Порочные сны эпистата

      После жестокой казни Дии, Амен с облегчением заходит в свою хижину.       Он доволен собой, а также своими достижениями. Казнить шезму публично — это его стихия. Чувствует ли сострадание к умершей? Ни капельки. Она заслуживает неизбежную смерть. Преступники имеют право достойно принять свое предназначение.       В его голове промелькает список имён, что доложила Дия во время пыток. На лице эпистата красуется победная улыбка. И не просто так. Ведь потому что, ему предстоит воссоздать очередные смертные приговоры и изощреные методы наказания в их пользу. Его руки чешутся в предвкушении смаковать кровь проклятых черномагов. Но все же мучают куча вопросов. Что же будет с Эвой? Как её наказать, после всего что было между нами? Как убить свою любовь? Его рука не поднимется, не смеет причинить ей боль. Она такая невинная, красивая. Его Неферут...       В блаженстве он прикрывает глаза, напряжённые мышцы тела вольно расслабляются, когда окунается в тёплые воды. Затем Амен утробно стонет, почувствовав, как каменные мышцы постепенно размягчаются.       В хамаме становится невероятно влажно и душно. Горячая испарина охватывает все помещение, что на стенах образовались капельки, скатываясь вниз, образуя мокрую дорожку. Хоть Амен вдоволь насладился купанием, но усталость берет свой необратимый оборот. С мыслями о шезму, Амен поневоле окунается в царстве сновидения.

Порочный сон

      На улицах поселения наступает тёмная ночь. Комната альбиноса располагается в состоянии полного мрака. Мужчина был туго привязан веревками на деревянном стуле, обездвижен и немощен. Только голова имеет возможность поворачиваться на сто восемьдесят градусов. Рот эпистата закрыт плотной тканью, обнажённый мускулистый торс накрыт соленоватым потом вперемешку с маслами.       Амен негодует, как он оказался в таком положении. Кто этот смельчак, сумевший его поставить в такую нелепую ситуацию?       Его дикая злость испаряется в тот же миг, когда чья-та тёплая рука скользит по щетинистой щеке, затем вниз по шее.       После в комнате волшебным образом разгораются подсвечники.       Незримый бог...       Перед ним стоит Эвтида. Обнажённая, раскрепощенная, игривая...       Глаза эпистата выпучиваются от приятного удивления. Её божественная фигурка блестит под светом лучезарных свечей, личико сияет от превосходства, особенно когда улыбается.       Увидев его реакцию, девушка соблазительно усмехается, закусив нижнюю губу. Мужчина продольно мычит, когда она блуждает по его мышцам груди, пресса. Дёргается, извивается чтобы освободить руки от веревок и остановить её. Ему вовсе не нравится такой исход. Девушка совсем с ума сошла? Чего она добивается, что за козни она устраивает? Он хочет расспросить смуглую девчонку, но без толку. Рот был зажат так, что дышать ему становилось тяжело. Может только в ответ невнятно мычать.       — Шезмочка, довольно с него! — проносится властный голос с кровати эпистата.       Это ещё кто такой? Незнакомец нагло занимает его законное место и приказывает неферут остановится. Альбинос ещё пуще злится, когда Эва идёт к голосу красноволосому мужчине. Тот вальяжно лежит на свежих простынях, подзывая к себе испорченную Эву.       Да, альбинос ставит ей уточненный диагноз - развратная, изворотливая девица, которая по - животному целует какого-то левого мужчину.       Амен в отрешении наблюдает, как он прижимает к кровати шезму лицом к себе и оставляет засосы на лебединой шее и пышной груди. Незнакомец с дикостью терзает вздыбленные соски, грубо сминает девичьи полушарии. Эвтида громко стонет, изгибается словно ядовитая кобра и требует большего, выкрикивая его заветное имя.       — Аш!       — Сет! — рявкает мужчина, исправляя её ошибку.       — Я хочу тебя, Сет! — девушка цепляется пальцами за его огненные волосы и толкает голову вниз. Губы красноволосого жадно исследуют клеточку изящного тела шезму, спускаясь все ниже и ниже.       Амен не сводит измученный взгляд от них и тяжело вздыхает ноздрями. Тело эпистата вздрагивает от ярости или же от возбуждения. Двоякое чувство уничтожает его насквозь. Он хочет девушку, завладеть ею, быть единственным для неё. Но этот сукин сын нагло привлёк Эву к своим сетям. Она под его властью, подчиняется только ему и никому больше. Амен жалок, беспомощен, чертовски перевозбужден. Его огромный член предательски стоит торчком от таких-то пошлостей.       Сет беспощадно лижет клитор, оттягивая зубами складочки и глотая приторную жидкость, что сочилась из её влагалища. Язык проникает внутрь, большой палец надавливает горошинку, а Эва издаёт гортанные звуки и ритмично движется навстречу эластичному языку Сета.       На лбу эпистата текут капельки пота, он глубоко дышит и тихо скулит. В его белоснежных штанах давно стало тесно и адски жарко. Этот кошмар был для него таким сладким, ну невозможно ведь игнорить такое блаженство. Амену приходится воссоздать картину в фантазиях, представляя себя на место Сета.       Бог приказывает шезму встать на четвереньки. Та покорно слушается.       — Смотри внимательно, эпистат! Твоя девчонка будет во мне! — красноволосый задорно смеётся и резким движением вводит возбужденную плоть в неё.       Проклятье! Слишком сложно испытывать пустоту и не почувствовать на себе неферут. Амен запрокидывает голову назад и жмурит глаза. Член болезненно пульсирует, вздрагивает от каждого стона Эвы. Альбинос чётко улавливает шлепки женских ягодиц об бедра Сета из-за глубоких толчков, слышит непрекращающиеся порочные крики девицы.       Амен дёргает вспотевшие руки, лишь бы освободить хоть одну из них. Хоть бы подрочить. Но верёвки крепкие, не в силах ему порвать их одним движением.       — Скажи мне ещё раз, дорогая! — Сет глубоко вводит член, головка ударяется об чувствительную точку девушки. — Кто я для тебя?!       — Ты мой...Бог! — всхлипывает Эва, навстречу двигая тазом.       — Верный ответ! — шипит Сет, затем свою плоть резко перекидывает, смоченную собственной слюной на анус. Девушка вскрикивает от удовольствия и принимает грубые толчки красноволосого. Сет сжимает пальцами её упругие ягодицы оставляя на них розоватые следы. Затем мужчина метает огненный взгляд на Амена. Видя его страдальческий вид, он с издевкой заливается смехом. Не отрывая от него глаза, полные похоти, Бог продолжает с шезму анальные утехи.       Амен осуждающе смотрит на Сета. Мужчина в ответ ускоряет движение, а Эва вопит громче прежнего. Она также взирает на эпистата, дьявольски облизывая пересохшие губы. Подойдя к кульминации, Сет бьётся в конвульсиях, мышцы тела дергаются от наступившего взрывного оргазма. Он кончает внутри неё, заполняя полость своим семенем и дарит ей жгучий шлепок в ягодицу Эвы. Та ахает и сладко смеётся.       — Давай, шезмочка! — Бог элегантно берет её за руку и проводит в сторону Амена. — Ты знаешь, что нужно делать.       Напоследок одарив её горячим поцелуем, Сет держа за хрупкие плечики Эвы ставит на колени перед альбиносом.       — Я не настолько жадный, как тебе кажется. С радостью делюсь своей рабыней, господин эпистат! — хрипит красноволосый.       Эва ловко освобождает возбужденый член Амена от штанов и ласково скользит ручонками по всей длине. Эпистат томно заглядывает в довольное лицо шезму, ему по нраву такое трепетное отношение к мужскому достоинству. Кончиком языка мягко проходит по нежной коже пениса, исследуя венные ответвления до мошонки. Амен сдержанно мычит закатывая глаза к потолку. Как Эва по-хозяйски берет член в рот и ритмично сосёт, у эпистата происходит целый фейерверк в глазах. Чем глубже она сосёт, тем больше происходят вспышки эйфории. Его головка ощущает гладкость во рту, стенку гортани девицы. Она глотает целиком, заодно посасывает покрасневшую от прилива крови головку. Пухлым губами скользит по плоти, ручки шаловливо помогают ускорить головокружительный процесс. Эва совершает минет профессионально и удивительно долго. Эпистат восхищён от такой неправильной неферут. Посчитал ее невинной, но оказалась настоящей дьяволицей.       Сет хватает рукой за копну девушки и поддакивает вперёд. Трахает её ртом, пока она не чувствует, как член Амена набухается от прилива оргазма. Она вовремя останавливается и поднимает взгляд на Сета. Эпистат недовольно бурчит от внезапной задержки экстаза.       — Слышишь его, дорогая? Он хочет тебя! — сладко мурлычет красноволосый.       Эва равнодушно хмыкает и раздвигает ноги, насаживая на себя пенис эпистата. Альбинос получает то, что давно желал. Девица страстно прыгает на него, обхватывая стенками влагалища его толстый член. Вересковые глаза эпистата жадно взирают на красивую грудь Эвы. Он хочет их целовать, пробовать на вкус затвердевшие соски, оставлять багровые пятна на её шелковистой коже.       Амен по уши влюблен в неферут. Она для него единственная и неповторимая. Исфет, она очень хороша в сексе. Это неоспоримо!       Шезму продолжает насаживать член, её дыхание обжигает покрасневшее лицо эпистата, ручонки лапают его мускулы, бицепс, пресс. Сет в сторонке наблюдает за ними игривой ухмылкой. Затем властно приказывает Эве:       — Поцелуй его!       Эвтида в ответ озаряется в улыбке и одним движением руки освобождает рот Амена от надоедливого кляпа.       Мужчина только открывает рот, чтобы высказаться Эва затыкает его жгучим поцелуем. Её влажный язычок ловко проникает в рот, при этом жёстко кусает губу, вонзая клыками его нежную кожу. Страстно слившись в поцелуе, она продолжает насаживать член, беспрерывно двигая бёдрами. От недостаточности дыхания они отрываются. Наконец, Амен заговорит.       — Эва...       В ответ девушка накрывает ладонью мужской рот и прерывисто усмехается:       — Тихо, сладкий... Я хочу, чтобы ты кончил в меня...       Неистово прошептав, шезму снова целует его и стонет в губы от предвкушения. Амен чувствует, как стенки сужаются, крепко сжимая огромную плоть. В последствии, он кончает в неё, оглушив стон жарким поцелуем. Их тела вздрагивают от мандража, от тяжёлых вздыханий грудная клетка опускается то поднимается, сердца гулко стучат в унисон.       Амен туманно заглядывает в её янтарные глаза заполненные искорками, пухлые губы расплываются в загадочной ухмылке.       — Шезмочка! — удовлетвореный Сет подходит к ним и внезапно передаёт ей в руку острый клинок. — Покончи с ним!       Расслабленное лицо Амена меняется за секунду на отчаянное.       — Что? — эпистат от безысходности трясётся телом, как бы избавляясь от препятствия в виде верёвок. Сидя на его напряжённых бёдрах, Эва отводит клинок в сторону.       — Будь вы прокляты! — рычит Амен. Взмахнув рукой, Эва вонзает клинок в сонную артерию эпистата.

***

      Амен подпрыгивает на месте и тяжело вздыхает. Держась рукой за шею он судорожно дышит, оглядываясь по сторонам. Живой, целый. Самое главное, невредимый.       — Исфет! — зашипев сквозь зубы, эпистат вылезает из бассейна. Обернув ноги до торса хлопковым полотенцем, он облегчённо садиться на табуретку.       — Что это было? — шепчет он, взявшись за голову.       Испорченная Неферут, Сет... Это проклятье Богов...