Overtaking

В темноте улицы на дороге в линию стоят около десяти уже заведенных мотоциклов. Водители держат руки на руле, чтобы, увидев сигнал, сразу же нажать на газ и выиграть сегодняшний заезд. На трассе воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками моторов, а у гонщиков затаилось дыхание, потому что старт — всегда самый волнительный момент. Клетчатый черно-белый флаг в руках девушки, одетой лишь в короткие джинсовые шорты и красный топ, взмахивается вверх и с характерным звуком разрезает воздух, давая начало заезда. Мощные мотоциклы сразу же газуют вперед, оглушая зрителей громким звуком, и устремляются вдаль, подальше от старта. Черный Кавасаки вновь вырывается вперед, оставляя конкурентов глотать пыль от его колес. Расстегнутая кожаная куртка водителя развевается из-за потока воздуха, направленного прям в лицо, так как мотоцикл продолжает набирать скорость с каждой секундой, но его ни капли это не смущает — он продолжает гнать вперед. Немного оторвавшись, водитель смотрит в боковое зеркало, наблюдая Сапсан своего друга, который стремительно продолжает догонять. — Обгонишь сегодня, дедуль? — опускает зеркало на шлеме Минхо, оборачиваясь назад. Сам же смеется после своих слов и усерднее жмет на газ, чтобы не дать тому даже возможности приблизиться. Он уже не слышит, но Чан сзади лишь смеется с поведения своего друга и, надавив на газ, выравнивается с черным Кавасаки, так же, как и Ли ранее, опуская зеркало. — Кто тут дедуля, говоришь? — ярко улыбается старший, выходя на обгон и специально подрезая Ли. — Иди нахуй! — кричат ему вслед, отчего он смеется еще сильнее и выходит на поворот. Мотоцикл вместе с водителем немного наклоняет в сторону, но это длится лишь пару секунд, после дорога выравнивается, что означает возможность вновь набрать скорость. Минхо сзади продолжает попытки обогнать друга и, выбрав участок прямой трассы, развивает максимальную скорость, все же уходя вперед. Яркие огни проносятся мимо, образуя лишь светлую полосу, а пейзажи даже не различить — лишь тьма. Минхо самодовольно смеется, и уже подъезжает к финишу. С разрывом в миллисекунды они вместе с Чаном пересекают полосу финиша, слушая аплодисменты и выкрики тех, кто ставил на Минхо. Резким поворотом они дрифтуют, оставляя после себя полосы, и останавливаются, стягивая шлемы и встряхивая головой. — У тебя почти получилось, — похлопывает Минхо друга по плечу, начав смеяться. — Это все костюм, — комментирует старший, подразумевая свою классическую одежду. Он приехал на трассу прямо с работы, поэтому у него не было возможности даже переодеться во что-то более удобное. — Оправдывайся, — прикрывая глаза, как бы соглашаясь, отвечает Ли, пока улыбка не сходит с его лица. — Дурак, — смеется со своего непосредственного друга Чан, укладывая шлем на байк. К этому времени уже доехали остальные конкуренты, и Минхо вновь слышит не самые приятные слова в свой адрес. — Есть ли смысл вообще гонять с этим больным? У меня впечатление, что он каждый раз разбиться пытается, — произносит какой-то гонщик. — С таким настроем тебе тут делать нечего, парень! И, знаешь, да, для меня умереть на мотоцикле — лучшая смерть, — подмигивает он, смотря в осуждающие глаза. — Идиот, — прилетает младшему подзатыльник от Чана. — Я говорил, что сам прибью тебя за такие шутки? — Нет, серьезно! Лучше разбиться на большой скорости на моем малыше, чем умереть где-нибудь на старой койке в восемьдесят лет, — с горящими глазами произносит Ли, видимо, действительно представляя это все. — Заткнись, — улыбается Крис, а после продолжает, меняя тему: — Сегодня я собираюсь встретиться с друзьями, поехали со мной, — предлагает он. — Я знаю всех твоих друзей. Это скучные, вечно работающие ребята, не знающие понятия отдых и экстрим, — рутинно произносит Минхо, потягиваясь в плечах. — Другие друзья, они вернулись сегодня из Токио. Один, кстати, тоже гоняет иногда, — наклоняет голову Чан, заговорщически улыбаясь, ведь знает, что Минхо уже заинтересовался. — Ладно, мне интересно на это посмотреть. Через час я колю бровь, как закончу, приеду, — произносит младший, взглянув на время на часах. Пока Чан является офисным работником, занимает далеко не самую последнюю должность в компании и получает большие деньги, Минхо имеет собственную студию, где бьет татуировки и колет пирсинг. И за это он тоже получает немалые деньги. И род его деятельности совершенно неудивителен: сам парень практически полностью забит. Вся левая рука покрыта рисунками, имеются татуировки на груди, спине, шее и немного на ногах. Лицо же также сияет: прокол на нижней губе, но Минхо не так часто носит его, а вот в брови всегда имеется метал. И он, закончив с работой, наряжается так, чтобы произвести должное впечатление на этого «гонщика», о котором Чан говорил. А учитывая его интонацию, гонщик, вероятно, гей, что тоже очень приветствуется у Минхо. Любимая черная кожаная куртка с принтом сзади, того же цвета широкие джинсы и массивные белые кроссовки с обильной шнуровкой. На губе вновь сережка, так же, как и на брови, и сам весь Минхо в опасно хорошем настроении.

***

— Опять не пьешь, — первым делом говорит Ли, когда ему открывает дверь друг. Его слова вызывают лишь смех. — Я еще не знаком с тобой, но ты мне уже нравишься! — слышит Минхо незнакомый голос, а потом выходит широкий, в прямом смысле, парень чуть ниже его. — Он не согласился выпить даже за наш приезд, — громко возмущается незнакомец. — Чанбин, — протягивает он руку, и Ли незаметно оценивает телосложение, если вернее, накачанные руки, которые стали виднее из-за натянутой ткани футболки. Судя по внешнему виду, это и есть тот самый гонщик. Минхо даже немного расстраивается, так как Чанбин определенно не его типаж, хоть и кажется веселым. — Минхо, — жмет он руку в ответ. Разувается, и они втроем проходят вглубь квартиры, по пути к которой усиливается запах вкусной еды и алкоголя. Завернув за угол, Минхо наблюдает сидящего на диване еще одного парня с большими, как он сразу отметил, щеками и чертовски выразительными глазами, особенно, когда тот взглянул на него. Пусть и не гонщик, этот мальчик определенно в его вкусе. — Минхо, — протягивает он руку парню, который отвечает на рукопожатие. — Хан Джисон, — немного низким голосом отвечает тот, пока Ли ему недвусмысленно подмигивает. — Отлично, — хлопает в ладоши Чан, принимаясь о чем-то говорить. Сначала беседа идет на отвлеченные темы, Джисон с Чанбином рассказывают Минхо для чего вообще ездили в Токио, тот же из вежливости задает уточняющие вопросы, все чаще и чаще касающиеся лично Хана. Парень, очевидно, заметил повышенное внимание к своей персоне, но пока не совсем понимает, чего конкретно добивается Минхо. — Так а кто из вас гоняет? — вдруг все же спрашивает Ли, решив уточнить. Парни удивляются, смотря на Чана, а тот лишь невинно пожимает плечами. — Джисон у нас участвует в заездах периодически, — произносит Чанбин, заставляя глаза Минхо расшириться. — Ты? Серьезно? — Я просто не стараюсь показать это всем своим видом, — намекает Хан на внешний вид Ли. — И на чем гоняешь? — сразу загорается Минхо, узнав, что этот симпатичный парень и есть гонщик. — McLaren. — Тачка? Да ладно, — вмиг разочаровывается Ли. К машинам он относится весьма необычно. Для людей, незнакомых с гонками, машина это хороший вариант, но он правда не понимает, в чем кайф соревноваться, будучи в автомобиле. И он не из тех, кто судит не попробовав. Поучаствовав в заезде на машине, он не ощутил того самого адреналина, который получает каждый раз на мотоцикле, не почувствовал этого потока ветра, который буквально сносит тело с байка, не ощутил кайфа от победы, потому что в автомобиле слишком спокойно и комфортно ехать. Для него гонки — это что-то большее, чем просто проехать определенный участок, обогнать соперников и первым пересечь линию финиша. Для него заезды значат полностью прочувствовать свой мотоцикл, стать с ним практически одним целым, чувствовать самому, как сильно он наклоняется на поворотах или как немного подскакивает на неровностях. Ему необходимо ощущать потоки ветра, каждую вибрацию мотора и замечать малейшие изменения в работе. Получать адреналин от резких поворотов или обгонов, быть на грани аварии у каких-либо препятствий. Вот что для него значат гонки, иначе он не видит смысла тратить бензин. — Ты из тех, кто хуесосит автомобили? — приподнимает бровь Джисон, потягивая пиво. — Я правда никогда не пойму, почему вы предпочитаете тачки. Никакого кайфа абсолютно, — уверенно стоит на своем мнении Минхо. — Не каждый мечтает сдохнуть в одном из заездов. И все же: машиной на трассе гораздо сложнее управлять как минимум из-за габаритов. Да и жопу не морозит, — обыденно добавляет последнее предложение Джисон. — Ты пробовал гонять на байке? — присаживается Минхо рядом, закинув нога на ногу, так как намерен переубедить этого парня. — Пробовал. И я все еще предпочитаю машины, — уже давно принял вызов Хан. Он неоднократно встречался с такими, как Ли: любителями доказать, насколько круче мотоциклы. И почти каждый, с кем он спорил, сейчас на гоночной трассе за рулем машины. — Сидя в тачке, — начинает объяснять Минхо, пока Чанбин с Чаном лишь переглядываются друг с другом, — ты не ощущаешь того адреналина, который нужен для победы. В случае чего тебя спасет гребаная подушка безопасности, ну если только ты конечно не въедешь в столб лобовухой. Когда я пробовал заезд на машине, она была отдельно, я отдельно, на этом все. Мотоцикл же становится с тобой одним целым. — Ребят, — посмеивается Чан, но его слышит лишь один Чанбин. — У тебя не получится меня переубедить. Я не презираю мотоциклы, но все же не понимаю таких, как ты. — Единственное, чем лучше машина, это тем, что в ней удобнее трахаться, — подмигивает Ли и переходит на легкий флирт прямо при посторонних, так как характер Джисона ему определенно понравился. Парень, отстаивающий свою точку зрения, с полным контролем эмоций. — По опыту говоришь? — ухмыляется Джисон. — Сомневаешься? — Ни в коем случае, — вертит головой парень, в итоге отворачиваясь. На этом они заканчивают свою беседу, наконец вспоминая о том, что не одни. Вечер продолжается лишь редкими подкалываниями с обеих сторон и заметным уже всем флиртом. Чан и Чанбин на это лишь каждый раз усмехаются, о чем-то перешептываясь и, походу, делая ставки.

***

В следующий раз Минхо слышит о Хане в неожиданный для него момент. На рабочий аккаунт приходит сообщение о просьбе набить татуировку, и, зайдя в профиль, Ли узнает Джисона.

Минхо:

Признай, что ты просто ищешь встречи со мной

Хан: Если тебе так будет легче, то да

Минхо:

Все ясно

Что и где бить собираешься?

Хан рассказывает ему, как мастеру, все в подробностях, скидывая эскиз. Парень выбрал практически голую аниме-девочку на самой высокой части бедра, и Ли уже не уверен, что согласен видеть почти раздетого Джисона. К сожалению или к счастью, Хан определенно его типаж, так что при виде того в боксерах, Минхо не может с уверенностью сказать, что сеанс не закончится чем-то неприличным. Но все же он решается, и они назначают дату через три дня. За это время Ли, как бы ни пытался, не может выкинуть этого любителя машин из головы, а потому начинает написывать тому в директ совершенно без темы. Но, на удивление, он видит лишь заинтересованность в диалоге и открытый ответный флирт. Минхо задумывается, действительно ли Джисон хочет татуировку, или он просто ищет повода встретиться, чтобы переспать? Ведь на вопрос о выборе места для рисунка ему обычно не отвечали, что всего лишь хотят проверить «выдержку» Ли при виде почти обнаженного тела. — Кого-то особенного ждешь? — в день назначенной даты из ниоткуда появляется Хенджин, такой же тату-мастер и пирсер, как и Минхо. Только не владеет данной студией. — Чтоб тебя, заебал так появляться! — кричит на него старший, вызывая смех. — С чего ты взял? — Какой-то ты подозрительно суетливый, давно тебя таким не видел, — щурит глаза он. — У тебя, кажется, смена закончилась, нет? Или хочешь сверхурочные взять? Могу устроить. — До завтра, босс! — шутит Хенджин, сразу же убегая переодеваться, вызывая смешок. Минхо немного улыбается этому поведению, после задумываясь и осознавая, что протирает тату-машинку уже в третий раз, так как не знает, чем себя занять в ожидании Джисона. До сеанса еще двадцать минут, и почему-то Ли уверен, что тот специально опоздает, так как не раз об этом шутил. Но его отвлекает дверной колокольчик, и Минхо наблюдает перед собой довольного Хана, который, наоборот, появился раньше. — Кто-то кичился, что придет позже, чтобы удлинить мой рабочий день, — в издевательской улыбке щурит глаза Минхо, оставляя, наконец, в покое машинку. — Будь благодарен, — не менее колко отвечает Хан, проходя вперед, надеясь, что старший не заметил взгляда Джисона. Потому что смотреть есть на что: Минхо в одних лишь джинсах и накинутой на голое тело рабочей жилетке на случай, если стрельнет краска. Но жилетка немного не по размеру, из-за чего в прорезях рукавов виднеются мышцы груди и спины, увитые узорами, а руки так подавно открыты полностью, так же предоставляя внимание рельефу и красивым черным витиеватым линиям. — Закажи завтра штанги и лабреты, — выкрикивает Хван, выходя из подсобного помещения уже переодетым и наблюдая Хана. — Привет. Бьет больно, криво, а еще цвета путает, потому что дальтоник с рождения, — быстро тараторит Хенджин, захватывая свою сумку и подходя к выходу. — Проваливай! — кидает в него Минхо попавшуюся тряпку, но промахивается, так как парень приближается к Джисону. — Где бьешь? — Э-э… на бедре? — отвечает немного озадаченный всем произошедшим Хан. — А-а, — тянет Хенджин, ухмыляясь, — тогда понятно. Ну, что-ж, удачи, — подмигивает он Джисону, все же выходя из помещения. — Это? — указывает Хан пальцем себе за спину. — Мой идиот друг и напарник, — вздыхает Ли, немного отъезжая от кресла. — Раздевайся и садись, — указывает он взглядом на место перед собой. — Насколько мне известно, мастера должны узнавать о болевом пороге и всем прочем, — все же делает Хан шаг. — Если у тебя низкий болевой порог, я не понимаю, что ты тут делаешь, — Ли под конец дня немного уставший, а оттого произносит фразу на вздохе. — Или понимаю? — ухмыляется он. — Понимаешь. Мне нужна татуировка, — смотрит он ему в глаза, начав расстегивать ремень джинсов, а за ней и ширинку. Ли совершенно плевать, а потому он внимательно наблюдает за чужими движениями, вероятно, уже пожирающим взглядом. И в итоге Хан остается без джинс, и в одной футболке и боксерах садится перед Ли на кресло, залезая чуть подальше. — Сейчас будем бриться, Хани, — посмеивается он, доставая все необходимое. А сам сглатывает, потому что желание нагнуть этого парня прямо здесь все растет. Спасает лишь довольно длинная футболка, скрывающая пах, но ее необходимо задрать. — Где? — спрашивает Минхо, взяв в руки бритву. Хан, смотря на него сверху вниз, не касаясь очерчивает область на ноге, давая прямой намек, чтобы ткань убрал сам Ли. И Минхо совершенно не против. Взглянув на Джисона, он двумя руками задирает футболку, оставляя ее на уровне пупка и слегка касаясь кожи. Он замечает, как парень напрягает мышцы, и из-за этого ухмыляется, но после сразу же возвращает спокойное выражение лица. Оставив в покое футболку, Минхо специально ладонью проводит по оголенной ноге, задирая ткань боксеров повыше, и немного дольше положенного задерживает руку на внутренней стороне, внимательно наблюдая за реакцией. Хан не показывает, насколько его заводят эти движения, но все же от глаз тату-мастера не скрывается судорожное сглатывание скопившейся, кажется, слюны. — Кожа здесь нежная, будет больно, — предупреждает Ли, проходясь первый раз бритвой. — А еще криво и другого цвета? — подкалывает его Хан, вспоминая слова Хенджина. — Еще слово, будет и так, и так, — кидает угрозу Минхо, окончательно избавляя участок кожи от волос. Дальше Ли продолжает в тишине, перенося эскиз и прорисовывая вручную какие-то не отпечатавшиеся детали. Он сам не фанат аниме, но эта картинка нравится даже ему. У девочки те самые анимешные большие глаза и приоткрытые губки с немного высунутым языком. Указательным пальцем одной руки она к ним прикасается, а другой натягивает свою короткую юбку, будучи в сидячем на коленях положении. На ногах изображены чулки, а грудь прикрывает тонкий топ, через который все равно видны соски, которые также придется нарисовать. — Чего-то более пошлого не нашлось? — язвит Минхо, заправляя машинку чернилами. — Нашлось. Был вариант девчонку с голой грудью, но решил не смущать тебя так сильно. — Женским телом меня не смутишь, — недвусмысленно произносит Минхо, поднимая взгляд и слегка ухмыляясь. — Тебя бы смутил нарисованный голый парень? — Нарисованный — нет, — лишь отвечает Ли, начав протирать кожу. — Готов? Если будет очень больно скажи, справа от тебя можешь схватиться за подлокотник, меня не трогай, иначе будет действительно криво. Тут Минхо полностью сменил свой настрой, ведь флирт флиртом, а с данной минуты Хан, в первую очередь, клиент, которому Ли обязан все рассказать. — Сначала я пройдусь по контуру одной иглой, она довольно тонкая, поэтому будет больнее всего. После сменю на другие четыре, станет чуть полегче, — показывает все то, что произносит. — У тебя есть что-нибудь уже? — имеет в виду он тату. — Нет. — Первое, понятно. Ну, терпи, если будет совсем тяжело, задерживай дыхание, пока я работаю. Я буду бить с паузами, — в последний раз смотрит он на него и тыкает иглой в кармашек с краской. Ли подъезжает на кресле еще ближе, после чуть опускаясь, и практически всем телом наваливается на ноги того, находя удобный угол. — Живой? — спрашивает он, проведя первую линию контура ног. — Порядок, продолжай, — выдыхает Хан. Он думал, это менее больно. Следующие два часа Джисон терпел столько, сколько не терпел никогда, но старался не подавать виду, что ему действительно больно. Он ощущал, наверное, каждую иголочку, и уже почти пожалел о выборе рисунка, где столько деталей. Но периодически смотря вниз, ему нравилось то, что получается. — Осталось немного, потерпи, — произносит Минхо. — Расскажи что-нибудь, — просит Хан, скорее даже простанывает, так как Ли вновь возвращает иглу. — Мне двадцать четыре года, я нигде не учусь, бью тату и колю пирсинг крутым артистам и обычным клиентам. По ночам участвую в гонках, и этим всем на жизнь и зарабатываю. — Ты только что сменил руку, — перебивает Джисон, — и это не первый раз. — На этом участке удобнее вести левой, — объясняет Ли. — Ты одинаково управляешь обеими руками? — догадывается младший, издав слабый болезненный скулеж. — А, ты про это. Да, — вновь меняет руку он. — Блять, — простанывает Хан, когда Минхо переходит на другой участок кожи. — Да не издавай такие звуки, — просит Ли, так как за эти два часа наслушался уже достаточно, чтобы возбудиться. Если они не трахнутся сегодня, он не знает, что с собой сделает. — Это больно! — возмущается он. — Это заводит, — на контрасте голосов произносит низким тоном Минхо, приподняв взгляд. — Твое практически голое тело тоже, — кидает в ответ Джисон. — Ты сам в одних трусах. — Мы в равном положении, — произносит младший и делает паузу. — Закончи уже, — указывает головой, глубоко вдохнув. За пять минут Ли все же заканчивает с работой, любуясь рисунком и делая фотографии для рабочего профиля. — Пленку не трогай. Через пять дней снимешь и будешь мазать кремом, который я тебе дам. — слегка похлопывает он раскрасневшуюся кожу, на которой теперь изображен рисунок. — Ахуенно. Мне нравится, — приподнимается парень, рассматривая рисунок. — Это все? — улыбается Ли, приподнимая свое кресло и вырастая на одном уровне с Джисоном. — По карте, — издевается младший, так как прекрасно понимает о чем ведет речь Минхо. — Хани, — опирается он руками на край койки, — ты действительно думал, что можешь прийти, попросить меня сделать тебе тату практически между ног, издавать эти блядские звуки во время всего сеанса, а потом просто уйти? — резко выдает он, приближаясь к лицу Джисона. — И каждому своему клиенту ты так говоришь? — улыбается Джисон очень близко от чужих губ. — Только тебе. — М-м, я особенный, — продолжает дразниться Хан, чувствуя чужие ладони у себя на ногах. Минхо проводит ими вверх-вниз, немного надавливая и сжимая. — Станешь еще более особенным? — шепчет Ли, касаясь кончиком носа чужой шеи и вдыхая парфюм, который он почувствовал еще дома у Чана. — Тем, кто трахнется с тату-мастером на этой койке? — Джисон медленно проводит ладонью по чужой шее, пока приоткрывает чуть больше доступа на своей. — Как вариант, — усмехается Минхо, оставляя легкий поцелуй на линии челюсти. — Может быть, — на вдохе произносит Джисон. И старший крепко берется за талию парня, придвигая его ближе к себе так, чтобы ноги свисали с койки, а сам отталкивает свое кресло подальше, устраиваясь между чужих ног. Впивается в губы, сразу ощущая не менее страстный ответ, и начинает сминать их, параллельно водя ладонями по оголенной коже спины. Он чувствует и видит, как Хан плавится под его касаниями, и старшему это только льстит. Он захотел попробовать этого парня еще дома у Чана, а потому сейчас все его движения резкие и нетерпеливые, ведь обычно он так долго не ждет. Минхо опускает свои ладони на чужие ягодицы, сжимая кожу сквозь ткань одних лишь боксеров и немного раздвигая. Хан выгибается в спине, тяжело дыша, и прижимается своим членом к вставшей эрекции Ли, из-за чего тот тихо рычит, почувствовав стимуляцию. — О блять, — блаженно произносит Минхо, переходя с уже обкусанных губ на чужую шею. Выцеловывает каждый участок, после оставляя алую метку. — Минхо, — на выдохе произносит Джисон, наслаждаясь тем, как старший его придвигает ближе, чтобы создать трение. — Минхо, — повторяет тот, выставляя руки вперед. — Мне надо идти, — серьезно говорит он, смотря на парня, который пытается понять, шутит ли тот. — Ты серьезно? — Прости, — немного улыбается Хан, сползая с койки. — Я правда не могу. Ли смотрит на него с явным непониманием, но все же отодвигается. — Ну не грусти, — щелкает он его по носу, начав натягивать джинсы. — Ты сам это начал, в конце концов. — Что за настолько важные дела? — А все тебе скажи. Увидимся, — улыбается младший, схватив свой телефон с полки. И действительно уходит, оставив Минхо со стояком в штанах и неимоверным желанием нагнуть этого парня. Ли скалит зубы, после медленно выдыхая, тем самым пытаясь смириться и принять тот факт, что с возбуждением придется справляться самому. Вспоминая ощущение Хана в его руках, Минхо понимает, что это намного лучше, чем он ожидал. Этот парень с колким языком просто плавился под чужими прикосновениями, становясь таким податливым, что у Ли сносило крышу. А талия оказалась еще уже, чем казалась, пока он лежал. У Минхо появляется необъяснимая потребность в Джисоне.

Минхо:

Завтра будет заезд, я жду тебя там

Если выигрываю, мы заканчиваем начатое

Сообщения звучат как угроза, но Ли уверен, что Хан там появится. Минимум потому, что он напрямую сейчас кинул Джисону вызов, который тот обязательно примет. А ночью, перед тем, как лечь спать, Минхо приходит сообщение от Хана с прикрепленной фотографией. Он открывает диалог, видя перед собой собственную работу на чужом голом теле. С экрана на него смотрит эта девушка, но Ли обращает внимание лишь на факт того, что фотография сделана напротив зеркала в ванной комнате. Хан там полностью голый, пусть и ничего не видно. Хан: Все-таки ты мастер своего дела

Минхо:

Еще я так же мастерски гоняю

Будь готов

Хан: К чему? К победе и отсутствию секса?

Минхо:

С точностью наоборот

Хан: Как скажешь. Буду ждать После этого их небольшой диалог заканчивается, и Ли уже начинает представлять картинки, как они переспят. Он, наверное, одержим. За все то небольшое время их общения, которое и общением-то назвать сложно, Минхо постоянно пытается прочитать Хана, узнать об этом парне хоть что-то. Но Джисон словно запрограммирован лишь на неограниченный флирт, особенно когда знает, как сильно его желают. Это определенно правда, но все же Ли хочется узнать этого гребанного флиртуна-гонщика чуть больше. И, желательно, в другом ключе. Ему хочется хоть немного поболтать с Ханом, узнать его как человека, что ему нравится, а что — нет. Но в связи с последними событиями, в Минхо просыпается лишь какое-то животное желание завалить Джисона, а после уже узнавать. Но видит бог, он планировал наоборот.

***

— Чан-а, — тихо тянет Минхо, хватая друга за плечо. Сейчас они уже стоят на линии старта, но до начала еще порядком двадцати минут. Поэтому, найдя время, пока Хан еще не приехал, Ли решает поговорить с Крисом. Тот лишь с улыбкой на лице тяжело вздыхает, слыша издевательское неформальное обращение. — Чего тебе? — он оценивает эти заговорщические глаза, понимая, что сейчас что-то будет. — Как давно ты знаком с Джисоном? — оглядывается напоследок Минхо, убедившись, что никого рядом нет. — Я не могу с тебя, — смеется старший, ведь это уже не первый раз, когда Ли пытается что-то разузнать. — Около пяти лет, вроде. Что ты хочешь узнать, спрашивай уже. — У меня очень много вопросов! — взрывается Минхо, разводя руками. — Этот твой друг совершенно не умеет общаться без флирта. — Тебе же нравится такое. — Нравится! Но почему он хотя бы не интересуется мной? И о себе тоже ничего не говорит, что за скрытность такая? — возмущается Ли. — Ты… — начинает Чан, подойдя поближе и положив свою ладонь на чужое плечо, а после наклонившись чуть ближе к уху, — ты точно хочешь с ним просто переспать? — и каверзно улыбается. — Изначально, да. Но, как говорится, запретный плод сладок, именно поэтому меня просто выводит из себя желание узнать о нем хоть что-то. Расскажешь? — Ты становишься таким смешным, когда тебе кто-то нравится, — сует руки в карманы Крис, с доброй, словно отцовской улыбкой смотря на друга. — Да погоди ты со своим нравится. Меня просто раздражает, что я ничего о нем не знаю. — Да что ты, — посмеивается Чан. — Единственное, что скажу, так это то, что он ведет себя таким образом именно потому, что ты себя таким показал в вашу первую встречу. Хочешь от него адекватного общения, уменьши свой вечный флирт хотя бы на тридцать процентов, — только договаривает старший, как замечает за своей спиной идущего к ним Джисона, что держит в руке гоночный черный шлем. Минхо сразу же оборачивается, смотря на парня перед собой. На Хане надеты черные немного рваные джинсы, подпоясанные ремнем, а на груди кофта с замком, доходящим лишь до половины. И эта единственная половина расстегнута, открывая вид на накачанную грудь. Сама вещь так же черная с яркими синими вставками и множеством надписей, что выделяет его среди толпы. — Ты решил сразу принять поражение? — останавливается Джисон, слегка склоняя голову, из-за чего пошатывается сережка, отражая яркий свет. — Заезд через десять минут, а тебя даже не видно на старте. — Не волнуйся, малыш. Я бы не слился, зная, какая награда меня ждет, — улыбнулся Минхо, оглядывая шлем. Тем временем где-то на фоне тяжело вздыхает Чан, который буквально секунду назад дал совет перестать так много флиртовать и намекать на секс. — Не будь в себе так уверен. Закончится против тебя, — подмигивает Джисон, а после перемещает взгляд на Чана. — А чего ты сегодня не едешь? — кивает Хан на одежду старшего. — Откатил байк подправить пару деталей. После гонок с этим, — указывает он на Минхо, — со временем начинает разваливаться то, что не должно было. Минхо отходит немного в сторону, наблюдая за действительно адекватной беседой двух парней. Без флирта и всего прочего, они обсуждают поломки своего транспорта, вкидывая шутки, и Ли задумывается, что он делает не так. В итоге отходит окончательно на старт, подойдя к своему Кавасаки и замечая незнакомый мотоцикл прямо рядом с собой. Джисон. За три минуты до начала подходит и сам водитель. — Ты как так незаметно исчез? — вдруг спрашивает младший. — Хан, — оставляет он вопрос без ответа, — если что, я тебя ни к чему не обязываю, окей? Давай просто получим кайф от этого заезда, — договаривает он, надевая шлем на голову. — Дурак, — думает про себя Джисон, так же закрывая голову. В центр выходит неизменно почти обнаженная девчонка с флагом, ярко улыбаясь всем водителям. Каждый уважающий себя гонщик просто не может при обратном отсчете не погазовать, тем самым показывая свое намерение взять первенство. Именно поэтому на всю округу раздается страшный рев, а после звук колес по асфальту. Десять мотоциклов устремляются вперед, оставляя после себя пыль и замершие сердца множества зрителей, поставившие немалые деньги. С новым участником появились и новые зрители, желающие посмотреть на неизвестного новичка, который, как многие заметили, в близких отношениях с постоянными победителями трассы. На Хана так же поставлены деньги, но все же суммарно меньше, чем на Минхо, но в любом случае, всем интересен новый гонщик. Ожидаемо, Ли вырывается вперед, наблюдая сзади догоняющего его Джисона, и давит еще больше в газ. На этой трассе у него есть преимущество, он знает ее вдоль и поперек в отличие от младшего, поэтому победа ему обеспечена. Минхо начинает заходить на поворот, немного расслабляясь и наслаждаясь пролетающими мимо него ночными пейзажами и какими-то постройками, что виднеются вдалеке. Он крепче сжимает руль, явственно ощущая мотор своего байка, и на секунду прикрывает глаза, оторвавшись от Джисона. Он ни за что не откажется от этого незабываемого чувства. Трасса выравнивается, и скоро намечается последний резкий поворот, после которого практически сразу будет финиш. Взглянув в зеркало, Ли оценивает примерное расстояние между ним и Ханом, и принимает решение немного сбросить скорость, так как на это есть возможность. Даже немного расстраивается, что он так легко победил. С поворота выезжает на прямую трассу, и слышит сквозь рев собственного мотора чужой. Хан на ненормальной скорости заходит в поворот и в мгновение вырывается вперед. Минхо не успевает сообразить, но инстинктивно давит в газ, нагоняя парня. Но передние колеса байка Хана на долю секунды быстрее пересекают финиш. Минхо проиграл. Зрители взрываются аплодисментами, особенно те, кто сегодня уйдет спать с круглой суммой, и даже вскакивают со своих мест, вмиг заинтересовавшись незнакомым гонщиком, что с первой попытки обогнал Ли. Джисон снимает шлем, соскакивая со своего места с больно довольной улыбкой. Еще бы. К нему подъезжают остальные гонщики, ни капли не расстроившись из-за поражения, лишь так же заинтересовавшись в Джисоне. Ли же просто тихо наблюдает, не сняв шлем, и думает о том, как же все-таки ошибался в способностях Хана. Ему не обидно, нет, он знает, что выложился в этом заезде не на полную, а потому грубо говоря дал поблажку Джисону, из-за чего он ушел вперед. Пока Хана окружает внимание, резко собирается дождь, интенсивность которого начинает лишь расти. Гонщики из-за этого рассасываются, оставляя Джисона одного. Тот сразу же замечает все еще стоящего Минхо, сложившего на груди руки и, кажется, смотрящего на самого младшего. — У меня получилось тебя удивить? — улыбается Хан. — Немного, — снимает шлем Минхо, и его пряди волос в мгновение начинают намокать. — Ты же знаешь в чем твоя ошибка? — Недооценил соперника. Не учи ученого, умник, — закатывает он глаза, немного отворачиваясь. Ладно, его эго немного все-таки задето. Джисон же на такую реакцию лишь смеется. — Ну, договор есть договор, поэтому увидимся, — взмахивает он рукой, крутя шлем в руках, чтобы надеть его на голову. — Я на машине. Давай довезу, промокнешь ведь, — останавливает его Хан, делая шаг ближе. — Я явно не в том настроении, чтобы ехать на тачке, так еще в которой ты за рулем, — сразу же грубо отказывается Ли. — Ты смеешься? Льет как из ведра, ты можешь заболеть, — удивительно обеспокоенно произносит Джисон, тем самым заставив Минхо замереть. — Заботишься? — наклоняет голову вбок Ли, улыбаясь. — Это не первая моя поездка под дождем, не переживай, — начинает приподнимать руки он, чтобы, наконец, надеть шлем, и перестать вечно вытирать лицо рукой. Но его запястье перехватывают, фиксируя руку на уровне груди. — Я настаиваю. Мне не хочется потом отпаивать тебя чаем и кормить больного супом, — вдруг произносит Хан, а у Минхо в груди что-то сжимается. — Тебя никто не просит? — с вопросительной интонацией произносит он. — Какой же ты упертый, — слегка разочарованным взглядом смотрит Джисон, отпуская руку. — Ладно, бывай, — взмахивает он ладонью и разворачивается, начав отходить от старшего. В голове Минхо сразу же всплывают слова Чана. А сейчас он ведет себя так, словно от Джисона ему нужен был лишь исключительно секс, раз он так категорично отказывается от предложения подвезти. Он не отрицает, гнать в ливень не самое приятное занятие, но все же отчего-то не хочется ехать с ним. То ли от собственного проигрыша, то ли от возможно возникшей неловкости между ними, ведь эта гонка была своего рода спором. — Подожди! — перекрикивает он шум дождя, и Джисон поворачивается. — Сейчас я байк отгоню, — сдается Ли, быстро уезжая в сторону и не видя, как улыбается Хан. Выйдя из помещения, где гонщики иногда оставляют свой транспорт, Минхо видит уже стоящую у входа заведенную БМВ. И так уже промокнув, он быстро запрыгивает на пассажирское сиденье, в тишине начав разглядывать салон. — Что, настолько неприятно? — держит руку на руле Джисон. Минхо оборачивается на него, не зная, что сказать. — Поехали, — лишь говорит он, слыша усмешку. Хан предлагает ему подключиться к музыке, но Ли отказывается, ссылаясь на разряженный телефон, поэтому всю дорогу их сопровождают треки Хана. Он ведет быстро, но аккуратно, практически не давя на тормоз из-за пустых в ночи дорог. Минхо даже задумывается, что ехать с интересным ему человеком на машине не так уж и неприятно. На единичных работающих светофорах Хан отбивает ритм ладонями по рулю, в каких-то моментах подпевает, и в целом царит располагающая атмосфера, что Минхо, наконец, расслабляется и отпускает свой проигрыш. Решает, что, когда будет дома, позовет этого парня на свидание. — А куда ты едешь? — приходит в себя Ли, понимая, что адрес он не сказал. До этого они ехали по такому же маршруту, а сейчас свернули на другую дорогу. — Мне надо заглянуть кое-куда. Ты же не спешишь? — уточняет Джисон. — Нет, — на выдохе отвечает Минхо, чуть съезжая на кресле. — Скажи, если бы ты выиграл, мы бы действительно переспали? — вдруг спрашивает Хан, не смотря на старшего, пока как тот мгновенно переводит свой взгляд, будучи слегка ошарашенным вопросом. — Э-э… да? Ну, если бы ты отказался, то, понятное дело, я бы не стал лезть. Просто то, — разворачивается он, — как ты повел себя у меня в студии, не прощается. Ты буквально оставил меня со стояком, — возмущается Минхо, вызывая улыбку у водителя. — Я был занят, — посмеивается Джисон. — Да что ты? — Ну, а… — продолжает тему Хан, — на этом бы все закончилось? — с полным отсутствием конкретики спрашивает младший. — Что ты имеешь в виду? Продолжили ли бы мы спать дальше? — Нет, ничего, ладно, — заканчивает Джисон, немного разочаровываясь в парне напротив. Он правда надеялся, что за флиртом старшего скрывается что-то большее, минимум банальная заинтересованность в Хане, как в человеке. В первую встречу Ли показался ему тем, кому не нужны никакие отношения, ухаживания за кем-то, и, как он тогда выразился об отношениях знакомого — «ебля мозгов», но почему-то в груди теплилась надежда, что Минхо способен на что-то более серьезное, чем секс или флирт. Ведь он понравился Джисону. — Я не умею читать мысли, — продолжает старший, садясь ровно. — Если ты об этом, то тут все зависит от твоего желания, я не был бы против. А если ты о том, продолжим ли мы общаться, позову ли я тебя на свидание в самый крутой ресторан, где мы вкусно поедим за мой счет, буду ли я дарить тебе подарки, чтобы просто порадовать, набьем ли тебе еще одну тату и начну ли я свои ухаживания за тобой, то да, я на это настроен, — на одном дыхании выпаливает Ли, сам удивляясь, что способен на такие слова, заставляющие чужое сердце сжаться. — Но настроен ли ты? — поворачивает он голову к Хану, видя на лице смущенную улыбку. — Может быть, — отвечает младший, вызывая недовольный стон Минхо. — Опять твое может быть, — начинает возмущаться парень, видя, как они заезжают на пустую парковку. — Такой вопрос: что ты тут забыл в три ночи? — оглядывается Ли, пока младший глушит машину. Потом он улавливает движение слева от себя, и не сразу соображает, что Джисон перелезает со своего сиденья на чужие ноги, только тело реагирует быстрее, сразу же придерживая младшего за талию. В итоге Хан оказывается на чужих бедрах, с дьявольской улыбкой смотря вниз. — Покажешь, каково это, трахаться в машине? — припоминает он чужие слова, кладя руки на плечи старшего. На лице того сразу же образовывается ухмылка, но в следующее мгновение Хан опускает их сиденье, из-за чего они оказываются в почти лежачем положении. — И тогда почему ты не дал мне выиграть, если уже все распланировал? — спускает ладони на чужие ягодицы, медленно оглаживая. — Нужно же было спустить тебя на землю, — самодовольно произносит младший, наконец наклоняясь к Минхо. Тот сразу же принимает поцелуй, начав поочередно сминать губы и немного добавляя слюны для более сильного скольжения. Джисон цепляется за чужие волосы, немного оттягивая назад и наслаждаясь глубокими вдохами. — Подожди, — отстраняется старший. — Ты же, надеюсь, не девственник? — А что? Сбежишь? — Нет, — касается он ладонью чужой щеки. — Тогда мы поедем ко мне, чтобы сделать это в адекватных условиях на кровати. После этих слов Джисон обратно льнет в губам, и немного двигается вперед на бедрах, чуть ближе к чужому паху. — Не девственник. Больше скажу, — вновь отстраняется, хитро улыбаясь, а после спускается к чужому уху, касаясь губами, — я уже растянут, — шепчет он, после кусая мочку с сережкой. Тело старшего покрывается мурашками после такого шепота, сопровождаемого возбуждающими действиями. Он понимает, что еще хоть крупица такого рода действий от Джисона, у старшего сорвет крышу. — Мне льстит, насколько ты подготовился, — проникает он руками под ткань, ведя подушечками пальцев по спине и талии. Хан усмехается и возобновляет поцелуй, прогибаясь в спине, тем самым прижимаясь к чужому телу еще сильнее. Атмосфера накаляется с каждой секундой, и прежде невинный поцелуй становится все более и более развязным. Языки переплетаются, из-за чего слюна норовится начать стекать по подбородку, а губы все продолжают краснеть из-за множественных укусов. Окна машины с каждым мгновением запотевают все больше из-за участившегося дыхания каждого из парней. Они едва знакомы, но любое действие стремительно выводит из себя, возбуждая все больше. Минхо убирает руки с талии и стремительно расстегивает чужой ремень с молнией, чтобы пролезть под плотную ткань. Джисон слегка приподнимается, помогая ему в этом, но не отрывается от губ, продолжая поочередно их покусывать. Минхо сжимает ягодицы Хана сквозь ткань боксеров, слегка раздвигая их в разные стороны, а после прижимает тело Джисона ближе к себе, создавая трение. Младший судорожно выдыхает, натягивая темные волосы Ли, из-за чего из горла того вырывается рык. Старший продолжает поступательные движения, наслаждаясь стимуляцией и легкими стонами парня сверху. А после проникает рукой уже под ткань, слегка надавливая на сжимающееся колечко мышц, из-за чего оно сжимается еще больше, а сам Джисон с тихим скулежом отрывается от уже зацелованных губ, чтобы уткнуться лицом в чужую шею. — В бардачке смазка, — шепчет Хан, и Ли слегка приподнимается, чтобы достать упомянутое. — Тебе нужно раздеться, малыш, — с лаской произносит Минхо прямо в чужие губы. Хан нехотя слезает с чужого тела на водительское кресло, начав стягивать джинсы вместе с боксерами, на которых уже образовалось мокрое пятнышко, пока Ли сам приспускает предмет одежды. Справившись с оставшейся тканью, Джисон вновь седлает старшего, сразу же впиваясь в губы, словно изголодавшись по ним за такой короткий срок. Минхо с не меньшим удовольствием целует его в ответ, сразу же укладывая ладони на обнаженные ноги и ягодицы. На светлой коже татуированные руки выглядят еще лучше, и появляется желание запечатлеть это на камеру. А на ноге Джисона на Ли смотрит та самая аниме-девочка с приоткрытым ртом, словно напоминая старшему, что было после ее набивания. Где-то за спиной Хана раздается звук открывающегося бутылька смазки, а после он чувствует прикосновение сразу двух пальцев у своей дырочки. Немного сжимается, но растяжка дает о себе знать, поэтому пальцы, обильно смазанные консистенцией со вкусом клубники, проникают внутрь под тихий стон. — Порядок? — уточняет Ли, на мгновение остановившись. — Да. Еще, — тяжело дышит Джисон в чужую ключицу, на которой так же простираются черные линии. Минхо слушается и сразу же добавляет третий палец, проникая глубже. Все это время он продолжает поглаживать чужую спину, переходя с лопаток на талию и обратно, расслабляя напряженное тело. И уже через пару минут пальцы спокойно проникают в чужое тело, а сверху слышатся тихие стоны. — Хорошо? — шепчет Минхо практически на ухо. — Мгм, — утвердительно мычит Джисон, приподнимаясь на чужом теле и упираясь руками в накачанную грудь. — Давай. Старший немного надавливает на голову Хана, притягивая его тем самым к себе, чтобы поцеловать, пока смазывает собственный член, который уже стоит колом. — Я сам, — просит Хан, начав медленно насаживаться. Он немного морщится, из-за чего Минхо берет его за руку, чувствуя сжатие собственной ладони. И в итоге Джисон опускается до конца с протяжным стоном, чувствуя разницу между пальцами и членом, и как растягиваются стенки. Минхо терпеливо ждет, когда младший привыкнет, поэтому лишь оглаживает чужие бедра. Ему открывается прекрасная картина того, как на его члене сидит полуголый Джисон с татуировкой, упирается руками в грудь Ли, а голова немного наклонена вниз, пока грудная клетка тяжело вздымается. Хан, почувствовав, что привык, начинает делать круговые движения на чужом торсе, вызывая стон как и у самого себя, так и у Ли, который, наконец, ощущает яркую стимуляцию. Джисон немного приподнимается, а после резко насаживается обратно, из-за чего в салоне раздается шлепок. — Ох, блять, — стонет Минхо и сжимает кожу на ногах. Джисон приподнимается вновь и точно так же опускается, постепенно набирая ритм. Тела уже давно покрылись испариной, а потому окна сильно запотевшие, а салон пропитался запахом секса. Хан с каждым разом все стремительнее и стремительнее подпрыгивает на чужом члене, чувствуя, как тот хорошо попадает по простате, а потому издает множество громких стонов, выходящих, он уверен, за переделы автомобиля. — Боже, блять, как хорошо, — стонет младший, откидывая голову назад и касаясь ладонью стекла, тем самым оставляя след на запотевшей поверхности. — Ты так прекрасно выглядишь на моем члене, — тяжело дышит Ли, наблюдая за всей этой картиной. Он уверен, что мог бы кончить, только взглянув на такого Хана, который прыгает на нем, откидывая волосы и открывая вид на вспотевшую кожу лица, что отражает лишь неимоверное наслаждение. В уголках глаз уже скопились слезы, а рот приоткрыт прямо как у девочки с татуировки. — Давай, Хани, отдохни, — произносит старший, когда ощущает замедление прыжков. Джисон слушается и, поставив локти по сторонам от чужой головы, нависает над Минхо, который, найдя точку опоры для ног, начинает с быстрой скоростью трахать Хана. Вместе со стонами теперь вырывается и жалкий скулеж, ведь в таком положении член Джисона зажат между телами, поэтому получает стимуляцию. — Пожалуйста, — скулит младший, — еще, Минхо, не останавливайся, прошу, — такие слова заводят Ли только больше, поэтому он с большим усердием принимается таранить задницу Хана, наслаждаясь громкими стонами и звуками шлепков двух тел друг о друга. Джисон уже откровенно пускает слюни от неимоверного удовольствия, что получает сейчас от члена Минхо, поэтому не стесняется ни в выражениях, ни в звуках, что издает. А судя по реакции Ли, тому это только нравится, ведь с каждой секундой ритм словно только ускоряется. Либо это уже он подходит к краю. — М-минхо, — заикается он, чувствуя, как внизу живота завязывается узел. — Я-я п-почти, — голова падает куда-то в район шеи старшего, из-за чего стоны немного заглушаются. Сейчас он ощущает, кажется, каждую венку возбужденного в нем члена и чувствует, как между ног стекает смазка. После этих слов Хан чувствует руку, что окольцевала его член, из-за чего практически сразу кончает с характерным стоном, пачкая им одежду. От яркого оргазма тело Джисона трясется, но парень снизу не замедляется, а лишь с большим усилием продолжать вбиваться в Джисона своими толчками, пока с особым удовольствием доит чужой член. — Блять, блять, — матерится младший, ощущая, как член внутри него словно увеличивается в размерах, а толчки становятся все более хаотичным в такт стонам Минхо. — В меня, пожалуйста, кончи внутрь. — просит Хан, и в следующую секунду чувствует теплую жидкость, что разливается где-то глубоко внутри. Вместе с этим Ли громко стонет, полностью кончая в Джисона, пока тот громко дышит ему на ухо и все еще немного подрагивает. — Ты в порядке, малыш? — пытается взглянуть на чужое лицо Минхо, параллельно поглаживая по бедру. — Это было чертовски хорошо, — еле отвечает Джисон, приподнимая голову и лениво и тягуче целуя чужие губы. — Тогда я могу рассчитывать на свидание? — ухмыляется Минхо. — Определенно. И оно должно быть с продолжением, — в такой же манере отвечает Хан, вновь целуя парня, на котором все еще лежит.