Безумный король и его печальная королева

      — Торин! Я везде тебя ищу! — пока я, пытаясь не свалиться без чувств прямо здесь на каменный пол, бледнела и бледнела, Балин успел подойти к нам и, чуть запыханно, сказал: — Вас ждут на ужине, Ваше Величество… О! — он, наконец, заметил меня и поспешил поклониться нам обоим: — Госпожа Астра! Я рад, что вы уже познакомились с нашим великим владыкой всех гномов королём Торином…       — Не стоит, Балин, — прервал поток из похвалы Торин одним лишь взмахом руки. Сейчас, когда правда обнаружилась, он уже не выглядел таким любезным и смешным, теперь был королём с прямой спиной, высокомерным взглядом и властными жестами, способными заткнуть или заставить говорить любого в этом замке, а то и во всём гномьем мире. — Да, я как раз сопровождал госпожу Астру на ужин. Составишь нам компанию? — ровным безэмоциональным голосом поинтересовался король. Балин кивнул. Я же в это время готова была провалиться сквозь землю к балрогам, и, желательно, чтоб они меня мгновенно зажарили.       «Это была проверка на вшивость!» — мысленно зарыдала я.       «Теперь он думает, что я со всеми мужчинами так «любезничаю»!» — я ещё пуще побледнела, не слушая, о чём говорят король и его советник, и потому пропустила обращённый ко мне вопрос.       — Астра? — снова окликнули меня.       — Ваше Величество? — я учтиво поклонилась, не поднимая глаз от пола. Руки тряслись и я поспешила спрятать их среди складок юбки.       — Где ты предпочитаешь сесть: со мной или со своей служанкой? — повторил вопрос король.       «Главное — не перечь ему!» — вспомнились мне слова Магрит.       «Делай всегда так, как он хочет! Пусть думает, что ты играешь по его правилам!»       — Всё на ваше усмотрение, Государь, — я снова поклонилась и услышала усталый вздох. Я что-то не то сказала?.. Дура! Дура!..       — Что скажешь, Балин? — мне показалось, или в его голосе сквозила усмешка? Мне конец…       — Думаю, народ будет счастлив, увидев вас вместе, — с искренней улыбкой до ушей произнёс Балин, и, учитывая мою ситуацию и странный факт того, что он рад браку по расчёту, я подумала, что советник издевается надо мной. Неужели он знает правду о том, кто я, и собирается требовать с меня деньги за молчание?.. Хотя, таких гномов я за милю чувствую, уж очень огромный у меня опыт общения со всеми слоями нашего общества. Ха! Да я даже с эльфами встречалась, чего уж там! А это для гнома, не являющегося воином или политиком, большая редкость.       — Что ж, на всё воля Махала! — согласился с советником король и протянул мне согнутый локоть, чтобы я взялась за него. Помедлив несколько секунд, хлопая глазами, я не стала злить короля ещё больше и осторожно обхватила его руку своей, стараясь почти не касаться его даже сквозь одежду. Однако даже при минимальном контакте я смогла ощутить, насколько король Торин сильный, и мне стало ещё страшнее от этого.       Когда мы приблизились к дверям в зал для ужинов, то тут же услышали исходящий оттуда шум от смеха, песен и чоканья тяжёлых железных кружек.       «Только не пьяные увеселения, только не это…» — мысленно взмолилась я и взгляд мой совсем потускнел. Как же я ненавидела алкоголь и то, что он делает с живыми существами! И сколько раз мне приходилось вытаскивать почти что с того света всяких пьянчуг, которые потом ещё куда только меня не посылали вместо благодарности, а один так и вовсе кинулся на меня с ножом, что а ж шрам остался на животе! Я невольно затормозила, и на меня, как мне тогда показалось, возмущённо уставился король.       — Мне, наверное, там делать нечего, — немного осмелев от страха иного рода, высказалась я и нервно закусила щёку, ожидая наказания.       — Почему же, госпожа? — снисходительно улыбнувшись, спросил Балин.       — Я не пью и оттого не смогу разделить веселье, а лишь омрачу своей строгостью настроение желающих отдохнуть работяг, — сказала я уже много лет повторяемую фразу, специально придуманную мной и Магрит, чтобы не злить высокородных гостей моих родственников.       — Глупости. Они уже наверняка сейчас не в том состоянии из-за эля, чтобы вообще заметить наш приход, — как отрезав, сказал король и потянул не особо-то и сопротивляющуюся меня в зал. От плеснувшего мне в лицо запаха пива, эля и вина, а также очень жирной и зажаренной пищи мне ещё сильнее поплохело и я неосознанно крепче ухватилась за предплечье короля, который, к слову, оказался не прав. Стоило нам войти в зал, как все звуки умолкли, а взгляды сошлись на наших фигурах, не замечая мнущегося сзади Балина, и уже через полминуты весь зал стал привествовать короля и «королеву», предлагая нам различные полусъеденные блюда и напитки. Я тогда постаралась спрятаться за массивной фигурой, которую, по логике, должна была бояться в первую очередь. Проходя мимо очередного стола к столу для королевской семьи, я заметила обеспокоенный взгляд Магрит и кивнула ей, успокаивая. Конечно, чувствовала я себя скверно, но пока что меня ещё не пытались убить или просто ударить, а значит шанс на спасение ещё есть. Когда же мы, наконец, сели за одинокий стол, рассчитанный на, как минимум, восемь человек, но сейчас несущий на себе еду лишь для короля, его советника, главнокомандующего и меня, я увидела, как глаза короля потемнели при взгляде на два дорого украшенных стула, пустующих около наших с ним. Я так и не поняла причину этого, но мне стало не по себе. За вечер я так и не притронулась к еде и даже воде, хоть в горле и ужасно пересохло. От страха я не могла есть, да и появилось странное ощущение того, что кто-то здесь явно хочет меня отравить, и не факт, что повар.       Почти сразу же после того, как король объявил об окончании ужина, я поспешила извиниться и попрощаться, и быстро убежала оттуда вместе с Магрит, боясь даже поднять взгляд на чёрного, как тучу короля, настроение которого значительно упало во время ужина.

***

      — Ты мог бы и не сдавать меня так скоро, Балин, — опираясь на стол, Торин скрестил руки на груди, досадливо поглядывая на верного советника и друга.       — Не стоило обманывать её, Торин, — покачал головой гном. — Вряд ли бы она обрадовалась, когда бы ты сам рассказал ей правду о себе, стоя у алтаря…       — Я лишь хотел помочь ей узнать меня не как короля, а как… друга, — на самом деле, Торин и сам понимал, что поступил не совсем честно, но он редко признавал свои ошибки. — А в итоге она весь вечер тряслась так, будто я вот-вот прикажу казнить её.       — Возможно, она посчитала, что это была проверка на её благочестивость, — осуждающе посмотрев на короля, сказал Балин. — Вот и перепугалась, бедняжка.       — Очень странно. В её поведении не было ничего предосудительного. Обычная вежливость, — пожал плечами Торин и тяжко вздохнул. — Чувствую, нам будет очень тяжело с ней.       — Или ей с нами, — тихо буркнул себе под нос Балин, которому как никому другому здесь было жалко девушку. А он только недавно вновь начал разговаривать с Торином! Ведь когда он узнал о его плане, то перестал это делать, помня, чем это закончилось для их общей родственницы, больше всех, ведь он был самым старшим внуком Трора и успел застать многие мучения их покойной бабушки.       — Знаешь, Тирог её по-другому описывал, — вдруг начал размышлять вслух Торин, чем вызвал недоумение старшего кузена. — Говорил, что избалованная, но красивая девчонка, а эта — тощая, как будто больная чем-то.       — На себя посмотри, Ваше Безбородство, — обиженно пробурчал Балин, когда понял, что его волнениям не вняли. На это ребячество Торин расхохотался. Действительно, для гнома, да ещё и уважаемого, у него бороды «не было». — А девочка-то вежливая, добрая, видно, что не глупая!       — Да, хорошие качества для будущей королевы, — посерьёзнев, согласно кивнул Торин, и Балин, наконец, смог выдохнуть спокойно. В конце концов, Торину он доверял, и зачатков характера деда Трора уже давно в нём не видел.

***

      — Всё кончено, Магрит! — я носилась по покоям как ошпаренная и трясущимися руками собирала вещи обратно в мешки и сумки, в то время как Магрит вытаскивала их обратно, встряхивала и вешала в шкаф на прежнее место. — Да к балрогу эти тряпки! — я резко выхватила одно из платьев у неё из рук и попыталась порвать, но сил не хватило, и, просто скомкав его, швырнула его в стену, чуть не задев свечу.       — Госпожа! — чуть было не крикнув возмущённое «Лив», окликнула меня Магрит, сурово уперев руки в бока. Я крепко стиснула кулак, пряча в нём бутылёк с неприятно жёлтой жидкостью, которую варила не я, а, видимо, кто-то из тайных поставщиков запретных ингредиентов моего дяди. Это был яд, причём весьма болезненный. Прежде чем забрать жизнь у выпившего, он разъедал органы и внутренние ткани, чтобы никто и никогда не подумал, что я сама его выпила, дабы не выдавать возможное местонахождение настоящей Астры и её родителей. Я должна была выпить его, если король догадается о нашем обмане, но перед этим мне нужно было отправить весточку родственникам. Конечно, я не собиралась его пить, но… Может, я выпила бы другой яд, менее болезненный, но не стала бы подвергать опасности хотя бы Астру. Да и, в конце концов, лучше яд, чем пытки и казнь на глазах всех гномов Эребора.       — Я облажалась, Магрит! Облажалась! — как обезумевшая я крепко вцепилась в её плечи и встряхнула, насколько мне позволяли это мои костлявые конечности, чтобы она сосредоточила всё своё внимание на мне. — Я встретила мужчину на балконе и разговорилась с ним, будто бы я… — понизив голос, я прошептала: -… будто бы я всё ещё Лив, до которой никому нет никакого дела, поэтому её можно общаться с мужчинами на-равных, не страшась того, что меня бросит жених.       — И что же ты такого сказала, милая? — всё ещё не веря во всю серьёзность ситуации, спокойно спросила Магрит.       — Мы шутили, и я согласилась, чтобы он проводил меня… Нет! Я не имела ничего такого в виду! — когда рот Магрит в шоке приоткрылся, я поспешила заверить её в том, что не собиралась приглашать незнакомого мужчину к себе в постель. — Я потерялась, вот и всё! Но что мог подумать об этом король! — я закрыла лицо руками и окончательно разрыдалась. И это ощущалось таким неестественным для меня, я ведь всегда сначала решала проблемы, а лишь потом давала волю эмоциям, если они, конечно, оставались. А за последний месяц я что ни делаю, то плачу или мучаю себя самыми ужасными мыслями и воспоминаниями. Уныние никогда и никого не спасало, но осознание этого мне перестало помогать с тех пор, как дядя и тётя ввязали меня во всё это. А ведь я ещё даже корону не надела… Если вообще доживу до этого момента.       — Ты зря преувеличиваешь, дорогая. Впрочем, как и все остальные, — кое-как убрав мои руки от лица, Магрит положила мою голову себе на плечо и стала гладить по спине, успокаивая.       — О ч-чём т-ты? — всхлипывая и давясь воздухом, спросила я.       — Ты же сама видела короля и даже говорила с ним. Он явно не безумец, скорее, просто уставший гном, которому даже не с кем поделиться своими печалями… Ты знала, что его племянники, вместо того, чтобы исполнить свой долг наследников, предпочли жениться: один на эльфийке, другой на человеческой женщине, и оба убежали из дворца со своими невестами? — я удивлённо распахнула зарёванные глаза, но решила обдумать это известие потом.       — Ты прекрасно знаешь, насколько правдоподобно сумасшедшие могут играть здоровых, — я невольно скосила взгляд на правую руку Магрит — на ней покоился огромный молниеподобный рваный шрам. Один псих попросил её прийти к нему в дом, заявив, что его мать больна и не может ходить, а сам заманил её к себе, запер, и начал издеваться, пытаясь вырезать что-то на её руке. Магрит спасло лишь то, что она забыла пару склянок с лекарствами, и я решила их ей занести, чтобы ей не пришлось ходить туда-сюда от лекарской к дому на окраине.       — Да, знаю. И я считаю, что король пребывает в большем умственном здравии, чем большинство наших сородичей. Он ведь мог отправить погоню за блудными принцами и казнить их, но он этого не сделал. Подумай над этим, — и мне действительно стоило бы подумать над этим, но страх за собственную жизнь, за жизнь Магрит, которая пойдёт на плаху вслед за мной, опьянил меня и затуманил разум. — И подумай о том, сколько всего ты сможешь изменить, когда станешь королевой. Вот, например, на твоём месте я бы запретила ношение корсетов! — Магрит недовольно поморщилась, подтягивая свой корсет. — Ох, сколько я повидала бедных дам, которые из-за погони за сердцами юношей теряли сознание и ломали рёбра, — запричитала Магрит, покачивая головой. Я не удержалась и хихикнула. Магрит хоть и была почтенных лет, но как ворчливая старушка себя не вела, лишь передразнивала других.       — Ладно, я… попробую дать ему шанс, но если вдруг что… — я вновь вытащила склянку с ядом и зажмурилась, сжимая её в руках.       — Если что, мы сбежим, не глупи, — строго буркнула Магрит. — И ради твоего спокойствия я, так уж и быть, отправлюсь в Дейл. Люди точно не станут юлить о Короле-Под-Горой, им он голову точно не во власти снести.       — А мне что без тебя делать? — жалобно протянула, одновременно и желая и не желая, чтобы Магрит отправилась в Дейл. Мне не хотелось её отпускать, но от этого зависела наша с ней безопасность.       — Ни на какие встречи и проводы больше не соглашайся. Конечно, если тебя пригласить король, то отнекиваться нельзя, но остальным отвечай, что прихворала, а я пошла в Дейл, чтобы купить тебе сладостей…       Мы ещё немного поговорили, я успокоилась, и мы легли спать.       «На новом месте приснись жених невесте!» — последнее, что в шутку сказала мне Магрит.       «Хоть бы и нет», — ответила я и заснула.