"Неправильная дружба"

Они тренируются ещё раз. А потом ещё, и ещё, и ещё... И довольно много переписываются, особенно в те дни, когда встретиться лично им не удаётся. Общение с напарником становится обыденностью, повседневным ритуалом, но Ацуши однозначно не против. Вот только их встречи, не считая того обеда в кафе, ограничиваются только тренировками, и уже это неплохо, но они почти всё время дерутся, а ведь друзья могут и должны делать столько разных вещей! Накаджима прокручивает эти мысли в голове, однако не может выделить и предложить что-то конкретное. Он бросает крайне размытую идею в один из дней, когда они видятся (тренируются), отчего Акутагава сильно удивляется. - И... - тянет он, прикрывая рот пальцами, словно перед приступом кашля, но быстро отдёргивает руку. - Что именно, например? Ацуши гордо открывает рот, чтобы рассказать подробнее, но сразу же сдувается. - Я думал, ты что-нибудь предложишь. - Буркает он, скрещивая руки на груди. Рюноске лишь фыркает и качает головой на это. Ну да, нашёл он у кого спросить. Акутагава же необщительный, опыта в дружбе у него ноль (почти ноль), напарник сам признавался, что в погоне за силой не стремился заводить какие-либо знакомства... Но чёрт... Он и сам ведь недалеко ушёл с собственным небогатым опытом. Они оба не особо социально-развитые. Так что они вновь проводят спарринги. К концу тренировки Акутагава заметно дуется из-за того, что он проиграл Накаджиме в количестве побед. Всего-лишь на одно очко, да и после многочисленных побед в другие дни, но это, конечно же, совершенно-абсолютно-ни-разу-не-то-же-самое, так что это не мешает ему обижаться, отчего вкус победы Ацуши сильно портится. Зато он находит это достаточной причиной, чтобы вытащить напарника погулять и поесть мороженное в качестве извинений (хотя за что ему просить прощения, если он выиграл честно?) и просто для поднятия настроения. Повезло, что сегодня выходной, и в агенстве его не ждут. И крайне удачно, что они с Кёкой на одной из прогулок нашли новое отличное место, где продавалось мороженное, довольно вкусное и почти недорогое. И с громадным выбором вкусов, от которого просто разбегаются глаза! Там даже было со вкусом инжира (во время того обеда он успел заметить, что Рюноске заказал десерты именно с этим фруктом). И он даже заплатит сам! К счастью, с того момента, как Изуми стала официальным членом агенства, она стала получать свою зарплату, из которой и оплачивала свою долю квартирки, посиделок в кафе и различных забегаловках, где они стабильно оказывались с неизменной целью - попробовать всевозможные десерты. А недавно в честь победы над Смертью Небожителей им ещё и выдали премии, так что деньги у него всё же есть. Не слишком много, но есть. Он, правда, всё ещё старается экономить по многим причинам и не тратить зарплату на ненужные вещи. Возможно.. дело в долгой жизни в приюте, когда он просто не имел возможности покупать себе всё, что вздумается, а может в каком-то страхе перед будущим... Или просто по привычке. К тому же Ацуши тайно хотел бы накопить на свою собственную квартиру. Кёка отличная соседка, но рано или поздно она вырастет. Не может же он всю взрослую жизнь спать в шкафу! А в квартире.. пусть небольшой однокомнатной, но своей, он мог бы спать на футоне. Или даже на кровати! Конечно, это процесс небыстрый, но однажды, спустя время... Это было бы весьма славно. Они проходят в лавку с мороженным, и, разумеется, Акутагава выбирает с инжирным вкусом. И обвиняет продавца в обмане, едва попробовав. Накаджима пытается его притормозить, но хозяин лавочки, показавшийся на первый взгляд весьма милым и добрым старичком, начинает громко возмущаться, крича о том, что они ничего не понимают и лишь распугивают покупателей. Расёмон оказывается отличным аргументов в разрешении любого спора, и Ацуши сердито шипит на напарника и пихает его локтем в бок, потому что тот буквально угрожает кому-то посреди бела дня, но побледневший продавец всучает им целых два ящика мороженного. Он честно пытается отказаться, но сладости просто впихивают ему в руки, прежде чем он успевает возразить. Не то, чтобы он оказывается недоволен неожиданными вкусностями. Но вот то, как они ему достаются... - Это однозначно был не вкус инжира. Он просто цену набивает и приманивает клиентов. - Поясняет Рюноске, когда они отходят подальше. Краем глаза Накаджима отмечает, что продавец закрывает лавочку, и тяжело вздыхает. А чего он ещё ожидал от мороженного за сто йен? Однако, со временем напряжение из-за неприятной ситуации спадает, и Ацуши узнаёт, что инжир на самом деле никакой не фрукт, а соплодие, как рассказывает ему Акутагава. На комментарий о том, что он похож на Куникиду со своими поучениями, Накаджима получает подзатыльник (даже не способностью, а рукой), отчего пачкается шоколадным мороженным. Он ворчит на напарника, стирая с лица последствия столкновения с десертом, а Рюноске негромко смеётся, и Ацуши даже замирает от неожиданности. Ладно, это однозначно стоило пятен на белой рубашке и каждой потраченной йены. (После долгих коллебаний, что же делать с ящиками (Акутагава уступил ему свою долю), Накаджима всё же притаскивает их в агенство. В такую жару содержимое исчезает без следа в первый же день. Рампо торжественно клянётся, что ни при чём, однако сверхдедукция отчего-то молчит и не раскрывает настоящего преступника.) На следующий день, как только у него находится свободная от работы минутка, Ацуши штрудирует интернет, чтобы найти интересные места в Йокогаме. Список огромен, но туда добавлены и какие-то совершенно банальные вещи вроде хороших кафе, так что времени на то, чтобы найти удачные варианты, у него уходит целая куча. В задумчивости Накаджима начинает грызть ручку, которой недавно писал свой список, выделяя самое интересное. Наверное, настолько сильное стремление проводить вместе так много времени и так сильно беспокоиться об этом - странно... Но у него никогда не было друзей за всю его жизнь. Он просто хочет наверстать упущенное! Однако показаться чересчур навязчивым ему совершенно не улыбается. К тому же... слишком частые встречи могут оказаться даже опасными, учитывая страшные подозрения наставника... - Ацуши?.. - вырывает его из мыслей обеспокоенный голос, и он тут же поворачивается к говорящему.. говорящей. Изуми осторожно заглядывает в его компьютер, и Накаджима как можно быстрее сворачивает все вкладки, но, очевидно, недостаточно быстро, потому что подруга хмурится. - Всё в порядке? - Да, в полном! Спасибо, Кёка-чан! - Уже потрёпанная ручка вылетает изо рта, но он успевает её поймать. Накаджима улыбается, в тайне надеясь, что не выглядит нервным, но девочка тяжело вздыхает, и он понимает, что с треском провалился. - В следующий выходной мы собирались пойти в торговый центр, - напоминает Кёка, и Ацуши мысленно отвешивает себе затрещину, потому что успел совершенно об этом забыть. - Так что... - она недоговаривает, но это звучит как неприкрытая просьба не строить другие планы на этот день, и... это весьма честно, потому что прогулка давно откладывалась по разным причинам, в основном, из-за работы. Накаджиме становится стыдно за свою дырявую голову, однако вместе с этим чувством к нему приходит идея. Вероятно, не гениальная, но однозначно интересная. Он достаёт телефон, чтобы осуществить её, но замирает. Потому что входная дверь неожиданно распахивается, но поражает не это, а человек, который переступает порог. Всё агенство поворачивается в сторону звука и моментально замолкает. Они все поднимаются со своих мест, почтительно склоняя головы, и Ацуши следует примеру других детективов, потому что всё внутри так и требует, чтобы он вытягивался в струнку и показывал своё уважение. И это желание абсолютно правильное. Внутри всё трепещет от радости и какого-то волнения. "Директор! Директор вернулся!" - Фукудзава-сан, - Куникида шагает вперёд и низко кланяется ещё раз. - За время Вашего отсутствия не было никаких чрезвычайных происшествий, все отчёты по миссиям готовы, и, если необходимо, Вы можете... - он неожиданно осекается и тяжело вздыхает, словно собираясь с силами. - Фукудзава-сан, как.. как всё прошло?.. Юкичи выглядит заметно вымотанным, однако, несмотря на тёмные круги под глазами, на губах у него слабая улыбка. Она хорошо знакома всем собравшимся, но от того не менее необычна. Потому что так улыбаются после страшно долгого и трудного боя, который заканчивается победой. Но не без жертв... Накаджима чувствует укол вины, потому что, пока он и остальные в агенстве просто работали как в старые добрые времена до больших конфликтов, директор решал проблемы на куда более высоком уровне. - Слушание прошло успешно, - улыбка на лице Фукудзавы становится чуточку ярче. А Ацуши окончательно теряется, потому что совершенно не понимает, о чём идёт речь. - До суда дело не дойдёт. Так что... Директор делает шаг в сторону, открывая глазам детективов другого человека, стоявшего до этого позади. Тот в свою очередь выходит вперёд. - Ну... с возвращением меня! - Смеётся Дазай, запуская пальцы в тёмные волосы, и Накаджима срывается с места ещё до того, как тот успевает договорить, напрочь позабыв и о правилах приличия и о том, что Осаму не слишком любит прикосновения, . Он крепко цепляется пальцами за хорошо знакомое бежевое пальто, только сейчас в полной мере осознавая, как сильно ему не хватало наставника. "Теперь всё агенство наконец-то вместе!" - Крутится в голове, и от одной только этой мысли хочется улыбаться. - Надо же, - Дазай негромко хмыкает и мягко гладит его по голове. - По мне скучали, оказывается. Ацуши слышит, как где-то за его спиной фыркает Куникида, но ворчание (весьма наигранное, потому что ему даже без тигриного слуха слышно, как сквозит облегчение в его голосе) о том, что "никаких поблажек ему не будет даже несмотря на долгое отсутствие" и "они неплохо работали и в тишине, без всяких этих его фирменных штучек", остаётся проигнорированным Осаму, который только усмехается на эти слова. Спустя минутку Накаджима всё же слегка отлипает от наставника, но никак не может заставить себя сесть на своё рабочее место. Каким-то волшебным образом Дазай видимо улавливает вопросы и тревоги, крутящиеся в его голове уже почти неделю, потому что едва заметно кивает. - Как тут всё? - Почти неслышно спрашивает он, так, чтобы никто кроме Ацуши не понял. В глазах неожиданно промелькивает веселье. - Акутагава тебя не обижал? На это он тихо смеётся, потому что сейчас его напарник совершенно не похож на себя в прошлом. С "новым" Акутагавой хорошо и комфортно. И такой Акутагава нравится ему гораздо, гораздо больше чем старый. А ещё из его уст он всё чаще "Накаджима", чем "оборотень". Правда, пока ещё не "Ацуши", но со временем будет и это, он уверен. - Нет! С ним всё даже лучше, чем я мог ожидать, - Накаджима улыбается, неловко потирая шею. Становится ещё более неловко, когда во взгляде Дазая мелькает живой и неподдельный интерес. - Прозвучит странно, наверное, но мы с ним теперь друзья, представляете? Отчего-то на лице Осаму после этих слов мелькает странная эмоция, напоминающая разочарование. Быстро, почти незаметно, но Ацуши всё же успевает увидеть это изменение. И удивиться. А вот обдумать - нет. - Вот как! Рад за вас, - Дазай снова мягко ерошит его волосы. Накаджиме ужасно хочется спросить про его предположения о возможной опасности, но он сдерживается. Однако наставник всё же угадывает, о чём он думает, и шёпотом просит немного подождать. - А как у Вас дела? Вы же так долго скрывались, что произошло за это время? - Интересуется Ацуши, и ему действительно весьма любопытно. Краем уха он слышит, как Рампо и Фукудзава обсуждают судьбу "Великого приказа", который достался директору от Фукучи. Весьма печальную, ведь из их разговора он понимает, что опасное устройство было уничтожено. На этот раз по-настоящему и навсегда. - Ох, сущий кошмар! - Осаму морщится, однако его голос звучит по-прежнему весело. - Мне приходилось прятаться в убежищах Портовой мафии, и это было бы весьма любезно с их стороны, если бы я не слышал постоянные уговоры о возвращении первые несколько дней. Удачно, что даже после моего отказа мне не запретили оставаться в укрытии. Зато я сидел без сообщения с внешним миром, а моей практически единственной компанией оказался Чуя! Ужасно, скажи? Страшное и мрачное время... - он, щурясь, окидывает взглядом всех детективов и смеётся. - Ох, я и забыл, что в мире существуют люди выше метра с кепкой. Скажи, я не поседел за эти дни? Ацуши понимает, что это скорее всего лишь шутка, но всё же мотает головой на всякий случай. Дазай благодарно кивает и отходит, чтобы как следует поздороваться с остальными. Что-то в нём всё же изменилось... Он чувствует это, вот только не понимает, никак не может уловить, что именно. А ещё он сильно подозревает, что наставник многое недоговаривает, ведь со слов Рюноске он выходил наружу, возможно и не раз. Но Накаджима наблюдает, как Осаму улыбается, разговаривая с Йосано, параллельно умудряясь при этом поддразнивать Куникиду, и что-то внутри него встаёт на место. Он возвращается к своему столу, ощущая накатившее облегчение. Агенство.. агенство в полном сборе. Впервые, спустя столько недель, спустя множество испытаний... Он чувствует себя страшно счастливым. Настолько, что даже не сразу замечает, как Дазай обращается к директору с каким-то вопросом, а потом, видимо получив положительный ответ, хлопает в ладоши, чтобы привлечь внимание. - Дамы и господа! - Торжественно начинает он и усмехается, когда все взгляды приковываются к нему. - Это прозвучит неожиданно, ведь, к сожалению, у нас не было возможности устроить общее голосование. Но я и Фукудзава-сан пришли к единому решению. Экзамен был пройден! У нас пополнение! С этими словами Осаму открывает дверь, которая закрылась после его появления, и Ацуши в удивлении округляет глаза. Впрочем, не только он. Все детективы выглядят весьма шокированными, однако это ни капельки не смущает Дазая, который буквально силой втаскивает внутрь нового человека. Ах, да... Чуя говорил что-то об этом ещё на банкете... - Добро пожаловать в Вооружённое детективное агенство, Сигма-кун! - Улыбается Осаму, выталкивая вперёд заметно растерявшегося бывшего управляющего Небесного казино. Его взгляд мечется с одного детектива на другого, словно в попытке понять, насколько он здесь нежеланный гость. Когда Накаджима встречается глазами с Сигмой, он улыбается ему, надеясь, что это выглядит ободряюще. Он всё ещё помнит, как непросто ему было в первые дни и как неловко он себя чувствовал тогда. И видимо, он всё делает правильно, потому что лицо Сигмы заметно светлеет. К нему подходят сначала директор, а потом Куникида, чтобы пожать ему руку, и тот, хоть и всё ещё растерянно, с признательностью отвечает на рукопожатия. - Твой первый день будет скорее ознакомительным. - Объясняет Доппо, даже не моргнув, отвешивая подзатыльник Дазаю, когда тот шёпотом спрашивает у Сигмы, будет ли тот заполнять за него отчёты. Дазай дуется и впервые за столько дней садится за своё рабочее место. - Познакомишься со всеми, узнаешь подробней, чем мы тут занимаемся. А с завтрашнего дня начнёшь работать. Сначала будешь заниматься бумагами и офисной работой, а на миссии мы выпустим тебя по готовности, спустя время. - Я согласен, - кивает Сигма, с интересом окидывая взглядом столы, заваленные документами. - В Небесном казино я вёл почти всю бумажную работу, мне нравится заниматься подобным. Куникида с каким-то странным выражением лица прикрывает глаза, словно сдерживаясь от того, чтобы не обнять новоиспечённого детектива. Вместо этого он лишь хлопает его по плечу, игнорируя смешки Осаму о том, что он нашёл, наконец, родственную душу - человека, который любит заполнять отчёты, и возвращается на своё место. Ацуши улыбается, глядя на эту картину. И неожиданно для себя самого вспоминает про напарника, когда его взгляд падает на Дазая. Наверное, ему стоит написать о его возвращении... А если... Он морщится, потому что в голову вновь начинают лезть сомнения, ведь.. сейчас, когда наставник вернулся, Рюноске не обязан следить за ним постоянно. А значит, их тренировки и встречи могут отмениться за ненадобностью... Нет, Акутагава говорил, что согласился дружить не только из-за приказа Дазая, да и здравый смысл подсказывает ему, что напарник явно не стал бы делать всё то, что он успел сделать для него за это время. Он бы не стал есть с ним мороженное, не стал бы поддерживать, не предложил бы тренировки. Но всё равно ужасно страшно... Страшно, что от него могут отвернуться... Глубоко вдохнув, он всё же достаёт телефон и открывает переписку с Рюноске. (И общаться с ним без повода он бы не стал.. наверное...) *** Ацуши: Дазай-сан вернулся в агенство, если что *** Он ловит себя на том, что нервно грызёт ногти как раз в тот момент, когда ему приходит ответ. *** Акутагава: Я видел. Акутагава: Крыши домов рядом с вашим агенством мне скоро станут роднее собственной квартиры. Я провожу здесь слишком много времени. Акутагава: И тебя я тоже вижу. Ты слишком горбишься, когда сидишь, ты знаешь? *** Невольно губы расплываются в улыбке. Накаджима выпрямляет спину и, повернувшись к единственному окну, откуда его могло бы быть видно с улицы, показывает язык. Телефон мгновенно отзывается новым уведомлением. *** Акутагава: Ха-ха Акутагава: Так когда следующая тренировка? Мы так и не решили в прошлый раз. *** Ацуши с облегчением выдыхает и падает прямо лицом в стол, закрывая голову руками и сотрясаясь от смеха, который он хотел бы сдержать, но, увы, бесполезно даже пытаться. Мобильник вновь вибрирует, но он реагирует на сигнал далеко не сразу. Нет, какой же он всё-таки идиот! Ему давно пора перестать надумывать всякое. А сейчас он хохочет над собственной глупостью. И никак не может перестать. Кёка обеспокоенно трогает его за плечо, взглядом спрашивая, в порядке ли он. Накаджима слабо кивает и снова прыскает, однако на этот раз уже тише. К счастью, почти никто из детективов не замечает этого приступа неконтролируемого хихиканья. Он заверяет подругу, что всё хорошо, и наконец берёт в руки телефон. Изуми заглядывает в экран и тяжело вздыхает, возвращаясь к работе. *** Акутагава: Ты там плачешь что ли? Ацуши: Нет, конечно! Ацуши: Слушай, я хотел предложить кое-что другое вместо следующей тренировки, если ты не против... *** Он нервно барабанит пальцами по столу, не решаясь продолжить, но от напарника после паузы уже приходит короткое "слушаю", поэтому отступать ему несколько поздновато. Просто... Ацуши не знает, как воспримет его предложение Рюноске. Но Кёка кажется недовольной их дружбой, вероятно, лишь из беспокойства, но даже так это угнетает. Так что, если у него получится уговорить их обоих... *** Ацуши: Не хочешь сходить в "Лалапорт" со мной и Кёкой-чан в эту пятницу? Мы как раз собирались походить по магазинам Ацуши: Это торговый центр, если что Акутагава: По магазинам? Вы выиграли в лотерею или перешли на тёмную сторону и ограбили банк? Ацуши: Нам вообще-то платят зарплату! Ацуши: И ты, кстати, должен мне четыре новые рубашки! Я до сих пор удивляюсь тому, как ты умудряешься их портить до такой степени, что зашить не получается *** Накаджима прикусывает губу, потому что прекрасно понимает, что рискует. И нарывается. В телефон смотреть немного страшно. *** Акутагава: То есть изначально был рассчёт, что за всё буду платить я? Наглеешь, оборотень Акутагава: И я уж точно не виноват, что ты не бережёшь свою одежду на тренировках. Акутагава: ... Акутагава: Ладно.. в целом, это звучит почти честно. Заодно найдём тебе хоть какую-то нормальную одежду. Акутагава: Но это в первый и последний раз. *** Ацуши несколько раз моргает и с силой трёт глаза, однако серия сообщений не исчезает, а мобильник не испаряется и не взрывается у него в руке. Что ж, это не иллюзия и не галюцинация. Это хорошо, хоть и странно. Он ведь сначала просто пошутил насчёт рубашек... А получилось.. то, что получилось. И от шока он даже не может возмутиться на очередной нелестный комментарий о его одежде. Ему едва хватает моральных сил, чтобы написать в ответ "договорились". Кажется, в одном этом слове он делает сразу две ошибки, но исправлять уже поздно. Дело остаётся за малым - уговорить Изуми. Он набирает в грудь побольше воздуха и медленно-медленно выдыхает его через рот. Отчего-то (интересно отчего же?) его терзают смутные сомнения о том, что девочка будет довольна. - Слушай, Кёка-чан... - зовёт Накаджима, чуть нервно улыбаясь. - Насчёт торгового центра... Каким-то чудесным образом ему удаётся уговорить и Кёку (что-то подсказывает ему, что далеко не последнюю роль играет в этом то, что платить будет Акутагава), так что в пятницу они втроём встречаются у "Лалапорта". Ну, если не считать тот факт, что они с Изуми пришли вместе, а его напарник отслеживал их маршрут по крышам... Он всё ещё не понимает смысла тайной слежки, когда можно просто идти рядом. Особенно, если о ней знают все они, потому что Кёка однозначно замечает присутствие Рюноске ещё в первые пять минут их прогулки. Но это всего-навсего детали... Итак, они встречаются у торгового центра, и Кёка выглядит настороженной и недовольной, а Акутагава.. остаётся Акутагавой, так что Накаджима чувствует себя немного некомфортно... А ещё виновато... Возможно, поэтому он преувеличенно бурно реагирует на каждую мелочь вокруг, которая кажется ему забавной, но он просто пытается поднять друзьям настроение, а вместо этого получает косые взгляды. Однако, Ацуши удаётся добиться крошечной улыбки от подруги, когда он шёпотом комментирует маскировочный наряд Рюноске (нет, в слежке он может и неплох, но над маскировкой ему явно нужно ещё работать и работать. В самом деле, кто носит тёмные очки-авиаторы внутри магазинов?!), что, учитывая ситуацию, почти равносильно смеху, так что он пропускает мимо ушей ворчание напарника. Однако сразу перед ними встаёт серьёзнейшая проблема - куда идти? Решение находится довольно быстро, ведь можно просто выбирать магазины по очереди, но образуется новая проблема - кто будет первым? После недолгих споров он и Акутагава уступают прово выбора Изуми, и та уверенно ведёт их в магазин одежды. Не сказать, чтобы страшно дорогой, но однозначно выше уровнем, чем всё то, что они посещали раньше. В этом улавливается крошечная месть за подпорченные планы, и Накаджима с грустью провожает взглядом пятое по счёту платье, которое примеряет его подруга, попутно прикидывая, во сколько ему обойдётся сегодняшняя прогулка. Рюноске может и должен ему пару-тройку рубашек, но платить за Кёку он не обязан, поэтому Ацуши несколько слукавил, когда уговаривал девочку. Он сам купит всё, что она выберет, главное сделать это незаметно. Себе он не смотрит ничего, с головой погружённый в вычисления. Итоговая сумма получается нормальной (меньше, чем его зарплата), так что он с облегчением выдыхает. Кассир пробивает выбранные вещи, и Накаджима подходит было ближе, чтобы расплатиться, но его тормозит Акутагава. - Убери, - требует он, кивая на вынутый из кармана кошелёк. Ацуши смотрит на напарника непонимающе, и тот устало качает головой и настойчивей повторяет по слогам. - У-бе-ри. Я плачу. - Брось, я же пошутил тогда! - Протестует он, пытаясь остановить Рюноске. Ему безумно стыдно и неловко за свои сообщения, так необдуманно отправленные пару дней назад. Акутагава закатывает глаза и ощутимо ударяет его кулаком по плечу. - Я же сказал, что за всё плачу я, что непонятного? Мы договорились же, разве нет? - Выждав пару секунд и не дождавшись согласия, Рюноске недовольно морщится. - Если настолько некомфортно, то вы двое можете засчитать это за извинения. Ацуши моргает, пытаясь понять, не ослышался ли он. Акутагава же шагает к кассе, не дожидаясь ответа. - Извинения? Это за что ещё?.. - полушёпотом спрашивает он, насторожившись. Нет, услышать такое от Акутагавы - просто очень странно и страшно... Ему нужны пояснения. - За всё. - Тихо бросает Рюноске, даже не оборачиваясь, и достаёт собственный кошелёк, пресекая этим любые возражения. Накаджима замолкает, несколько обескураженный, и даже не замечает, как прищуривается Кёка. Всё ещё шокированный, в свою очередь он выбирает практически наугад и ведёт всех в магазин, оказавшийся секонд-хэндом. Вот тут Акутагава упирается и отказывается платить. - Из всего, что можно было, ты выбрал это? - Он недовольно кривит лицо и даже близко не подходит к одежде. - Покупать что-то, что носили неизвестно кто и неизвестно сколько до тебя?.. Отвратительно. Поменяй. (Каким-то чудесным образом он сдерживается от того, чтобы не напомнить Рюноске о том, что его любимое пальто, которое Накаджима благополучно потерял, досталось ему от Дазая. Да и Ацуши он позволял надевать его, и ничего. Но он сдерживается, да.) Но Ацуши не меняет своё решение, невзирая на ворчание напарника, потому что ему уже успел приглянуться симпатичный и уютный жилет, а Изуми подобрала себе блузку. Это единственные вещи, которые за этот день он покупает сам. Потом Акутагава ведёт их в какой-то совершенно люксовый магазин, где на ценники лучше не смотреть вообще, и отдаёт их на попечение консультантов. Сам же он почти ничего не смотрит, останавливаясь лишь у раздела классической одежды. А ещё, разумеется, задерживается у стенда с разными пальто, как замечает Накаджима, когда высовывается из примерочной. В итоге они уходят оттуда с грудой пакетов. А во вторую свою очередь Рюноске вместо магазина выбирает какое-то кафе с большим выбором десертов, и тогда Кёка окончательно сменяет гнев на милость, потому что начинает улыбаться чуточку чаще. - Всё.. прошло не так плохо, как я ожидала... - признаётся она по дороге домой, когда их пути с Акутагавой расходятся, и Ацуши согласно кивает. Точнее пытается, но из-за горы пакетов, свёртков и коробок, которую он тащит, получается не очень. В голове вспыхивает запоздалое осознание. - Кёка-чан, куда же мы всё это сложим, если в шкафу уже сплю я?! На тренировке, которая выпадает как раз на следующий день после их прогулки, Акутагава бьётся значительно сильнее и энергичнее прежнего, отыгрываясь то ли за поход по магазинам, то ли за прошлые поражения, что более вероятно. Ацуши приходится очень напрягаться, чтобы не отставать, но разрыв в счёте остаётся по-прежнему большим. Так что он напрягается ещё сильнее. И ещё. В какой-то момент ему везёт, и у него получается загнать напарника в угол. Отбив атаку Расёмона лапой, Накаджима хватает его за шею, предварительно трансформировав конечность из тигриной в нормальную, человеческую, чтобы не навредить, и толкает, заставляя врезаться спиной прямо в стену. Чёрное пальто Акутагавы пачкается в штукатурке, когда пыль, поднявшаяся от их драки, начинает оседать, а сам он щурится, поджимает тонкие губы. И тяжело-тяжело дышит, явно запыхавшись после боя. Впрочем, Ацуши дышит так же тяжело. - Я выиграл. - Хрипит он устало, однако жутко довольный тем, что счёт начинает близиться к равному. Вот только Рюноске отчего-то хмыкает. - Внимательней, - он ведёт головой, указывая на него. Накаджима опускает взгляд и замечает острые лезвия, замершие в сантимерте от его собственной шеи. - Ничья. Ацуши морщится и чуть напрягает пальцы, сильнее сдавливая чужое горло, но напарник продолжает упрямо сверлить его взглядом. - А как я проверю, что ты создал их одновременно с моей атакой, а не секунду назад? Акутагава скалит зубы в загадочной улыбке. - Никак, - усмехается он, пожимая плечами настолько, насколько позволяет рука на шее. - Тут только поверить на слово. Не моя вина, что ты вовремя не заметил угрозы. Или я должен был снести тебе голову, чтобы всё было достоверней? Накаджима не удостаивает его ответом. Акутагава молчит тоже. Так они и стоят добрых полминуты, пока Ацуши протяжно не вздыхает. - Нечестно.. - жалуется он, однако Рюноске пока не отпускает. Почему? Не знает и сам. Для внушительности, наверное, чтобы точно выслушал. - У тебя способность более многофункциональная, не то что моя... У меня в критической ситуации не слишком много вариантов для действий будет. И что?! Что я должен буду делать, если ты... - он осекается, отказываясь договаривать, и трясёт головой. - Я не хочу.. не хочу идти на крайние меры... На лице у Акутагавы промелькивает мрачная печаль. Или нечто похожее на неё. - Даже не смей говорить, что "мне придётся" и "выбора не будет"! - Требует Накаджима почти яростно, когда напарник открывает рот. - Потому что выбор есть всегда! - Я и не собирался, - Рюноске заткатывает глаза и, наконец, прячет лезвия обратно в складки пальто. - И вообще, ты так паникуешь, словно меня в любой момент могут заколдовать и натравить на тебя. Шанс крайне мал, просто надо быть готовыми и к такому повороту событий. Тренировки не для того, чтобы ты научился обезвреживать конкретно меня, Накаджима, а скорее для боевой практики. Тем более, необязательно убивать, чтобы победить. - Он неожиданно хмыкает. - Спасибо тебе, я теперь знаю больше пяти способов вырубить человека и не убить, а так же до какой степени можно ранить, чтобы случайно не прикончить. В голосе ясно слышен сарказм, но в голове у Ацуши мелькает идея. - Ты имеешь в виду, обезвредить и не убить? - Уточняет он, растягивая губы в улыбке. - Нейтрализовать способность, например? Акутагава закатывает глаза. - Я говорил немного не об этом, но, в целом, да. Или это, или просто заставить меня потерять сознание. Вот только без Дазай-сана первый вариант не сра... - Эй, это не так уж и невыполнимо! Ты же управляешь своей одеждой, верно? - Накаджима взмахивает свободной рукой, внезапно загоревшись от наплыва толковых мыслей. Их слишком много, поэтому фильтровать речь он не успевает. - То есть, чтобы нейтрализовать твою способность, нужно тебя просто раздеть! Зрачки Рюноске резко расширяются, а потом также резко сужаются, и он, скривившись, отпихивает напарника подальше от себя. Ацуши на эту реакцию (довольно предсказуемую) смеётся, пытаясь сгладить неловкую ситуацию. Нет, надо же было такое ляпнуть?! - Но логично же! - Накаджима делает несколько шагов назад, вскидывая руки в защищающемся жесте. Просто на всякий случай. - Ага, логично! - Сердито шипит Акутагава, скрещивая руки на груди. - Я буквально управляю тканью, и знаешь, что это значит? Касаться меня без моего разрешения чревато последствиями, не говоря уж о том, чтобы пытаться меня раздеть. - Неожиданно на его лице появляется мрачная ухмылка, отчего Ацуши невольно вздрагивает. Эта реакция явно веселит напарника, потому что тот хмыкает уже не так рассерженно. - Это всё равно, что совать руку в пасть дракона, чтобы схватить его за язык. А у меня богатая фантазия, и я могу.. например, содрать кожу с этой самой руки, вывернуть её наизнанку и надеть обратно. Или... - Да, понял я! - Накаджима зажмуривается и трясёт головой, прогоняя неприятные картины. Вдруг в его бок врезается чужой локоть. - Я к тому, что это не вариант, если я не буду себя контролировать. - Ацуши не видит лица Рюноске, потому что он продолжает идти вперёд, спиной к нему, но чувствует, как тот закатывает глаза. - А если говорить о втором варианте, то снотворное вполне может подойти. С тобой оно сработает? - Спрашивает он. - Твои когти могут рассекать мой Расёмон, что будет проблемой, если мне потребуется тебя вырубить. Ацуши кивает. - Да, только регенерация сильно портит его действие, и я просыпаюсь довольно быстро. Этого всё равно должно хватить, но эй! Мы же не сможем постоянно таскать с собой снотворное. - Ты прав... - Акутагава поджимает губы, поворачиваясь лицом. - Но хотя бы иметь примерный план действий уже лучше, чем ничего. В крайнем случае, мы сможем что-нибудь придумать. И кстати... - На пару секунд он замолкает, словно собираясь с мыслями. - Не хочешь потренироваться в командной работе? Отработать слияние наших сил и, может, придумать что-то новое? Конечно же, он хочет! Накаджима подбегает ближе, радостно улыбаясь и всем своим видом выражая согласие. Новая задача будет чуточку проблемной, ведь у них нет других противников кроме них самих, но можно поработать над взаимопониманием, техникой и много чем ещё! (В глубине души Ацуши ужасно хочется спросить у напарника, не против ли тот его прикосновений. Ему жутко интересно! Особенно учитывая, что они простояли неподвижно целых несколько минут, его рука всё это время была на шее Акутагавы, и при этом все конечности у него на месте. И подколоть Рюноске тоже почему-то хочется! Но в памяти слишком свежи слова о снятой и вывернутой коже, поэтому он решает не рисковать. К тому же это наверняка прозвучало бы слишком странно...) Спустя несколько дней (спустя несколько тренировок, на которых они с Акутагавой в основном выполняют упражнения на улучшение взаимопонимания и скорости выполнения приёмов, ведь они так и не приглашают никого для применения всего этого на практике, но Накаджима отчего-то даже рад этому, ведь тренировки кажутся ему слишком личными, чтобы впускать в уже порядком потрёпанный склад кого-то ещё) в самый разгар рабочего дня ему неожиданно назначают срочную миссию. На дело Ацуши отправляют не одного, что чуточку успокаивает, но ровно до того момента, как он узнаёт, что вместе с ним идёт Сигма. Только он. А это означает, что именно Накаджима оказывается на месте старшего, что весьма и весьма напрягает. Особенно, если учитывать, что напарник, а затем и наставник крайне не рекомендовали отправляться на одиночные миссии. А тут практически она и есть... Ответственно и волнительно даже несмотря на то, что он пережил довольно много. Но отказаться он просто не может, ведь для Сигмы это первая миссия, практически экзамен, и подводить его, подавая плохой пример, Ацуши не имеет права. Ему хочется попросить, чтобы с ними отправили ещё кого-нибудь, Кёку или Танидзаки, например, или спросить совета у Дазая, но тот, увы, отсутствует и выполняет какое-то важнейшее задание в Токио. Как назло требующее именно его участия, и ужасно срочное, так что Ацуши с тоской смотрит на пустующее рабочее место наставника. Он внимательно слушает инструкции Куникиды, запоминая их маршрут и главную задачу. На первый взгляд, не так уж и сложно - всего-лишь обезвредить засветившегося преступника, который вздумал шантажировать высокопоставленное лицо. Но "лицо" занимает пост в правительстве, а информация, по слухам, страшнейшей секретности. Именно потому на миссию отправляют Сигму, чтобы тот смог забрать опасные знания у злодея, ведь агенству доверяют гораздо больше какого-то преступника, а Накаджима должен лишь сыграть роль основной физической силы и этого самого преступника поймать. Ничего сложного! Как жаль, что дьявол кроется в мелочах... Дело проходит без сучка и задоринки, а самой трудной проблемой в ловле коварного злодея становится недолгая дорога на поезде. Сигма ворует нужную информацию у уже обезвреженного негодяя - небритого мужичка лет тридцати с безумным взглядом, а Ацуши то и дело поглядывает на полицию, справедливо считая, что схватить преступника они вполне смогли бы и без его вмешательства. И вроде бы всё в полном порядке, вот только внутри его что-то гложет и заставляет нервно озираться по сторонам. Он и хотел бы списать это на параною, но Акутагава говорил, требовал слушать интуицию, оставаться настороже, а худшем случае - делать ноги. - Поверь на слово, лучше лишний раз перестраховаться, чем сглупить, забыв об осторожности, и помереть. - Мрачно делится своими мыслями Рюноске, когда их разговор вновь сворачивает в сторону возможной опасности. Накаджима кивает, обещает оставаться внимательным, "не тупить" и "не геройствовать". И он держит слово, с нетерпением ожидая завершения процесса, чтобы наконец покинуть внушающий подозрения район и вернуться к детективам. Офицер полиции что-то болтает, кажется, благодарит его, но Ацуши слушает в полуха. Наконец, Сигма отходит от преступника, а тот отчего-то усмехается, поднимаясь на ноги и звеня наручниками. Полицейские уже берут его под руки, чтобы увести в фургон, но тут взгляд неудавшегося вымогателя падает на Накаджиму. Его глаза расширяются, словно он узнаёт его. - Это же ты, да?! - Вопит он, и его взгляд становится ещё безумней. С вклокоченными волосами и широчайшей улыбкой злодей похож на сумасшедшего, и это заставляет Ацуши отшатнуться назад. Внутри теплится слабая надежда, что обращаются не к нему, но она исчезает без следа, когда преступник продолжает. - Паренёк-тигр из детективного агенства! Тот самый, да?! Способный найти книгу, да?! Стражи правопорядка запихивают его в машину, а офицер извиняется перед ними за беспокойство, но Ацуши его не слышит. В голове шумит, а сердце бешенно колотится. Книга... Волшебная страница... Смерть Небожителей... Достоевский. Связь слишком прямая, чтобы всё это оказалось простым совпадением. В горле становится сухо, совсем как в пустыне Сахаре. Накаджима сглатывает, но внутри словно проходятся наждачкой. Все рецепторы и органы чувств будто сходят с ума, а тигр внутри рычит, ревёт, предупреждает... Опасность, опасность, опасность! Им нужно уходить. Срочно! Он порывается написать напарнику, но до крови прикусывает губу от досады, когда вспоминает, что тот тоже на задании и занят. Как же невовремя... - Нам.. - голос невольно срывается, но Ацуши заставляет себя продолжать говорить. - Нам нужно возвращаться в агенство. Поверь, это срочно. Сигма пожимает плечами и кивает. А потом его лицо принимает озадаченное выражение. - Прости, это прозвучит как бред, но я совершенно не помню, куда нужно идти... - он смущённо чешет затылок. - Глупо, да? Забыть адрес места, где работаешь. Как же хорошо, что я не один на этой миссии... - Подожди-подожди! - Перебивает его Накаджима, чувствуя, как его пробирает дрожь. Способность Сигмы - обменивать воспоминания и.. неужели этот преступник... - Этот тип забрал у тебя информацию о местонахождении агенства?! Становится ещё страшней, когда его временный напарник кивает, и Ацуши хватает его за руку и тащит обратно на станцию. Они бегут так быстро, как только могут, но, к сожалению, Ацуши не может использовать способность, чтобы добраться до товарищей быстрее, ведь это означает бросить Сигму одного, поэтому он лишь сжимает зубы, проталкиваясь к кассе. Несмотря на то, что на них со всех сторон сыплется брань, они покупают билеты и влетают в вагон. Трясущимися пальцами Накаджима набирает номер Куникиды, молясь всем богам, которых он только знает, чтобы тот взял трубку. Длинные гудки - настоящая пытка. Страшно.. страшно... - Голова болит... - морщится Сигма, потирая виски. Это заставляет Ацуши отвлечься от телефона. - Это нормально...? - Сглотнув, спрашивает он. Если сейчас ещё и тут что-то не так и... - Да, побочный эффект от использования способности... Но как правило не так сильно... И... - Сигма вцепляется пальцами в сиденье настолько сильно, что они белеют, а его лицо искажается в гримассе боли. - Это не из-за сегодняшней передачи информации... - Не из-за...? - Накаджима осекается, потому что мобильник, наконец, оживает, и из него доносится голос Доппо. - Подожди секунду! Куникида-сан! - Кричит он в трубку. - В агенстве всё в порядке? Не происходило ничего странного? - Нет, всё хорошо, почему ты спрашиваешь, шкет? - Явно насторожившись, интересуется Куникида, сразу угадывая, что что-то не ладно. - У вас самих всё нормально? - У нас... - Ацуши переводит взгляд на тяжело дышащего Сигму. - Относительно... Скажите, пожалуйста, Дазай-сан ещё не вернулся с миссии? Отрицательный ответ едва не заставляет его простонать от отчаяния. Единственный человек, который реально мог бы помочь советом... Но он с трудом сдерживается, приказывая себе не поддаваться панике. Вкратце он пересказывает случившееся и излагает свои подозрения. Куникида же замолкает на это время, а когда вновь начинает говорить, его голос звучит крайне серьёзно. - Я отправлю Кёку-чан и Кенджи-куна встретить вас на станции, - Доппо тяжело вздыхает. - Я.. правда надеюсь, что ты ошибаешься, Ацуши, но мы будем настороже. Накаджима кивает, хоть и знает, что детектив просто не способен увидеть это. Трубку он не вешает, не может заставить себя нажать на кнопку, завершающую звонок, ведь ему кажется, что стоит сделать это - и случится непоправимое. К счастью, Куникида остаётся на связи, и Ацуши слышит, как тот переговаривается с Рампо. Новости ему однозначно не нравятся. Но по-крайней мере теперь он может полностью сосредоточится на Сигме и его головной боли. Тот практически не обращает на него внимания, массирует виски и что-то бормочет, словно отключившись от всего остального мира. Он вздрагивает, когда Накаджима осторожно касается его плеча. - Эти воспоминания... - Сигма морщится. - Постоянно крутятся в моих мыслях. Раньше такого не было. И я не мог разобраться в них раньше. Сейчас.. тоже не могу... Это словно размытая картинка, но иногда её части становятся чёткими, но этого недостаточно, чтобы понять, что на ней изображено. - Это.. твоя память? - Спрашивает Ацуши, однако чутьё подсказывает ему, что он действительно не хочет знать ответ. Чутьё его не подводит... - Нет... - взгляд Сигмы становится непривычно мрачным. От этого внутри всё холодеет. - Достоевского. Как и было обещано, их встречают и провожают прямо до агенства. Ацуши просто невыносимо идти так медленно, когда он способен оказаться на нужном месте в разы быстрее. Но мысли о том, чтобы бросить товарищей, ему ненавистны, к тому же именно этого и могут хотеть от него злодеи, так что он шагает, упрямо стискивая зубы, вместе с остальными. - Потерпи... - мягко просит Кёка, но это сложно, слишком сложно, ведь он просто не может не переживать. - Мы совсем скоро придём. К тому же нужно верить в наших товарищей. Мы все знаем, что они способны за себя постоять. Сигма движется медленнее всех, держась за голову и морщась, так что Кенджи приходится аккуратно помогать ему. Однако, несмотря на стремление поскорее попасть в офис, Накаджима не может его винить. - Не получается.. почему не получается...? - Тихо ругается Сигма. - Я знаю, что могу узнать о его планах, они где-то здесь... крутятся буквально на языке, но такие размазанные.. нет чёткой картины... Не вижу.. не получается... Как только их небольшая группка оказывается в хорошо знакомом здании, Ацуши уже не сдерживается и взлетает по ступенькам вверх, несмотря на протесты остальных. Он открывает дверь так резко, что она врезается в стену и... И с облегчением выдыхает, потому что в агенстве всё в полном порядке. На первый взгляд... - Куникида-сан, а где же директор? - Спрашивает он, даже не поздоровавшись. - Вы говорили ему о...? Доппо морщится. - Его вызвали в правительство спустя десять минут после вашего ухода. Мы пытались дозвониться до него, но безуспешно... Рампо-сан до сих пор пытается... Позади Накаджимы раздаются шаги, и уже через несколько секунд в офис входят и остальные. - Нет.. нет никаких предположений о том, что всё это значит? - Сейчас Ацуши уже чувствует себя немного спокойней, но всё равно волнуется. Руки так и чешутся написать или позвонить Акутагаве, но.. это же может и подождать немного, верно? Куникида отрицательно качает головой, и тут взгляд Накаджимы падает чуточку дальше, прямо на его собственный стол. На столе.. на столе стоит яркий подарочный пакетик. Что-то в этой вещи заставляет его насторожится сильнее прежнего. - Куникида-сан... - Накаджима сглатывает, хотя в горле пересыхает. - Что это там, на моём месте? Доппо оборачивается и хмурит брови, очевидно тоже посчитав это подозрительным. - Уверен, ещё пять минут назад, его тут не было. - Куникида щурится и делает пару медленных осторожных шагов в сторону пакета. - Это случайно не сюрприз от твоего нового друга? Явно намекает на Рюноске, но страх не отпускает Ацуши. Его напарник на миссии, и даже, если предположить, что он уже успел вернуться, такие выходки (особенно учитывая яркую бумагу) не в его стиле. К тому же... его обострённый в силу способности слух улавливает странный монотонный звук. - Мне кажется... - неуверенно начинает Кёка, косясь на пакет. В её правой руке уже появляется её любимый нож, а рядом материализуется Снежный демон, готовый защитить хозяйку. - Или что-то тикает? - Куникида-сан...? - Голос у Ацуши срывается, но Доппо, кажется, уже всё понимает, потому что достаёт блокнот и подходит ещё ближе к пакету, аккуратно заглядывая внутрь. Сигма за его спиной неожиданно сгибается пополам, а потом резко выпрямляется. - Вспомнил... - хрипит он, побледнев как полотно. - Всё вспомнил... У нас большие неприятности... - Кажется, продолжать он оказывается не в силах, потому что Сигма качает головой, словно открывшаяся правда оказывается слишком ужасной. Сердце в груди сжимается, словно оплетённое колючей проволокой. Накаджима уверен, что правда действительно способна напугать... Всё агенство напрягается, но Куникида остаётся сосредоточенным на тикающем пакете, кропотливо извлекая предмет из упаковки. Ацуши с болью мечтает, чтобы это были часы, хотя знает, что это однозначно не они. Впрочем, он предполагает, что у Доппо есть опыт в обезвреживании бомб. Наконец, взрывчатка оказывается полностью вынутой, и взгляд Куникиды падает на таймер. Глаза его расширяются. - Чёрт... - он сипло ругается и, быстро выглянув на улицу, швыряет бомбу в открытое окно. Но происходит невероятное - та, словно столкнувшись с невидимой преградой, отлетает обратно. Время словно замедляется... Накаджима практически видит, как чёрная коробочка начинает светиться. - Ложись! - Громко вопит Куникида, отпрыгивая как можно дальше в сторону. Все детективы следуют его примеру, только словно в противовес этому открывается дверь в кабинет доктора Йосано. Спустя долю секунды гремит взрыв, и волна жара опаляет кожу. Вспышка ослепляет, хочется зажмуриться, чтобы сберечь глаза от смертоносного огня, но Ацуши смотрит, задыхаясь от отчаяния и рвущегося из груди крика. - КУНИКИДА-СААААН!