Шурик

Первой проблемой для Саши стала — финансы. Он понятие не имел, что дорого на самом деле, а что дешево. Так что ему пока противопоказано ходить одному по магазинам. Вторая проблема — его отказывались брать в спорт. Тренер рукопашного боя прямо ему в лицо выплюнул, что это не бабское занятие. В ответ Саша назвал его сексистом и старым маразматиком. За что чуть не схлопотал по подзатыльнику. Перед уходом, Тяпкин дал обещание тренеру на весь спортзал, что вернётся. Тот громко выругался и кинул чей-то кроссовок ему в след, но обувь с глухим стуком столкнулась с закрытой дверью. Третья проблема — гардероб. Саша не знал как одеваются девчонки в восьмидесятые. Взгляд его то и дело падал на вещи брата. В конечном итоге, Тяпкина плюнул на все с высокой колокольни и стащил несколько вещичек: олимпийку адидас, пару футболок, штаны спортивные, хрен пойми какой фирмы, ну и шапку. Рыженькую. Смотря на себя в зеркало одновременно натягивая на себя яркий головной убор, Саша понимал, что в мужской одежде ему намного комфортнее, чем в женской. Четвертая и пожалуй самая основная проблема — он навечно застрял в женском теле. В ебучем женском теле, организм которого один сплошной ящик Пандоры. -… двадцать девять, тридцать. Саша спрыгнул с турника, устало вздыхая. Тренировки по утрам и вечерам давали свои плоды. За два месяца тело стало крепче, выносливее, подтянутым. Даже мышцы пресса начали проявляться. Тяпкин довольно улыбнулся. Каким бы Михайлович не был упрямым бараном у него не будет выбора отказать ему. — Эй, чушпан! Пожалуй еще одна незначительная проблема была — в сленге восьмидесятых, а так же в слишком оборзевшем молодом поколении, которым не помешало бы всыпать по самое ни хочу, но увы и ах, одна половина из них живут с алкашами, вторая — с работящими сутками на пролет родителями. И первым и вторым нет дела до своих детей, ровно до того момента, пока те что-нибудь не сотворят противозаконного. Кто-то похвалит, кто-то проведет поучительную речь, кто-то покричит, кто-то для показухи отшлепает ремнем. Потом все возвращается обратно. Поправив шапку на голове, Саша продолжал не обращать внимание на уже подошедших пацанов. Шкильники, они и в восьмидесятых шкильники, только немного отбитые на голову с поролоновой губкой вместо мозгов. Раз они думают, что круто так выглядят, подражая своим старшим, то пусть продолжают, но подальше от него. Таких людей в будущем ждет либо колония, либо пожизненная жизнь шестерки с мнимым авторитетом. Тяпкин скривился, будто съел самый кислый лимон. Убогая перспектива. — Он походу глухой, пацаны. — чья то рука схватила его за плечо, силой разворачивая в сторону говорящего. Вот серьёзно, школьник школьником и подпевалы его такие же. — Выворачивай карманы. — Убери свою вонючую, грязную руку от меня, — понизить голос до мужского тембра по началу получалось с трудом, но сейчас что-то да похожее выходило. — пока я ее тебе не сломал. Пока ранее говорящий школьник приходил в себя от наглости чушпана, Саша не теряя времени ударил его прямым ударом в нос. Послышался звонкий хруст, тело завалилось спиной на заснеженную землю. Тяпкин понял, что сам нарвался на драку, но так же он понимал, что выбора у него не было. Либо они начали бы гасить его толпой, как стая шакалов, либо он первый нанесет удар по главному, тем самым даст понять другим, что с ним шутки плохи. — Гасите чушпана! Саша цыкнул себе под нос. Похоже у них мозг один на троих. Тяжеловато будет. Хотя, чего он ожидал от уличной шпаны? Примут свою вину и спокойно уйду? Ага, конечно, размечтался. Досталось Тяпкину нормально: разбитая губа, ушиб ребер, если не трещина. Наверное все. Горе-гопники лежали и скулили от боли, отхаркивая сгустки крови. Будь на их месте кто-то постарше досталось бы уже самому Саше. Тогда бы точно пришлось выворачивать пустые карманы. Оглянувшись перед уходом и оценив проделанную работу, Саша улыбнулся краешком губ. Сбитые костяшки приятно покалывали от боли, от переизбытка адреналина, кровь стучала в висках. Правду говорят, что у женского тела болевой порок очень высок. Саша спешно зашагал по тропинке, пряча руки в карманы. С момента пребывания в теле бабушки, его голову часто посещают женские мысли. В последнее время подозрительно часто. Тяпкин думал, что все проблемы из-за месячных. Именно в их период и после, он вел себя слишком эмоционально, слишком по-женски капризничал, а еще странные порывы накрасить свое лицо мамкиной косметикой и сделать прическу. Иногда Саша и вовсе забывал про свою вторую личинку, когда занимался готовкой, стиркой, уборкой или пересадкой цветов. Он часто увлекался чем то одним и забывался на несколько часов. Квартира встретила его приятным запахом борща и выпечки. Саша повел носом по воздуху и с наслаждением прикрыл глаза. Мама до безумия вкусно готовила. Он готовь вечность поедать ее стрепню и ни с кем не делиться. Вот такой он немного жадина. Стоило ему стянуть с головы шапку, как волосы водопадом упали на плечи. Взглянув на зеркало, Саша заметил кровь под разбитой губой. Не правильно как-то портить лицо своей бабушки. Большим пальцем стер багровое пятно. В следующий раз он постарается подобного не допускать.

***

— Ты хочешь мне сказать, что какой-то чушпан стряс с вас деньги, а после еще и отпиздил? — Турбо скептически приподнял бровь, затягиваясь сигаретой. Кивок послужил положительным ответом. — Имя то хоть его знаете? Чей он? — Нет, — Матвей повел головой. — он по вечерам бегает на стадионе. В шапке рыжей. Валера пустил смешок. Он понял о ком идет речь. Сашка Тяпкин. Спортсмен. Несколько недель назад ему довелось с ним познакомиться на том же самом стадионе при почти тех же обстоятельствах. Забавно. Только в роли вымогателя был он и Зима, а не Тяпкин, который кстати говоря сразу сказал спокойно и без агрессии, что денег с собой не имеет и брать с него нечего. После небольшого диалога, Турбо стало ясно, что пацан то на самом деле ровный и честный, со своим мировоззрением на жизнь. Да и деньги трясти не стал бы. Не такой он, и чушпаном его назвать язык не повернется. — Эх, Матвейка-Матвейка, — веселый голос старшего заставил скорлупу напрячься всем телом. Он знает этот тон. — приведи этого спортсмена к нам. Перетерем. Сглотнув ком в горле Матвей поднялся на ноги и быстро удалился из помещения. Что же он предпримет? Запугает Тяпкина? Возможно. Валера затушил сигарету об дно пепельницы и откинулся на спинку дивана. Зима смерил его непонимающим взглядом. С уст сорвался повторный смешок. Хоть что-то интересное происходит. Парень с уверенностью мог сказать, что Тяпкин придет и прояснит всю ситуацию. У Матвея и шанса не будет вылезти сухим. Глупый школьник.

***

Андрей с укором смотрел на сбитые костяшки рук сестры, поливая их перекисью водорода. После того как Шура очнулась от недельной комы, она стала вести себя странно. Ежедневные пробежки, правильное питание, смена гардероба. У Тяпкина складывалось такое ощущение, что сестра резко сменила пол. Она ведь и правда в мешковатой одежде и в его старой, дурацкой шапке выглядела, как пацан с района. Не удивительно, что друзья принимают ее за своего. К тому же к Михайловичу захотела в группу. Ей бы лучше поступить куда-нибудь, образование высшее получить, а не все это. С другой стороны. Андрей был рад, что Шурка в какой то степени взялась за ум. Перестала огрызаться с матерью, воровать на рынке, пакостничать соседям. Больше книг стала читать и помогать по дому, будто совсем другой человек. Сегодня сестра впервые после вечерней тренировки пришла домой помятой, но счастливой. Ее карие глаза прям сверкали изнутри неизвестным огоньком. Шура в красках описывала и жестикулировала руками, как надрала зад шкильникам, которые хотели отнять у нее деньги. Потом Андрей понял, что она имеют ввиду школьников. Вот честное слово, Шура доведет его до нервного тика своими словечками по типу: топ, трэш, кринж, рофл, вайб, имба, пруфы еще и шкильник ко всему этому списку прибавился. Откровенно говоря, Тяпкин не понимал сестру. Изменилась она, причем конкретно. В лучшую или в худшую сторону еще пока неизвестно. — С тобой столько проблем, Шурка. — пробурчал себе под нос парень. — И в кого ты у нас такая? — Нормальный я. Андрей замер. Мужской голос эхом отдавался в голове множество раз. Взглянув на спокойное лицо Шуры, он моргнул, а потом еще и еще. Показалось? Губы сестры расплылись в шкодливой улыбке. Нет, не показалось. — Ты чего принимаешь? — не, ну, реально, ему интересно каким образом, она так изменила голос. — Скажи еще что-нибудь? Шурка не выдержала и рассмеялась. Гоготала, она словно малое дите — звонко и не переставая. Андрей улыбнулся. Видеть сестру да и в таком замечательном настроении — редкость. Спустя несколько минут, Шурка успокоилась. Сделав несколько вдохов и выдохов, она заговорила. Никаких препаратов или наркотиков не принимает, а тренирует голосовые связки с помощью специальных упражнений. Где-то она понижала голос до грубого басистого, где-то повышала до мышиного писка. Удивительно. «Это ведь правда ты, Шурка?»