Washing Green, Dripping Red

***

      Поначалу ужин прошел нормально. Прошло так много времени с тех пор, как Рейнира в последний раз обедала со своим отцом, еще дольше с другой частью семьи, и никогда так не болтала и не улыбалась. Ее сердце болело за Визериса. Он больше походил на ходячий труп, чем на короля, и все же пришел из-за неё. Возможно, он уже не тот могущественный король и отец, каким был когда-то, но Рейнира все еще оставалась маленьким ребенком, которого он поклялся защищать, несмотря ни на что. Если бы она только могла защитить его так же. Время, которое было у нее, но не у него. По крайней мере, ради него она вытерпит этот ужин. Все шло хорошо, пока присутствовал король. С момента своего ухода Эйгон начал открывать свой грязный рот, шепча насмешки в уши Джекейриса. Ее сын казался раздраженным, но сдержанным. Он даже усмехнулся в ответ. Рейнира спрятала ухмылку за чашкой.       Тосты были утомительными, но она не прочь их произнести. В любом случае, ее слова не были ложью. Рейнира знала, что заставит глаза Алисенты засверкать в узнавании. Джекейрис пригласил свою бедную сестру Хелейну на танец, и Рейнира не удивилась такому галантному жесту. Он был ее первенцем, ее гордостью и достойным наследником Железного Трона. Их радостный танец и мысль о мирном окончании ужина вызвали на ее лице улыбку. И она застыла на ее губах, когда кто-то ударил кулаком по столу. Она повернулась и увидела Эймонда, стоящего с чашкой в ​​руке. — Последнее в дань уважения. За здоровье моих племянников: Джейса, Люка и Джоффри, — сказал он, и она уже знала, что следующие слова будет неприятно услышать. — Каждый из них красив, мудр… силен. Давайте выпьем наши чашки за этих троих… сильных мальчиков. Даже при теплом свете всех свечей бледное лицо Люцериса все еще было видно ее глазам. Рейнира нахмурилась, сжимая чашку слишком сильно, даже не заметив этого. Она еще не злилась. Просто раздражает акцент на этом. Похоже, Эймонд так и не усвоил урок со времен Дрифтмарка. — Спасибо, дядя, — первым пришел в себя Джекейрис. Его глаза, темные и яркие, как угли, выражали эмоции, отличные от ее. Он был в ярости, не меньше. — Ваше щедрое пожелание делает нам честь. Я надеюсь, что люди также в полной мере увидят нас такими же, как и ваши добрые слова. На этом, к нашей признательности, позвольте сказать вам «да!»       Хелейна, глупая девчонка, радостно захлопала в ладоши. Рейнира могла сказать, что Деймон дрожал от сдерживаемого смеха рядом с ней. Алисента точно смотрела на неё, Рейнира скорее чувствовала это, чем видела. Но больше никто не произнес ни слова. Первый удар последовал, как и ожидалось, но не так, потому что его нанес Эймонд, а не Джекейрис. Тут же все превратилось в чистый хаос. Стулья царапали холодный пол, чашки опрокинулись, а вино пролилось повсюду между ними двумя. Оба схватили друг друга за шею и размахивали кулаками, не обращая внимания на крики и вздохи людей. — Джейс! — Люцерис вскрикнул, но его звук стал хриплым, едва слышным. Он вскочил со своего места и побежал к брату, но его с громким стуком швырнули на стол. Эйгон злобно ухмыльнулся поверх головы. Не в силах стоять в стороне, Рейнира поднялась на ноги, когда Джекейрис резко отвернулся от Эймонда к новой цели. В его руке блестело что-то из серебра. — Остановитесь! — Вмешался Деймон. Твердая рука оттолкнула Джекейриса и жестом велела ему встать. Эйгон отпустил Люцериса, как только Деймон вмешался в этот беспорядок. Мальчик тут же бросился к брату, а старший потянул его за спину. Все принцы теперь встали по разные стороны и держались на некотором расстоянии друг от друга. Единственным барьером был Деймон, стоящий посреди ограниченного поля битвы. Часть головы Люцериса начала опухать. Рейнира отправила обоих своих сыновей обратно в их покои, прежде чем Джейс вышел бы из себя. Она заметила, что острое серебро все еще было у него в руке. Она также услышала, как Алисента ругает Эймонда сзади, а Рейнира вернула на лицо спокойную маску, прежде чем повернуться к ним. У Эймонда были разбиты губы, и это облегчало ее гнев из-за шишки на лбу Люцериса. Он быстро ушел, оставив раздраженную мать позади. — Возможно, мы задержались и испытываем ваше гостеприимство, ваша светлость, — сказала Рейнира, грустно глядя на королеву. — Мы должны скоро вернуться в Драконий Камень… — Нет, нет, — прервала её Королева. — Вам следует остаться еще немного. Король Визерис был бы рад, если бы вы это сделали. Рейнира посмотрела на фальшивую и неловкую улыбку Алисенты, подавляя желание сорвать ее. «Не сейчас», — сказала она себе, мельком взглянув на тех из Зеленых, которые еще не ушли после переполоха. Рано или поздно она от них избавится. — Мне бы этого хотелось, — она мягко улыбнулась, ее глаза искренние и открытые. — В конце концов, нам еще столько всего нужно исправить ради нашего короля. Алисента кивнула, затем пожелала ей спокойной ночи и вышла из комнаты, чтобы догнать Эймонда. Взгляд Рейниры остановился на Эйгоне, который залпом выпил свою последнюю чашку вина и ухмыльнулся ей. О, подумала она с удивлением, тогда она начнет с него.

***

      Рейнира снова пришла к отцу, как и прошлой ночью. Борясь между сном и реальностью, ему потребовалось время, чтобы вернуться к ней. — Рей… Нира… — позвал он ее. — Мой единственный ребенок… Слёзы почти лились из её глаз, но улыбка всё равно расцвела на её губах. — Отец, — тихо ответила она. Чашка была поднесена к уголку его рта. — Пожалуйста, выпей немного воды. Визерис медленно моргнул, пытаясь понять, что она только что сказала, а затем без вопросов выпил. Рейнира ждала и ждала. Пока Визерис не погрузился в глубокий сон, поверхностное дыхание не затихло, и Рейнира не прижалась лбом к его плечу, тихо умоляя о прощении. Уйти с Неведомым, должно быть, станет для него спасением от всей боли, а она просто эгоистично отвергла это. Ночь была глубокая, и из высокого окна она наблюдала, как Эйгон выскользнул из крепости. Она не сомневалась, что его целью было Блошиное Дно.

***

— Знаешь, у него есть вкус, — пробормотал Деймон ей на ухо, пока его рука скользила по ее телу с головы до пят. — Блондинка, — пальцы зарылись ее в лунные локоны. — Прекрасная, — ладонь скользнула по ее горячей коже. — Фигуристая, — он схватил ее за широкое бедро, кончиками пальцев прижавшись к мягкой плоти. — Красота. И его рука наконец остановилась на ее центре. Рейнира только хмыкнула. На ее губах скользнула улыбка. — Это облегчило бы задачу. Ее поцелуи коснулись и его виска. — Тебе проще, — фыркнул Деймон. — Как будто этот паршивец достоин этого. — Это не так, — согласилась она. — Но кем он мог бы быть? Я слышала, что он изнасиловал девушку, няню своих детей. Какой позор. Деймон приподнял бровь, и Рейнира усмехнулась. — Мисария действительно полезна, но мои дамы не меньше. — Настала очередь Деймона весело фыркать. — Служанки сказали, что она вышла из крепости одна и больше не вернулась. Никто не мог бы сделать это, если бы не имел некоторой уверенности. Алисента должна заплатить ей. Бедная девушка, — вздохнула Рейнира. — Красивая и разбитая, одинокая с мешком золота, который не мог принести никакого утешения после того инцидента. — Похоже, что кто-то кончит плохо. — Она ненавидела бы того, кто подтолкнул ее к такому концу, — продолжила Рейнира. — И она была бы благодарна, если бы когда-нибудь явился спаситель в сияющих доспехах. Она посмотрела ему в глаза и увидела, что его понимание сияло, как и ожидалось. — Как пожелаешь, дорогая жена. Он поцеловал ее и скрепил обещание.

***

      Дни в Красном замке были скучны. Малый Совет осмелился отказать ей в участии в их ежедневных собраниях по каким-то бессмысленным причинам, касающимся беспокойства о ее собственном здоровье и беременности. Рейнира только усмехнулась. Как будто не они громче всех протестовали против ее брака с Деймоном. Она должна злиться за то, что ее пытались игнорировать как законную наследницу Трона. Но прямой протест не принес ей ничего хорошего, это она знала. Она научилась терпению. Она научилась играть в их в игру престолов. Иногда это оставляло неприятный привкус на языке. Она была драконом, с горечью подумала она, и все же ей пришлось поступить как те змеи, чтобы защитить свое право первородства. Только предвкушение того, что они попробуют собственный яд, заставит ее почувствовать сладость мести.

***

      Деймон принес ей хорошие новости. Вернее, повел ее к этому. Они ходили по борделям, рука об руку, прячась под бесхитростной одеждой и толстыми плащами. Это было как много лет назад, когда она была еще девочкой, достигающей совершеннолетия. Он взял ее на прогулку вот так, по Шелковой улице, среди ночной жизни простых людей, к их собственной свободе. На каждом шагу за ними следили глаза мужчин, но на этот раз им можно было доверять. Золотые плащи Деймона заверили принца и принцессу в этом. Смех, стоны и музыка окружали их, пока знакомый голос не коснулся их ушей. — Ну-ну, — усмехнулся Деймон, — Посмотри, кто там. В комнате, полной тел, находился Эйгон. Имея лишь цветной коврик под бедрами и чашку в руке, он смеялся и раскачивался среди шлюх. Они не стали с ним связываться. Они только смотрели. А когда Эйгон случайно приблизился к ним, они даже не избежали его. Эйгон вздрогнул и быстро заморгал, прежде чем расхохотаться. — Рейнира! — Широкая улыбка растянула его губы, а щеки покраснели от опьянения. — Наконец-то нашла для себя подходящее место, да? Как только слова прозвучали, Эйгон рухнул на землю с громким стуком и болезненным криком. Шлюхи бросились прочь, увидев убийственное лицо Деймона. — Следи за языком, — прорычал Принц-изгой. — Или ты хотел бы стать следующим Вэймондом Веларионом? Только тогда опьянение оставило младшего принца. Его глаза широко распахнулись, когда он осознал свою ошибку, и лихорадочно переключился с Деймона на Рейниру. — Ты не сделаешь ничего подобного! — заикался он. — Я твой родственик! — Что меня лично разочаровывает, — усмехнулся Деймон. — Да, возможно, у меня нет твоей головы, но я не могу оставить безнаказанным и пренебрежение к моей дорогой жене, ты так не думаешь? — Его хватка на Эйгоне усилилась, и он вытащил кинжал. Его взгляд скользнул между ног Эйгона. — Вэймонд в конце концов спас только свой язык, по крайней мере, ты можешь сохранить свою жизнь. Считай, что тебе повезло больше, чем ему, племянник. Поняв намерение Деймона кастрировать его, как скот посреди борделя, Эйгон в ужасе, но безуспешно вырвался из его железной хватки. — Отпусти меня! — кричал он, его голос дрожал от паники. — Моя мама узнает об этом! Рейнира хихикнула. — Твоей матери было бы приятно узнать, что ты всегда на нее полагаешься, даже в такой ситуации, — насмехалась принцесса. Его пораженное лицо принесло ей радость. Эйгон был ошеломлен ее смехом. Ни одна женщина не вела себя перед ним так, как она. Его обслуживали шлюхи. Служанки его боялись. Хелейна ему наскучила. Его мать обиделась на него. Никто не смеялся ему прямо в лицо, не задумываясь о вежливости или последствиях, только его сводная сестра. Как будто у нее была сила делать все, что она хотела. — Скажи… скажи ему, чтобы он остановился! — В момент явного смущения и паники он вскрикнул, когда кинжал приблизился. — Он мой муж, а не моя комнатная собачка, — снова рассмеялась Рейнира. — Он делает то, что ему заблагорассудится. — Хм, если ты так боишься потерять яйца, возможно, я оставлю одно ради тебя, — ухмыльнулся Деймон, повернувшись к Рейнире. — Какой из них ты выберешь, любовь моя? Правое или левое? Принцесса лишь склонила голову в сторону. — Тогда, — сказал Деймон, и Эйгон закричал: — Рейнира! Кинжал остановился на полпути к его паху. Юный принц тяжело дышал, дико глядя на него глазами. Он не заметил, как Деймон отпустил его, и как чужая рука не приблизилась к его лицу. Мягкое прикосновение испугало его. — Ночь уже поздняя, ​​брат, — пробормотала она приторно-сладко, как будто женщиной, смеявшийся ему в лицо, была не она. Пальцы ласкали его челюсть, странно нежно, как будто женщина, позволившая Деймону кастрировать его, была не она. — Возвращайся домой, а то твоя мать будет волноваться. Мы все не хотим ее беспокоить, не так ли? Она наклонилась, заметив, как подпрыгивает его горло, когда он взглянул на ее кремовую верхнюю часть груди под плащом. Она улыбнулась и выпрямлила спину. — В следующий раз, когда мы поговорим, я надеюсь, ты скажешь мне что-нибудь приятное. Ее палец ненадолго коснулся его нижней губы, прежде чем отпустить. — Спокойной ночи брат. И она ушла, Деймон последовал за ней, оставив позади ошеломленного и обнаженного Эйгона. Ей было плевать, что с ним будет дальше. Она не убила его сегодня вечером, тогда он не умрет сегодня вечером. Этого было достаточно. Ее ждали хорошие новости.

***

      Принцесса посмотрела на девушку перед собой. Диана, почти голая, в лохмотьях и грязная с головы до ног. Рейнира увидела прекрасную девушку, которой она когда-то была, со светлыми волосами и пухлыми щеками, несмотря на ее нынешнюю внешность. Она смотрела на нее и жалела ее. Красота давно ушла, осталась только руины. — Они продавали ее, — сказал Деймон. — С высокой ценой за девушку из Красного замка, которая когда-то была верным слугой королевской семьи. Сделали ее шлюхой. Рейнира кивнула и повернулась к девушке. Она задрожала под ее взглядом и еще сильнее, когда принцесса спросила. — Когда-то вы выполняли обязанности внутри крепости. Что с тобой случилось? Как служанка моей семьи оказалась в такой ситуации? — Я… я совершила ошибку, Ваше Высочество, — начала Диана. — Я не справилась со своими обязанностями, заботясь о детях принцессы Хелейны и… и королевы… — она сглотнула, нервно подергивая глазами. — Ее светлость изгнала меня из крепости, но все же пожалела меня. Она дала мне несколько монет, и я… — она тяжело всхлипнула. — Меня ограбили, Ваше Высочество. Я выходила из Королевской Гавани, и они меня ограбили. Они называли себя «Кровь и сыр». Они… угрожали меня изнасиловать. Я умоляла их не делать этого, и они пощадили меня только после того, как забрали все мои монеты. Но они не просто ушли. Они привезли меня сюда, чтобы продать. Рейнира метнула взгляд туда, где Деймон прислонился боком к стене. Принц-изгой только ухмыльнулся в ответ. — Бедная девочка, — пробормотала принцесса. — Какое трагическое путешествие. Какая ошибка могла бы с самого начала вышвырнуть тебя из Крепости? Губы Дианы пару раз открылись и закрылись, но она не произнесла ни слова. — Что ты сделала? — Принцесса нахмурилась. — Ты обидела моих племянницу и племянника? — Нет, нет, Ваше Высочество, — закричала Диана. — Как я смею это делать? Они отрубят мою голову! — Я спас тебя, — небрежно вмешался Деймон, — пожалел девушку, которая когда-то служила моей семье. Но если ты действительно причинила им какой-либо вред, то ты этого заслуживаешь. Мне нужно вернуть тебя хозяйке? — Нет пожалуйста! — Девушка заплакала сильнее, ее худое тело сильно дрожало от его предложения. — Тогда не лги, — прошипел он. — Наследная принцесса задала вам вопрос. Рейнира видела, как бывшая горничная борется сама с собой. Конечно, Алисента посоветовала ей держать рот на замке. — Ничего, если ты не хочешь об этом говорить, — вздохнула Принцесса и встала. — Тогда мы просто уйдем. Какой позор. Я подумывала взять тебя с собой. В конце концов, в борделях остаются только шлюхи, а не горничные. Диана бросилась к ногам Рейниры, прежде чем та смогла уйти. — Ваше Высочество, пожалуйста, помилуйте, — взмолилась она. Отчаявшись спастись, она выплеснула все это. — Это был принц Эйгон! Он изнасиловал меня! Знают только королева и ее служанка. Она дала мне лунный чай и сказала уйти. Это все, клянусь, моя принцесса. Фиолетовые глаза пристально посмотрели на нее, прежде чем чья-то рука потянулась и зачесала прядь выбившихся волос за ухо. Принцесса наклонилась ближе, не полностью из-за раздутого живота, но достаточно близко к Диане. — Бедная девочка, — повторила она. — Так осквернить твою добродетель… Мой брат совершил против тебя ужасное преступление. К сожалению, никто не наказал его за это, даже его мать, королева. Между тобой и ее сыном, боюсь, вы уже знаете, какую сторону она выберет. — Диана вздрогнула от этого. Рейнира задавалась вопросом, осознала ли она, что Алисента не пожалела ее. Королева защищала только своего сына и собственную репутацию при дворе. — Королева должна была стать прибежищем для других женщин, на которое можно было бы положиться, как когда-то была Добрая Королева Алисанна. Но Алисента еще и мать, и ее ребенок превыше всего, — пробормотала принцесса, глубже загоняя эту идею в испуганный разум девушки. — Для тебя нет справедливости. Какой позор. Ты служила им, и они сделали это с тобой. — Диана посмотрела на нее, и Рейнира была рада видеть ненависть, мелькнувшую в ее глазах. — За вашу честность со мной, — она выпрямилась и продолжила. — Я никому не позволю прикасаться к тебе. Ты будешь ждать здесь и вернешься в Крепость, когда ты мне понадобишься. Ты понимаешь? — Да ваше высочество, — Диана энергично кивнула. — Но если Королева увидит мое лицо…? — Мы подготовимся к этому, — прервал её Деймон, и девушка мгновенно замолчала. Казалось, она боялась его, как и любой другой простой человек, узнавший о его характере. Рейнира смотрела, как Диану вытаскивают из комнаты, а Деймон приближается к ней. Он выглядел как взволнованный ребенок, ожидающий похвалы, со звездами в глазах и ухмылкой на губах. Затем она поцеловала его в качестве награды, которую он заслужил за то, что подарил ей полезную пешку. Доска была установлена, и игра началась.