17. Дурак
22 сентября 2024 г., 01:07
Дружба, особенно зародившаяся в далеком детстве, особенно – столь разношерстная, не похожая на хоть сколько-то здоровые отношения. Парни вечно стремились в чертноту улиц, оставляя ее совершенно одну. Раскол в отношениях произошел незаметно, распустился трещинами по хрупкому льду, еще немного и затащит на дно.
Турбо отдалился первым: его затянуло в местную группировку, пришился он недавно и моментально переменился как в общении с товарищами, так и в поведении в целом.
То тут, то там стали проскакивать «пацанские» словечки, которые Алиса совсем не разделяла, да и, признаться, не понимала. Взрывной характер, который он сдерживал, стал все сильнее пробиваться наружу. Зима вскоре присоединился к другу, поддался его восторженным речам.
Все чаще оба пропадали на собраниях в хоккейной коробке. Парни сблизились, сплотились ещё сильнее, а Алиса осталась с уверенностью, что она за бортом. Осталась вне дружбы, вне той крепости, что они так старательно выстраивали.
Нет, они не отталкивали ее, не закрывались, просто общее и такое близкое постепенно уходило и Алисе казалось, что она навязывает свое общество, вызванивая то одного, то другого. Звонки вскоре прекратились, а в школе они изредка перебрасывались мимолетными фразами, искренность из которых исчезла, улетучилась, словно и не было ее никогда.
Не покидало ощущение, что ее бросили и забыли, обиду же спрятала за безразличием и отстраненностью. В словах сталь, а в глазах безжалостный холод.
– Эй! – окликнул Алису Турбо, который стоял, прижавшись спиной к стене у узкой лестницы, за ухом сигарета, а волосы все так же очаровательно растрепаны. С колючей усмешкой встал перед лестницей, перегородив дорогу.
Смотрел с вызовом, высокомерно. Что сделает, убежит, оттолкнет, испугавшись? В собственных чувствах запутался: высказать их так и не сумел, трансформировал в беспочвенную агрессию.
– С каких пор я стала для тебя «эй»? – Алиса скрестила на груди руки и недовольно уставилась на него. Подруга с опаской оглянулась на Зиму, который стоял у них за спиной, и поближе прижала к себе портфель.
– Да ладно тебе, малая, я просто поздороваться хотел. Соскучился. – Турбо деланно добродушно улыбнулся, на щеке алела свежая ссадина.
– Замечательно. Дай пройти. – холодно отрезала Алиса и сделала шаг к нему, тот и не думал двигаться с места.
– А если не дам? – Турбо скрестил руки и с вызовом вскинул подбородок.
– Полетишь нахер с лестницы! Дай мне пройти. – она с силой толкнула его в грудь, тот даже не шелохнулся, лишь усмехнулся.
– Я… Извини, я пойду… – подружка обошла Турбо бочком и сбежала вниз по лестнице, даже не обернувшись на Алису, которую оставила со здоровяками совсем одну.
– Нихера у тебя подружки… – Зима неодобрительно качнул головой.
– Ну и?! Дальше-то что? – Алиса обернулась и окинула Зиму прохладным взглядом. – Что мне дальше сделать? Карманы вывернуть, попрыгать, чтобы мелочь загремела? Или зажмете меня в уголке и ногами запинаете? Что вы – пацаны – обычно с чушпанами делаете, не знаю! – кидала слова, будто острые кинжалы.
– Эй… да ты чего? – непонимающе уставился на нее Зима.
– Да не «эй» я вам, придурки! Я не хочу ни стоять здесь с вами, ни разговаривать! – Алиса едва сдерживала слезы, ее душила обида, которую, наконец, высказывала. - Я вас совсем не узнаю!
Турбо молча выслушал ее и отступил в сторону, позволяя ей уйти. Алиса специально толкнула его плечом и гордо удалилась, задержалась на последней ступеньке и заглянула Валере в глаза, кольнуло прямо в сердце.
– Дура… – едва слышно проговорил Турбо, взял сигарету в зубы и пнул стену ботинком, вкладывая в этот жест всю злобу и разочарование.
🦋
Молчание между некогда близкими друзьями продлилось вплоть до конца выпускного класса. На носу экзамены, а несколько месяцев пролетели, словно один день, в воспоминаниях оставив лишь редкие переглядки, стычки в коридорах и разочарованные холодные «как дела?». Пролетели, оставив за собой тягучее неприятное чувство опустошения. Казань радовала солнечными днями, Алиса готовилась к вступительным экзаменам, лишь изредка поглядывая из окна на хоккейную коробку во дворе, буквально под окнами комнаты девушки. Когда ловила взгляд то Зимы, то Турбо, со злостью закрывала шторы и прятала за ними раскрасневшиеся щеки. – Нихера это не хорошо получилось! – сказал Турбо лысому товарищу, закуривая и смотря прямо в Алисино окно. – Это неправильно… – он спрыгнул с борта хоккейной коробки и направился к дому девушки, в открытый подъезд он юркнул, кивнув старухам, что расположились на лавке и без умолку чесали языками, обсуждая неугодных старушечьему обществу. Едва не сбил с ног парня, который стоял в дверях с небольшим букетом. – Хули ты встал тут?! – огрызнулся Турбо и промчался мимо. До пятого этажа добежал, перепрыгивая через ступеньки и вот – взъерошенный и запыхавшийся – не решается даже постучать. Сердце колотится, Валера, поднеся кулак к двери, на секунду замер. В раздумьях не заметил, как открылась дверь, а хрупкая девочка уткнулась ему в грудь, совсем не ожидая, что на пороге кто-то окажется, тем более – он. – Привет. - растерянно произнес Валера, опустив на нее взгляд. – Да, привет. – Алиса отошла на него и коротко улыбнулась краешком губ. – Я даже не ожидала тебя увидеть. Твоя пацанская сходка закончилась? – съязвила, скрестив руки. – А ты куда?.. – Туркин окинул ее оценивающим взглядом и улыбнулся. – Красивое платье… – глуповато-наивно подметил он. – Тебе какая разница? – Алиса проигнорировала комплимент, развернулась к нему спиной и закрыла дверь на ключ. – Все или ты что-то хотел, я опаздываю. Совсем упустил, насколько она изменилась. Откуда взялась сталь в голосе? Куда исчезло солнечное тепло в глазах?.. Турбо моментально сократил расстояние между ними, развернул Алису к себе и встал, не давая уйти, упершись рукой в стену рядом с ее ухом. – Этот лох к тебе что ли?! – от него пахло сигаретами и мятой, а голос звучал требовательно и раздраженно. Сжал скулы и смотрел ей прямо в глаза. – Валер… Я в Москву уезжаю через несколько дней. – Вдруг подметила Алиса, игнорируя вопрос. – Мне, правда, пора. – Мы сможем друг без друга, я это знаю. – шепнула на ухо, привстав на носочки. На щеке Туркина вспыхнул искренний и трепетный поцелуй, последнее напоминание о том, что они растеряли. Молчал. Слов найти не удавалось. – Увидимся. Как-нибудь. Алиса проскользнула под мальчишеской рукой и побежала по лестнице, лишь бы не обернуться, лишь бы он не увидел слезы на ресницах и алые щеки. Валера так и остался стоять, уперевшись ладонью в стену, лишь опустил голову и обдумывал все то, что они могли сказать друг другу, все то, что могли сделать. Если бы ни бурацкая гордость! Если бы ни дурацкая улица!🦋
Ночь перед последним днем в родном городе тянулась невообразимо долго. Отец, мачеха и братец укатили на день рождения какого-то очередного друга, а Алиса никак не могла найти себе место, ворочалась и уже оставила всяческие попытки уснуть. Она встала с кровати, укуталась в кофту, которую когда-то присвоила себе из шкафа Зимы, огромную и уютную. Взялась за воротник и зарылась в кофту лицом, хотела уловить хотя бы нотку запаха Зимы, но откуда ему было взяться? Он давно сменился сладким ароматом духов, которые подарил отец и терпким запахом стирального порошка. Как они умудрились все вот так вот потерять? Как они посмели так грязно откреститься от такой важной дружбы? Каждый позволил всему светлому ускользнуть сквозь пальцы. Алиса надеялась, что они хотя бы в эту минуту помнят о ней, надеялась, что услышит звонок в дверь или хотя бы по телефону. Тишина. – Пора уже привыкнуть, идиотка! – крикнула собственному отражению. Алиса подошла к зеркалу и опустилась в кресло напротив, обняла коленки руками и опустила голову. Она позволяла себе плакать, не скрывать эмоции и переживания – никто не увидит сейчас и не осудит. Никто. Тишину в комнате прерывали лишь всхлипывания и бормотания: сожаления, ошибки, извинения, переживания. Она не хотела уезжать из родного города, надеялась на воссоединение с друзьями, но твердо настроила себя, наконец, перевернуть эту страницу. Так должно быть. Так правильно. Наплакавшись, Алиса не заметила, как уснула, обнимая коленки. Утро проникло в комнату озорным лучом сквозь задернутые шторы. Девушка заворчала, но все же сдалась под натиском проворного луча – проснулась. Все так же одна. Кого она ожидала увидеть? Валеру? Маму или отца? А может Зиму? Хоть кого-то... – Никого не хочу видеть! День пролетел молниеносно: последние сборы, проверка чемодана – точно ничего не забыла, и совершенно точно выложила все ненужное. Фотографию с Зимой и Турбо то выкладывала, то прятала обратно в сумку. Сборы и переживания прервал настойчивый звонок в дверь. Алиса глянула на часы - половина одиннадцатого. Принести никого в такой час не может, а так настойчиво трезвонить и попутно колотить дверь может только один человек - лохматый, заносчивый и наглый. – Турбо... – резюмировала, обращаясь к парню, тому самому, что ждал её с букетом, когда Валера промчался мимо в их помледнюю встречу, который пришёл помочь со сборами и повеселить беседой. – Что ему нужно в такой час? – боязливо проговорил парень, он заметно напрягся. – Не знаю, Саш. Я посмотрю. Алиса поспешила открыть дверь, даже не посмотрела в глазок, была уверена – это он. Задумавшись всего на секунду, открыла, в лицо дал спертый запах подъезда, сигаретного дыма и алкоголя. Туркин, по обыкновению взъерошеный, едва стоял на ногах. Подняв в знак приветствия бутылку водки, он мягко отодвинул девочку и ввалился в прихожую,не обращая внимание на протесты. – Ты с ума сошёл. Ты время видел?! – она схватила его за локоть препятствуя тому, чтобы он продолжал пробираться в квартиру. – Я с ума от тебя сошёл. Не могу без тебя, пиздец мне... – он растерянно провел рукой по голове. Слова его звучали искренне, с наивной надеждой. Валера уселся на корточки и притянул её за руку к себе: прижался лбом и обнял изо всех сил. Стоя между его ног и в крепких объятиях, она лишь легко-легко сжимала вечно взъерошенные волосы. – Туркин. Ты пьяный. Иди, пожалуйста, домой – Алиса говорила мягко и спокойно, волнение выдавала лишь лёгкая дрожь. В его объятиях сейчас было так хорошо. – Валер, я сейчас не одна... – боялась и представить, что будет, если Турбо в таком состоянии увидит гостя. Ожидать можно, что угодно. Турбо поднял голову и взглянул ей в глаза. – Мне похер, я пришёл к тебе. Пришёл сказать, что я... Я пиздец, какой дурак! – Я знаю, какой ты дурак... – Алиса усмехнулась и потрепала кучурявую макушку. – Послушай, я не хочу наделать ещё больше ошибок, понимаешь? Сейчас совсем не время, нам нужно просто отпустить друг друга, оставить далеко в воспоминаниях. Оставить дружбу там – в детстве. Я очень рада, что ты пришёл попрощаться. Но это прощание, Валер. – словами резала безжалостнее ножа. Турбо отпустил её и встал, возвышаясь над Алисой ровно на две головы. Стоять было явно тяжко, а слушать больно: его такая родная девочка казалась теперь ледяной и совсем далекой. В руке он сжимал горлышко бутылки, которое вот-вот треснет под натиском крепких ладоней. – У тебя здесь своя жизнь, у меня – своя и пересечься мы больше не сможем. – она смотрела ему в глаза, а по щекам катались слезы. Сейчас ей больше всего хотелось остаться в этих приторно-сладких объятиях, но это неправильно. Нужно найти смелость отпустить, закончить, перестать надеяться, иначе будет невыносимо больно. Туркин слушал её, сжав скулы. Он молчал, не мог подобрать слов, лишь осушил оставшуюся половину бутылки махом, вытер рукавом губы и снова прижал Алису к себе, возможности выбраться у нее не было: сильные руки так нежно обвили ее талию, что хотелось раствориться в этих объятиях. – Подожди, помолчи немного... – Валера нагнулся к ней и покрыл шею горячими влажными поцелуями. Алиса лишь слегка откинула шею, позволяя углубить поцелуи. Она была близка к тому, чтобы наплевать на притаившегося в комнате парнишку, который, боится Валеру и не рискует выйти, наплевать на все грани, наплевать на свою решимость. Была готова забыться, утонуть в парне, который так жадно целовал её шею, в парне, в котором она так остро нуждалась. – Прости меня. Прости!.. – Алиса вдруг опомнилась и уперлась руками в его плечи. – Остановись!.. – она тяжело дышала, Турбо, как послушный, преданый пёс, остановился и взглянул на неё с надеждой. – Это ошибка... Тебе пора уйти! Пожалуйста, уходи... – смахнула с ресниц слезы и выбралась из объятий. – Нам нужно просто это отпустить... – Согласен. – холодно отрезал Турбо. – Ты знаешь мой номер, позвони мне. Как-нибудь... – он поправил прядь её волос за ухо. – Долбоебу своему трусливому привет передай. Парень усмехнулся и вышел из квартиры, хлопнув дверью. На лестничной клетке был слышен звук бутылки, что разбилась вдребезги о стену и звуки глухих ударов кулаками по той же стене. – Этот психованный ушёл? – подал голос из закрытой комнаты Саша. – Ушёл. – раздражённо ответила Алиса. "Ушёл...": невыносимо больно пульсировало в висках.
