Любовь, которой было суждено случится...

Я сидел в своей комнате, глядя в окно на вечернее небо, окрашенное в глубокие оттенки пурпурного и золотого. Мои мысли всё ещё были заняты тем мгновением на утёсе, когда наши губы соприкоснулись, а мир вокруг нас словно растворился. Я чувствовал, как сердце бьётся в унисон с воспоминаниями о том поцелуе, который стал для меня чем-то большим, чем просто физическим актом. Это было признание, которое я так долго ждал.

***

В тот момент, когда я ускакал прочь, мне казалось, что я спасаюсь от чего-то опасного. Но теперь, сидя в тишине своей комнаты, я понимал, что убегал от самого себя. Я не мог избавиться от мысли о том, что между нами произошло нечто значительное. И это не просто мимолётное увлечение — это была настоящая любовь, которая требовала зрелища. Утро наступило слишком быстро. Проснувшись и посидев на кровати, я резко осознао, что мне нужно поговорить с ним. Когда я наконец натянул свой robe de chambre¹ и вышел из своей комнаты, то в окно увидел Евгения. Точнее нет, я увидел там Женю. Он был старше меня, но сейчас стоял и улыбался mignon et confus². В тот момент все мои сомнения рассеялись. Я знал: сейчас или никогда. Я слегка опередил его, открыв дверь, быстрее, чем он успел постучать. Я смотрел на него, а он на меня. Я почувствовал, как мои щёки заливаются румянцем. Шаг. Хвать. Я осторожно взял его за рубашку и втянул внутрь дома. Я быстро захлопнул дверь. Он быстро понял, к чему я клоню. Он подтянул меня вплотную к себе и поцеловал. Жадно, страстно. Словно мы были любовниками, которые не видели друг друга несколько месяцев. Хотя, фактически мы и были любовниками. Он до сих пор так и не признался мне в каких-то чувствах. А я так этого жду, mon cher³...

***

И вот, Онегин, словно вспыхнул. Он слегка отпрянул, скинув свой пиджак и начав расстёгивать жилетку. Ох, как сексуально он это делал. Я чувствовал себя добычей, которая всё таки додразнила хищника...Когда его жилетка наконец отлетела в сторону, я окончательно прижался к одному из косяков. Я отвёл взгляд. Его рука легла на мою щёку. Потом, словно речка, она скатилась ниже, на ключицы. Я чувствовал, как сбивается моё дыхание и как внизу становится всё горячее. – Господин Онегин... – пролепетал я, всё не решаясь посмотреть ему в глаза. Вместо ответа, я почувствовал поцелуи на своей шее. Ох, в Онегине проснулся перфекционист, ведь следы его поцелуев выкладывали ровную дорожку от самого моего подбородка до ключиц. Хлоп. Его крепкие руки сжали мои бёдра, стараясь залезть под мой халат. Он поднял на меня глаза. Я залез руками в его волосы. – Мне мешает твоя одежда. Сними её... – Наконец выдал Евгений и осторожно выпрямился. Я заметил румянец на его щеках, лёгкое смущение и руки, старательно прикрывающие его пах. Мои губы дрогнули в озорной ухмылке. Я подошёл к нему и, взяв его за пластрон⁴, потянул к дивану. Я осторожно толкнул его и он послушно сел. – Володя...Что ты..? – Он не успел закончить, как я развязал халат. Атласные вещи конечно больше подходят женщинам, но это такой приятный материал, что половина моих домашних халатов именно из него. И сегодня, атлас особенно сыграл мне на руку - как только я развязал пояс, он легко соскользнул с меня, оставив абсолютно нагим перед тем, кого я очень сильно любил. Онегин покраснел и уже собрался встать, как я вновь опередил его, сев на его колени, лицом прямиком к нему. – Тебе помочь раздеться, милый? – заботливо спросил я, целуя его в краешек губ. Он молчал, но в то же время его руки нагло исследовали мои ягодицы. В комнате становилось, всё жарче. Всё вело именно к этому. К тому страшному греху, о котором обычно тихо шепчутся люди. Боже, прости мою грешную душу.... Словарик: robe de chambre¹ - домашний халат mignon et confus² - мило и смущённо mon cher³ - мой дорогой Пластрон⁴ - мужской шарф, завязанный как галстук.