я люблю тебя, эби.

      элвин задвигает последнюю шторину, пока ты выпроваживаешь моих троюродных сестёр. моих шумных и гиперактивных троюродных сестёр, грэйс и аву. на улице не так темно, но со шторами в несколько слоёв мы остаёмся наедине с многочисленными люминесцентными лампами, освещающими каждый угол этого помещения. здесь тепло.       сегодня был очень длинный день. иду к столам, опираюсь на один из них ягодицами, стоя на ногах. ты закрываешь длинные входные двери, облегчённо вздыхаешь и идёшь к администраторке банкетного зала. ко мне подходит элвин, наш давний знакомый, которого ты нанимаешь время от времени на подобные вечера.       — я закончил, — он стоит по стойке смирно, не избегает моего взгляда, его голос спокоен.       — хорошая работа, можешь идти.       кивает головой синхронно с девушками, которых я частенько вижу на твоих вечерах в роли официанток. элвин уходит, закрывает резные красивые двери. бэт, клара и лиса уходят вслед за элвином. ты потягиваешься, зеваешь, зовёшь меня к себе, поднимая руку и улыбаясь. я влюблена в твою улыбку, всегда буду.       — я отправлю рину и элис сюда через два часа! — наша админка уходит, пока я скидываю пиджак на стол за собой и иду к тебе. как же её зовут, я всегда забываю. как-то на “м”.       зал настолько большой, что каждый мой шаг в звенящей тишине отдаётся эхом. ты выглядишь изумительно. классический чёрный костюм, белая рубашка, едва растрёпанные волосы. чёрные ботинки на широком каблуке от силы двумя сантиметрами в высоту, сверкающие запонки, подвеска, которую я дарила тебе после недели общения, потому что ты мне понравилась. ты носишь её на все важные встречи в качестве талисмана.       — какие у нас планы? — дохожу до тебя, обвивая твою талию руками, тяну тебя к себе. мы были весь день вместе, но я соскучилась по тебе. социум меня утомляет.       — их совсем нет, — расплываешься в улыбке, чмокаешь меня в щёку, в губы, задерживаешься на губах.       зачем-то хватаешь меня обеими руками чуть ниже плечей, молча держишь зрительный контакт. люблю твои глаза. они так блестят всегда, когда ты смотришь на меня. так. по-любимому. ты шагаешь вперёд, накрывая мои губы своими, посасываешь мою верхнюю и нижнюю губы, лезешь языком в мой рот, напирая на меня весом.       заставляешь пятиться, крепко придерживая меня. ты даёшь мне надышаться раза два, с ухмылкой повторяя, что никаких планов у нас нет, пока мы наконец не доходим до длинных столов.       — разденешь меня? — сажусь на стол, раздвигаю ноги, ты встаёшь между ними.       — да, любимая, — шёпотом.       я не хрустальная, но именно так ты расстёгиваешь мою белую рубашку. ты настолько аккуратна, что у меня у самой закрадываются мысли о том, из чего я сделана. может, я в чём-то ошибаюсь. проводишь рукой от моей шеи до низа живота, наклоняешься к моей груди.       — я люблю тебя, — шепчешь под поцелуи шеи. богиня, я тоже люблю тебя. с каждой секундой всё больше и больше, и у меня нет лимита этой любви, я счастлива настолько, насколько это вообще возможно.       ты безостановочно целуешь мою шею, заставляя низ моего живота схватывать спазмы, а дыхание – учащаться. раз за разом ты повторяешь, что любишь меня, любишь меня невероятно сильно, и я верю тебе. верю каждому твоему слову, богиня, как же ты хороша. ложусь на стол спиной, открываясь перед тобой. здесь очень красиво. высокие потолки, правее от нас изумительная люстра, сверкающая отбликами, и эта классическая музыка, играющая на фоне. я... ты тянешься за поцелуем, одной рукой опираясь на стол, нависая надо мной, второй расстёгивая замок на моих брюках.       снова аккуратно целуешь меня, словно боясь, что я растаю. я не сахарная, милая. беру инициативу на себя, располагаю свои руки на твоём пиджаке, тяну тебя на себя, активно выцеловывая твои губы. мягкие тонкие любимые губы. самые любимые, самые лучшие на всём белом свете, самые. мои. отстраняясь, ты улыбаешься, на секунду прикусывая нижнюю губу. я влюблена в твою улыбку и блеск в глазах, влюблена в тебя, в твои... руки, которыми ты гуляешь сейчас по моей вульве, пока моё дыхание сбивается в такт каждому твоему движению.       — наклонись, — зачем-то шепчу. мелодия на фоне становится тише, я хочу быть тише в этот момент.       наклоняешься, оказываясь грудью прямо у моего лица. хочу. хочу тебя, эби. спешно расстёгиваю твою рубашку, раздвигаю её и пиджак в стороны, открывая твою прекрасную грудь моему взору. ты идеальная. ты любимая. замедляешься, с нетерпением готовя себя внутренне. ты знаешь меня. ты знаешь меня слишком хорошо.       приспускаю твой мягкий лиф, впечатываясь лицом в твою грудь – ты подаёшься вперёд. неожиданно резко с силой выводишь круги вокруг головки моего клитора, доводя меня до вскрика. едва сдвигаешься назад, ровно настолько, насколько и нужно было, чтобы я начала кусать твой сосок, сразу же вылизывая его. всасываю твою грудь, переходя в поцелуи. люблю целовать твою мягкую грудь, люблю твои стоны при этом ещё больше.       — твоя грудь очень красивая, — отрываюсь на секунду, перевести дух от твоих телодвижений. — а... мягкая, идеальная... — кусаю тебя, одной рукой сжимая твою грудь до твоего тяжёлого выдоха облегчения, второй рукой крепко держу тебя за талию. обволакиваю твой сосок губами, обвожу его языком по ореолу, вытягивая из тебя первый дрожащий стон. сразу же отстраняюсь от тебя, укладываясь головой на стол, вожу по твоей груди руками, вырисовывая невидимые узоры. богиня... эби... ритмично скользишь по моему клитору вверх и вниз, проходишься по всей вульве снова и снова. пальцами перебираю по твоей грудной клетке до твоей шеи, ты прекращаешь.       опускаешь ко мне голову, впиваешься в мои губы своими, резко разрывая поцелуй. встаёшь, снимаешь пиджак, рубашку, возвращаешься ко мне. закидываешь одно колено на стол параллельно моему телу.       вздрагиваю. когда ты холодными пальцами играешься с моей вульвой, проводя изящными пальчиками по всей промежности, я вздрагиваю. с новым рвением целуешь мои губы, опуская ко мне голову. одну руку располагаю на твоей груди, второй лезу в твои брюки. целуешь меня снова и снова, улыбаясь. сжимаю твой сосок, кручу его, одновременно с силой мучая твою крайнюю плоть. твоё сбитое дыхание меня стимулирует. средним и безымянным пальцами веду по окружности, ты прерываешься. вытаскиваешь руку из моих танг, обеими руками в локтях опираешься на стол, выдыхая тихие стоны. становишься громкой, когда я посасываю одну твою грудь, мучаю сосок второй, беспрерывно перебираю пальцами по твоему клитору. стонешь на каждом выдохе, дышишь очень быстро. с характерным звуком отрываюсь от твоей груди ртом, концентрируюсь на твоей вульве рукой. ты очень влажная, мои пальцы скользят. в такт моим движениям, ты громко стонешь, постепенно переходя в поскуливание.       дышишь в моё плечо, кусаешь меня несколько раз, ловя тазовые спазмы. целуешь моё обслюнявленное плечо с пару раз, громко выстанываешь моё имя, кончая. богиня, как же я люблю тебя.       не отойдя от оргазма, ты теряешься в моих губах. смазанно слабо целуешь меня, глубоко дыша. твой разум затуманен, взгляд расфокусирован, ты словно в трансе приподнимаешься. впиваешься ногтями в мою талию, свободной рукой проталкиваясь к моей вульве через расстёгнутые брюки. теперь к твоим губам тянусь я. под твои неуверенные движения переплетаюсь с тобой языком, рвано целую тебя. схожу с ума... приходя в себя, ты ускоряешься. сводишь меня с ума, заставляя вскрикивать, елозишь по нежной коже так яростно, ухмыляясь. это эби, в которую я влюбилась много лет назад.       — здесь? — улыбаешься, кусая нижнюю губу. да... явно здесь... — ну точно.       бэйб, эби. нельзя настолько превосходно меня знать. покрываешь мою шею поцелуями, нагло вытягивая из меня протяжные стоны, я, а...       — ха... — зарываюсь пальцами в твои волосы. не останавливайся.       по-настоящему скулю, когда ты доходишь до мочек ушей, выцеловывая каждый миллиметр моего тела. ты не прекращаешь стимуляцию пальцами под моё рваное дыхание. здесь очень жарко, голова кружится... часто-часто дышу, умоляюще бегающим взглядом ловя твой влюблённый. эби, жена. эби... не прекращай...       — любимая? — кончаю, хватая тебя за руку. не убирай. ты хмыкаешь.       эякулят стекает по моим ногам, впитываясь в мои брюки, я вскрикиваю на каждом твоём движении. извращенка.       — бэйб... — шепчу от бессилия.       — могу прекратить? — ухмыляешься, вытаскивая руку из моих брюк. что... воспросительно поднимаю одну бровь. — ты просила не прекращать.       глубоко вздыхаю, пытаясь отойти.       — я делала это вслух?.. — наконец спрашиваю.       — да. хрипло и тихо.       твои руки по обеим сторонам моего тела, ты нависла надо мной. твои волосы свисают вниз, ухмылка не сходит с твоих губ. твоя грудь открыта, мышцы пресса напряжены. зависла. иди ко мне, любимая.       — я люблю тебя, эби, — разрываю тишину. в следующую секунду заново начинается мелодичная импровизация на пианино, твои губы расплываются в любящей улыбке в сотый, кажется, раз за сегодняшний день.       — я люблю тебя тоже, жёнушка.       теперь улыбаюсь и я.