Близко или Рядом?

– Адидас! Младший который! – окликнул пацана Турбо. Марат сразу же подбежал к старшему. – Ты что, дружбу с тем чушпаном водишь что ли? – Да не дружим мы… – отмахнулся Маратик, раздражаясь. – Что б я с такими… Оглядев мальчишку, Турбо кивнул и подал Марату сигарету. – Отлично. Ни черта не отлично. Андрей продолжал приходить в гости к Марату, чтобы подтянуть его по английскому, пока Вовы не было дома. Когда Марат чувствовал, что лучше им закончить, расходились по разным дорогам. Марат – к пацанам, Андрей – домой, нередко побитый универсамовской скорлупой по пути. Эти встречи стали обыденными, но оттого не менее напряженными. Марат бесился от присутствия этого… человека в своем доме, бесился, когда видел Андрея в школе, и молчал. По-английски говорил только, как мог, пока они занимались, сидя за учебником столько, сколько Марат позволит. И может, стоило оставить ситуацию как есть. Но ни черта у них не сложится «отлично». – Здесь «has» ставим. Я ж раз пять сказал уже… Марат отпихнул учебник подальше от себя и впервые за долгое время посмотрел чушпану в глаза. – Чего ты самого умного из себя строишь? В ебало давно не получал? Но по куче ссадин на лице Андрея так не скажешь, конечно. «Какой же идиот», – злился в мыслях Марат. – Я не строю. Давай продолжим, – спокойно ответил Андрей, стушевавшись. С их последней ссоры он больше голос не повышал. И почему-то этот факт Марату не понравился. – She has very long hair. – Правильно. – I have a problem. – Правильно. – Почему ты пидор? Андрей застыл на мгновение, опешив от внезапности. Оторвав взгляд от учебника, он выпрямил спину и посмотрел на развалившегося на кровати Марата. – А почему спрашиваешь? – Ты вопросом на вопрос не отвечай, – с намеком на угрозу проворчал Маратик, приподнимаясь на кровати на локтях. – Отвечай: почему? – Я не пидор. – Сказки. Андрей быстро оценил ситуацию – Марат не собирается его бить. По крайней мере, сейчас. – Я не знаю, почему. – Ты уже не отрицаешь? – усмехнулся Марат, почему-то довольный этим фактом. – Давай продолжим., – Андрей вновь взял в руки учебник. – You… a cat? – You have a cat, – вздохнул Марат, садясь на кровати. «Уже инглиш понимаю лучше, чем его», – промелькнула мысль. – Давай, провожу. Андрей натянул шапку, выходя вместе с Маратом в подъезд. – До свидания! – крикнул он маме Марата, пока тот не закрыл дверь. – Рехнулся? – запоздало отреагировал Андрей на предложение пацана. – Ты че, борзый что ли? Что хочу, то и делаю, – вспылил Марат, спускаясь по лестнице. Андрей поспешил за ним. – Мне, может, до универмага нужно. – Не иди со мной, – возразил Андрей, останавливаясь. Марат остановился тоже, обернувшись к чушпану. Поправив куртку, он дерзко улыбнулся Андрею. – Что хочу, то и делаю. – Тебя с пидором заметили, – отчеканил Зима. В комнате больше никого не было. – И что? – И что? Он не с нами, – Зима протянул сигарету мальчишке и сел на диван. Марат остался стоять возле. – Опасно с ним ходить. Старшие заметят, и по шапке получишь. – Он, может, не пидарас даже, – пробурчал Марат. – Не выглядит как пидор. И почему он защищает этого идиота? – Он теперь чушпан. – Да знаю я! – Марат фыркнул, отводя взгляд. «Андрей и сам об этом часто напоминает», - думал он. Достав зажигалку, он несколько раз попытался поджечь огонь. – Черт… Наблюдая за его действиями, Зима встал и поджег ему сигарету от своей. – Осторожнее, – старший хлопнул Марата по плечу и ушел, оставив того одного в комнате. «Пидоры тоже люди. Но идиоты… Блять, Андрей идиот, – размышлял Марат, разглядывая уставившегося в учебник Андрея. – А не похож на идиота. Вот был нормальным пацаном, а щас черт-те что!..» – Ты слушаешь? – Не. – Понятно. Молчание затянулось. Мамы Маратика не было дома, потому во всей квартире не издавалось ни единого звука. – Ну, я пошел тогда? Андрей сказал это и убрал учебник в свой рюкзак. Он встал со стула, желая выйти из этой комнаты и не ожидая, что Марат будет его провожать, если это не напоказ перед мамой, но слова пацана остановили его. – А какого это? Андрей повернулся и вскинул брови. – Английский знать? Или чушпаном быть, имеешь в виду? – решил уточнить он. – Пидором быть. И шкурой ментовской прикрываться. Маратик встал с кровати и, подойдя к столу, за которым до этого сидел Андрей, демонстративно отодвинул стул и кивнул на освободившееся место. Андрей намек понял и снова сел. – Не прикрывался я, – отмахнулся Андрей. – Нравилась она мне. По-настоящему. – А чего не сложилось тогда? – начал интересоваться Марат, явно удивляя собеседника своим стремлением к душещипательным разговорам. Но интерес берет верх. Не злоба или какие-то пацанские понятия, – Марат так и не понял, почему вдруг его не волнуют эти понятия так, как должны были. – Я для нее шкет обычный. Очередной проблемный пацан, – пожал плечами Андрей. – Так ты не пацан уже. – А шкетом остаюсь. Да и… – тут Андрей провел рукой по бритой голове, где волосы еще даже не начали отрастать, и отвернулся от Марата. – Пидором тоже остаешься? – допытывается тот, не унимаясь. Чем, видимо, начал бесить Андрея. – Что ты так прицепился? – он встал со стула, становясь перед Маратом. – Пидор то, пидор это… Лучше б в морду бил, чес-слово! – Да мне, может, не хочется пидоров в лицо бить, – выплюнул Марат, пихая Андрея от себя рукой. – А что не так с пидорами? Конкретно с ними? – Да все нормально!.. То есть, не этуются… Андрей ухватился за лямку своего рюкзака, поправляя ее на плече. Марат молчит, и из-за этого тот все-таки решается уйти, не говоря больше ничего. – Пидоры – они как шлюхи заправские… «У кого угодно, только не у Турбо». – А чего интересуешься-то? – Да я не понимаю, как это можно-то. Чтобы мужик мужика… – начал Марат, подхватывая фразы Турбо, которые он услышал вчера. Зима только усмехнулся. – Ты это от кого услышал, от наших? А свое мнение у тебя появляется на ситуации вообще? – кидая окурок в пепельницу, Зима раскинулся на диване в их подвале. – А у тебя какое? – сразу интересуется Марат, наклонясь ближе к старшему. Замечая искру в глазах, Зима снова усмехается, только не так весело. – Из-за друга твоего того спрашиваешь? – Мы не друзья, он же чушпан, – отнекивается Маратик, утопая глубже в свою куртку. – Ну, смотри, – просто продолжил Зима, решив не отвечать на слабые сопротивления скорлупки перед ним. Оглянувшись на дверь, которая была плотно закрыта, он вновь возвращает свой взгляд к Марату. – Мне похрен вообще. – Это как? – Как-как… – он кашлянул и продолжил. – Ну хочет… мужик мужика, ну и пусть хочет. Если он не лезет к мужикам, как мужики некоторые к бабам, ну, ты понимаешь… То вообще похрен. – Ты к мужикам лезешь? Если на то пошло, Марат вообще не понял. Но диалог с Зимой прошел лучше, чем с Турбо, и парень решил отталкиваться от него. Андрей тоже уже ничего не понимал. – Чего? – Ну ты к мужикам лезешь? Ты ж пидор… «Нет, не так». – Ну этого, лезешь или нет? Если ты мужика хочешь… – Не лезу я! И не хочу я мужика, – стал защищаться Андрей, со стоном роняя голову на сложенные руки на столе. – А как тогда? – Что «как»? – по Андрею было видно, как непонимание в комнате разрастается в какой-то там прогрессии, Марат и математику не понимает, если честно. – Да это… Ладно, забей. Пидор бля. Последние слова не отдавали той злостью, которую, в контексте, должны были иметь. И вот это понимали оба, но делали вид, что так и надо. – Если мужик хочет мужика поцеловать, ну, пусть целуются. Если оба хотят, – настаивал Зима, уже по полочкам раскладывая свои изречения для не самой светлой головы, сидящей напротив него. Марат заметил, что Зима мало об этом думал, на самом-то деле, и половину того, что сейчас говорит, либо додумывает, либо рассуждает вслух о том, что потом становится его мнением. В любом случае, это лучше идиотизма Турбо. – И вот если, представим, мужик целуется с мужиком… Мне-то от этого что? Они ж не меня целуют. Вот что я хочу сказать. – А ты парней целуешь? – Нет, – сухо ответил Андрей. Эти расспросы в каждую встречу стали уже привычными. – А хотел бы? – А ты не хотел бы speak English уже? – Вова… – Чего тебе? Марат уставился на брата и прикинул, что бы тот мог ответить на его расспросы. Перед глазами всплыл образ пьющего разливное Турбо. – Да нет, – спустя паузу отнекивается он. – Ничего. – Так хотел бы или нет? – В зависимости от того, пидор ли я, – по-тупому ответил Андрей. По-тупому – это то, что поняли оба, даже если Андрей постарался казаться умным. Но и Марат не дебил же. Он засмеялся, и Андрей усмехнулся тоже, расслабляясь. – А ты хотел бы или нет? – Чего-о? – Марат встрепенулся, очухиваясь, и нахмурился. – Ты чего, я ж не пидор! – Ты давай это, без «пидора» базарь. Я просто спрашиваю. Ты ж меня постоянно просто спрашиваешь, – Зима заулыбался во все зубы. – Идиотизм… – Уважение к старшим, Маратик. – А как это – хотеть поцеловать парня? – Я знаю, как хотеть ударить парня, – беззлобно сострил Андрей. Ему уже это прощается. Если подумать, то Марат вернул их общение к тому, каким оно было, когда… Когда Андрея не отшили еще. – Не кипятись, – Марат улыбнулся, чем-то напомнив Вахита Андрею. – Просто вот я представляю красотку какую-нибудь… И да, мне ее, вроде как, поцеловать хочется. А представляю пацана, ну, наших, и я не хочу их целовать. Меня блевать тянет, – Маратик драматично поежился. – Так ты не их представляй и не красотку, а красавца, – подсказал Андрей. – Коль блевать потянет, значит, не пидор. – Давай попробуем. Инглиш убери свой, – потребовал Марат и, устроившись на кровати поудобнее, закрыл глаза мечтательно. Андрей посмеялся с этой картины, внимательно следя за Маратом. Что ж, развеселил, теперь за дело. «Красавца, значит?» Марат попытался представить мужчину, но взрослые люди сразу отпали. Да и кого он может представить, ОБЖ-шника? Да, с фантазией у парня туго, раз новое лицо выдумать так сложно. И Марат пошел от обратного. Представить симпатичную девочку не сложно – пусть будет та блондинка из параллели… «Главное, не рыжая! Рыжие те еще бестии». Представил. А теперь представить, что она превращается в парня… Пацана, не тряпло какое-то… Блевать не потянуло. Марат нахмурился и, чувствуя и зная, что за ним следит Андрей, открыл глаза, сразу начиная кривляться и изображать рвотные позывы. Ребята посмеялись, но за смехом Марата скрывался страх. Почему его не потянуло блевать, стоило подумать о поцелуе с Андреем?