Часть 96
12 июля 2026 г., 08:00
***
Рейнира улыбнулась леди Мелиссе, которая пришла на празднование пятого дня рождения Эйгона вместе с юной леди Джоанной Ланнистер. Рейнира устроила чаепитие, чтобы убедиться, что женщина хорошо освоилась и не сталкивается с трудностями в роли регента Запада для своей дочери. — Рада слышать, что лорд Леффорд помогает вам, я боялась, что лорды могут попытаться проигнорировать вас, — сказала Рейнира, положив руку на свой сильно округлившийся живот. Леди Мелисса поморщилась. — Вначале были некоторые, но я поставила на своем, и они стали уважать меня. Моя единственная проблема — мать моего покойного мужа, она настаивает на том, чтобы навещать Джоанну; даже будучи молчаливой сестрой, она, похоже, все еще способна доставлять неприятности, — сказала она с легкой улыбкой в голосе. Рейнира поморщилась, вспомнив, насколько неприятной могла быть эта женщина. — Вы могли бы игнорировать ее, но, возможно, лучше дать ей возможность видеться с внучкой, иначе та может проявить любопытство позже. Лучше пусть она увидит, насколько ужасной она может быть, раньше, чем позже. Или вы всегда можете вырезать ей язык, — сказала Рейнира, пожимая плечами, хотя ее голос звучал игриво, показывая, что последнее было шуткой, даже если на самом деле это не так.***
После встречи с леди Мелиссой Ланнистер она встретилась с лордом и леди Тирелл. Она была рада видеть что они лояльны. Она знала, что решение выдать дочь Лейны замуж за Эйгона было правильным. Оно обеспечило лояльность как Простора, так и Веларионов. Некоторых из самых богатых домов в королевствах. Рейнира знала, что угроза со стороны Хайтауэров была самой большой возможной проблемой, но это не означало, что не было дальнейшей возможности войны, хотя она надеялась, что результат переворота Хайтауэров послужил уроком. Но даже если этого было недостаточно, ни одно королевство не смогло бы противостоять объединенным королевствам Простора, Долины, Королевских Земель и Запада. Это были лишь те королевства, которые собирались оставаться верными по крови; она уже многое сделала, чтобы завоевать лояльность Севера, Речных и Штормовых Земель. Но нельзя никогда переставать стремиться к объединению и укреплению земель, которыми они правят, — это она надеялась научить своих детей.***
За ночь до того, как Алана должна была покинуть столицу, все дамы при дворе Рейниры собрались и провели вечер, просто беседуя друг с другом и с Рейнирой. Алана была благодарна за это, а также за небольшой обед, который устроили в день ее отъезда, и, глядя на то, как крепость становится все дальше и дальше, она всегда будет помнить те добрые слова на прощание, которые были сказаны, и предложения дружбы, которые были сделаны. Она почувствовала, как слезы текут по ее лицу, когда она прощалась со своей жизнью в столице; теперь она была леди дома Старков, и как ее место было на Севере. Хотя это не означало, что она не будет убеждать своего мужа совершать поездку в столицу каждые несколько лет. Ее муж взял ее за руки, утешая ее, когда она прощалась с домом, в котором прожила последние пять лет, и начинала свое путешествие к новому дому.***
Через месяц после того, как Алана покинула службу, у Рейниры начались роды. Через девять изнурительных часов в королевской семье появились две новые принцессы. Принцесса Висенья Таргариен и принцесса Эймма Таргариен. У Рейниры едва хватило времени подержать дочерей на руках, прежде чем ей понадобился отдых — она была измотана. Родить одного ребенка было достаточно тяжело, а родить двоих?! Деймон оставил ее отдыхать, держа на руках свою новорожденную дочь, одну из двух. Другая дочь лежала на руках у его брата; Визерис смотрел на тезку своей жены с таким обожанием, но Деймон мог это понять — он испытывал то же самое к обеим девочкам, которых только что родила его жена. Визерис с улыбкой посмотрел на Деймона: — Ради твоего же блага надеюсь, твои дочери не доставят тебе столько головной боли, сколько доставляла моя, — сказал он, явно имея в виду Деймона, который мрачно посмотрел на него в ответ. Хотя он не мог сдержать легкого озноба, пробежавшего по его спине, когда он смотрел на невинного младенца в своих руках, о, ведь он знал, что любая его дочь будет свирепой и своенравной.***
Рейнира почувствовала, как на ее лице расцвела усталая улыбка, когда Эйгон и Джей вошли в комнату, а Визерис был на руках у ее отца. — Привет, мои маленькие дракончики, хотите познакомиться со своими маленькими сестричками? — ласково спросила Рейнира, приглашая мальчиков присоединиться к ней на кровати. Эйгон и Джей тут же залезли к ней на кровать. Эйгон, казалось, понимал, почему она так выглядит, но Джей смотрел на нее с недоумением. — С Муной все в порядке? — неуверенно спросил он. Рейнира поцеловала его в макушку. — Да, мой любимый, она просто немного устала. Теперь ты должен быть очень нежен со своими сестричками, — сказала она ласково, когда Деймон подошел, держа на руках Висенью. Эйгон загудел над малышкой, когда Деймон осторожно передал ему сестру. — Обязательно поддержи ей головку, — сказал он, и Эйгон сразу послушался. Это был не его первый и не последний брат или сестра. Деймон быстро взял Эймму и передал ее Рейнире, а затем взял маленького Визериса из рук брата. Джей с недоумением, но и с любопытством смотрел на младенца в руках Рейниры, пока Визерис лепетал, обращаясь к своей новой сестре. Эйгон нежно держал Висенью, как и Визериса, и улыбался своей новой сестренке, совершенно завороженный.***
Через день после рождения дочерей Деймон полетел на Караксесе к Драконьей Горе, чтобы выбрать два яйца для своих дочерей. Ему потребовалось час, чтобы найти пещеру, и как только он это сделал, перед ним встал выбор. Там было 14 яиц, привезенных из Валирии, всех оттенков, все прекрасные. В конце концов Деймон выбрал яйцо аметистового цвета и еще одно — глубокого сапфирового. Убедившись, что яйца в безопасности, он не терял времени и направился обратно к Караксесу, оседлав Кровавого Червя и полетев домой.***
Вернувшись в столицу, Деймон поспешил к своей жене и новорожденным детям, уделив лишь минуту внимания мальчикам. Джей и Визерис были с Майлой, а Эйгон занимался уроками. Он застал жену и дочерей в их покоях; Рейнира всегда предпочитала держать новорожденных рядом с собой. Особенно учитывая, что Визерис только-только начал спать всю ночь напролет, и никто не хотел этого нарушать. Он тепло поприветствовал Рейниру, прежде чем осторожно вынуть яйца и положить их в колыбели девочек. Рейнира подошла к нему сзади, обняв его за талию. — Они прекрасны, ты хорошо выбрал, муж, — сказала она, прижавшись к его спине.***
Через месяц после родов Рейнира вернулась на свое место в совете, что ей очень нравилось. Ей также нравилась сеть шпионов, которую она создавала, не только через публичные дома по всем семи королевствам, но теперь и через Черные Платья. У нее уже были женщины по всем королевствам, посылавшие ей информацию и получавшие за это очень хорошее вознаграждение. — Я получаю тревожные сообщения о том, что септоны на улицах пророчат о короне и моем будущем правлении. Пока что они не оказали большого влияния, но сообщения об их появлениях стали учащаться, и я начинаю беспокоиться, что это организованная атака, — резко заявила Рейнира совету. К счастью, никто не отмахнулся от ее опасений, как это было бы раньше. — Это вызывает беспокойство, принцесса. Я бы предложил встретиться по этому поводу с Верховным Септоном, Ваше Высочество. Возможно, это просто недоразумение, — сказал лорд Стронг. Деймон презрительно фыркнул при мысли, что это может быть недоразумение, но ничего не сказал. Обычно ему нечего было докладывать на совете: он нанял надежных людей, чтобы те поддерживали порядок в королевской казне и выплачивали людям жалованье. К нему доходили только крупные проблемы — это была отлаженная система, которой он гордился, и Рейнира не могла не гордиться им тоже, хотя она всегда знала, что он преуспевает, когда на что-то нацеливается.
