Минувшие Истории Бирянска

      – Что это ещё такое? – очнувшись от странного звука и неуверенно протерев глаза, наполненные какой-то мутной темнотой, спросил я, – Бля, я же вроде как нормально спал.       – Ну, сразу тебя расстрою, это всё ещё сон. – сказал Конор и неожиданно замолчал.       В моей голове в один миг сошлось и разошлось всё. Я просто лёг спать в ночь с двадцать девятого на тридцатое. И я просто уснул, как обычно я это делал. Сон, правда, почти мне не запомнился, да и в итоге это была лишь часть сна. Или это вообще что-то третье, неизвестное для нас. И вдруг муть в глазах прошла. Очень резко прояснилось, но без какой-либо боли, как это обычно и бывает во сне.       Я осмотрелся по сторонам. Я находился на кухне. Да не простой, а на нашей кухне! И я сидел за столом, который был почти пустым: лишь кружка с чаем и пару ложек лежали на белой скатерти. Из окна бил невероятно яркий свет, возможно от солнца. А Конор тем временем стоял за плитой. Я не знаю, каким образом так вышло, что я сидел бы за столом, а Конор что-то готовил.       – И что происходит? – спросил я, глядя на чай в кружке.       – На самом деле, я не знаю. – с необычайной лёгкостью сказал Конор, – Но подмечу, что я бы просто так не появился в твоём сне. Либо ты этого хотел, либо что-то иное на это повлияло.       – И какая цель у этого вот всего? – уточнил я.       – Ну, если стараться вспомнить, – раздумывал Конор, – Можем вспомнить текущие обстоятельства, и мы придём к ответу на сие событие.       – Легко на словах… – пробубнил я.       – Так, когда ты проснёшься, то будет тридцатое число, – рассуждал Конор, продолжая что-то делать за плитой, – Вспомни, пожалуйста, последние события.       – Последние два дня вообще ничего не происходило, – ответил я.       – Значит, копаем не там. – озадаченно вздохнул Конор. Я продолжал разглядывать жидкость в чашке, как тут Конор положил на стол какую-то миску с какой-то кашей, которую я в жизни никогда не видел.       – Я не знаю почему, но я приготовил какую-то «Гречку по-Нирградски». – сказал Конор, – Может как-то в этом дело.       Как только Конор договорил свои слова, я проснулся. Только теперь по-настоящему. Лучей солнца не было, а, значит, можно ещё поваляться и подумать. «По-Нирградски» … Обычно, названия подобных блюд происходит от названия местности или города, на территории которых эта пища была впервые создана. Значит, эту гречку придумали в Нирграде. Град – это тоже самое, что и город. Такое слово преимущественно в славянских языках. Видимо, это может быть и в Роварии. Хотя, зачем себя заставлять думать, если можно было бы просто посмотреть в интернете!       Я встал, а в моих глазах всё потемнело. Всего лишь обычный дефицит витаминов приводил к редкому затемнению при подъёме. Быстро очнувшись, я взял телефон и сел на стул. Глаза слипались и лишь по памяти я смог зайти в браузер и набрать Нирград. Но даже тут я ошибся и написал Мирград, отчего пришлось корректировать запрос. В итоге я получил такую информацию:       «Нирград – посёлок городского типа немного юго-западнее Санкт-Петербурга. Был основан параллельно со значимым соседом и являлся дополнительным звеном системы фортификаций под Петербургом. Являлся поместьем приближённого к царям роду Бургских, о которых в истории нет упоминания, кроме небольших слов в сохранившихся письмах Петра Первого: «Николай Бургский помог нам со шведами у Невы, заложил с нами Питерсбурх и в награду получил землю под Парадизом».       Странное совпадение, которое следует уточнить у Игоря. Но неожиданно мне пришло уведомление… Чат «ЧВК ‘Роварско-Немецкое Войско’»       Туранов: Бля, завтра в школу.       Серов: Ты ебобо? Иди спать.       Тимов: Нам ещё в школу сегодня идти, чтоб у учителя забрать указания       Туранов: а кто наш класс рук?       Серов: Реально, кто?       Тимов: ну вы маразматики, конечно, Хреновича забыть – это сильно.       Серов: а во сколько сегодня?       Тимов: в 12:00.       Я и без напоминания Лёхи знал, что сегодня нужно было пойти в школу. Нам обещали, что всё расскажут про учебный процесс этого года. Хренович настолько прекрасно выполнял обязанности классного руководителя, что за всё время не произошло ни одного крупного скандала внутри класса. Сегодняшний день, как и прочие августовские дни в моей жизни, были одинаковы. Встал, поел, пошёл делать свои дела, поел, продолжил делать свои дела, поел и спать. Я уже говорил тебе, что такое безумие? Безумие – это точное повторение одного и того же действия, раз за разом, в надежде на изменение. Вот и моя жизнь была похожа на безумие. Но сегодня что-то пошло не по плану. Когда дело подходило к одиннадцати часам утра, я решил, что нужно создать новый чат, со всеми членами ЧВК. Опять же, никто не должен был знать то, что обсуждают первые люди в нашей команде. Пригласив всех друзей, незамедлительно поступил вопрос от Рабшина. Чат «Главное командование ЧВК»       Рабшин: Ну, и зачем, а главное, нахера, этот чат?       Серов: Объективно, вопросу к Максу       Вяринов: Смотрите, такой расклад. Вот прибудут в наши ряды новые люди, а мы что, будем наши тайны на их глазах раскрывать? Вот и создал я этот чат, чтоб сюда всю информацию, недопустимую для остальных, кидать.       Туранов: Сомнительно, но окей       Серов: ну, типа это умный ход, так что одобряем.       Вяринов: увидимся в школе, хлопцы.       Нихвич: а давайте потом куда-нить завалимся? Погуляем, приключения в последний день каникул поищем       Вяринов: я не обещаю, но посмотрим.       Нихвич: в школе определимся.       Ребята предложили пойти погулять. Но в последний день каникул мне почему-то не было дела до развлечения. Я понял, что за три месяца я не продвинулся ни в какой из изучаемых мной сфер. Вот просто стоял на месте целых три месяца. Удивительно, но я ничего не делал, когда было время, а теперь, когда по факту уже началась школа, я захотел что-то сделать. Во всём натура человеческая. Мои рассуждения прервали очередные сообщения. Чат Л/с Вяринов-Рябинина       Рябинина: Привет, как дела?       Вяринов: Нормально, ты как?       Рябинина: Да, хорошо. Я тут хотела спросить, ты сегодня после школы занят?       Вяринов: Вообще, смотря для чего и на сколько.       Рябинина: погуляем?       И вдруг, в моей голове пролетела мысль, что можно попробовать сказать ей на прогулке, что нам нужно остаться друзьями. Но мне пришлось бы объясняться перед друзьями. Хотя, вроде как они сами поддерживали меня в этом деле… Чат Л/с Вяринов-Рябинина       Рябинина: Ну, пойдёшь?       Вяринов: А давай, как раз в магазин за оставшимися тетрадями зайду.       Ставка высока, а кость уже брошена. Всё или ничего! Обычная вещь для меня в жизни. Я порой реально ставил всё на игру, и, понимая возможность проигрыша, всё равно продолжал играть. Упорность в нашей семье обычное дело, поэтому я никогда не удивлялся этой обыденностью в моём поведении. К примеру, был случай. В четвертом классе Вика поспорила с учителем. По контрольной у неё была оценка между четверкой и пятеркой, а она поспорила, что сможет где-то там получить ещё одну пятерку. В противном случае, за контрольную была бы три/четыре. И выкрутилась же! Правда, не без моей помощи.       Время подходило к двенадцати. Я решил перекусить булочкой и пойти в школу. На дороге меня встретили Рабшин и Серов.       – Какие люди, а! – с улыбкой на лице сказал Рома.       – Сам в шоке, думал из дома не выйду, – отшутился я, – А то ещё заставят школьный двор убирать или чего ещё похуже.       – А я об этом, кстати, и не подумал. – сказал Кирилл, ошарашенный этим предположением       – Этого, пацаны, – неуверенно начал я, – Я с вами пойти не смогу.       – Это ещё почему? – удивился Серов.       – Давайте по дороге объясню. – сказал я.       Мы пошли в школу. И я попутно им объяснял план моих действий на сегодняшний день, а именно на диалог с Варей. Ребята слушали меня внимательно и даже задумались.       – Это, конечно, прекрасно, но, а передвинуть мероприятие никак? – поинтересовался Рома.       – Ага, а то я уже планировал такие приключения на сегодня. – поддержал Кирилл.       – Не думаю, что возможно, – огорченно сказал я, – но вы можете проследить за этим спектаклем, или я вообще запишу эту всю дичь на аудио!       – Ну, Максон, мы в тебя верим! – сказал Серов и ударил меня по плечу.       Я и не заметил, как мы подошли к школе. Я здесь был недавно и видел её после небольшого ремонта, а вот мои друзья всё время охали и ахали от того, что впервые за сотню лет стены перекрасили.       Вот мы подошли и к самой двери нашего класса.       – Добрый день, товарищи! – сказал Антон Харонович, когда мы вошли.       – Вам тоже доброго. – ответил я.       В классе было совсем немного человек, хотя и до самой этой встречи осталось около десяти минут. Из наших я увидел только Туранова. Я ожидал, что на этом собрании мы будем обговаривать планы на учебный год, наши действия, потенциальные оценки и, конечно же экзамены, и кто куда собирается поступать. Как оказалось, я был почти прав.       – Ждём-с ещё десять минут и начинаем наше увлекательно собрание. – заявил учитель, – А пока, кто-нибудь хочет поделиться тем, что делали летом?       – Я комп собрал, сам, такой он мощный, что аж искры летят! – сказал один человек из нашего класса, Евгений Дементьев.       – Надеюсь, не от видеокарты искры летят? – пошутил Хренович.       – А я вот на море была! – сказал сестра Смурина.       – Лучше б тебя там не было! – добавил сам Смурин.       – Ой-ой-ой, кто бы говорил! – возмутилась Даша.       – При всём моём уважении, не решайте семейные проблемы в классе, а то я и так ваших Санта-Барбар насмотрелся. – сказал Туранов.       – Ну, чего бы мне не похвастаться, – начал я, – я целое лето делал волшебное ничего!       – Ну ты даёшь! – с ироническим выражением сказал Хренович.       За десять минут нашей болтовни о том, как мы провели лето, пришли все, и учитель с торжественным лицом начал свою воодушевляющую речь к началу нового учебного года:       – Ну что-ж, товарищи девятиклассники, восьмой класс кончился, а соответственно отдых тоже. Каждый из вас провёл лето, как ему хотелось. Кто-то всё лето играл в игры, а кто-то учился и развивался. Но сейчас я задам всем один вопрос: поднимите руки те, кто знает, куда поступать? Так… два, четыре, шесть, семь… Хорошо. Сразу скажу, в начале года вы всё равно будете сдавать что-то по типу теста. И там всё равно нужно указать, куда бы вы хотели поступить. Так, дальше. Изначально я планировал какую-нибудь экскурсию, но не судьба, значит, что-нибудь придумаем по ходу действий. Завтра всех жду у входа в школе в парадной форме. Где-то в без двадцати десять. Ну что ж, нам нужно убрать кабинет. За работу!       – Антон Харонович, прошу извинить, но разве мы не убирались в начале августа? – спросил Тимов       – Да, но нам всё равно нужно убраться ещё раз, ибо после завтра приедет комиссия. – ответил Хренович, – и она будет проверять классы. Найдёт что-нибудь плохое, то нам будет очень плохо, поверьте.       Мы принялись за работу. Я сразу же определился в команду к Серову и Рабшину, чтоб время от времени мы могли посмеяться. И мы всей толпой пошли мыть тряпки. Да, все трое пошли мыть тряпки, ведь так-то веселее!       – Ну что, Киря, не суждено нам узнать, куда мы поступаем! – с иронией сказал Рабшин.       – Эх, а вот Смурин знает. – с грустью сказал Серов.       – А давай узнаем у него секрет этого вот определения? – предложил Рабшин.       – А давайте, – согласился я, – Давайте щас окружим его и заставим рассказать, иначе тряпками его побьём!       – Идея просто лучшая, – обрадовался Серов, – правда Харонович нас этими тряпками сам отбарабанит.       – Да пофиг, выживем! – сказал Рабшин.       Мы помыли тряпки, перед этим удостоверившись, что одна из них полностью мокрая и ей можно было обрызгать Руслана. Наш план был гениален, правда, бессмыслен. Но может мы реально что-нибудь узнали бы. Мы выждали, когда Хренович вышел из кабинета и сами зашли:       – Руслан, подскажи, пожалуйста, – сказал я, окружая его вместе с друзьями, – а как ты уже определился с профессией?       – А вам зачем? – ответил Смурин.       – Да так, хотим сами определиться. – подхватил Серов.       – Ну, не знаю я? – растерянно сказал Смурин.       – А ну не ври, это была магия? Или ты просто сверхумный? – допрашивал Рабшин.       – У нас есть тряпки, которые мы можем использовать против тебя, дружище, – сказал я, – так что раскрывай свои секреты!       – Ну, я по стопам родителей пошёл! – ответил Смурин.       – Да бля, я думал интереснее будет. – огорчился Кирилл.       Мы пожали руки Руслану в знак того, что ничего к нему не имеем и это была всего лишь шутка в его сторону. Мы убирались ещё полчаса. Когда же мы закончили уборку, я и Рабшин, попрощавшись перед этим со всеми, пошли к выходу.       – Ну что, сегодня попробуешь сказать? – спросил меня мой друг.       – Постараюсь. – сказал я.       – А знаешь, я понимаю, – вдруг заявил Рабшин, – ты по факту сейчас рушишь надежды человека, это грустно, но и строить иллюзии такое себе занятие.       – О, как же та заговорил. – подметил я.       – Ага, сам в шоке, – отшутился Рома, – ладно, бывай тогда.       Мы пожали друг другу руки, а я ждал Варю. Думал я, что получится всё сказать. Да и несложно же это, но всё равно что-то говорило мне, что рано. Рано, но почему? Неясно. Нутро редко ошибалось, а я вот всегда чувствовал, что у каждого глубоко в душе есть то, что может предвидеть тот или иной исход действия. Шестое чувство что ли. Вот и сегодня это нутро подсказывало мне, что не нужно сегодня раскрывать все карты, что нужно подождать.       – Привет! – сказала Варя и обняла меня.       – Здравствуй. – ответил я.       Я ничего в тот момент не чувствовал. Да, впрочем, как и всегда. Ужасно было понимать, что ты уже полгода водил за нос человека, и даже хуже, пытался обманывать и себя. К счастью, всем было до лампочки по поводу этого, только мне было неудобно существовать с таким грузом.       – Слушай, у меня появились дела, прости, пожалуйста. – сказала Варя.       – Хорошо, я не против, удачи тебе. – сказал я.       Я не особо верил в судьбу, но так странно получилось. Только утром Варя говорила, что хочет погулять, а сейчас говорит мне обратное. Удивительно, как сложилась ситуация. Было бы ещё смешнее, если бы она сама предложила остаться друзьями. Хотя кто его знает?       И вот, дело подходило к вечеру, и мы всей семьёй сели обедать.       – Ну, что интересного сказал Антон Харонович, Максим? – спросила мама.       – Да ничего такого, завтра к половине десятого в парадке у школы. – ответил я.       – Не верится, что мой сын уже в девятом классе. – сказал отец.       – А то, что я в пятом классе никого не волнует?! – возмутилась Вика.       – Мы очень рады, что ты уже в пятом классе, ты стала такой взрослой! – успокоила Вику мама.       – Ну, не очень-то ты и взрослая – пошутил я.       – Ну тебя! – обиделась Вика.       – Слушай, пап, – начал говорить я, – Мой дед же в Петербургской Области живет, да?       – Ну, да, а что? В гости захотелось? – спросил отец.       – Это можно, но я хотел спросить, – продолжил я, – Ты не знаешь такого рецепта «Гречка по-Нирградски»?       – Кстати, твой дед живет в Нирграде, – задумался отец, – Так вот, там было такое блюдо.       – Дедушка там живёт, говоришь? Ясно. – сказал я.       – А тебе вообще зачем? – спросил отец.       – Да так, в интернете нашел, и стало интересно. – ответил я.       Я от части был рад из-за полученной информации, но я не знал, что с ней делать. Я уснул с мыслями об этом…       И вдруг я проснулся. И вновь на той же кухне, как в тот миг, когда я проснулся. Я сидел с кружкой чая, а перед мной сидел Конор.       – Конор, я узнал про ту гречку! – радостно заявил я.       – Да? Ну, выкладывай! – с огнём в глаз спросил Конор.       – Так вот, это реально есть такой городишко, да даже лучше, там живёт мой дедушка! – высказал я на одном дыхании.       – Как хорошо, при первой же возможности отправляемся, мне он сказал, что это был намёк на действие. – сказал Конор.       – Это опять твой он? – спросил я.       – Он самый, – ответил Конор, – С его слов это была подсказка.       – И к чему эта подсказка? – хотел уточнить я.       – Ну, – через вздох сказал Конор, – Он сказал, что мы уже очень скоро всё поймём…