После

Парень оборачивается и смотрит на меня, я пытаюсь уйти, но ноги не слушаются. — Чего тебе? — спрашивает он агрессивно. Этот тон меня отрезвляет. До ужаса тупая ситуация, я все еще стою как идиот. Юнги садится, удерживая партнера на себе. Его лицо непроницаемо — ни неловкости, ни смущения. Видимо, для него это в порядке вещей. Может он посещает данные мероприятия, чтобы спать со случайными студентами. — Извините, я. Я искал ванную, какой-то мудак облил меня, — быстро объясняю я. Я все еще стою как идиот. Парень с розовыми волосами впивается в шею Юнги, и я наконец-то отвожу глаза. Эти двое хорошо друг другу подходят. Оба в татуировках, оба грубые. — Еще раз извиняюсь, поищу ванную. Парень закатывает глаза, и я, из последних сил держусь не свернуть ему шею. Захлопываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Я в дерьме. Это все не весело. Я до сих пор не могу понять, как сборища вроде этого можно назвать «веселым». Последнее, что мне хочется делать, это открывать двери и находить там Пьяных и возбужденных студентов. Кухню найти нетрудно, но там не протиснуться — в основном из-за бутылок в ведрах со льдом на полу и коробок с едой на вынос на столах. Пробиваюсь к раковине, чтобы простирнуть кардиган. Но это не дает должного эффекта и пятно становится в два раза больше. Отчаявшись, я со стоном сажусь на пол. — Веселишься? — спрашивает Ёджон, подходя ко мне. Я рад знакомому лицу. Он мило улыбается, его ушки дергаются. Он вообще милый парень, если не заострять внимание на внешнем виде. Самовыражение — дело такое. — Не совсем. А долго обычно длятся такие вечеринки? — Всю ночь. и половину следующего дня, — смеется он. Я в шоке. Когда же Чонгук собирается возвращаться? Надеюсь, скоро. — Погоди, — волнуюсь я, заметив его опухшие глаза. — Кто нас повезет обратно в общежитие? — Не знаю. Если хочешь можешь взять мою машину, — говорит он. — Спасибо, конечно, но я не могу. Если я во что-нибудь врежусь или меня поймают с машиной полной пьяных студентов, будет слишком много проблем. Представляю лицо папы, вытаскивающего меня из тюрьмы. Мурашки по коже. — Да нет, это же совсем недалеко! Ты даже не пил, возьми мою машину. Или придется остаться здесь, но я могу поспрашивать, если кто-нибудь… — Ладно, все нормально. Я что-нибудь придумаю. Успеваю ответить — и тут все заглушает музыка. Все яснее осознаю, что, приехав сюда, я совершил огромную ошибку.