Чёрные коты

Тело подрагивает от возбуждения, дрожащие пальцы пробираются под тонкую ткань футболки. Блондин под ладонями чуть прогибает спину от холода кожи. Тонкие руки тянут к себе лицо партнёра, выпрашивая поцелуй.      После тяжелой недели небольшая компания отправилась в клуб: выпить, подцепить красивую девушку за барной стойкой, излить кому–то душу в туалете. Обычная прогулка для молодых парней, работающих день и ночь. Хёнджин уже познакомился с совсем молодой девушкой, её ярко-розовые волосы притягивали, влажные губы затуманили разум парня. Джисон давно потерялся на танцполе среди малолетних студентов. Минхо, ужасно расслабленный после виски, разложился на мягком диване вип-комнаты, наблюдая за не менее пьяным Сынмином. Золотистые волосы привлекали пьяного кота не хуже женских, ведь они тоже были длинными, в них хотелось запутаться, пока губами глотаешь тихие стоны младшего. Сынмин красиво ложится на стол, немного прогибаясь в пояснице. – Хён, – голос выводит из фантазий. Щенячьи глаза, что смотрели на него прямо сейчас, вызывали тепло внизу живота, толпа мурашек забегала по ледяной коже, – Тебе налить ещё? – Мне кажется, с нас хватит. Ты не хочешь поехать домой? – старший лениво поднимается с мягкого дивана и встаёт сзади Сынмина, упирая руки по бокам от него. – Ещё одну стопочку, – сладкий голос разлился по комнате. Сынмин запрокидывает голову назад, упираясь макушкой в кошачий живот. Горячие уши опускаются к раскрасневшемуся уху. –Хорошо, тогда я тоже выпью с тобой, но это точно последняя. Сынмин, не дослушав, начал разливать жидкость по стопкам, сам залпом выпил свою и в ожидании старшего повернулся назад, с вопросом заглядывая в его глаза. Минхо улыбнулся. Прежде чем взять свою порцию нежно заправил за ухо белую прядку. Быстрые глотки и горечь разливается по телу, заставляя голову отключиться. – Ты такой красивый сейчас, – пальцы аккуратно запрявляют прядь уже с другой стороны, – тебе очень идёт этот цвет, твои длинные волосы, я даже не могу слов подобрать, – алкоголь заставляет говорить это совершенно неосознанно. Оба взгляда прикованы к губам друг друга, в голове туман, который большой красной кнопкой отключает здравый смысл. Лёгкое касание электрическим разрядом раздаётся по телам, находящимся в опасной близости. – Это неправильно, – последнее, что может выдавить из себя Сынмин, прежде чем его ртом завладеет до ужаса возбуждённый кот. Горячий язык без спроса оглаживает нёбо, вызывая щекотку. Чуть позже Сынмин отвечает, стараясь зайти глубже, непослушные руки стараются притянуть Минхо как можно ближе, ногти впиваются в кожу, на шее оставляя красные отметины.   Сердце билось с бешеной скоростью от одного щенячьего взгляда. Дрожащие руки начали медленно снимать верхнюю одежду Минхо, он пытался сделать это ещё в машине такси, но его остановили лёгким поцелуем, попросив подождать до дома. – Ложись, – руки аккуратно толкают плечи Сынмина, роняя того на кровать, – Ты такой красивый, – губы покалывает от желания покрыть поцелуями каждый сантиметр кожи щенка. Тело подрагивает от возбуждения, дрожащие пальцы пробираются под тонкую ткань футболки. Блондин под ладонями чуть прогибает спину от холода кожи. Тонкие руки тянут к себе лицо партнёра, выпрашивая поцелуй. Подушечки проходятся по белым полосочкам на выступающих косточках таза. – Мой мальчик, – Минхо целует кажды шрам, пальцы подцепляют штаны, медленно стягивая их с бедёр, а потом и с ног, – Всё хорошо, я же всегда рядом. Тонкие руки младшего путаются в черных волосах, потягивая их на себя, заставляя старшего подняться и снова поцеловать горячие губы. – Я хочу тебя, – такой нежный шёпот младшего опалил кожу на ухе, заставляя зажмуриться. – Ты уверен? – Да, прошу, – большие ладони расположились на напряженных мышцах живота, чуть царапая кожу. – Я буду осторожен, – голова снова опускается к ногам, вновь целуя каждый шрамик на бёдрах. Их было много и Минхо коснулся губами каждого. Язык медленно тянулся вверх к головке твёрдого члена, сверху послышался стон. Сынмин быстро закрыл рот рукой. – Нет, пожалуйста, не закрывайся, – Минхо аккуратно убрал ладонь от губ, накрыв их мягким поцелуем, – Я хочу слышать тебя, милый. Крепкие руки обхватывают бёдра, по внутренним сторонам стелятся дорожки из поцелуев. – Потерпи немного, малыш, – руки тянутся за бутыльком со смазкой в тумбочке у кровати, – Один палец, я дам тебе привыкнуть, – даже пьяный Минхо старался создать максимальный комфорт и теплоту для младшего, он дал ему лечь в удобную позу, прежде чем подвести ладонь к разгорячённому входу, – Все хорошо, смотри на меня. Длинный палец проникает внутрь, вызывая искру в глазах Сынмина. Минхо не двигался, боялся навредить, но младший издал тихий стон с просьбой продолжать. – Ты такой молодец, – стоны участились, когда Кот нашёл чувствительное место на стенках Сынмина. Совсем скоро добавились ещё два пальца, с каждым новым приходилось привыкать заново. Было больно, но нахождение близкого человека рядом вызвало наслаждение, смешивающееся с острыми ощущениями внизу. – Ты готов? – Сынмин лишь кивнул, не имея возможности ничего сказать, ведь громкий стон заполнил пространство, когда Минхо быстрым движением вытащил все три пальца из его тела. Желание берет верх над разумом Сынмина, рука накрывает член старшего, медленно водя по нему, заставляя низким стонам вырватся изо рта Ли. Медленно Минхо входит внутрь, параллельно целуя губы, сжавшиеся в тонкую полоску от режущего ощущения в животе. Он покрывал горячую кожу поцелуями, слизывая выступающие слезинки, которые спускались тонким ручейком по щеке. Несколько минут Сынмин пытается привыкнуть к новым ощущениям внутри себя, стоны сменяются короткими всхлипами, когда Минхо медленно начинает двигаться внизу. В голове фейерверк из наслаждения и боли. Крики от удовольствия глушат разум, вынуждая подаваться навстречу аккуратным толчкам, немного прогибаясь в спине. Губы Минхо блуждают по плечам и шее, оставляя ярко-красные пятна на светлой коже, зубы больно впиваются в плоть на ключице, когда стенки Сынмина больно сжимают член, а сам он сильно прогибает поясницу, вскидывая бёдра наверх. Пальцы комкают простынь, когда головка члена достигает заветного клубочка нервов в очередной раз. Громкий стон и слёзы, падающие от сильной дрожи, раздавшейся по телу во время оргазма. Минхо резко выходит, уже не думая о возможной боли, доставленной партнёру. – Помоги мне, – старший берёт трясущуюся руку Сынмина и накрывают ей свой член. Меньше минуты и по животу блондина растекается тянучая жидкость, – ты прекрасен, Мин. Руки затекли от мужского тела, лежащего так близко. Маленький носик уткнулся в грудь, шумно вдыхая запах Минхо. На трезвую голову в происходящее невозможно поверить, в его кровати Ким Сынмин — голый, крепко прижимающийся к такому же обнажённому телу. – Я не хочу отпускать тебя, – хриплый голос после ночных развлечений пробирается под кожу, молнией отдаваясь в сердце. – Всё в порядке, лежи так сколько хочешь, – глаза замечают белые полосы на предплечьях, разряд боли врезается в голову, – Сынмин, ты не думал скрыть шрамы? – А что? Противно смотреть, правда? – Нет, что ты. Больно, но не противно, ты не виноват, – руки ложатся на мягкие волосы, массируя кожу головы, – не виноват в том, что было настолько одиноко, раз пришлось самому справляться с болью. Мне так жаль, что я не смог помочь. – Всё в порядке Хён, мы тогда ещё не общались. – Ты никогда не хотел татуировку? – воспоминание о прошлом, в котором Минхо забивал рисунками руки однокурсников неожиданно высплыло в голове, – Я мог бы набить тебе, хоть сегодня. – Правда? Но это же ужасно дорого, – Сынмин радостно подорвался с места, усаживаясь на кровати в позе лотоса. – Ты серьёзно думаешь, что я буду брать с тебя деньги? – губы тянутся за самым нежным поцелуем, который только мог быть, но даже такие медленные прикосновения завязывали в животе узел возбуждения. Электрические покалывания покрыли кожу предплечья, тонкие ветви из краски потихоньку вырисовывали красивый рисунок на коже. – Не больно? –Минхо иногда останавливался, давая руке отдохнут. Да и самому периодически приходилось разминать затёкшие кисти. – Нет, даже немного приятно, – Сынмин поднял предплечье перед, всматриваясь в каждую деталь красивого рисунка, пока старший хрустел пальцами на фоне. Яркое солнце пробивалось сквозь полупрозрачную тюль, золотыми дорожками ложась на плечи и черные волосы Минхо. Младший аккуратно поднёс ладошку к блестящим от солнца прядям и запустил в них пальцы не спрашивая разрешения у хозяина. – Продолжим? – холодная рука легла на выступающие косточки запястья и поднесла их к губам, Минхо поцеловал каждую костяшку, медленно опускаясь к выступающим венам на предплечье. Горячий язык прошёлся по коже, заставляя Сынмина тихо заскулить от жажды продолжения. Но жужжащий звук тату-машинки вытащил из пошлых мыслей. Он вновь заставил сконцентрироваться на лёгкой щекотке, расплывающейся по коже. – Почему у тебя самого нет татуировок? – Пока не нашёл тот самый рисунок. Черная краска красивыми линиями создавала браслеты на руке, в бутонах цветов пряталась изящная чёрная кошка, шрамы скрылись под краской, выдавая себя только еле заметным рельефом. – Очень красиво, – Сынмин уже очень долго стоял перед зеркалом в коридоре, рассматривая выставленное вперёд предплечье. – Да, тебе идёт, но самый красивый в этом зеркале ты, – Минхо как настоящий кот замурлыкал над ухом младшего. Он обвил своей большой рукой талию Сынмина и через зеркало посмотрел в его блестящие глаза, – этот чёрный кот я, чтобы ты чувствовал, что я всегда где-то рядом. – Что теперь будет, – голова медленно поворачивается назад, кончики носа соприкосаются, – я имею в виду, между нами. – Да, я понял о чём ты, не хочу говорить об этом сейчас. Просто давай насладимся моментом, – Минхо медленно касается желанных губ, не двигается, ждёт ответа. В рот проникает чужой язык, переплетаясь с его собственным. Про последствия они подумают позже, сейчас эти двое отходили после пьяной ночи и тяжелого дня за тату-машинкой. Отпускать совсем не хотелось, горячие тела дополняли друг друга, в очередной раз оказавшись в постели. Минхо обнимал самое драгоценное, что есть в его в жизни, по крайней мере, на сегодняшний вечер.   "Я, кажется, влюбился в своего тату-мастера. И мне очень нравится."