Подарок на Новый год

      Германия робко присел на стул рядом с Россией и Белорусией. Черный ягодный чай в небольшой чашке уже стоял почти холодным перед ним. – Ну так что? – девушка, скучая, поставила голову на кулак, – Представляйся, должна же я знать на ком брата женить, – она хмыкнула, а после знатного подзатыльника от брата вообще залилась, чуть не упав под стол от смеха, – Что там, бьёт значит любит? – Россия злобно закатил глаза, уже не пытаясь что-то сделать Белоруси, а та, заметив, ещё больше расхохоталась, дважды чуть не разбив лоб о стол и почти задохнувшись. – Дура. – Эх, кто бы говорил.. – Слушай, отъебись уже, а, – Бел наигранно вытерла слезы от смеха указательным пальцем и передразнила. – Отьепись ать миня, гу-гу га-га! И этот человек запрещает мне материться. У-тю-тю, Белялюссия, ни матились, а тё па попке палючишь! – Германия кашлянул в кулак чтобы не рассмеяться, но девушка поняла этот маленький жест и решила его добить. – Белялюссия, я будю притяськивать свяих парней каждый день, а ти не должна нас свядить агю-агю! – ФРГ лишь громко вздохнул и выдохнул несколько раз, пытаясь не засмеяться во весь голос. Бел видимо поняла, что его не победить и пользуясь последним шансом сказала. – И вапще я тюпой бомж, котёрий ряботаеть в книжном мягязини, нё все на миня ведутся, патаму чта я клясивый шкаф угю-агя!       Белорусь при этом делала всевозможные лица, от которых любой улетел бы в стратосферу и превратился в черепаху. Или наоборот. Ну, не важно. Гер был не исключением и его прорвало насколько сильно, что он уже не задумывался о том, смотрит ли на него хозяин квартиры или довольно улыбается этот рыжий демон. Когда он хотя бы немного протрезвел, ФРГ переродился в мясо для самсы и провалился на уровень Марианской впадины от взгляда родственников друг на друга. Девушка сидела с видом: "Я же говорила, что это долбоеб какой-то," а у парня был более интелигентный вид, в котором читалось: "Боже, вы за одно?" Ну или: "Боже, с кем я живу."       Германия, пару секунд назад умирающий от смеха, сам не поняв как валялся где-то под столом. Сначала он вообще думал, что его хоронят, но через ещё несколько секунд забвения ФРГ уже лежал на чужом диване, что доказывало обратное. Это вообще-то было ни чуть не лучше, потому что показывало, что Гер настолько неадекватный, что завалился под стол от смеха в квартире совсем чужого человека, а судя по отвратительной боли в голове, ещё и ударился либо об пол, либо об ножку стола и нагрузил двух незнакомых людей. Теперь он будет винить себя за это всю жизнь.       Германия всё-таки потрудился открыть глаза, готовясь к самому стыдному моменту в его жизни, но шумно выдохнул, поняв, что не то что перед ним, так вообще рядом никого нет. "Пришел за книжками называется," – тихо пробубнил он, пытаясь встать, но головная боль дала о себе знать. ФРГ тихо прошипел, схватившись за затылок.       Тихо выругавшись, он сделал несколько шагов к рюкзаку, в котором телефон радостно вибрировал, сообщая о десятом звонке от отца, который благополучно добрался до дома и обнаружил только младшего. Вот только Гер на разговор был явно не настроен, и быстро набрал: "Я точно буду утром." Ему было все равно, что скажет отец, который, между прочим, не был против таких гулянок, если сын оставлял хотя бы записку на тумбочке.       После, Германия окинул взглядом время. "Мать твою, уже девять, сука," – воскликнул он, и не подумав, что может разбудить славян. На его удивление, в комнату тут же заглянул Росс, совершенно спокойный и непохожий на человека, чьему сну помешали. – Мм, привет. Как дела? Голова как? Болит ещё? – федерация скромно вошёл в комнату и присел на диван, на котором недавно лежал сам ФРГ. – Прости, не хочу быть как моя навязчивая сестра, – он похлопал по дивану рядом с собой, – Может присядишь? – А.. а-ага, – Гер сел рядом и с тихим шипением откинул голову назад, – Я.. черт, прости. – За что? Боже мой, ты ни в чем не виноват. – Да хотя бы за то, что в твоей квартире провалялся два часа на диване. Потом, разве нормально в абсолютно трезвом состоянии упасть под стол, а потом даже не помнить как это произошло? Тем более, ты на меня время потратил. А.. – Гер прервался, заметив, что Россия положил руку ему на плечо. Вроде это абсолютно нормальный дружеский жест, ну или идеальная просьба внимания, но с какой же нежностью и аккуратностью федерация держал большую ладонь на миниатюрном плече. Конечно это все из-за того, что они были знакомы меньше дня, но туго соображающий Германия надумал себе огромное количество бог знает чего. – Не важно. Просто извини, – он слабо улыбнулся и залился краской от ответной улыбки РФ. – Довольно поздно, – ловко сменил тему федерация, – Может останешься с нами? – А.. да. Точно, я же обещал папе вернуться к утру, – телефон в руке ФРГ начал вибрировать – М, папа. Я сейчас приду.. – Не вставай, – попросил Росс, сам поднимаясь, – Просто позови если захочешь поговорить ещё, – Россия пошел к поему, и напоследок мягко улыбнулся гостю, получив ответную скромную улыбку. – Алло, пап. – Да, привет. Надеюсь ты не планируешь прогулять завтра пары, из-за своей тусовки. Если ты все таки планируешь.. – Нет, пап, я сразу поеду в университет. – Допустим я тебе верю. Позвоню перед первой парой. Ладно, веселой ночи. – Давай, пап.       Германия выдохнул. Он бы сейчас набухался в хламину, только чтобы забыть все это. Но учитывая, что утром ему придется ехать в университет, а ночью спать в чужой квартире, это был явно отвратительный план. Но пропустить несколько бокалов это же не преступление, ведь так?       ФРГ с благим матом поднялся с места и направился искать Россию. Комната напротив была кухней, которая ему была отлично знакома, но к сожалению или к счастью она была пуста. Комната, что рядом с гостиной являлась какой-то смесью ванной и гардеробной, но в ней тоже никого не было. Напротив же располагалась спальня, в которой было чертовски холодно и темно. В ней Гер надолго не задержался. Так он дошел до конца коридора, заходя в каждую комнату, и чуть не уронив несколько дорогостоящих картин. Тут Германия вспомнил про Белорусь, из комнаты которой, доносились чертовски знакомые голоса. – Нет, ну знаешь ли, – первый голос он узнал сразу. Низкий, но нежный и приятный. От самих звуков доносился приятный аромат сладкой ванили. Это Россия, прямо сейчас что-то доказывал сестре, – Я вожу покупателей, тем более это моя квартира. А ты со своими друзьями у меня вот тут сидишь. – Ц, я как-будто не понимаю что с кем-то из них ты мутишь! – второму голосу прошлось сказать целое предложение. Высокий, звонкий, громкий, с ароматом утреннего молотого кофе без молока. Белорусь. – Твою ж мать, Бел, хватит. Ты переходишь все рамки, – третий голос. Довольно интересно, что он оказался знакомым. Высокий, звонкий, мужской. Пахнет.. пожалуй мандаринами и новой бумагой. Не сразу Гер его узнал, но чуть позже понял. Китай, его однокурсник, даже бывший одноклассник, – Ладно если бы ты шутила, но..       ФРГ не успел дослушать. Россия, почуствовав лишние уши, вышел из комнаты. Увидев Германию, он выдохнул, найдя повод избежать неприятного разговора. РФ устало улыбнулся и закрыл за собой дверь, оставляя друзей между собой. – Как голова? – Росс решил нарушить тишину, когда они дошли до холодной комнаты. – Хм, болит. Можно даже сказать, что сильно, – парни зашли в эту спальню и присели на край кровати. – Я.. понимаю что это не совсем мое дело, – Германия бросил извиняющийся взгляд на федерацию, – Но.. что там происходит? – Эх.. если проще, ты не один гость тут и не по моему разрешению, – Россия хмыкнул и печально улыбнулся, – А ещё, Белорусь на полном серьёзе считает, что мы мутим. – Вообще.. а хотя, забудь, – вообще Гер хотел предложить бахнуть винишка, но понял, что есть сейчас большие проблемы, чем "головка бо-бо." – Нужно куда-нибудь завтра? – Росс проигнорировал высказывание, чем порадовал Гера. – Ну.. в универ к первой паре иначе папа мне глотку перегрызет. – Подвезти? – Германия залился алой краской, но вынужден был согласиться, ибо на метро неудобно, а пешком идти больно, и к тому же долго.