Двадцать первое. Ночь. Понедельник.

Диляра открыла глаза и заметила перед собой только голый торс Турбо, на котором лежала ее ладошка. На бледной коже ярко выделялись синяки, некоторые из которых постепенно стали заживать. Диля подняла голову, чтобы посмотреть спит ли Валера, а он, почувствовав шевеления, тут же проснулся и посмотрел в карие глаза напротив. Вся ночь прошла в мыслях о ней, и лишь утром, когда солнце начало озарять город первыми лучами, парню удалось задремать. Диляра была невероятно красивой рядом с ним, в его кровати, в его объятиях. Ее сонный взгляд казался таким тёплым, что мог бы согреть целый Татарстан. Лёгкая улыбка, растрепанные волосы — она выглядела очень уютно. Турбо не помнил, когда последний раз испытывал такой прилив чувств к девчонке. Наверное, Диля была первой, с кем он ощущал себя настолько жалким романтиком. Для неё хотелось выкладывать дорожку из алых лепестков роз, задаривать самыми дорогими украшениями, что лишь подчеркнули бы ее обаяние, любоваться ею 24/7, но Турбо не мог. Он не мог позволить себе шикарной жизни, но ради Диляры сумел бы положить весь мир к её ногам. Это были нездоровые чувства к девчонке. Блять, к школьнице! Адидас пустит ему пулю в голову, если узнает. Но разве мог Турбо противиться этой чертовой влюблённости? Он боялся, что если предложит подождать до её совершеннолетия, то через долбанных два года Диля о нем даже не вспомнит. — У тебя обеспокоенный и уставший вид, — тихо шепчет Диляра, глядя в глаза Валеры. Он слышит каждое её слово, хоть до этого и казалось, что все внешние звуки доносятся как сквозь толщу воды. — Тебя что-то тревожит? — она мягко касается его лица, убирая кудряшки, упавшие на лоб. — Ты как-то сказала, что считаешь себя мелкой для меня. Ты всё ещё так думаешь? — он поймал её запястье и большим пальцем стал вычерчивать рисунки на бархатной коже. — Если бы ты был ровесником Вовы, то я бы тебя боялась, — честно отвечает Диля. — Но четыре года — это не такая уж и большая разница. Девчонки с парнями и постарше ходят, зато ты точно сможешь меня защитить от всяких козлов, — улыбнувшись, она с особой нежностью заглянула в зелёные глаза, безжалостно топя сердце Турбо. — Конечно, родителям придётся привыкнуть, но… пока мы оставим этот небольшой секрет только между нами, договорились? В ответ Валера кивает и крепко обнимает Диляру, прижимая к себе. Она смеялась и это было лучшей мелодией для него; пыталась выбраться из кольца сильных мужских рук, но Турбо не позволял ей вот так нагло сбежать. Тогда Диля решила воспользоваться хитрыми ходами. Невесомо коснувшись голой груди, она повела пальчиками к шее и завороженно наблюдала за следом из мурашек. Оставив поцелуй на ключице Валеры, девушка хотела подняться к шее, но он увернулся. — Что творишь, чертовка? — Сбежать пытаюсь, — говорит Диляра, параллельно выбираясь из постели, ведь Валера всё-таки ослабил хватку. — Ты спал вообще? Выглядишь правда уставшим. — Может пару часов, — расплывчато отвечает Турбо. — Тогда ложись спать, а я приготовлю что-нибудь на завтрак. И не смей вставать с кровати, пока я не позову тебя сама, ясно? — Диля нагнулась к парню, чтобы укрыть того одеялом по шею и потрепать по волосам, словно маленького ребёнка. — Отдохни. Забрав свои вещи, Диляра вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Она знала, что готовить завтрак было особо не из чего, поэтому стоило сходить в магазин и взять кое-какие продукты. Диля была почти уверена, что ей не стоит возвращаться сюда, как только она переступит порог квартиры. Это не та жизнь, что ей нужна. Парень-группировщик с двумя рублями в кармане, и те ворованные. Отец пришёл бы в ужас, отчитал бы Диляру. Но, может, она ищет любви, а не денег? Может, у них ещё есть шанс?

***

Диляра медленно шла из магазина, наслаждаясь лучами солнца, что так редко прослеживались в последнее время. В пакете она несла всё, что ей было необходимо для сытного завтрака: хлеб, десяток яиц, небольшой кусок варёнки и масло. Купила она продукты на мелочь, что нашла в карманах пальто, поэтому особо разгуляться не получилось, да и лишнего ей ничего не нужно было. Вернувшись в квартиру, Диля первым делом заглянула в спальню, чтобы проверить, спит ли Валера. Тот, обняв подушку руками, развалился на всей кровати, скинув с себя одеяло. Заставив себя отвести взгляд от его голой спины, Диляра тихо закрыла дверь и пошла на кухню, где приступила к готовке. В шкафчиках она нашла чай и сахар. На плиту поставила чайник и параллельно стала делать омлет, потому что все ее навыки в приготовлении блюд из яиц ограничивались только им. Заварив чай и сделав бутерброды, Диля помыла посуду и оглядела получившееся чудо кулинарии. Она не могла похвастаться умениями готовить более сытные завтраки, как это делала мама, но и этого было достаточно. Наверное. Вова вроде наедался всем, что предлагала Диляра, но для Турбо она все равно сделала порцию больше, нежели себе. Дожидаться пока Валера проснётся сам Диля не стала. Еда остынет, да и одна есть она не привыкла — в большой семье жила всё-таки. В очередной раз вернувшись в спальню, она склонилась над Турбо, никак не решаясь прервать его явно сладкий сон. У него был такой умиротворенный вид: никаких нахмуренных бровей или недоброго взгляда. Во сне он казался абсолютно неприступным и невинными человеком. Переборов себя, Диляра всё-таки позвала парня и аккуратно убрала волосы с его лица. — Турбо, просыпайся давай, — она легонько потрепала его за плечо и наконец добилась его пробуждения. Валера, находясь ещё в полусне, посмотрел на Дилю. Что-то неразборчиво промычав, он потянулся и уткнулся лицом в подушку. — Что ты там мямлишь? Поднимайся. Я не буду вот так над тобой стоять, ты не маленький. — Угу. — Валерочка, милый, поднимайся, пора в садик, а то опоздаем, — смеясь, Диляра нежно провела рукой по его щеке. — Туркин! — она ударила его по спине, заставляя дёрнуться от неожиданности. — Марш на кухню! Турбо перевернулся на спину и внимательно посмотрел на Дилю. Она выпрямилась и сложила руки на груди, принимая максимально грозный вид, но ей намного больше шла улыбка. Схватив девчонку за запястье, Валера потянул ее на себя, заставляя завалиться ему на грудь. — Дурак! Что ты делаешь?! — Хочу поцеловать тебя, — отвечает парень и крепко обнимает Диляру, глядя ей прямо в глаза. Он довольно улыбался и медленно поглаживал ее спину. — Только один раз. Диля сама наклонилась к Турбо, чмокнув того в губы. Она знала, что не о таком поцелуе он говорил, но большего она себе позволить не могла. Он и так получил слишком много — например, её внимание. Обойдётся. — Еда стынет. Вставай.

***

Диляра вместе с Валерой решила пойти в подвал Адидаса, потому что дома появляться было вообще не вариантом, а брату явно помощь какая-то нужна. Диля рассказывала Турбо, кажется, всё обо всём, пока они шли, а тот покорно слушал. То, что она была той ещё болтушкой, Валера понял почти сразу — её разъяренное «Я не договорила!» останется в его памяти навсегда. Первая их встреча. Двадцать первого. Ночью. В понедельник. Полпути, что они преодолели, Валера всё пытался взять девушку за руку, но она слишком часто активно жестикулировала и ему никак не удавалось поймать ее ладонь. — Это было что-то с чем-то! Я думала, что не убегу! А физрук нам всё равно всем выговоры потом за разбитое стекло сделал. Досадно. Но папа почти не ругался! Как рука твоя, кстати? Не болит? — Без тебя болит. — Как же так! — Диляра удивлённо вздохнула. — Валер, а ты ещё калекой не стал? Руки без меня болят, душа болит. — Харош язвить, — улыбнувшись, Турбо потрепал девчонку по волосам, а потом всё же взял её за руку. Ладонь Дили казалась такой маленькой по сравнению с его, что это даже выглядело комично. Да, девчонка ростом высоким похвастаться не могла, но она и без всяких длинных ног была красивой. А Валере только лучше — за широкой спиной маленькую девушку и спрятать легче. Молча, лишь держась за руки, они дошли до подвала. Диляра первая прошмыгнула в комнатку, замечая, что Володя уже не спит. — Доброе утро, Вовочка! Как ты себя чувствуешь? Турбо подошёл к другу, чтобы поздороваться, но их рукопожатие затянулось надолго. Адидас крепко сжал ладонь Валеры и внимательно всмотрелся в его лицо. Как старший брат, Вова был готов прописать в фанеру другу за то, что с сестрёнкой его шатается, но пока был не в состоянии. — Нормально, Диленька, — запоздало ответил Володя. Девушку уже больше интересовал какой-то журнал, который она нашла на столе. — Как отец? Сильно бесится? — Могло быть и хуже, — коротко ответила девчонка и бросила журнал обратно на стол, когда дошла до картинок, явно предназначенных для целевой аудитории, а не для глаз Диляры. В дверном проёме появился Марат и тут же поздоровался с ними, обняв сестру и пожав руку другу. — Ну что, Вов, идём или нет? — Куда вы намылились? — Диля тут же упёрла руки в боки, подозрительно прищуриваясь и глядя на братьев. — Вова, у тебя вчера была операция! Слышишь? Вчера! Ты дальше дома не пойдёшь, понял? Я не позволю! — Маратка, побудь с сестрой пока, — скомандовал Адидас и поднялся с дивана под обеспокоенный вздох девушки. — Турбо, ты идёшь со мной. По дороге расскажу. — Да куда же ты, Вовочка?! — Сиди, Адидаска, — Марат упал в кресло и взял в руки потрёпанный журнал, который пару минут назад изучала Диляра. — Брось, Марат. Тебя Айгуль за такие журналы не простит.

***

Маратка предложил подождать пацанов в спортзале, поэтому уже минут через пятнадцать они сидели возле ринга в компании девчонок, что были здесь, когда Суворовы-младшие пришли. Кащея в его каморке не было и Марат объяснил это тем, что пацаны его отшивать собрались. Диля только рада была этому — не нравился ей Кащей. В спортзал пулей влетела лучшая подруга Диляры — Зарина. Только завидев Суворову, она бросилась на неё с вопросами о том, почему той в школе не было. Рот у Рины никогда не затыкался, поэтому она, как обычно, много говорила, а все остальные слушали. — Классная сказала, что ты приболела. И мне ничего не сказала! Я давай тебе звонить, трубку так никто и не поднял. Уже домой к тебе идти собиралась, но решила в спортзал заскочить, думала Маратика найду, привет, кстати, — она кивнула другу. — А вы тут вдвоём! И не похоже, что тебя хандрит. Давай выкладывай. Почему не было тебя? Я хочу знать а-а-абсолютно всё до наимельчайших подробностей. Если ты скажешь, что по уважительной причине прогуляла, то мы обе знаем, что уважительная причина — это если мама умерла или в ментовке была. Мама твоя вроде как в Ялте отдыхает живая и счастливая, а вот насчёт ментовки… Да кто тебя туда возьмёт? Ты же ангел божий! Поток слов от Зарины прервать было невозможно даже пушечным выстрелом. Поэтому все присутствующие молча ожидали окончания тирады длиной в небезызвестное литературное произведение Льва Николаевича Толстого. — Что, с женихом шаталась каким-нибудь, да? И кто он? Тот пацан, что на дискаче пригласил тебя медляк танцевать? Знаешь, а он неплох собой. Высокий, хоть и немного худощавый. Но зато какие скулы, правда? Тебе он очень подходит! Вы та-а-ак мило смотрелись! А он потом звонил тебе? А гулять звал? Поверить не могу, что Дилярка парнишку наконец зацепила! А вы уже целовались? — Зарина, остановись, ради всего святого! Оставь Илью в покое, это был просто танец. Я вообще-то… — Да как так?! В каком это смысле «просто танец»?! Ты с ума сошла, подруга! Знаешь, женихи на дороге не валяются! Нужно брать, пока горячие! Диля лишь закрыла лицо руками, понимая, что это надолго. Маратик, сидевший рядом, лишь посмеялся и ободряюще похлопал сестренку по плечу. Ей предстоит много вынести. Он ни разу не сомневался в способностях Заринки выносить мозг и боялся представить как ее семья с ней уживалась. Им и радио, наверное, не нужно было. Эх, Валет наверное совсем из ума выжил — он ведь постоянно с Риной ошивается. — Ей значит тут всё на столик выставили, только бери и ешь, да не подавись, а она отказывается. Диляра, да ты глупышка, коих свет не видывал! И как только учителя могут считать, что ты девчонка способная? Да в личной жизни ты вообще олух! Методичку тебе написать что ли…

***

Марат не знал сколько времени прошло, но подружка сестренки его все никак не затыкалась. Он был уверен, что его уши уже давно свернулись в трубочку от такого количества услышанных слов за столь короткий промежуток времени. Спасением их стали пацаны, завалившиеся в тренажерку. На их лицах сияли победные улыбки, что значило лишь одно — великий и ужасный Кащей сражён. Парни вытащили из каморки сейф и искусно взломали его, забирая содержимое себе. Деньги Вова разделил по старшинству, отдав крупную сумму Турбо и глядя на него каким-то нечитаемым взглядом. Валера, конечно, понял, что Адидас догадался об их с Дилярой отношениях и только ждал официального подтверждения, чтобы пробить Турбо пару раз. Правильно Диля делала, что старалась не распространяться. Лишний раз ходить с разбитым носом не очень-то и хотелось. Вспомнив о мужчине, что предлагал видеосалон посетить, Вова тут же эту идею пацанам предложил, а они только рады были. Обернувшись назад, он заметил сестрёнку свою, которой нельзя было домой одной возвращаться, поэтому подозвал ее к себе. С ними она пойдёт. — А чё вы ее за собой таскаете постоянно? — спросил один из парней, делая шаг вперёд. Ему Диляра эта не нравилась. Стервой казалась, которая только и делала, что статусом своего братишки пользовалась, а поймают их — первая всех сдаст, да только Суворовых на листочек не запишет. — Какие-то проблемы? — шаг навстречу пацану сделал Турбо, а за ним Марат, Илья и Вова. — Она сестра старшего, не забывайся, — начал Сутулый. — Ты уважение к автору своему имеешь? — дождавшись положительного кивка, он продолжил. — Тогда и сестру его уважай. Приведи ты свою сестренку — и слова тебе никто не скажет о ее нахождении здесь. Один ты больно смелый. Забыл, как чушпаном по району шатался? — Не возникай, брат, а то проблемы будут. Не сумеешь разгрести, — Турбо похлопал парня по плечу и обошёл, направляясь к выходу.

***

Диляра сидела на диване, внимательно всматриваясь в экран телевизора, по которому шёл американский боевик «Робокоп». По ее правую руку, на подлокотнике, сидел Марат, а по левую — Турбо. Огромная компания универсамовских каким-то чудом уместилась в небольшой комнате, хоть все и сидели буквально друг на друге. У ног Дили расположился Адидас, который был увлечён происходящим на экране не меньше остальных. Диляра замечала на себе редкие взгляды Ильи, что также сидел недалеко от неё, вполоборота. Кажется, их замечал и Валера тоже: когда Сутулый вновь на пару секунд повернулся к Суворовой, Турбо взял ее за руку и сплёл их пальцы в замок. Тогда Илья свёл брови к переносице и отвернулся, больше не проявляя внимания к девушке. Диляра попыталась спрятать их с Валерой руки, надеясь, что никто не заметит этого романтического жеста. Она не понимала, почему так тщательно старалась скрыть любой намёк на отношения, но оправдывалась перед собой же только одной фразой: «Счастье любит тишину». В какой-то момент Дилю совсем перестал интересовать фильм и она стала наблюдать за Турбо, что глаз оторвать не мог от боевика. У него был симпатичный профиль, Диляра подметила это почти сразу. Сбоку Валера походил на ребёнка, такие мягкие черты лица у него были: вздернутый нос, пухлые губы, нечёткие скулы, ямочка на подбородке и до того забавные кудряшки... Это был яркий контраст разных сторон его лица, так четко отражающий характер Валеры. Диляре казалось, что чаще всего она видела его именно со стороны доброго и заботливого парня, готовым защитить в любой момент. Тогда он обретал угрожающий вид и пугал одним только взглядом исподлобья. Порой, видя его нежную улыбку и сияющие глаза, Диле хотелось сравнить Валеру с котёнком, но звучало это абсурдно даже в ее голове. Он был больше преданным псом, который становился злой собакой в момент возможной угрозы. Диляра посмеялась со своих мыслей, привлекая внимание объекта ее размышлений. Турбо непонимающе глянул в карие глаза, задавая немой вопрос, а в ответ девушка лишь покачала головой. — С тебя смеюсь, — прошептала Диля. — И чем я тебя развеселил? — Секрет. Улыбнувшись, Валера лишь сжал ее ладошку и вновь повернулся к телевизору, но заметил только конечные титры. Тогда Зима поднялся со своего места, чтобы поставить следующую кассету. Диляра была готова закричать, когда увидела происходящее на экране. Щёки тут же покрылись румянцем при виде нагих мужчин и женщин, ласкающих друг друга. Освободив свою руку из хватки Турбо, Диля поднялась с дивана, привлекая внимание Вовы. — Мы выключим, ты куда? — Нет, смотрите, — начала тараторить Диля. — Я пойду водички попрошу. Покинув комнату и тихо прикрыв за собой дверь, Диляра позволила себе сделать глубокий вдох. С кухни выглянула хозяйка квартиры и подозвала ее к себе. Суворова покорно приковыляла к женщине лет сорока и села на предложенный стул. — Что, мальчишки на проституток этих смотрят? — Да, — коротко ответила Диля. — Ну ничего, мы с тобой пока чаю выпьем. Меня Лена зовут, не обязательно с отчеством обращаться. Это всё формальности, а я не столь стара. Тебя как звать, красавица? — Я Диляра. Приятно познакомиться. Поставив две кружки с чаем на стол, Лена предложила сладости и стала расспрашивать Дилю о всяком: где учится, кем родители работают, про братьев и сестёр ее, про планы на будущее. Девушка на всё отвечала, даже не замечая, как летит время. Елена рассказывала какие-то свои истории из юности и они вместе смеялись с разных абсолютно абсурдных ситуаций в коих бывала женщина. — И что ж, нашла жениха уже? Столько мужчин с тобой ходят. Наверняка кто-то глаз уже и положил. Рассказывай, с кем пришла. — Да братик у меня здесь, близняшка мой. И сводный старший. С ними и пришла. — Не, не верю, — покачала головой Лена. — Ты слишком красивая, чтобы быть одинокой. — Зима, открывай! — послышался голос Валеры откуда-то из коридора, привлекая внимание дам. — Турбо, включи свет! Диляра посмеялась и перевела взгляд на Лену: — Я пойду, наверное, разниму этих двоих, а то они точно подерутся. Спасибо большое за чай. — Ты приходи как-нибудь и пацанят приводи. Вместе фильмы посмотрим, поболтаем. — Спасибо за приглашение. Выйдя в коридор, Диляра заметила только Илью, что ждал своей очереди в туалет. Не зная какие слова лучше подобрать, она опустила взгляд в пол. — Разве Турбо тот, кто тебе нужен? — тихо спросил Сутулый, боясь, что обсуждаемый услышит. — Думаю да. Я ничего тебе не обещала, Илья, и один танец ничего не значит. Валера мне… Дверь, ведущая в комнату-видеосалон, открылась и оттуда выскочил Маратик, обрывая Дилю. — Кто там? — Суворов кивком указал на дверь, Илья ответил. Тогда Марат стал тарабанить, всеми силами стараясь дистанционно выпроводить Турбо из туалета. — Ещё десять секунд, п-пожалуйста! Маратка продолжил долбить кулаком дверь, пока та не распахнулась. Тяжело дышащий Валера недовольно глянул на Адидаса-младшего, а тот скорее прошмыгнул в туалет. Взгляд зелёных глаз остановился на Диляре, а потом перешёл к Сутулому. Уверенно сократив расстояние, Турбо подошёл к девчонке и поцеловал ее, глядя прямо на Илью. Он хотел, чтобы у последнего даже мыслей о Диле не оставалось, потому что она теперь ходит с Валерой и никто не смеет глянуть на неё даже с толикой влюблённости. Турбо был жадным. Отстранившись, Диляра тут же приблизилась к уху парня и с улыбкой прошептала: — Тебе идёт ревность, только драться не надо. Валера ничего не ответил, лишь состроил удивленный вид, мол он совсем не понимает о какой ревности вообще идет речь. — А вот и жених нашёлся, — послышалось где-то за спиной. Со смущенной улыбкой Диля обернулась к Лене и лишь пожала плечами. — Так получилось.

***

Втроём Суворовы вернулись домой поздно вечером. Марат и Диляра уже примерно представляли какую гневную тираду им предстояло выслушать от отца, но старательно пытались смириться и подготовиться к предстоящим наказаниям. Папа появился в прихожей почти мгновенно. Он долго молчал и смотрел в глаза каждому поочерёдно. — Явились? — спокойно спросил он. — Папуль, прости пожалуйста, — начала Диля, но отец одним только жестом заставил ее замолчать. Опустив взгляд в пол, Диляра лишь состроила виноватый вид. — Володя, почему тебя не было? — когда папа задал вопрос, стало ясно, что он начинает с меньшего проступка, чтобы потом точно разозлиться в край… — Забыл тебя предупредить. Сначала с девчонкой ходил в кино, ну у неё и остался, а потом у друга день рождения был, отмечали, не обижайся. — Диляра. Куда и с кем ты сбежала на ночь глядя? Я вроде ясно выразился, что бандитов ты должна обходить стороной. Вова свёл брови к переносице, когда услышал о побеге сестры. Ему она ничего об этом не сказала, но Адидас представлял с кем именно его сестренка нагло покинула отчий дом. — Он не бандит, пап, — снова повторила Диля. — Это друг Вовочки, — она обернулась к брату с надеждой в глазах. Без слов всё поняв, старший стал заступаться за сестру — это было его долгом. — Да, Диляра со мной ночью была. Ты бы точно не отпустил ее на празднование поздно, поэтому пришлось таким изощренным методом уходить. Не переживай, Диленька под моим присмотром была. — В комнату спать, — скомандовал отец и Диляра, оставив пальто на вешалке, прошмыгнула в спальню. — Марат. С тобой у меня будет отдельный разговор, — услышав это, старший поспешил ретироваться, но успел сделать только шаг. — Володя, ты тоже будешь присутствовать. На кухню идите.

***

Диляра легла в прохладную постель и укрылась огромным тёплым одеялом, надеясь поскорее согреться. Каким-то необъяснимым чудом ей удалось избежать гнева отца, хоть она до сих пор не верила в то, что ещё не закрыта на домашний арест после такого серьёзного проступка. Возможно, папа просто не хотел портить идиллию дружной семьи перед приездом мамы, поэтому и не стал никого наказывать. Хотя Диля прекрасно понимала, что он явно разочаровался в Маратике из-за кражи. Скрип двери привлёк внимание Диляры и, открыв глаза, она заметила Володю, проходящего к ее кровати. Сев на край, он аккуратно поправил волосы сестренки, пока подбирал слова. — Диленька, ты же знаешь, что я тебя очень люблю и желаю только лучшего? — пожалуй, это было ужасное начало разговора. Диля кивнула, пытаясь понять к чему клонит брат. — Ты с Валерой была прошлой ночью? — Да. Но я не собиралась сбегать с ним! Просто была ситуация одна и я на Турбо обиделась, а он всё никак отвязаться от меня не мог. Поговорить ему нужно было! — Диляра закатила глаза, вспоминая, но на губах все равно появилась улыбка. — Ночью пришёл ко мне под окно, звал меня, пришлось выйти. Потом отец нас заметил, Валера сбежать предложил, а я, дура, согласилась. — Между вами было что-то? Ты знаешь, что я убью Турбо, если он воспользовался моей сестрой и решил ничего не обещать. — Нет! Нет-нет-нет! Не было ничего! Валера, он же не такой. Он слово пацана дал, что не тронет меня, — последнюю фразу Диля прошептала. — Когда я сказала, что слово пацана только для пацанов, он ответил, что даёт слово тебе, Вова. — Я знаю, что Турбо не такой, — кивнул Володя. — Но я не знаю, что может переклинить в его голове. — Я ему верю. — И что, ты теперь с ним ходишь? — Получается, что так. Только ты пока не говори никому, я не хочу об этом распространяться. Сам знаешь, что отношения — вещь сложная. Могут закончиться так же быстро, как и начаться. — Родители не одобрят такой союз, — усмехнулся Адидас. — Отец точно, мама ещё более снисходительна. Мне кажется, что любой добрый человек покорит ее сердце, она даже не посмотрит на возраст. Но лучше пусть это будет двадцатилетний Турбо, чем какой-нибудь чушпан малолетний. Диляра посмеялась и покачала головой, вновь узнавая привычные «философские» фразы старшего брата. Вова с особым трепетом посмотрел на Дилю и погладил ее по волосам. — Такая ты красивая у меня, налюбоваться невозможно. Спи сладко, кояшым. Поцеловав сестренку в лоб, Вова ушёл, тихо прикрыв за собой дверь. Диляра скучала по таким пожеланиям и поцелуям перед сном. Вовочка был главным авторитетом в ее жизни и самым любимым мужчиной, что защищал ее с младенчества. — Спишь, Адидаска? — в комнату заглянул Маратик. — Нет, у меня тут, видимо, проходной двор, а не спальня. — Да я спокойной ночи пожелать, — улыбнулся близняшка. — Знаешь, когда мне Турбо подзатыльника дал за то, что я тебя не берегу совсем и заставляю волноваться, я переосмыслил всё. А ведь он прав, ты у меня единственная. — Маратка, я тебя не узнаю, — улыбнувшись, Диля села на кровати. — Последний раз ты приходил ко мне перед сном где-то в классе первом. — Люблю тебя я, Дилька, до невозможности. Жизни своей без тебя не представляю. — Марат… — девушка вздохнула и тут же подошла к брату, крепко обнимая. Ей хотелось зарыдать в голос от переизбытка любви. — Мы всегда будем вместе. Я не предам и не уйду, слово пацана даю. — Спокойной ночи, Дилька, — он ласково целует сестру в щеку и отстраняется. — Не предам и не уйду, слово пацана, — повторяет Марат, давая клятву, сильнее каких-либо существующих в этом мире. — Сладких снов. Клятва будет нарушена.

***

Диляра торопилась домой, идя по темным улицам города. Снег почти растаял, на улице заметно потеплело и больше не было нужды в тёплых шарфах, что скрывали лица, оставляя на морозе лишь глаза. Диля очень сильно задержалась в школе, а теперь старалась прийти не слишком поздно, дабы не обидеть папу. Она и так провинилась. Сегодня был день рождения у отца, а завтра должна была вернуться мама. У неё никак не получилось поменять билет, чтобы приехать на день раньше, поэтому вчера она долго-долго извинялась перед папой по телефону. Проходя мимо комиссионки, Диляра заметила курящего у входа Турбо. Он увидел ее сразу и тут же достал сигарету изо рта, разводя руки в стороны для объятий. На лице Валеры расплылась широкая улыбка, делая его похожим на Чеширского Кота из мультфильма «Алиса в стране чудес». Все-таки не зря девчонка сравнивала его с котёнком. Упав в объятия Турбо, Диля закрыла глаза, вдыхая его аромат: от Валеры пахло сигаретами и его домом. Подняв голову, она встала на носочки, чтобы оставить невесомый поцелуй на губах парня. — Чего ты здесь стоишь? — Мы, вот, с пацанами видеосалон открыли. Заработать решили. Че, ни один из Адидасов не рассказал? — Нет. Ну вы молодцы тогда! Я рада, что вы не воруете и решили, так скажем, бизнес замутить. — Тебе не идёт эта пацанская речь. Ты на принцессу больше похожа. Диляра улыбнулась и лишь сильнее прижалась к Турбо, напрочь забывая о том, что ещё пару минут назад была готова лететь домой, сбивая коленки. О каком опоздании вообще может идти речь, если оно по уважительной причине? Диля почти два дня с женихом своим не виделась, соскучилась. — Ты, кстати, какие цветы любишь? — спрашивает Валера и подносит сигарету к губам, делая тягу. — Не знаю. — Так дело не пойдёт. Я же должен знать, что именно дарить тебе. — Мне и тебя достаточно, без цветов всяких, — пожала плечами Диляра, вызвав у Турбо лишь улыбку. И всё-таки простая она была до невозможности. Другие девушки уже давно список подарков бы составили, а Диле только Валера нужен. Ну разве она не прекрасна? Лучшая женщина на этой планете. — Здарова! — внимание пары привлёк голос позади. Обернувшись, они заметили двух парней, один из которых и поздоровался. — Че, бизнес мутите? — протягивает руку Турбо, тот жмёт ее. Второй парень делает тоже самое. — Да, вот. Заработать решили. Парни прошли в здание и открыли дверь во второе помещение. Диляра заметила Айгуль и слабо кивнула ей в знак приветствия. — А видак? Отечественный? Напрягшись, Диля стала внимательно рассматривать каждого из парней. Она ни разу не видела их с Универсамом, значит чужими были. А у чужих и намерения могли быть нехорошие. — Валера! — Диляра закричала, когда заметила кого-то за его спиной с дубинкой в руках. К несчастью его вырубили раньше, чем он обернулся. Не зная что делать, Диля просто смотрела как Айгуль ругается, как Лампа пытается остановить нападавшего на Турбо, а она буквально слилась со стеной от страха. — Пустите! Из омута мыслей ее вывел пронзительный крик Айгуль, которую парни пытались утащить с собой. Нужно было что-то делать. Нужно было помочь Турбо… Или сначала Айгуль… Наверное, нужно было добежать до ближайшей телефонной будки и позвонить в милицию. Сорвавшись с места, Диляра попыталась проскочить мимо парня, что заталкивал Айгуль в машину, но он схватил и ее, подумав, что девчонка одного из универсамовских лишней не будет — гарантия, что они приедут. Диля всеми силами пыталась вырваться, даже пробовала кусаться, но за это лишь получила по лицу. Она была намного слабее пацана, что запихивал ее в машину. Два других группировщика что-то кричали, подгоняя. Когда сил сопротивляться уже не оставалось, Диляра сдалась. Парню все же удалось с ней справиться. — Слышь, гандон! — Суворова обернулась на знакомый голос, искренне надеясь на спасение. Она так хотела, чтобы этим ублюдкам разнесли стёкла в машине, чтобы их самих к чертям поубивало осколками. Но Турбо, что шатаясь пытался подняться на ноги, был явно не в состоянии помочь. — Дави на газ, придурок! Диля только и успела пересечься с зелёными глазами, прежде чем машина сорвалась с места.

***

Турбо еле держался на ногах, стоя у двери в квартиру Суворовых с поддержкой в виде Зимы. Один Валера бы точно не дошёл. Дверь открыл глава семьи и опешил, увидев покалеченного парня. — Здравствуйте, можно Вову? — говорил Вахит, пока Турбо старательно пытался контролировать поток крови из носа. — Володя! — тут же позвал отец, а откуда-то из глубины квартиры донеслось лишь «да?», на которое так и не последовало ответа. — Что случилось? — Хулиганы, — ответил Зима. Турбо поздоровался, даже думая о том, что отец Диляры ему ещё и добавит за то, что дочку его ночью убежать заставил. — Марат, аптечку неси! — скомандовал Суворов-старший и покинул прихожую, в которой тут же появился Вова. Говоря отцу о том, что он сам справится, Адидас провёл Валеру в ванную. — Выкладывай, — сказал Вова, когда Турбо смыл с себя свежую кровь. — Домбытвоцы видак забрали, я одного узнал. Они базируются в кафе «Снежинка». — А главный кто? — Жёлтый. В ванную заскочил Марат с перекисью и ватой в руках. Протянув атрибуты первой помощи Володе, младший присел на край ванны. — Айгуль где? — Забрали ее. И Дилю забрали. Мрази конченные. — Диляру? — нахмурил брови старший Адидас. — Что она там делала? — Со школы шла. Я курил на улице, когда она мимо проходила. Мы поговорили буквально пару минут, а потом эти суки припёрлись. — Так ладно, Марат найди мне номер кафе «Снежинка» и притащи телефон в нашу комнату. Турбо вытер голову полотенцем и осел на пол, закрывая лицо руками: — Я не прощу себе, если с мелкой что-то случится. — Всё в порядке с ней будет, — ответил Вова, хотя у самого сердце было готово из груди выпрыгнуть от волнения. — Через пару часов снова обниметесь, не переживай. — Пару часов? — Домбытовцы захотят разговор, я уверен. Ты не поедешь, Турбо. Ты нервный, вспылить можешь. — Там Диля! Если дело касается ее, то знай, Вова, что меня твоё мнение ни в одну щель не ебёт.