Бравая Победа!

Отряд слился с бунтовавшей толпой, которую удерживали пара хиленьких фатуи, угрожая разряженными винтовками. Народ толпился и кричал черт знает что, но люди тихонько двигались вперед, а «государство» отступало. Во всей этой суматохе отряд пронырнул сквозь оборону Снежной и растворился меж больших домов. — Нам туда. — сказал Странник и повел отряд по переулкам. Они шли уже около десяти минут, шляясь по одинаковым заворотам, и все равно вернулись в то же место. — Что не так… — задумчиво посмотрел на карту «Бобик». — Что там? — Не понятно. Сзади отряда раздался пушечный выстрел, и вслед за ним пара громких взрывов и гордые лики. — Бежим. Не успел отряд ринуться вперед, как перед ними появился вооруженный отряд врага, который бежал на место предполагаемой бойни. — Стоять на месте! — пригрозил один из фатуи героям. Хотел было наш отряд бежать назад, как их уже окружили со всех сторон, перекрыв пути отступления. Сопротивляться не было смысла. Разведчиков повели в ближайшую тюрьму — ГУЛАГ и кинули в самую дальнюю клетку, заперев ее на ключ. Они не знали, что делать дальше. Каждый расселся по углам и сидел в ожидании чего-то. — Хуже, чем в Миропиде… — фыркнул Ризли, постучав тихонько кулаком о каменную стену. Темница и правда напоминала настоящую тюрьму — ту, в которой должны сидеть преступники. Каменные стены, каменные потолки, каменные нары и куча тесных клеток, которые раскиданы по 4 этажам. Так прошло около 10 минут. Сяо доедал свой последний паек, Дилюк завалился на тонкую каменную кровать, а Странник сидел и посматривал на часы. Ризли прислонил ухо к стене, чтобы послушать что происходит на улице. Снаружи было слышно воодушевленные крики, тихий свист пуль и оглушительные взрывы. Отряд полностью поник, отчаявшись, как вдруг пол легонько встрепенулся, а через несколько минут осколки камня сыпались с потолка, словно через сито; стены дрожали, железные прутья вот-вот были готовы рухнуть. Ризли крикнул всем соратникам, чтобы они прижались к противоположной стене, и сам отбежал туда. На секунду все закрыли глаза и уши. Вся крепость дрогнула, звуки дребезжания мелких осколков и оглушающего взрыва грянули вверх по всем этажам. В нерушимую серую стену на всех порах влетела лихая махина, покрытая тоннами мерзлого железа. Длинная пушка прошибла собой часть стены, напротив сокамерников. Красное полотно широко развивалось на крыше полуметровой башни. Из танка, выбив рукой люк, вылез мужчина в широком пальто. Это был Вождь. Из танка вылез Ленин! — Товарищи! — Батюшка гордо обратился к узникам и ловким движением открыл дверь из камеры — Время не ждёт, победе быть! Отстоим же НАШУ Родину! Товарищи аккуратно перешагнули порог камеры, и взглянули на дыру, которую проделал танк — стена вдоль тюрьмы была проломлена, и невольники ГУЛАГа, вооружившись оружием из вражеского гарнизона, бежали через нее на дворец. Растерянный отряд не понимал, что делать: связаться с командованием? Сбежать? АТАКОВАТЬ? Куда? — Товарищи! Вы будете достойны! Наша армия выдержит под ВАШИМ натиском! Владимир Ильич запрыгнул на танк и резко вытянул из башни двухметровое красное знамя и протянул его Дилюку. Алые волосы приняли бордовый оттенок и слились с флагом. Дилюк дрожащими руками принял врученный ему дар. В миг все сомнения отпали — бравое дело должно быть выполнено. Дилюк широко махнул товарищам рукой и побежал на выход и тюрьмы. И вот, отряд из трех человек мчится на штурм, мчится на врага. Сяо недавно удалился и побежал в другую сторону, показав свою верность Чжун Ли, и решил все доложить командованию, но других членов отряда это, видимо, не взволновало. Отряд не заметил потери бойца. Бравые воины выбежали на площадь: на время отряд остановился, молча наблюдая за торжественным маршем новому режиму, но все сомнения окончательно растворились, стоило только отряду увидеть среди толпы рыжие волосы Тартальи. Бойцы влились в толпу и подключились к исполнению праведной песни про общую оборону! С соседней улицы тихонько доносился барабанный стук и глухие возгласы «Границы ключ…». Полк разрозненных солдат двигался по замшелому кирпичу по царским бульварам и улицам, мимо торговых кварталов и жилых домов. Широкие дороги были разбиты выстрелами танковых снарядов, под ногами катались гильзы. Танковая бригада, ехавшая спереди произвела обстрел по дворцу: одно попадание, и золотой купол медленно свалился с крыши здания; другим выстрелом задело часть стены. Два полка с разных улиц встретились — из танков вылезли, как оказалось, товарищи партии, и после крепкого рукопожатия приказали танкам ехать дальше. Гордая толпа людей, под свисты пуль и жаркие крики двигалась вперед, оставив командование где-то позади. Танки форсировали укрепления противника, даже не заметив укреплений перед собой — Враг, полный страха, бежал в дома, а вслед за ними гналась разъярённая толпа революционеров. Целую роту врага разнесло в клочья, один прицельным выстрелом пушки. Люди забегали в дома зажиточных буржуев, и из окон вылетала мебель: Позолоченные стулья, расписной фарфоровый сервиз, горящие синие царские знамена, искусно вырезанные предметы роскоши. Все оно по итогу оказалось в общей куче, словно мусор, и сожжено дотла, прямо перед просторной площадью перед царским дворцом. Танковые бригады и рабочие подошли вплотную к дворцу. Оставшиеся силы противника либо сдавались в плен, либо переходили на сторону революции. Один из танков, на котором с распахнутыми руками двигался Ленин, остановился у ворот. Батюшка вошел в очаг всех войн, двери за ним аккуратно закрылись… И восстало солнце над его головою, и словно «отче наш», которого знает каждый, он спускался торжественной походкую по божьей лестнице, царствуя над шествующим за ним краснознаменным полком… Двери медленно распахнулись. Вождь вышел из дворца и предстал пред своими товарищами. — Царица бежала, товарищи, победа за нами! Яростные крики и воодушевлённое ликование было слышно из любого уголка города. Танки запустили Броне-фугасные снаряды, и они, словно салют, усмехались вдребезги, оставляя за собой черный дым. Граждане бросили оружие, и подкинули свои фуражки в небо. Пролетариат победил. — Поборемся же за наше будущее! — громко кричал Батюшка, снимая фуражку и подкидывая ее в воздух. — ДА! — торжествовал народ. — Да поможем же товарищам, живущим под гнетом несуществующих богов! — ДА! — Наш дух непобедим, ибо она объединил рабочих разных стран, которые научились теперь бороться, научились товарищеской дисциплине, не падают духом, закаляются после небольших поражений, смелее и смелее идут на врага, зная, что близко полное его поражение. Этот союз растёт во всём мире. Революция близится, нарастает везде. Товарищи! Стойте крепко, стойко, дружно! Смело вперёд против врага! За нами будет победа. Власть буржуев и капиталистов, сломленная в Снежной, будет побеждена во всем мире! — УРААА! Ликование продолжалось еще около часа. Когда Вождь закончил речь, он пригласил ближайший круг революционеров, в том числе и отряд наших героев, за обеденный стол в царском дворце. На обеде подавали традиционное блюдо снежной — пельмени. — Товарищи! С великой победой, присаживайтесь! Дилюк, Ризли и Странник сели рядом друг с другом. — Вы сделали правое дело. Молодцы! Отчизна не забудет ваш подвиг! — Ленин аккуратно отодвинул тарелку с едой — Благодарю, товарищ, ваш вклад особенно не оценим! — обращался он к Страннику. — Мы боролись за общее дело — гордо отвечал «Бобик». Владимир Ильич также поблагодарил Панталоне, за предоставление качественной железной руды для танков, Пульчинелла за планы города, Сандроне и Дотторе за новейшие военные разработки. Предвестники сотрудничали с Коммунистами. На вопрос Ризли зачем им это нужно Странник промолчал. — А что касается вас… — Вождь окинул взором Дилюка и Ризли — Родина не забудет ваш подвиг, но ВЫ нам больше не нужны. Позади раздался тихий выстрел… *** Сяо добрался до Ли Юе, где его ожидали пять архонтов. Сяо опустился на одно колено и склонился перед ними. — Докладывай — грозно произнесла неизвестная тень. — В Снеженой идет вооруженная революция… Кто стоит в главе мне узнать, не удалось, каэнри… кхе-кхе, мои товарищи… Сяо быстро дышал, и дыхание его ускорилось, кровь стремительно неслась по жилам. Он путался в своих же словах. Ему не хотелось выдавать своих товарищей. — Где твои товарищи? — спросила тень с левой стороны. — Они… Погибли в бою, пока мы отступали… На время приватную комнату окутала мрачная тишина. Вдруг из центра комнаты послышался до боли знакомый голос. — Скажи, а почему ты… — архонт прервался — а почему ты… Не погиб вместе с ними? — спрашивал Чжун Ли Сяо. Зрачки разведчика сузились до мелкой черной точки. Сердце будто остановилось. Он ничего не ответил. — Ты нам больше не нужен. Оставь разведанные. Сяо застыл в одном положении, и пронизывая взглядом пол снял мешочек со спины, откуда сразу же вывалилась пачка пельменей…