Обессиленный и одинокий

На празднике середины осени генералам так и не удаётся договорить. Сначала их прерывает поток фонарей, запущенных в честь бога войны Сяньлэ, а затем колокол на главной площади трезвонит как сумасшедший, словно возвещая о наступлении новой эры. Что в общем-то так и есть. С появлением Владыки жизнь в небесных чертогах возвращается в прежнее русло, а вот храбрость Фэн Синя куда-то улетучивается. Поначалу ему кажется, что момент упущен, и откровений он уже не добьётся, и что какой бы ни была уважительной причина их расставания, для Му Цина уже всё в прошлом. Если на празднике середины осени примирение ещё было возможно, то сейчас уже прошло слишком много времени и ко всему прочему под влиянием каких-то неведомых Фэн Синю факторов, генерал Сюаньчжэнь меняется на глазах. К нему возвращается прежняя уверенность, он расхаживает по небесным чертогам с прямой спиной, облачённый в свои лучшие парадные одежды, и задирает нос, делая вид, что Наньяна и вовсе не существует. Даже пострадавшие волосы, которые едва заметно отросли, Му Цин больше не оставляет неприбранной паклей, а собирает в аккуратный хвостик. Неприступная крепость, которой он был предыдущие восемьсот лет. Однако Фэн Синь начинает замечать в его поведении одну странность. Время от времени на собраниях во дворце Линвэнь каждый раз, когда Фэн Синь оборачивается, он ловит на себе пристальный взгляд, который из расслабленного моментально превращается в ледяной и колючий. После одного из таких эпизодов, к нему обращается Пэй Мин: -Не знаю, что произошло у вас перед пиршеством, но, думаю, сейчас самое время вернуть всё как было. -Поздно уже. -Во-первых, не поздно, а во-вторых, неужели ты так просто сдашься? Не узнаю тебя, Наньян. Где твоя пресловутая преданность и упорство? -Если человек не хочет, я не собираюсь его заставлять. Проходили уже. -Ты слепой? -А ты нарываешься, Мингуан, - рычит Фэн Синь шёпотом. -Ну, точно: один слепой, другой немой. Да он же смотрит на тебя как... Как Искатель Цветов на Его Высочество! Только такой дубина как ты, может этого не замечать. -Не у всех же такой большой опыт как у тебя. -Вот и пользуйся! Значит так, берёшь кувшин самого лучшего вина, свечи, благовония. Расстилаешь шёлковые простыни прямо на полу, накидываешь подушек... -Спасибо, но я как-нибудь сам, - Фэн Синь прерывает поток влажных фантазий и, сбегая от Пэй Мина, вновь пересекается взглядом с Му Цином и наконец прозревает. Теперь он ясно видит, с какой нескрываемой нежностью и грустью смотрит на него Му Цин. Но длится это считанные секунды: Сюаньчжэнь вмиг напускает на себя равнодушный вид и завязывает разговор с Тайхуа, а Фэн Синь с глупой улыбкой прячется в углу за спинами небожителей. В нём просыпается охотничий азарт, и Фэн Синь решает проверить, как скоро сдастся под его натиском дикий кот. Разрабатывая план, Фэн Синь руководствовался предположением: а как бы поступил Пэй Мин? Конечно, он понятия не имеет, как соблазняет своих красоток Мингуан, да и опыта маловато, поэтому действует наугад. С тех пор как у них с Му Цином начался (и почти тут же закончился) роман, к Фэн Синю пришло осознание того, что он всё ещё мужчина, и видимо довольно привлекательный, раз сумел понравиться такому привереде как генерал Сюаньчжэнь. Так что грех не воспользоваться своей красотой, чтобы немного подразнить Му Цина. Фэн Синь прекрасно знает, что его возлюбленный посещает горячие источники и делает это в самое непопулярное время, на рассвете, когда все нормальные небожители либо спят, либо занимаются выполнением своих божественных обязанностей. Эта привычка появилась у него задолго до шрамов, полученных на горе Тунлу, так что Фэн Синь не беспокоится, что своим появлением нанесёт Му Цину психологическую травму. Из нижнего одеяния он оставляет на себе только светлые штаны, заходит в воду и смиренно ждёт. Проходит около получаса, и наконец становится слышно шуршание множественных одежд. Фэн Синь ни на секунду не сомневается, что это Му Цин, и оказывается прав. Генерал Сюаньчжэнь с видом изнеженной императрицы выплывает из-за кустов и, никого не замечая, закрепляет длинные волосы лентой, а затем начинает разматывать пояс на талии. Когда полы всех одежд наконец распахнуты, Фэн Синь решает, что пора бы обратить на себя внимание. Сопровождаемый всплеском бурлящих вод, обнажённый по пояс он медленно встаёт, грациозно выбирается из бассейна, небрежно подхватывает лежащую на камне рубаху и подходит к потерявшему дар речи Му Цину. Фэн Синь останавливается перед ним на расстоянии, которое не позволило бы испытать смущение обычным людям, но на котором распалённые сердца этих богов способны высекать искры, даже не касаясь друг друга. Также Фэн Синь соблюдает дистанцию, чтобы этот недотрога в полной мере насладился тем, от чего он так упорно отказывается, чтобы от его глаз не скрылся ни один соблазнительный участок тела Фэн Синя: ни литые мышцы лучника, по которым стекают капли воды, ни крепкие бёдра (и не только они), облепленные мокрой тканью. И Му Цин, оправдывая ожидания, всё замечает. Он шумно сглатывает, и... Совершает внезапный прыжок в несколько чжанов! Ошарашенный Фэн Синь слышит звуки приземления в кустах, а затем быстрый удаляющийся топот. И что это было? Наверное, ещё и половину запаса духовных сил израсходовал. Конечно, Фэн Синь рассчитывал на немного иную реакцию, но эта тоже сойдёт. Если бы Му Цин немедля прыгнул в его полуголые объятия, было бы не так интересно. Да что же этот несносный попрыгунчик с ним делает?! Ухаживая восемьсот лет назад за Цзянь Лань, Фэн Синь и помыслить не мог о том, чтобы играть с ней как кошка с мышкой, вот Му Цин - другое дело. И всё же цели, что преследует Фэн Синь, самые благородные. Он уже собирается накинуть на себя рубаху, как вдруг кто-то облокачивается на его плечо: -Я, конечно, слышал о многих твоих достоинствах, но не предполагал, что некоторые из них настолько устрашающие. Разве можно вот так сразу раскрывать все карты? Тебя ещё учить и учить! Если бы я перед всеми своими женщинами выпрыгивал без одежды, они бы тоже сбегали без оглядки. Фэн Синь один движением плеча стряхивает руку Мингуана и начинает одеваться: -Ты-то здесь что забыл? -Раз я мог пропустить такой спектакль? Нет, серьёзно, на что ты рассчитывал? -Лучше скажи, ты не узнал, кто избил его? -Сюаньчжэнь уверяет, что ничего не помнит. Но... - Пэй Мин замолкает и обдумывает, стоит ли говорить. -Твою мать! Выкладывай, если что-то знаешь! -Я ничего не знаю, но мне не нравится, как ведёт себя Повелитель Воды. -Мне тоже, но вряд ли это он. Совсем что ли отбитый так подставляться? -У него уже были стычки с Сюаньчжэнем, - кажется, Мингуан всерьёз задумывается над этой версией. -Да зачем ему это? -Спроси что-нибудь полегче. Например, как соблазнить Сюаньчжэня, чтобы он не сбегал в страхе… -Мингуан, ещё слово – и я за себя не отвечаю! И всё же Фэн Синь использует пару советов Пэй Мина, но все старания тщетны. Бесчувственный Му Цин даже не думает реагировать. *** Гостей по случаю открытия обновлённого святилища Водных Каштанов собралось видимо-невидимо. Правда, большинство из них, засвидетельствовав почтение Се Ляню, спешат убраться подальше. Их, конечно же, смущает присутствие Искателя Цветов. Му Цин тоже не в восторге от него, но Хуа Чэн - возлюбленный его друга, тут ничего не поделаешь. Не желая толпиться вместе со всеми, Му Цин потихоньку выскальзывает на улицу. Солнце светит не по-осеннему ярко, и он щурится, глядя в чистое небо сквозь опавшие клёны. В нижних ветках Му Цин замечает красный предмет, явно не имеющий к дереву никакого отношения. Он оглядывается в поисках того, чем можно было бы его поддеть, но на глаза попадается только метла. Му Цин грустно, даже с некоторой ностальгией улыбается: теперь на него эти шутки не действуют. Вот только Фэн Синь вообще больше никогда и не пошутит подобным образом. Наньян столько раз делал первый шаг к примирению, хотя это его предали, его оставили с разбитым сердцем, но он не сдавался: крутился рядом, якобы случайными прикосновениями передавал духовные силы, сверкал обнажённым торсом, пытался вывести Му Цина на разговор... Но всё прекратилось несколько дней назад. Генерал Сюаньчжэнь будто перестал для него существовать. Перестарался, казнит себя Му Цин. Но разве он не этого добивался? Наньян потерял к нему интерес, и теперь репутации бога Цзюйяна больше ничего не угрожает. Му Цин с горечью прижимает к груди древко метлы, будто оно может его успокоить. Всё из-за какого-то Повелителя Воды! Только Му Цин обрёл надежду на счастье, как этот поганец всё разрушил. Да ещё так подло! Как вообще такие сволочи попадают на Небеса? Тем временем насмешливый голос сволочи раздаётся совсем близко: -Бедный Наньян! Обернувшись Му Цин успевает заметить в дверном проёме святилища широкую спину Фэн Синя, а Повелитель Воды с каким-то чиновником со Средних Небес не спеша покидают двор. Младший служащий оказывается охоч до сплетен: -Да уж, такая неожиданность! Жена сбежала с любовником, прихватив сына! Повелитель Воды ехидно замечает: -А я слышал, это он сбежал от неё с любовником. -Да ну?! Хотя если подумать, он всегда сторонился женщин. И кто же его избранник? Му Цин не может стерпеть подобных гнусностей в адрес Фэн Синя и обращается к Повелителю Воды в личном канале духовной сети. -Ты же помнишь, что случится, если не заткнёшься? -Помню. Но в таком случае все женщины юго-востока узнают, чем занимается их драгоценный бог. Не отвлекайся от уборки, дорогуша. Повелитель Воды совсем страх потерял! Задумавшись, как лучше приструнить наглеца, Му Цин незаметно для себя поддевает метлой застрявший на дереве фонарь, а потом и вовсе начинает сгребать листья. Он так увлечён делом, что не обращает внимания на шаги за спиной, и лишь когда в поле его зрения появляются знакомые сапоги, он резко приходит в себя. Му Цин бы и дальше глядел на землю, чтобы показать, какой он занятой, и не пропустить ни одного листочка, но искушение слишком велико. А взглянуть действительно есть на что! Могущественный бог войны стоит перед ним с метлой в руках и смотрится до ужаса смешно. Неужели и генерал Сюаньчжэнь выглядит так же нелепо? -Се Лянь просил помочь тебе подмести, - Фэн Синь как ни в чём не бывало начинает сгребать листья. -Надо же, сегодня ты одет. Удача сама плывёт к нему в руки, но Му Цин не может сдержаться и хамит. Фэн Синь же пропускает колкость мимо ушей и отвечает вполне миролюбиво: -Осень всё же, прохладно. Тебе так не кажется? Му Цин в ответ поджимает губы и в лёгком танце с метлой отдаляется на безопасное расстояние, а то вдруг сердце ненароком выпрыгнет из грудной клетки и набросится на Фэн Синя. Тот словно не чувствуя напряжения, вновь оказывается рядом: -Может, поговорим? -Погоду уже обсудили, что ещё надо? Му Цин всеми силами избегает неприятного разговора. А что ещё ему может выдать человек, который уже несколько дней как перестал обращать на него внимание? О чём ещё им говорить? Только об окончательном разрыве отношений, которые и так висят на ниточке. Да и кто начинает приятные дискуссии с тревожного вопроса “Может, поговорим?” Никто. Никто, кроме Фэн Синя, который даже не задумывается, подбирая слова для выражения своих мыслей. Му Цин не принимает во внимание логику рассуждений Фэн Синя и с гордо поднятой головой скрывается за углом святилища Водных Каштанов. Он надеется, что намёк понят, и больше его не побеспокоят, но не тут-то было! Через мгновение Му Цин получает мягкий, но унизительный шлепок метлой по заднице. Оскорблённый генерал Сюаньчжэнь взрывается в одночасье и замахивается орудием труда на Фэн Синя: -Да как ты смеешь?! Заняться нечем?! Фэн Синь проворно ловит метлу, отбрасывает в сторону, и Му Цину не остаётся ничего кроме как сойтись в рукопашной, что для обоих дело привычное. Как-никак восемьсот лет только этим и занимались. В какой-то момент генералы теряют равновесие, и Му Цин валится на Фэн Синя сверху. Тот времени не теряет и сразу же хватает Му Цина за зад. -Ты! А ну... -Хватит от меня бегать, - Фэн Синь уже обеими руками притягивает Му Цина к себе. -Я не бегаю! Му Цин пытается вырваться, но Фэн Синь, моментально среагировав, перекатывает его на спину и прижимает запястья к траве. Му Цин тут же ощущает, как его наполняют духовной энергией. -Прекрати! Зачем ты передаёшь мне силы? -Я буду делать это при любой возможности. У тебя на лбу не написано, сколько их осталось, а сам ты никогда не признаешься. Давай уже поговорим! -О чём? -Хватит корчить из себя капризную наложницу! -Достал уже меня так называть! Му Цин озлобленно дрыгает руками и ногами, но одна только мысль о том, каково это быть наложницей генерала Наньяна, заставляет сердце колотиться как сумасшедшее, а и без того больная фантазия рисует в голове самые невероятные образы. Вот Му Цин, медленно извиваясь, танцует в полутёмной спальне, облачённый лишь в лёгкие полупрозрачные ткани, а покровитель юго-востока наблюдает за ним, лениво попивая вино. А вот младшие служащие дворца Наньяна приносят своему генералу его единственную наложницу, завёрнутую в пуховое покрывало, с виду робкую и испуганную, а внутри кипит страсть... -Му Цин! И генерал Сюаньчжэнь, сам себе поражаясь, сдаётся: -Хорошо, я слушаю тебя. Фэн Синь явно не ожидает столь скорой победы и теперь немо взирает на противника. Му Цин со вздохом выбирается из-под Фэн Синя и усаживается, прислонившись спиной к стене святилища Водных Каштанов. -Так о чём ты хотел поговорить? Фэн Синь устраивается рядом, делает глубокий вдох и выплёскивает всё, что у него накипело: -Цзянь Лань ушла, потому что боялась стать обузой. Она не хотела однажды оказаться причиной моих вспышек гнева и злости, не хотела, чтобы мне пришлось выбирать: чувства или долг. И её терзания в те кошмарные времена мне понятны. А вот ты... Тебя я не понимаю. Сначала ты клянёшься в вечной любви, потом ни с того ни с сего разрываешь отношения, затем в бреду зовёшь меня, смотришь влюблённым взглядом и всё равно сбегаешь. И при этом ничего не объясняешь. Я не знаю, что с тобой делать, Му Цин. Мне надоело обжигаться. И хотя это всего лишь второй ожог за восемьсот лет, но он самый болезненный. Потому что это ты. Я несколько сотен лет страдал, даже надеяться не смел, и когда вдруг я ощутил себя по-настоящему счастливым, ты вот так вот просто всё растоптал. Без объяснения причин. И я даже не могу их придумать! Безликого Бая нет, все живут в мире и согласии, а ты по-прежнему чем-то терзаешься. Чем? И почему ты со мной не делишься? Хотя даже если ты мне расскажешь, почему я должен тебе верить? Ты же клялся, что не оставишь меня, - Фэн Синь замолкает, переводя дух. - Я устал за тобой бегать. Или ты выкладываешь всё, как есть, или с этой минуты мы даже рабочие отношения сводим к минимуму. Му Цин от страха даже забывает, как дышать. Он думал, что боль - это обжечься в лаве. Или драться при полном отсутствии духовных сил, не иметь храбрости в этом признаться. Или смотреть, как возлюбленный твоего друга рассыпается на множество бабочек прямо у него в руках. Но оказывается, боль - это прочувствовать страдания человека, которого любишь больше жизни, и осознать, что именно ты стал их причиной. И прямо сейчас можешь потерять его навсегда. Каждое слово, сказанное Фэн Синем, пропитано болью. И Му Цину вдруг начинает казаться, что всё что он делал до этого момента, было неправильно. Он подтягивает колени к подбородку, утыкается в них лицом и говорит невозможные для себя вещи: -Я был неправ. Надо было сразу всё тебе рассказать. -О чём? - Фэн Синь даже не смотрит на него. -Я хотел защитить тебя. И Му Цин, запинаясь, рассказывает ему о девушках, что обсуждали личную жизнь Наньяна, и о Повелителе Воды. Фэн Синь слушает эти откровения, открыв рот, а когда Му Цин наконец замолкает, обрушивает на него поток брани: -Твою ж мать! Му Цин, ты в своём уме?! Из-за какого-то придурка всё разрушить! Охренеть можно! -Я не хотел, чтобы твоя репутация пострадала. -Да мало ли, что смертные болтают! Вспомни братьев Ши: из них вообще мужа и жену сделали. А ты вокруг такой фигни драму выстроил! О чём ты только думал?! -Твоя жизнь для меня не фигня, - тихо отвечает Му Цин. Он пока не понимает, куда ведёт этот разговор, но ему становится легче. Теперь у их непростой истории возможен финал, и только Фэн Синь в силах определить: счастливый или не очень. Сможет ли он простить Му Цину его глупость и... Генерал Сюаньчжэнь вдруг давится всхлипом и не может удержать нахлынувшие чувства: -Я... Я предатель.... Как я мог тебя оставить... Я должен был быть рядом... А я... Что я наделал... Предатель... Му Цина начинает трясти, но сильные руки моментально его обнимают: -Ты и был рядом. Ты же оберегал мою репутацию, так ведь? Просто у тебя своя логика, и когда-нибудь я к ней привыкну. Только научись наконец делиться проблемами, а не решать их в одиночку. -Прости меня... -Простил. Му Цин утопает в долгожданных объятиях и забывает обо всём на свете, но Фэн Синь ему напоминает: -Нужно решить проблему с Повелителем Воды. Почему ты опять никому ничего не сказал? -Я не стукач. -Это уже не имеет значения. Он переходит все границы! И Пэй Мину он давно не нравится. Может, поговорить с Се Лянем? -Мы не можем просить Владыку о низвержении, только потому что он наш друг. Всё должно быть по правилам. И не вмешивай сюда Пэй Мина, хватит уже беззакония на Небесах! -Хорошо, - кивает Фэн Синь. - Мы что-нибудь придумаем. А что с твоими духовными силами? Тебе по-прежнему тяжело их восстанавливать? Му Цин ни за что бы не признался, какую роль однажды сыграл Фэн Синь в восполнении духовной энергии, но очередное умалчивание может вновь подкосить их хрупкие отношения. -С силами пока всё так же, но я обнаружил способ, как их быстро восстановить. -Прекрасно! Ты им пользуешься? -Нет... -Почему? Му Цин краснеет и выпаливает: -Не хочу заниматься парным совершенствованием ни с кем кроме т-т-тебя. Фэн Синь от удивления ахает и вдруг опрокидывает Му Цина на траву: -И как я мог забыть об этом способе? Что ж, теперь духовные силы у тебя всегда будут в избытке. Му Цин довольно улыбается и тянется поцеловать Фэн Синя, но их прерывает сначала скрип задней двери, а затем кажущийся знакомым голос: -Вы прямо здесь собрались совершенствоваться? Вот уж кого они не ожидали увидеть, так это Хэ Сюаня с куриной ножкой в руках. -Черновод? А ты что здесь делаешь? -Вообще-то еду за спасение мира обещали всем, кто помогал. Хэ Сюань перешагивает через лежащих на его пути генералов и, уходя, бросает через плечо: -У каждого бога или демона есть слабое место. Не думали, почему волосы Сюаньчжэня так и не отросли? Му Цин на секунду задумывается, а что, если это так? Он всегда трясся над своими волосами, ухаживал за ними почище любой дворцовой модницы. -А ведь он прав, - Фэн Синь с нежностью гладит и целует муцинову чёлку. - Я заметил, что после того, как мы... кхм... посовершенствовались, твои волосы стали чуточку длиннее. Твои силы явно как-то с ними связаны. -То есть ты хочешь сказать, - Му Цин морщит лоб, пытаясь выстроит в голове логическую цепочку. - Мои духовные силы потеряли способность к регенерации, потому что я получил удар по слабому месту, то есть по волосам. И чтобы силы пришли в норму, мне нужно полностью отрастить волосы. А парное совершенствование, как мы выяснили, восстанавливает и то, и другое. -Кругом сплошная польза, - вдохновленный этими умозаключениями Фэн Синь уже готов взмыть в небесные чертоги. - Предлагаю послать это пиршество к чёрту и немного попрактиковаться. -Успеется, - Му Цин успокаивающе целует несколько разочарованного возлюбленного. - Давай не будем обижать Се Ляня. Он так готовился, так ждал этот день. На самом деле в голове у Му Цина моментально созрел хитроумный план, как вознести их с Фэн Синем ещё выше Верхних Небес и при этом ещё и проучить Повелителя Воды. Вот только от парного совершенствования придётся временно отказаться. *** Несносный Му Цин опять что-то задумал! Уже несколько дней подряд он ограничивается передачей духовных сил посредством поцелуя. Нет, он вовсе не отталкивает Фэн Синя. Они много разговаривают обо всём на свете, вместе отправляются на миссии, которые услужливо подкидывает им Линвэнь, осведомлённая о проблемах Сюаньчжэня, вместе навещают Ветерка и остальных друзей, но на этом всё. Му Цин всеми способами игнорирует предложение заняться парным совершенствованием. Опять взялся за старое, играет в молчанку! Или прикидывается недотрогой? Фэн Синь уже подумывает воспользоваться советом Пэй Мина: обманом заманить Му Цина во дворец, а там уже шёлковые простыни на полу и вино с благовониями сделают своё дело. Фэн Синь расхаживает в своём рабочем кабинете из угла в угол, тщательно обдумывая каждую мелочь этого отчаянного плана, чтобы не позволить себе лишнего в отношении Му Цина - ведь он такой ранимый! - как вдруг в комнату, забыв постучаться, влетает младший служащий: -Г-г-генерал Наньян! Т-т-там... там... -Что случилось?! - Неужели Му Цин опять во что-то вляпался? Мысли о других неприятностях даже не возникают в голове Фэн Синя. - Что-то с Сюаньчжэнем? -Да всё с твоим благоверным в порядке. Младший служащий от страха совсем вжимается в стену и пропускает в кабинет Хуа Чэна. -Искатель Цветов? - сказать, что Фэн Синь удивлён, значит, ничего не сказать. - Чем обязан? Хуа Чэн единственным глазом выразительно косится на младшего служащего и, едва тот исчезает, затворив за собой дверь, протягивает Фэн Синю какой-то свёрток. -Что это? -Просили передать. Хуа Чэн немногословен и всем своим видом демонстрирует полное равнодушие к происходящему. Но раз он всё же здесь, значит, это важно для Се Ляня, Хуа Чэн ни в чём не посмеет ему отказать. Фэн Синь с некоторой опаской разворачивает свёрток и поначалу не может понять, что за красную тряпку он держит в руках, но едва взгляд зацепляется за красную нить судьбы на пальце Хуа Чэна, как Фэн Синя вдруг осеняет: -Это что, свадебный наряд? -Дошло наконец? Переодевайся, - Хуа Чэн поворачивается спиной. -Да что происходит? Что вы с Се Лянем задумали? -Мы задумали? Как бы не так. Ты всё ещё не оделся? -Не оделся? Он ещё здесь? - с этими словами в кабинет влетает запыхавшийся Пэй Мин. -Пришёл отговаривать? - ухмыляется Хуа Чэн, а Фэн Синь всё меньше понимает суть происходящего. -Да ну вас, Искатель Цветов, - Пэй Мин отмахивается от демона и поворачивается к богу. - Давай, одевайся в темпе! -Сначала объясните, что здесь происходит! - требует Фэн Синь, смутно догадываясь, кто всё это подстроил. -Да что непонятного-то? К свадьбе тебя готовим. -Мы с Му Цином уже помирились. Зачем Се Ляню устраивать этот маскарад? -Се Ляню? - изумляется Пэй Мин. - Ой, балда... Искатель Цветов, помогите, видите, человек сам не свой от счастья. Вдвоём они в считанные минуты облачают Фэн Синя в расшитый золотом красный свадебный наряд, и Пэй Мин при помощи нефритовых заколок сооружает ему новую причёску, предусмотрительно оставив одну короткую прядь: -Чтобы проще было срезать. -С ума сошли?! - возмущённо вопит Фэн Синь. - У Му Цина и так волосы еле растут, а вы его совсем обкорнать хотите? -Ничего, ты их ему за пару ночей восстановишь, - бесстыдно заявляет Хуа Чэн. У Фэн Синя нет сил препираться, и он только вскользь замечает: -Обычно приготовления к свадьбе занимают больше времени. -Мы на Небесах, здесь свои законы. К тому же вы оба мужики, о каком “обычно” может идти речь? Но волосики мы вам всё же отчикаем, это святое. -Да на кой чёрт вы всё это затеяли? Фэн Синь не может успокоиться даже по дороге... А куда вообще они его ведут? Троица сворачивает с главной улицы, и Фэн Синь различает вдали белокаменный арочный мост. Тот самый, где восемьсот лет назад он поймал Му Цина в свои объятия и под которым они признались друг другу в чувствах. Сейчас мост украшен фонариками, цветами и сотнями порхающих серебряных бабочек, и там уже собралась небольшая кучка небожителей и даже демонов. Туда-сюда прохаживается Линвэнь, что-то мирно обсуждают Пэй Су и Баньюэ, на приличном расстоянии друг от друга расположились Повелитель Ветра и Хэ Сюань, и только Му Цина с Се Лянем нигде не видно. Фэн Синю становится страшно: неужели это всё происходит на самом деле? Но у него нет колец! А как же кольца? Именно с этим вопросом он в панике обращается к Мингуану. -Всё будет, успокойся! Главное, тебя доставить, а с этим мы справились. Пэй Мин подводит его к Линвэнь, спешно ретируется, и Фэн Синь остаётся один на один с неизвестностью. Гул болтовни внезапно стихает, и после непродолжительного гробового молчания раздаются аплодисменты. Фэн Синь медленно оборачивается, и его глаза тут же увлажняются от полного осознания происходящего. Словно отец, провожающий любимую дочь к алтарю, Се Лянь ведёт к мосту Му Цина. Сюаньчжэнь тоже в красном свадебном наряде, но чуть более приталенном, и украшения в волосах чуточку изысканнее. Фэн Синю кажется, что они идут целую вечность, и чем ближе они подходят, тем сильнее замедляется шаг. Ещё утром он даже не помышлял о собственной свадьбе, а теперь ему не терпится, скорее окольцевать Му Цина. Наконец Се Лянь доставляет жениха на самую высокую точку моста, затем, обняв Фэн Синя, примыкает к остальным гостям, и Линвэнь начинает церемонию: -Чтобы вы знали, кого поколотить: речь писал Мингуан, я здесь ни при чём, - богиня литературы шёпотом предупреждает брачующихся, а затем повышает голос уже для официальной части. - Поговаривают, что браки совершаются на Небесах, и сегодня мы воочию можем в этом убедиться (о, боги, какой придурок!), - Линьвэнь шёпотом не может удержаться от едкого комментария в адрес Пэй Мина. - В наших небесных чертогах ещё не случалось подобного прецедента, когда один бог войны брал в мужья другого (можно подумать, с другими богами это случалось!). Тем более, если эти боги восемьсот лет потратили на выяснение отношений, и только сейчас осознали, что они предназначены друг другу Небесами (и лично тобой, видимо). И сегодня мы, самые близкие и родные, собрались здесь, чтобы соединить нерушимыми узами брака этих богов. Совершенный Владыка Наньян, в миру носящий имя Фэн Синь, согласен ли ты взять в мужья стоящего перед тобой бога? -Согласен, - Фэн Синь неотрывно глядит в обсидиановые омуты. -А ты Совершенный Владыка Сюаньчжэнь, в миру носящий имя Му Цин, согласен ли ты взять в мужья стоящего перед тобой бога? -Согласен, - едва слышно отвечает Му Цин. -В таком случае произнесите свои клятвы и обменяйтесь кольцами. Какие ещё клятвы?! Фэн Синь в панике: к такому Мингуан с Хуа Чэном его не готовили! -Я начну, - Му Цин берёт с предложенной Линвэнь подушечки кольцо. - Фэн Синь, за эти несколько недель мы с тобой пережили гораздо больше, чем за восемьсот лет. Я наконец поверил, что любовь и счастье существуют, но сам же всё разрушил. Я давал тебе пустые обещания и вёл себя как последняя скотина. Мне нет оправдания, и я не достоин тебя. Но ты поверил в меня и дал шанс. И сейчас я клянусь тебе перед лицом всех богов: даже если Небеса падут, я никогда не покину тебя. На этот раз серьёзно. Я буду сражаться с тобой, как и прежде, плечом к плечу и проведу рядом с тобой столько дней, сколько нам отмерили Небеса. Я больше никогда тебя не покину. И даже если меня будут втаптывать в грязь, они будут делать это у твоих ног, - Му Цин опускается на одно колено. - Если после всего случившегося, ты всё ещё согласен быть со мной, то прими, пожалуйста, это кольцо в знак моей нескончаемой любви к тебе. Ошеломлённый подобными признаниями Фэн Синь протягивает дрожащую левую руку: -Если кто-то посмеет втаптывать тебя в грязь, я мигом сверну ему шею! - затем он помогает Му Цину встать и держит ответное слово. - Му Цин, я не мастер произносить подобные речи, поэтому выражусь просто. Я люблю тебя и не позволю, чтобы в твоей мнительной голове зародилась хотя бы капля сомнений, относительно твоих поступков. А если и зародится, то я эту дурь из тебя выбью. Я слишком долго ждал тебя, чтобы просто так отпустить, - Фэн Синь преклоняет колено. - Я и не думал, что произносить все эти речи так трудно... Ты выйдешь за меня? Му Цин с плотно сжатыми губами кивает как неваляшка, чувствуется, что он сейчас разрыдается. А Линвэнь тем временем продолжает торжественную речь: -Итак, клятвы произнесены. Совершенный Владыка Наньян, Совершенный Владыка Сюаньчжэнь, объявляю вас мужем и мужем и... - Линвэнь в замешательстве сверяется со свитком и с явной неохотой продолжает. - ...и дарую вам семейное имя Фэнцины (Мингуан, шут придворный!) Можете поцеловать мужа (а я пошла убивать Мингуана). -Постой, Линвэнь! - весь вид Му Цина говорит, что тот настроен серьёзно. - В мире смертных должны узнать о нас с Фэн Синем. Ты позаботишься об этом? -Конечно. Я помню о твоей просьбе, - Линвэнь отвечает, не отрываясь от важного дела - она охаживает Пэй Мина свитком с речью и довольно успешно. - Служащие моего дворца уже вовсю этим занимаются. -Волосы! Про волосы забыла! - вопит Пэй Мин, отбиваясь от разъярённой женщины. -Да и чёрт с ними! И так балаган устроил своей речью, в следующий раз сам позориться будешь. *** Свадьба удалась на славу! Пир закатили не хуже, чем на празднике середины осени. Вино льётся рекой, Ши Цинсюань только чашу успевает подставлять, а позже засыпает на плече у “Мин-сюна”. Хэ Сюань, наевшийся до отвала, даже не отпихивает Повелителя Ветра, а лишь вытирает слюнку, стекающую у того по подбородку. Есть на пиру и более оживлённые парочки. Искатель Цветов уже в который раз атакует наследного принца коварным вопросом “Гэгэ, поженимся?”, на что Се Лянь смущённо улыбается и просит не перетягивать внимание, ведь это не их праздник. Хотя сами виновники торжества уже минут двадцать как сбежали никем не замеченные. Фэн Синь самым наглым образом похищает своего новоиспечённого мужа и без лишних разговоров уносит во дворец Наньяна. -Думаю, нам нужен... новый дворец... наш общий... Му Цин едва ли может говорить - требовательные губы и руки уже полностью завладели им. -Уверен, Владыка не будет против, - Фэн Синь в нетерпении освобождает Му Цина от свадебных одежд. - Ну, теперь тебе не отвертеться от исполнения супружеского долга. -Неужели ты так и не понял, почему я эти дни не допускал тебя до себя? -До свадьбы ни-ни? Как ты вообще додумался такое устроить? -Чтобы больше никто и слова не посмел сказать против наших отношений. Видел физиономию Повелителя Воды? Ему больше нечем нам угрожать, смертные всё знают. А почему бы и нет, если их боги любят друг друга, людям придётся это принять, - Му Цин дарит Фэн Синю мимолётный поцелуй и только больше распаляет его. -Наконец-то ты начал мыслить в верном направлении. Ох, генерал Сюаньчжэнь, я такой голодный... - Наньян словно волк вгрызается в бледную нежную шею. - А тебе не помешает набраться сил. Я не намерен отпускать тебя ближайшие пару дней. -Не отпускай меня больше никогда... - шепчет Му Цин. -Даже если будешь вырываться? -Даже если Небеса падут... Теперь ты не один, я всегда буду рядом. -Тогда открой свой прекрасный ротик и позаимствуй у меня немного духовных сил, уже через край льются.