Путешествие странника Лю

Я не знаю, что в глубине колодца. Без причины сердце так гулко бьётся, а другого звука не услыхать. Ни воды, ни плеска, вокруг — темница; хорошо, вверху удалось напиться, и верёвку крепко сожмёт рука. Тьма клокочет, жадная до добычи, обступает свет фонаря, мурлычет: отчего ты здесь, неразумный сын? Знаю я, хоть вижу тебя впервые: за тобой лишь мёртвые, не живые, и рассветы, влажные от росы. Кроме свеч да свитков тебе знакомы белый шёлк, шаги по пустому дому, кровь на пальцах, рвущаяся струна, тишина поросших травою храмов... От ворот дорожка уводит прямо: по холмам, наивным сердцам и снам. Хорошо бормочет, легко и складно. Много видел чудищ я злых и жадных, только тьму вокруг не пронзить клинком: вечно ждёт, коварна да одинока, кто её отыщет на дне глубоком, чьё запястье мягкой обвить рукой. Ни лица, ни тела, ни твёрдой формы; только страхом, вижу, её и кормят, ничего другого в пустой горсти. Потому и ищет она спасенья — и того, кто сможет без опасений в мир её за пазухой унести. Говорят, в колодце полно скелетов: знать, никто согласием не ответил, гас фонарь, и ужас звучал в толпе, и клубилось что-то печалью древней. Если будешь как-нибудь в той деревне, из колодца тёмной воды не пей.