***
В жарком месяце июле, по деревне пополз слух о том, что якобы г-н Онегин признавался в своих чувствах г-ну Ленскому. Сначала, я подумал, что это пустые выдумки. Что все обвинения пустые, но в какой-то момент, я стал подмечать, что они и вправду не просто друзья. Слишком уж часто по утрам они выходили вдвоём то из поместья г-на Ленского, то из поместья г-на Онегина. Да и Ленский стал меньше ездить к младшей дочери семьи Лариных - Ольге. Но даже так, я всё ещё сомневался. И в какой-то момент, я решил проверить сам. Дождался вечера, когда господа вновь соберутся вдвоём, и вышел со своего двора. Встал у окна, но так, чтобы меня не было видно. Одного моего взгляда в окно хватило, чтобы увидеть то, чего мне не стоило бы видеть. Как Ленский сидел на коленях перед Онегиным, а тот старался обучить его оральным ласкам. Я отпрянул от окна, чувствуя подступивший румянец. Господи, неужели слухи - правда. В тот момент, я понял, что с меня достаточно и удалился с места.***
Теперь, я был точно уверен, что слухи не врут. Я был поражен и охвачен целой гаммой чувств. В нашем обществе, где честь и добродетель стоят на первом месте, подобные связи представляются чем-то совершенно недопустимым. С одной стороны, я испытывал удивление и даже недоумение. Как могло случиться такое? Я не мог не задаться вопросом о том, что могло подтолкнуть их к такому шагу. Выгода? Но нет, навряд ли. Страсть? Да, но тоже не то. Было что-то большее...Любовь? Однако я не мог игнорировать тот факт, что их тайна может обернуться катастрофой. Общество жестоко в своих осуждениях, и если правда станет полностью известна, последствия могут быть ужасны. При всём этом меня терзали сомнения: как реагировать? Стоит ли мне вмешиваться в их судьбу или лучше оставить всё как есть? Я понимал, что должен быть осторожен — моя собственная репутация могла оказаться под угрозой, если люди узнают, что я промолчал. А с другой стороны, если расскажу, то под сомнение ставится их репутация. В конце концов, я решил, что если они действительно испытывают друг к другу искренние чувства, то я не имею права осуждать их. Но как же сложно было бы сохранять это в тайне. Как хотелось поделиться с кем-нибудь этой тайной. Она хранилась в моём сердце словно жгучий уголёк. Расскажи. Расскажи. Но нет, я сильнее этого пугающего голоса. Не скажу..Не скажу! Казалось, что я начинаю сходить с ума. Тогда, я принял опасное решение - я рассказал всё своей жене - Машеньке. Она внимательно слушала меня, понимающе кивая и иногда поглаживая меня по руке. Мы поклялись молчать. Делать вид, что ничего и никогда не было. Господи, благослови союз двух этих душ. Будь справедлив и благосклонен к ним...