Мальчик с голубыми глазами

— Тооошенька, как же ты вырос! — бабушка обняла Антона, который был выше её чуть ли не на двадцать сантиметров. — А какой красавец-то стал. Поди, все девочки за тобой бегают… — Баааа, — голосом обиженного ребенка протянул подросток, — Какие девочки? Я маленький еще, седьмой класс только закончил. — Для девочек никогда не бывает рано или поздно. — улыбнулась бабушка и отвернулась к плите, где все кипело и булькало, и по кухне витал ароматный запах домашней еды. Антон осмотрел кухню. Она была маленькой, но такой уютной. Много шкафов, большой холодильник, стол и газовая плита — вот и вся мебель. Подросток очень любил бабушкину кухоньку, даже больше, чем свою комнату. В середине лета, когда созревали ягоды, бабушка варила варенье, и маленький Антоша помогал ей, а потом самым первым пробовал горячее, обжигающее горло, но такое вкусное варенье. Воспоминания подростка прервал крик девочки. — Ба, привет! Я с улицы пришла, — на кухню забежала девочка двенадцати лет с недлинными русыми волосами и челкой-шторкой. Она была худая, как Антон, но не такого высокого роста. — Окси! — Антон обнял сестру. Оксана Фролова была двоюродной сестрой Антона. Её мама была родной сестрой маме Антона. — Ты так выросла, Окс! Скоро выше меня будешь, не дай бог конечно, но все же. — засмеялся Антон, делая с Оксаной обычное для них приветствие: рукопожатие, похожее на хлопок, и, как все знают, чем громче был звук от хлопка, тем веселее будет смотреть, как один из здоровающихся будет шипеть от неприятных ощущений, доставленных рукой партнера. — Антох, ты смеешься? Я так не вырасту. Ауч, ты ку-ку? Больно вообще-то. Кольца хоть иногда надо снимать, если ты не в курсе. — вскрикнула Оксана, и Антон даже немного ее побаивался: мало ли что у нее в голове. — Тише, Окс, тише. Хахахаха, буду одинокой шпалой, — скорчил комично-грустную мину подросток. Окс была его другом с детства, хоть и была девочкой. Она ввязывалась во все приключения Антона, будь то лазанье по деревьям или взрыв петарды, положенной под кастрюлю, за что её сначала ругали, но потом поняли, что это бесполезно. — Антошенька, а что ты вещи не отнес в комнату? Иди убери шмотки, а то потом не найдешь вообще. Иди-иди, с Оксанкой ещё успеешь наболтаться, — прервала смешки детей бабушка. — Окс, поможешь? У меня вещей немного, всего-то сумка, портфель с книгами и гитара. — посмотрел на нее Антон и, подражая девочкам, сделал большие глаза и похлопал ресницами. — Тоха, спрашиваешь тоже! Кншн, ща всо будэт по кэрасотэ, — с небольшим армянским акцентом ответила сестра, подхватив спортивную сумку и скрывшись за дверью комнаты брата. Помещение было достаточно просторным. Мебели в комнате было немного: стол для письма, большой шкаф во всю стену, диван и стул. — Смотри, Тош: диван раскладывается в большую кровать, на которой ты врядли поместишься, поэтому вот матрас, будешь спать на нем. Вот постельное белье, подушка, одеяло, покрывало, в общем, разберешься сам. Давай я помогу с одеждой, ты пока белье застели, — инструктировала Оксана Антона, который, расстелив на полу одеяло, искал дырку в пододеяльнике. — Да где эта дырка? Ëб твою налево, да где блять она?.. А, вот, — через 5 минут услышала из-за спины девушка, раскладывая вещи. Закончив, она повернулась к брату. — Антон, ептвоюмать, что произошло? — а Антон барахтался в пододеяльнике, в котором наполовину было вставлено одеяло. — Окс, чё ржешь, помогай давай. Видишь, конечности запутались, вытаскивай! — заорал подросток где-то глубоко под одеялом. — Да вытаскиваю я тебя, вытаскиваю, шпала двухметровая. — Э, Окс, поаккуратне со словами. Я так-то повыше тебя, и я мальчик, поэтому не лялякай тут, — первым делом Оксана увидела растрепанные волосы Антона, а затем вылез сам Антон. — Чтобы я ещё раз полез заправлять пододеяльник… Никогда! — пыхтел Антон, разминая успевшие затечь руки. — А больше ты и не полезешь, я его сама заправила. — Оксана стряхнула невидимую пылинку с аккуратно сложенного одеяла. — Да как ты блять?!.. Ладно, от души душевно в душу, Окси.- Антон посмотрелся в огромное зеркало, откинул челку фирменным изящным жестом и уставился на Оксану, смотревшую на него — Тош, спать пойдешь? Ты же с дороги? — девушка посмотрела на часы, которые показывали полдесятого вечера. — Окс, я может быть посплю полчасика, а потом только сериалы, бассейн, гитара и подготовка к новому учебному году. — перечислил Антон. — Мда, ну и душнила. Ладно, споки ноки, я спать. — Оксана спрыгнула с дивана и скрылась за дверью. — Давай, спокойной. — отозвался подросток и продолжил вполголоса: — А меня ждут «Бесстыжие».

***

Стандартное утро Антона начиналось с пинков от Оксаны, злившейся на него за то, что «нефиг сериалы смотреть до часу ночи, вставай давай». В конечном итоге с него стаскивали одеяло и обливали водой. После незапланированного обливания Оксана занималась внешним видом брата: причесывала и подбирала одежду. Антону нравилось проводить время с сестрой вне зависимости от того, чем они занимались. Оксана бегала быстрее любого пацана и лазила по деревьям так, как будто её предки — пантеры или дикие коты. Так вот, после причесывания девушка чуть ли не насильно заставляла Антона есть вкусную бабушкину еду. Подросток мог и сам поесть, просто ему не требовалось есть так же, как и другим людям. Он ел мало, а если была возможность, то и вообще не ел. После еды дети обычно шли искать приключения на улице. Как-то раз утром они пошли на речку, где Антон запутался в прибрежных растениях и чуть не упал: спасла ветка дерева, росшего у берега. Или было такое: Антон решил, что он бессмертный, и полез в сарай к петуху, который может очень сильно клюнуть, бывало такое, что до больших ран, а Оксана подумала, что они играют в прятки, и, не найдя Антона в сарае, закрыла его. Тоха в итоге пробыл в сарае около получаса, и если бы он не позвонил Окс и не наорал на нее, то она бы его и не выпустила. Этот случай Антон припоминал Оксане очень долго. После очередного утреннего происшествия подростки шли домой, где пережидали жару, смотря фильмы и объедаясь мороженым. Иногда они ходили в бассейн, где плавали или попросту дурачились. Ах да, Антон же плохо плавал, а у Оксаны гимнастическое прошлое: она несколько лет занималась эстетической гимнастикой, и поэтому она чувствовала себя в воде намного свободнее и не ощущала никакого дискомфорта от нахождения в ней, в отличие от Антона, который мог плавать либо топориком, либо утюгом. Попытки научить его плавать были безуспешными, и Окс забила на это дело. Вечером, когда до темноты остается три-четыре часа, Антон и Оксана опять шли гулять, возвращаясь после десяти вечера. На вечерних прогулках они ходили в кино, где все их принимали за малолетнюю парочку, и подростков это очень сильно бесило. Часто вместо кино они ходили просто пошататься по парку или в магазин, а потом в поле, которое находилось недалеко от участка бабушки Антона. В поле обычно начиналось веселье: они бегали, шутили, разговаривали. А как-то раз Антон взял гитару, и Оксана просила играть её любимые песни. А Антон, в свою очередь, учил играть на гитаре Окс, у которой получалось не очень, но она не расстраивалась. Нагулявшись, они приходили домой. Оксана делала все свои уходовые штучки, и иногда делала что-нибудь Антону, который был не против. Уже ночью, часов в одиннадцать, Оксана ложилась спать, а Антон шел спать. Ну как спать? Смотреть сериалы, играть на гитаре и рисовать «краской». В общем всем тем, чем он не занимается при всех. Так проходил каждый летний день. И один день был похож на другой, пока Антон не пошел в поход с друзьями бабушки.