не так ли? — она зло посмеялась, явно насмехаясь над ними, — Разве вам не стало легче после его смерти? — ребята скривили лицо в омерзении, смотря на третьекурсницу. — Мэй, тебе только дай волю, ты начнешь языком всякую чушь молоть. Меня интересует только то, насколько они достойная замена Оккоцу. — парень шагнул вперед, — Фушигуро, верно? — третьекурсник обратился к Мегуми, из-за чего тот напрягся и отошёл, принимая боевую стойку, — В зависимости от ответа я забью тебя до смерти. — в эту же секунду он разорвал футболку на себе, улыбаясь и готовясь к удару. — Кстати, мой типаж — это высокие девушки с огромными сиськами! Какой же твой типаж, Фушигуро? — этот вопрос выбил из колеи обоих учеников, от чего они непонятливо на него глянули, застыв в изумлении. — С чего бы я должен обсуждать с тобой мой вкус? — Верно! Он хоть и выглядит занудой, но у него достаточно высокие стандарты! — Кугисаки попыталась поддержать своего одноклассника. — Третий год обучения, Тодо Аой, представление окончено, теперь мы друзья, отвечай скорее. Мне плевать, даже если это парень. Предпочтения многое говорят о человеке. Парни со скучным типажом такие же скучные, а я презираю скучных парней. Этот обмен – мой последний шанс, где душа может разразиться, поэтому я проявлю доброту и забью тебя всего лишь до смерти! Так ответь мне, Фушигуро, какой тип женщин ты предпочитаешь? — после этих слов в голову Мегуми пришли лишь воспоминания о старшей сестре. — У меня нет особо типажа, пока у человека есть принципы, которые он готов отстаивать, я больше ничего не прошу. — Нобара и Мэй улыбнулись, удовлетворенные ответом, в то время как Тодо был полностью разочарован. — Как я и думал, ты скучный, Фушигуро! — Мегуми почувствовал, как его резко толкнули в бок, кто-то принял удар Аой за него. Все застыли в изумлении, оборачиваясь на самоубийцу. — Чёрт, да ты сумасшедший! — у парня округлились глаза, потому что удар от этого монстра приняла на себя Харуки, у которой сейчас шла кровь из носа, стекая по подбородку вниз и пачкая багровыми каплями штаны. — Слышь, верзила, давай-ка со мной силой померяешься, а? — Кей вызывающе посмотрела на третьекурсника, улыбаясь. Нобара уже хотела дернуться в сторону девушки, но Мэй обняла её, не давая двинуться. — Что ты творишь?! — В Мегуми тут же прилетел удар, относя его к однокласснице, которая тут же поймала его и поставила на ноги. — А что, мне стоять, смотреть, как тебя избивают? Если помрём, то вместе. — за этой маской уверенности скрывалась блеющая овечка, которая сейчас носилась в голове девушки, страшно орала и вопила от страха. Долго им стоять без дела не дали, Тодо целился исключительно в Фушигуро, но скорость реакции Кей была значительно выше, и она успевала прикрывать и отталкивать парня в нужный момент, иногда ей прилетало, но страх за Мегуми был куда выше, чем боль, которую она превозмогала. В помощь парень призвал несколько своих шикигами: «жабу» и «химеру». — Какой стыд, Фушигуро, за тебя заступается женщина. Ты просто невероятно скучный! — к сожалению, в этот раз защитить одноклассника не удалось, из-за чего он отлетел в стену, которая тут же потрескалась от силы, которую вложили в эту атаку. Харуки не успела даже добежать до них, когда Мегуми отправили в полёт через несколько ярусов рядом стоящего здания, — Уже сдаешься, Фушигуро? — возможно, если бы не жабы, то сейчас от призывателя уже осталось бы мокрое место, но они успели схватить Тодо, прежде чем он нанёс завершающий удар. — Если ты так хочешь, то я покажу тебе свою настоящую силу… — парень уже хотел сложить печати, но он замер, услышав приказ. — Не двигайся! — проклятые слова от Инумаки заставили всех застыть, после чего первокурсница посмотрела на то, как Панда врезал Аой. — Что ты делаешь?! — время действия техники прошло, и девушка тут же подлетела к Мегуми, приподнимая его. — Почему ты не можешь вести себя спокойно до начала обмена? Я собираюсь оповестить всех о твоём возвращении. — Да даже если бы ты ничего не говорил, мы собирались возвращаться. — Тодо потёр свою шею, поворачиваясь к пострадавшему, — Похоже, ты не такой скучный, как я думал, Фушигуро. — бросив это, все вернулись к тому месту, где всё началось. Заметив лежащую на полу Кугисаки, у Харукиснова вскипела кровь от злобы на этих двоих, что приносили сплошные проблемы и калечили её одноклассников. — Если хочешь быть шаманкой, умей выбирать оппонента. — Мэй усмехнулась, смотря на своё детище, и в следующую секунду получила сильный удар под дых. Пистолет вылетел у неё из рук, после чего, корчась от боли, она посмотрела на полную гнева Кей. — Следи за своим языком, мразь. Я заставлю тебя поплатиться за то, что ты сделала с Нобарой. — раньше Мегуми не особо замечал самоотверженность и агрессию со стороны девушки, но, видимо, ему придётся поменять своё мнение на её счёт. — Отойди, Харуки. — Маки-сан направила свою палку в сторону той, что сегодня уже получила по лицу, защищая друга. — Мэй, мы идём домой. — Тодо подошел ближе, осматривая дырки от пуль в свитере Кугисаки, которая, оказывается, уже встала. — Боже, какой же ты эгоист! Третий курс ушел, а пострадавших отвели в медпункт. Лёжа на кушетке, Харуки молчала. Мегуми прожигал её взглядом. — Зачем ты это сделала? — он нарушил гробовую тишину. — А мне нужен повод, чтобы заступиться за тебя и Нобару? — она усмехнулась, — Вы моя команда, я готова защищать вас до последнего… Даже если вы не готовы это сделать для меня. — девушка тяжело вздохнула и закрыла глаза. В комнате снова воцарилось молчание. — В следующий раз пойдём с нами на обед. Не стоит перетруждать себя тренировками. — Фушигуро опустил голову, — На программе обмена мы будем работать в команде, поэтому между нами должно быть взаимопонимание… — Хорошо. — первокурсница посмеялась, — Зови меня Кей. — парень слегка улыбнулся и пошел на выход. — Будем ждать тебя на обеде.   Прошёл месяц, и наступил день, когда они официально начнут программу обмена. Второкурсники стояли с Харуки и Мегуми в ожидании опаздывающей Кугисаки. — Может, она проспала? — Кей перекатывается с носок на пятки, нервно хрустя пальцами рук. Стоило ей выдвинуть предположение, как послышался топот. — Э?! Почему вы с пустыми руками?! — Нобара держала в руках сумку и чемодан. — Скорее наоборот. Почему ты пришла с багажом? — Панда вопросительно склонил голову. — Что? Разве мы не едем в Киото? Обмен ведь будет в школе Киото… — Обмен будет со школой Киото… — громкий крик протеста раздался на всю округу. На что остальные просто скептически посмотрели и поняли, почему Кугисаки странно вела себя последние дни. Пока Панда пытался успокоить опоздавшую девушку, сзади уже подходили те, кого они так ждали. — Эй! Они уже здесь. — все резко затихли, поворачиваясь туда же, куда и Маки. Явился третий курс. Взгляд Кей сразу зацепился за девочку с метлой и робота, которых она не видела. Уже во второй раз между учениками разных школ возникла перепалка, их характеры явно не сошлись, этим воспользовалась шаманка, чтобы промолчать и погрузиться в размышления. Что-то крутилось в голове, как вещь, которую она забыла, но эта «вещь» появилась раньше, чем она о ней вспомнила сама. До ужаса громкий Годжо прикатил металлическую коробку, попутно извиняясь за опоздание и рассказывая о своей командировке за границу. — Что же, ребяткам из Киото защитные амулеты, а для ребят из Токио… — он открыл коробку, и оттуда выпрыгнул Итадори, — Ваш мёртвый друг — Итадори Юджи! — радость от появления парня была написана у Харуки на лице, но вот Нобара и Мегуми были явно недовольны тем, что он появился из ниоткуда. — Итадори! — Кей выставила руку в жесте «дай пять», на что розоволосый с улыбкой ответил хорошим шлепком. Однако стоило парню посмотреть вокруг, как его сияющая улыбка сменилась разочарованием. Киотская школы была отвлечена сувенирами, его друзья были вообще не счастливы, хотя Сатору уверенно заявлял об обратном эффекте. — Эй! — Кугисаки толкнула коробку, — Есть что сказать? Вам двоим! — девушка зло уставилась на парочку. — Простите, что пришлось держать это в секрете…   На совещании школы Итадори заставили держать черную поминальную рамку у лица, сидя на коленях. А Харуки просто влепили пару хороших подзатыльников и пинков. — Жестоко, учитывая, что мы союзники. — Юджи жалобно посмотрел на всё ещё недовольную девушку. — Заткнись и посиди так ещё немного! — Ну-ну, он же уже объяснил ситуацию… — Оно разговаривает! — восставший из мёртвых уставился на Панду ошалелыми глазами. — Шаке-суши! Шаке-суши! — Инумаки тоже пытался смягчить гнев девушки. — Чего?! Мегуми попытался вкратце объяснить способности Инумаки, и ребята принялись разбирать ситуацию по полочкам. — Стоит ли менять построение для испытания? Времени нет. — Всё зависит от Юджи, что ты умеешь? — Панда посмотрел на него. — Бить, пинать… — Такого у нас много. — все замолчали, задумавшись, Мегуми выдал интересную мысль. — Не знаю, что он делал, пока был мёртв. Но если он собирается драться с Киотскими учениками без магической силы, тогда Итадори победит…   Первокурсники разделились на две команды: Панды и Фушигуро. Итадори со своей огромной физической силой будет задерживать Тодо, пока остальные постараются убить как можно больше проклятий. Харуки не вклинивалась ни в одну из команд, однако в битве с первоуровневым магом ей тоже нечего было делать. От природы ей досталась особая чувствительность к аурам и проклятой энергии, заметить даже самого жалкого проклятого духа четвертого уровня она могла с расстояния более тридцати метров, что для многих других шаманов было запредельно. Так же её навыки ближнего боя и умения в бою были весьма слабыми, чтобы противостоять опытным ученика Киотской школы, а потому её отправили в одиночку убивать проклятья. Честно говоря, как только это решение было оглашено, в голову закралась мысль о том, что по пути она легко может нарваться на какое-то чудовище, которое не сможет победить. Страх и неуверенность подкатывали к горлу ком, но она продолжала улыбаться, сжимая за спиной костяшки до побеления и царапая свои ладони, было очень волнительно и тревожно, ноги подкашивались, и руки просто не слушались. Ей действительно придётся сражаться одной? Без товарищей? Девушке только оставалось смириться со своим положением, подраться с Годжо за то, чтобы надеть школьную форму не с юбкой и оставаться в штанах, а также захватить с собой полюбившуюся катану. Собравшись с мыслями, Токийская школа уже стояла перед воротами. Итадори, как обычно, заряжал все позитивом и настраивал на хороший расклад. Мегуми, Маки и Нобара внушали своей уверенностью веру в победу, а Панда и Инумаки напоминали о построении и том, что будет. Харуки молчала, опустив голову и варясь в собственных угнетающих мыслях и сомнениях. Но голос Сатору, который уже начал программу обмена, вывел её из транса. Она прерывисто вдохнула, закрывая глаза. «Мне нужно успокоиться. Я справлюсь, смогу, у меня получится…» — небольшая мантра всё же помогла ей собраться с силами и взять себя в руки перед предстоящим испытанием. Раздался сигнал, а это значит, что началось самое серьёзное соревнование за всю жизнь Харуки. Победа или поражения будут показывать то, насколько хорошо она подготовилась. Ей нельзя проиграть, нельзя подвести друзей, команду, учителя Годжо. Но, посмотрев вперед, она вздрогнула, что-то в лесу пугало её до холодного пота, сбитого дыхания и сузившихся зрачков. Не успев никому сказать об этом чувстве, девушка начала с запозданием. Она явно не готова к такому проклятью, поэтому резко свернула с первоначально выбранной траектории, еле уворачиваясь от третьекурсников, что налетели на Итадори и Тодо, как стервятники. Совесть мучила её за подобный поступок, но желание выжить успокаивало её, помогало справиться с разногласиями в голове. Сейчас не место для её загонов, не время для сомнений. Четкие отточенные движения и тактика, вот что она должна показать здесь и сейчас, отдавшись этому испытанию без колебаний, всем телом и душой. Заметив ауру слабого проклятья, девушка достала катану из ножен и, сконцентрировавшись, нанесла прямой удар и этого было достаточно, чтобы уничтожить обычную мухоловку. Одна из печатей в комнате учителей подожглась красным, после чего Годжо хихикнул, смотря на свою ученицу, что побежала дальше по кругу к самому ближайшему проклятью. Следующее существо было уничтожено Пандой, затем это сделал и Инумаки-сенпай. Судя по всему, остальные дрались между собой, поэтому для Кей это было прекрасной возможностью спокойно уничтожать цели. Через минуту она уже достигла следующего проклятья, похожего на мутировавшую змею с множеством голов. Это создание было быстрее предыдущего проклятья, и меч не мог повредить его чешую. — Чёрт! Похоже, оружие с тобой не совладает, да? Тогда придётся попотеть… — девушка отбросила катану и сконцентрировала вокруг себя проклятую энергию. «Главное отличие профессионала от новичка — умение контролировать энергию. У опытных шаманов оно равномерно распределено по телу, из-за чего трудно понять его, а у новичка вся энергия в той части, куда он её послал, делая его предсказуемым» — эту вещь накануне ей рассказал Панда, после того как заметил её ошибки в применении «кулака дивергента». Кей быстро приближалась к цели, уклоняясь от голов, что пытались укусить её, но в итоге натыкались лишь на друг друга и землю. Одним ударом девушка уничтожила основную голову, где и находился весь мозг этого проклятья. Немного отдышавшись, она вернулась за мечом и двинулась дальше. Аура чего-то жуткого снова дала о себе знать и начала усиливаться. Несколько проклятий впереди резко перестали испускать проклятую энергию. Страх пробрался под кожу и остановил девушку, пригвоздив к месту. Харуки сглотнула и заметила ещё чью-то проклятую энергию. Попытавшись понять, кому она принадлежит, Кей вздрогнула, понимая, что это Инумаки. Ей нужно было предупредить его или помочь, поддержать в битве, но стало так страшно, что она просто встала на месте, как вкопанная. «Ну же, двигайся, тебе нужно помочь ему! Хотя бы предупредить, никто не просит тебя сражаться с этим! Харуки Кей, блять, двигайся! Двигайся!» Переступая через себя, первокурсница всё же сдвинулась с места. Но эта секунда оцепенения не осталась незамеченной Сатору и другими старшими магами, что наблюдали за своими ребятами. — Почему она так испугалась? — старик Ёсинобу, или же директор Киотской школы, сидел на своём месте, поглаживая бороду. — Неужели она боится первоуровнего проклятья впереди? — Мей Мей хихикнула, наблюдая, как шаманка, всё же пересилив себя, рванула вперёд ещё быстрее, чем бежала ранее. — Нет, что-то здесь не так. Эта девчонка даже перед Сукуной не тряслась… — Годжо продолжил наблюдать, обдумывая, какие опасности могут скрываться в лесу, раз так напугали девушку. В это время, быстро преодолев немалое расстояние, Харуки выбежала к реке, где увидела заклинателя. — Инумаки! — девушка закричала изо всех сил, — Беги! Здесь что-то опасное! — парень удивленно уставился на неё, но в ту же секунду из чащи выкатилась оторванная голова проклятья. У первокурсницы спёрло дыхание, адреналин ударил в голову, открывая в её теле те максимумы, о которых она понятия не имела. Кей рывком подбежала к заклинателю и, схватив его за руку, быстро помчалась прочь оттуда, почти таща его на себе. То, что вылезло из леса, следовало за ними, Харуки чувствовала это буквально спиной, поэтому, оказавшись на территории зданий техникума и заметно устав, она заметила, что сзади их настегают неизвестные корни. Как оказалось, там сошлись в поединке Норитоши и Фушигуро, они были как на ладони, потому, чтобы защитить их, Инумаки приказал им бежать. За секунду до удара парни успели отскочить, после чего они встретились уже вчетвером на площадке. Трое шаманов были сосредоточены, но вот Харуки с ужасом смотрела на высунувшееся из здания проклятье, казалось, что ещё немного и она упадёт в обморок, дышать нормально она совершенно не могла, паника подступала к ней всё ближе и ближе, слезы скапливались на глазах, мешая окружение в мыльную кашу. «Почему мне так страшно? Боже, что это? Это то самое проклятье-босс? Я не справлюсь. Я не справлюсь. Мне страшно, страшно…» Отрезвляющая пощечина пришлась ей на лицо, оказывается, она вовсю уже рыдала, стоя за своими товарищами. — Харуки! Возьми себя в руки! — Мегуми потряс её за плечи, — Мы на поле боя, нету времени на истерики! — П-простите… — она ели выдавила из себя эти слова, переводя взгляд назад и хватая Фушигуро, оттаскивая его в сторону. Существо попыталось нанести по ним прямой удар, но промахнулось, — Извините, это больше не повторится! — в ту же секунду Камо бросил в духа пакет с кровью, используя проклятую технику манипуляции кровью, но этот удар прошел бесследно, не оставляя на монстре ни единой царапины. Шикигами «Нуэ» атаковал сверху, заставив существо пошатнуться. — «Остановитесь, глупые люди!» — это раздалось в голове у всех шаманов, хотя проклятье свой рот так и не открыло. Видимо, оно посылает своё сообщение прямо в мозг, — «Всё, чего я хочу, так это защитить эту планету. Всё вокруг плачет, не может больше терпеть сосуществование с людьми. Как долго это будет продолжаться? Всё чего они хотят это «время» …» — за спиной создания начали двигаться корни, — «эта планета может засиять, ещё есть «время» без людей…» — подростки бросились оттуда, уворачиваясь от атак деревянными шарами. За очередным поворотом Инумаки резко остановился. — Стой! — проклятые слова остановили атаку. Норитоши снова пробует атаковать проклятье техникой, и ему, хоть и немного, но удаётся задеть его, оно замедляется, пока шаманы убегают подальше. По дороге заклинатель пьет лекарство для горла, выбежав на одну из крыш, Мегуми атакует «Нуэ», полагаясь на Инумаки, однако он первый достигает своего лимита, начиная кашлять и плеваться кровью. Шикигами получает сильный, но не смертельный урон. В то же время атака перекати-полем, попала прямо по Камо. Харуки и Фушигуро застыли в изумлении, у девушки не было козырей, не было техник, способных хоть как-то помочь, а потому она полностью отчаялась, снова начиная паниковать. «Нет… Нет-нет-нет-нет-нет-нет... Я не могу умереть... Что же делать, что предпринять, что я могу?» Прежде чем она успевает очнуться, Тогэ поднимается и проклинает существо в последний раз. — Взорвись! — его горло больше не выдерживает, он отключается от болевого шока. Кей мгновенно подлетает и придерживает парня. — Инумаки! — на глаза наворачиваются слёзы, девушка чувствует свою беспомощность, и ее накрывает с головой отчаяние. Она даже не замечает, как её покидает Мегуми, куда девается проклятье, и подлетевшую Нишимию, которая уносит Норитоши с поля боя, что-то говоря. Харуки просто бредёт, опустошенная собственной никчемностью и беспомощностью. «Стать сильнее? Мне не стать сильнее. Истерика на поле боя может убить не только меня, но и других. Я не идиотка, чтобы продолжать эту борьбу. Стоит вернуться к жизни обычного человека. Моя смерть здесь ничего не даст, а лишь привлечёт проблемы…» Отнеся Тогэ на безопасное расстояние от боя, она села рядом с ним, пялясь в одну точку, всё вокруг стало белым шумом. Харуки закрыла глаза, погружаясь в себя. Почему ей так овладевает это бесконтрольное, животное чувство страха? Пробирает до позвоночника, бьет по напряженным нервам, трясёт изнутри. Это проклятье слабее, чем то, что заключено в Итадори, даже слабее проклятья-вулканчика, которого Годжо победил… «Точно... Годжо-сенсей… Он, должно быть, разочарован. Не удивлюсь, если меня исключат за подобное поведение… и я…» Голос в её голове затихает, на душе становится отвратительно горько. Она сплошное разочарование, которое не оправдало ни одной возложенной на неё надежды, бесцельно существующий бесполезный маг, который решил, что может встать на одну ступень с Фушигуро, Кугисаки и Итадори. Между ними пропасть, пропасть из настоящего потенциала, отваги и смелости. Харуки просто девочка, девочка, которая решила, что может со всем справиться. Она сжалась в комок, закрывая голову руками и отдаваясь плачу.

«Ты всегда будешь одна, всегда, всю свою жизнь. У тебя нет места ни среди шаманов, ни среди людей… Прими своё одиночество…»