Столкновение

«Вся наша жизнь с ним была окрашена в темные цвета.

Каждый раз я пыталась найти в этом больше плюсов,

чем минусов, но кажется, пора наконец признать правду»

      — Не могу поверить, повтори это снова! — Хлоя громко выкрикивает, отчего люди, сидящие в кофейне, обращают на нас излишнее внимание.       — Пожалуйста, тише… — смущенно прошу ее.       — Как можно быть тише? Бо, ты уехала ночью с каким-то красавчиком!       — Неужели это все, что ты поняла из моего рассказа?       К щекам приливает краска. Я качаю головой и сердито гляжу на подругу. Лия поддерживает мое возмущение: она оказывается более внимательной к тому, что я чувствую. А чувствую я слишком многое. Во-первых, расстройство от ситуации с Эриком стало глубже. Прошло всего два дня, и этого оказывается мало для того, чтобы забыть о нем раз и навсегда. Во-вторых, осознавая все то, что произошло после, мне становится не по себе. Угрызения совести не проходят. Я не должна была просить Курта приезжать. Он увидел столько лишнего, что даже если на пальцах перечислять, то места не хватит. В таком состоянии я была впервые. И надо же, как повезло оказаться рядом с парнем, от которого сердце уходит в пятки. Во всех смыслах этой фразы — я не могу перестать думать о нем. Он пугает, очаровывает, притягивает и отталкивает одновременно. Это неправильно.       Вчера, проспавшись после случившегося, я буквально не находила себе места. Ему пришлось отложить отдых, чтобы приехать на помощь к девушке, которая только и делала, что несла глупости, плакала и блевала.       — Что ты собираешься делать?       Я моргаю, стараясь вновь включиться в разговор. Нужно перестать думать о нем. Лия внимательно смотрит на меня и качает головой. Она не говорит ни слова во время моего потока речи, словно пытаясь поставить себя на мое место.       — Ты про Эрика?       — Да.       — Я думаю, что это конец.       Хлоя изумленно распахивает глаза и с шумом ставит чашку мятного рафа, явно не ожидая такого решения.       — Что значит «это конец», Бо? Вы вместе слишком долго, ты не можешь его бросить.       — Почему не могу?       Я насупливаюсь и поворачиваюсь к панорамному окну. Неожиданно появившаяся официантка решает убрать мой недопитый травяной чай. Капли дождя стремятся вниз по стеклу, люди торопливо и неуклюже достают зонты.       — Потому что… Потому что это Эрик! Он же самый крутой парень, который только мог тебе достаться, сама подумай!       Хлоя проговаривает уже тише, но не менее настойчиво. Этот ответ был неизбежен, и я, как всегда, принимаю его близко к сердцу. Руки непроизвольно сжимаются под столом. По ее мнению, я должна терпеть его передозы бесконечно?       — Хлоя, Эрик — не центр Вселенной. Если он такой хороший, может, тебе стоит с ним попробовать?       Девушка поджимает губы и уставляется на свои длинные ногти. Ее красный свитер спускается и вновь оголяет участок кожи. Это стало новой «фишкой»?       — Перестаньте ссориться. Хлоя, Бо заслуживает куда большего, не нужно так говорить.       Слова Лии смягчают обстановку. Обиженная девушка, кажется, наконец понимает, что сказала, и виновато поднимает глаза.       — Но, если серьезно, Бо… Эрик неплохой парень. Да, периодически он принимает, но… Это не так страшно, как ты думаешь.       — Не так страшно? Он врал мне, что трезв. Целых полгода лжи.       Интересно, стала бы она сама терпеть нечто подобное? Или если дело касается других, то все принимает другой оборот?       — Он врал, потому что знал, что получит такую реакцию, — хмыкает девушка.       Я давлюсь воздухом. Это уже переходит всякие границы.       — Ты издеваешься? Теперь я виновата и в этом?       Хлоя озадаченно пожимает плечами. Она отворачивается, явно не желая снова вступать со мной в спор. Я смотрю на Лию, ища в ней поддержку. Та устало прикрывает глаза, прежде чем начать говорить.       — Нет, не виновата, но… Тебе же итак было известно, что все повторится. Мы обсуждали это много раз. Помнишь, как было в марте? — подруга смотрит на меня с грустью.       — Помню, он принял прямо в мой день рождения, — я невольно подчеркиваю этот факт каждый раз, когда появляется возможность.       — Именно. И до этого, зимой, в новый год. А сколько раз это случалось еще, помимо известных?       31-го декабря Эрик должен был придти к нам с мамой на новогодний ужин. Мне пришлось долго объяснять женщине, почему я увела его, когда они даже не успели поздороваться. Незадолго до этого он ударил меня — отвесил пощечину. Щека покраснела, и я замазывала ее тональником несколько дней. Об этом я никому не рассказывала и рассказывать не собираюсь.       — Я хотела верить, что все наладится, а теперь… Понимаю, что это не кончится никогда. Не могу оставаться и смотреть, как он себя убивает.       Хлоя морщится в недовольстве. Она выхватывает меню с соседнего пустого столика и утыкается в него носом. Отлично, пусть лучше сидит молча.       — А что насчет того парня? Вы еще общались? — спрашивает Лия, поправляя очки с пустыми стеклами.       Ей очень хочется услышать подробности. Было очевидно, что Курт — тема, заслуживающая больших обсуждений. Я не прочь поделиться деталями, но уж точно не при Хлое. А может и вовсе не стоит? Между нами ничего нет и никогда не будет.       — Нет, — я прикусываю губу, сдерживаясь, — Не думаю, что мы будем дружить или…       — Дак ты что, влюбилась? В этом дело? — оживляется Хлоя, перебивая меня.       Ее голос звучит осуждающе. Я моментально вспыхиваю от возмущения.       — Что ты несешь? Он просто помог мне доехать, — к щекам подступает жар, — Не могу поверить, что с тобой сегодня?       Девушка кидает меню и опирается локтями на стол, как бы нуждаясь в устойчивости. Так делают те, кто готов нападать, будучи в проигрышном положении.       — Эрик был с тобой в самые тяжелые времена, а ты помнишь только плохое. Не он ли утешал тебя, когда ты рыдала из-за отца и матери? Не он ли привел тебя в компанию? Только благодаря нему мы стали тусоваться с крутыми людьми. Ему тяжело, больно! Вчера он плакал прямо на кухне… — и на этом пламенная речь прерывается.       Лицо ее замирает и принимает бледный вид. Эрик что, приходил к ней жаловаться? Какого черта? Я поворачиваюсь к Лие, которая также шокирована.       — Ты шутишь, Хлоя? Почему ты сразу не сказала, что виделась с ним? — произносит Лия.       Хорошо хоть он додумался не идти к моей матери, как делал обычно.       — Он попросил не рассказывать, — учащенно вздыхает подруга, — Хотел, чтобы я повлияла на Бо.       Если бы мы были не в кофейне, то я бы позволила себе взорваться от злости.       — Ну, и что он тебе наплел?       — Я уже озвучила…       — То есть он хотел помириться со мной через упреки и чувство какого-то мнимого долга? Я не должна прощать его, даже если он когда-то помог мне справиться с трудностями. А про компанию, признайся, Хлоя, ты добавила уже сама. Ты боишься, что больше не будешь зависать с капитанами футбольных, баскетбольных, волейбольных и еще дохренабольных команд.       Мне становится обидно от ее приоритетов и, кажется, Лия испытывает нечто подобное. Как можно променять дружбу длиною в шесть лет на какие-то жалкие вечеринки? Почему она согласна ради этого поддержать Эрика и поругаться со мной?       По бегающим глазам я утверждаюсь в правоте своих мыслей. Разочарованию нет предела. Этот урод точно знает, куда надавить. Радует хоть один плюс среди бесконечных минусов: теперь я уверена в своем решении на на все сто, а на все триллионы.       — Пойми меня, Бо. Там же Стивен, а я с ума по нему схожу, — бормочет Хлоя, — Мы учимся в разных колледжах, а общаемся только на тусовках, которые собирает Эрик и его друзья. Как мне еще с ним контактировать…       Она замолкает, когда официантка подходит, чтобы забрать грязную посуду с нашего стола. Лия просит воды и, как только женщина в униформе «Way Coffee» удаляется, не может сдержать эмоций.       — Ты понимаешь, что почти умоляешь Бо встречаться с наркоманом? И все из-за Стивена Прайма? Разве потрахаться с перекаченным тупицей дороже, чем состояние твоей лучшей подруги? Дороже вашей дружбы?       Я сжимаюсь, желая скорее оказаться дома и уснуть, чтобы отстраниться от всего мира. Найти Эрика без сознания, поругаться с Итаном, опозориться перед Куртом, рассориться с Хлоей. И все это за два дня?       — Перестаньте выставлять меня такой ужасной. Я не собираюсь слушать про себя гадости, — цокает девушка и снимает сумку со спинки стула.       Я понимаю, что она сейчас уйдет, но не собираюсь ее останавливать. Лия мельтешит, словно находясь между двух огней. Они с Хлоей дружили еще задолго до моего появления, считая друг-друга чуть ли не сестрами. Та же ситуация, что с Эриком и Итаном? Потерять Хлою — больно. Но потерять Лию — больнее втройне.       — Просто извинись, Хлоя. Зачем сбегать? — тревожно просит Лия.       Но Хлоя игнорирует ее слова. Она демонстративно встает, снимает куртку с деревянной вешалки и направляется к выходу. Я чувствую, как оставшаяся подруга вот-вот заплачет.       — Иди за ней, — выдыхаю я, протирая лицо руками, — Правда, Лия, иди.       — Что? Нет! А как же ты? — мотает головой девушка.       — Ты в этом конфликте — нейтральная сторона. Вы всю жизнь вместе. Я не обижусь, правда.       Подруга сомневается, но после того, как видит мою улыбку, кивает. Она целует меня в щеку и обещает, что позвонит вечером.       Я остаюсь одна. На улице вечереет. Официантки, словно невидимые мошки, продолжают проделывать повторяющиеся зигзаги по залу. Новые гости ждут заказы, засидевшиеся шумно смеются, а дети кидаются салфетками. За баром кряхтит кофе-машина. На кухне вдалеке что-то бренчит. Бариста обучает стажера, руки которого нервозно трясутся… Интересно, как долго у меня получится отвлекать себя от насущного?       Иду домой через парк, где скрипят деревья. Небо затянуто серым шатром. Плотный купол, который не пропускает ни одного луча солнца. Я смотрю вверх, и когда-то значимые вещи теряют смысл. Когда-то значимые люди больше не являются таковыми. Слез нет. Нет ничего. Пустота, отдающаяся горечью на языке. И мне бы хотелось, чтобы ночь подарила сердцу покой, но мечты так и остаются мечтами. Сон длится недолго. Мой крик громкий от испуга. Кошмар настолько запутанный, что даже не вспомнить. Зато есть остаточные ощущения: темнота, суета и густое чувство страха. Открываю окно и стою, оперевшись руками о раму. Промозглый ветер обдувает лицо, сбавляя стресс. И…вдруг меня посещает нечто странное. Подобного не случалось раньше. Я не скучала по кому-то, кого совсем не знаю. И все равно: перед глазами стоит он. Вечно холодный и отстраненный.       Может быть, это и будет ошибкой, но попробовать стоит. В глухом доме особенно четко раздаются звуки стучащей клавиатуры. Я смотрю на СМС три секунды, переписываю его и нажимаю на кнопку «Отправить».       Кому: «Курт»       «Привет. Как ты? Много думаю о нашей последней встрече. Еще раз спасибо».