- Sin or a blessing? -

      — Хелен, не ожидала тебя здесь увидеть, дитя. — пожилая старушка Эсклармонда буквально выкатилась в виду своей дородной комплекции из сарая, который находился за храмом их небольшого посёлка. Там хранился в основном один только садовый инвентарь, которым пользовались довольно часто, да старые вещи, оставшиеся после недавней ревизии в храме, но которые так же сердцу было жаль выкидывать. Несомненно, от предыдущего отца-настоятеля — преподобного Флориана, осталась масса интересных вещиц, представляющих для него особую ценность, однако три года как старик почил в довольно преклонном возрасте, только и успевая, что встретить, принять в обители и благословить на добрую службу более молодого, сильного духом, горячо преданного Господу человека. Себастиан в то время только поселился в их деревне, мгновенно располагая к себе людей добрым словом, советом, помощью в делах, так же проявлял он активное участие в жизни храма, управлялся сперва с мелкими поручениями, а уже потом преподобный Флориан приобщил его к совместным проведениям молитв по воскресеньям, таинству причастия в приходе, проведению месс. Он ведь только закончил академию, несмотря на то, что пришёл к Богу не так, чтобы очень рано — в тридцать пять лет, но опыта священнослужителя так и не приобрёл. Зато теперь, молодой человек мог беспрепятственно тот самый опыт восполнять, без остатка отдавая самого себя и все свои силы на то, чтобы исцелить души вверенных ему людей, отвлекаясь тем самым от собственной, которая до сих пор болела и кровоточила, терзаемая муками его прошлой — мирской жизни. Многое он рассказал тогда преподобному в моменты, когда даже молитвы не спасали, негде было найти покоя и хотя бы немного облегчить тяжесть в груди, которая оставалась каждый раз, стоило мужчине проснуться в холодном поту после очередного кошмара. Убаюканный благословенным ощущением спокойствия, одновременно с благовониями и запахом воска, исходящих от свечей, Себастиан как на духу поведал обо всем — всей своей жизни, от и до, не забывая о годах армейской службы и о том, что ему пришлось пережить, какие ужасы испытать и как вообще умудриться остаться в живых, да ещё при здравом рассудке. Относительно здравом. Тихонечко шептал, всхлипывая перебирал в руках молитвенные чётки, всё взывая к богу, отчаянно ища утешения. Словами описать нельзя то чувство, когда буквально ощущаешь на себе всю любовь Господа, то, как длань Его касается невесомо той самой души, внезапно, но этого мгновения ждёшь как никогда, зная — потом обязательно полегчает. Ощущение света и тепла, что хоть немного, но отогревают исстрадавшуюся кровь, заставляя ощущать себя живым. — Несмотря ни на что, ты, мальчик мой, нужен Богу. — говорил ему тогда преподобный, по-отечески положив ладонь на его плечо. — По этой причине, ты выстоял пред всеми тяготами и испытаниями, чтобы прийти в Его объятия очищенным ото всех грехов, что совершил. Себастиан тогда не до конца был в этом уверен, как не был уверен и сейчас, каждодневно молясь, смиренно прося прощения. Именно поэтому он избрал для себя этот путь. Невольно вспоминая о нём, Эсклармонда не сразу поняла, о чём говорила ей Хелен. — У меня каникулы начались. Получила аттестат, родители очень мною гордятся. — девушка вся светилась от счастья, и её приподнятого настроения просто нельзя было не заметить, не заразившись этой лучезарной улыбкой. — Да, я слышала. — улыбнулась в ответ старушка, выбирая себе инструмент, а остальное, прислонила к деревянной стене сарая. — Вон какую дискотеку закатили в клубе то. — озорно прищурилась она, вытирая краешком платка около губ. Сегодня на редкость жаркая погода — настоящий майский зной перед затяжным сезоном дождей, именно поэтому она так торопилась закончить работы в саду. Себастиан тоже обещал присоединиться сразу же, как закончит утреннюю мессу. Вдвоём то, всяко сподручнее. — А я все равно не ходила. — беззаботно махнула ручкой Хелен, поправляя на голове косынку. — Я родителям с ремонтом помогала, уже практически немного осталось, дай вот думаю, вам помогу, а то дождь обещают. Чего ж просто так по округе то слоняться? — Хелен выставила руку вперёд, щурясь от слепящего света солнца, а Эсклармонда ни без гордости кивнула, указывая затем на стоящие у стены инструменты: — Ты просто молодец, детка. В самом деле, помощь и вправду не помешала бы — возьми мотыжку и иди за мной. Куст с розами прополоть от сорняков надо будет. — скомандовала она, шагая вперёд. Хелен подошла поближе, а взгляд её зацепился за саму маленькую, чуть больше десяти сантиметров, но выполнена она была очень оригинально и впечатляюще — на деревянной рукоятке изображены красивые, витиеватые узоры, сразу заметно, выполненные вручную. Взяв в руку инструмент, она резво направилась следом. ***