Осколки душ. Вторая из "Трилогии ужасов"

Глава 5.

      Беатрис ощупала пол вокруг себя. Гладкий и холодный, он морозил её кожу. Она открыла глаза и попыталась сфокусироваться на плакатах, которые висели на стене поодаль от неё. Разноцветными пятнами они расплывались перед ней, мешая думать. Девушка опёрлась на какую-то коробку справа от себя и поднялась. Голова протестующе закружилась, и Би закачалась, не в силах устоять на ногах. Марионетка была рядом, готовая помочь, если это будет нужно. Она сидела на блестящей коробке, мигая серебряными зрачками своих глаз. Девушка вспомнила её. Музыкальная шкатулка, в которой находилась Марионетка. Вот оно какое место её обитания. Кукла обеспокоенно следила за девушкой. Она понимала, что во время телепортации ей могло достаться. Беатрис оглядела комнату, совершенно незнакомую ей. Похоже на Призовой Уголок, ведь здесь висели полки с игрушками и разноцветные гирлянды из звёздочек. С потолка свисали верёвочки всех цветов радуги, а на их концах также были звёздочки. На одном из украшений даже висела половинка луны, склеенная с кусочком солнца. Марионетка поднялась и подлетела к Беатрис. В её руках снова заблестел белый свет. Рука вновь, как в видении, протянула к ней два вытянутых пальца. Ледяное касание прошло иглами, проникая под кожу. Оно проникло к самому мозгу и впилось в глаза, меняя внутри неё что-то. Би прикусила язык и закрыла глаза, вытерпев боль молча. Свет озарил собой полутёмную комнату. Марионетка отстранилась от неё.       — Ты слышишь меня? — неуверенно спросил нежный женский голос. — Я не думаю, что это сработало…       — Да! — воскликнула Беатрис со слезами в глазах, смотря на куклу. — Я могу тебя слышать.       — Наконец-то. — Уже более расслабленно продолжала Марионетка. — Теперь я могу объясниться с тобой не знаками, а словами.       — Что это за место? — сразу приступила к вопросам девушка. — Я не узнаю его.       — Это другая пиццерия. — Марионетка отвернулась от неё и зашла за прилавок Призового Уголка. Она скрылась за ним, что-то ища внизу. — Афтон планировал её с Генри. Обустроили здесь абсолютно всё, но так и не открыли. Об этом никто не знает. К ней не ведёт больше ни одна дорога. Столько лет прошло, но здание не теряет своей красы, благодаря мне. Здесь находятся все… испытуемые Афтона и некоторые дефектные, которых Уильям называет ошибками. Он проводит здесь свои игры. Я позвала тебя, потому что дело не терпело отлагательств. Здесь есть живая душа, вроде тебя. Он напуган. Прячется где-то здесь. Не могу найти его. Мне не хочется, чтобы вновь кто-то умер в этом месте…       — Тоесть Уильям и Генри хотели открыть новую пиццерию? — Беатрис всмотрелась в окружение. На плакатах были лица аниматроников. Фредди, Бонни, Чика и… какие-то белые лисы. Но они не похожи на старых добрых роботов. Их оболочка пластиковая и блестящая. Яркие щёки выглядели слишком… неправильно, как и всё, что создавал Афтон. Бонни вовсе напоминал собой героя детских мультиков. Верхние зубы так и навевали мысли о настоящих живых кроликах. Красный галстук бабочка и гитара: всё по старой классике, только брови не были похожи на его натуральный облик. На слюнявчике Чики надпись «Давайте праздновать!» не соответствовала старому привычному аксессуару. У Фредди была такая весёлая улыбка и смешные кнопочки под бантиком, что хотелось вместе с ним запеть в один микрофон. Да, аниматроники располагали к себе, но были настолько разукрашены, что рябило в глазах. На них больше не было того прекрасного плюшевого меха, который делал их живыми. Настоящими.       — Вижу, что тебе не очень нравятся игрушечные аниматроники. — Марионетка приблизилась к ней, держа в руках белую подарочную коробку, перевязанную серой ленточкой. Бантик звал к себе, призывая развязать его. — Это здание стоит на руинах самой первой пиццерии.       — Закусочная Фредберов. — Кивнула Беатрис. — Я читала про неё в библиотеке, а также о ней упоминала Чарли.       — После… нескольких инцидентов, Генри решил переоткрыть это место, но понадобились деньги. Тогда он взялся за пиццерию «У Фредди», которую сейчас стараются разломать. — Кукла помяла в руках коробку. — Здание огромное. Оно имеет множество аттракционов и различных комнат. Потайные ходы, секреты и загадки на каждом шагу. Сейчас Капкан использует нас для своих больных фантазий… Заведение мечты, где творятся ужасные вещи. — Добавила она, с некоторой иронией в голосе.       — Он… использует таких же аниматроников, как там? Тоесть… Они начинены душами? — осторожно поинтересовалась Би.       — Все, кроме трёх игрушечных, которые стоят на главной сцене. Он ещё не нашёл им применения. — Голова Марионетки как-то странно дёрнулась. — Я не хочу говорить на эту тему. Очень щекотливая для меня история.       — Ты же многое знаешь. Почему я не могу узнать об этом?       — Я была одной из первых. — Прошептала кукла. — Тогда нас было четверо. Тени, я и мой хороший друг. Они помогли открыть мои необычные способности, на которых сейчас держится вся империя душ Спрингтрапа. Он не знает об этом, что к лучшему.       — Почему души обретают себя в костюмах?       — Это моих рук дело. Помогаю им в этом. Они хотят отомстить за жестокость, я лишь даю возможности и второй шанс. Предлагаю маску… Морду, с которой призраки проведут остаток своего века без мечты, надежды и веры. — С какой-то грустью сказала Марионетка. — Они мои друзья, но я не могу их контролировать… Прямо как в жизни. — Она нервно хихикнула. — Они должны бороться против Капкана, но он ломает их, подстраивая под себя.       — И тебя он сломал… — тихо сказала Беатрис. Она с отчаянием поджала губы.       — Это не важно. Теперь они верят ему. Мои слова не хотят слушать. Мне нужна твоя помощь. Я совершила ошибку, которую теперь не могу исправить самостоятельно.       — Почему именно я?       — Я так чувствую. Верю тебе и твоей чистой душе. Я устала от всей этой жестокости, которую творят мои друзья. Не этого мне хотелось. Капкан должен умереть раз и навсегда. Тогда мы сможем освободиться. Мы все. Даже я. — Она протянула ей подарок. — Возьми это. Беатрис открыла коробку и удивилась. В ней лежала маска белой мыши. Она взяла её в руки. Белёсый мех был на столько мягким, что создавалось ощущение, будто бы она касается облака. Розовый вытянутый носик кнопочкой, тонкие дугообразные чёрные брови над пустыми глазницами, большие, круглые шевелящиеся уши: всё напоминало игрушку Наны. Девушка с интересом рассматривала её, взвешивая в руках столь лёгкий аксессуар. Это лицевая часть головы нового аниматроника. Что это могло значить? Беатрис приложила маску к лицу. Та пристала к ней, как влитая. Никаких креплений на ней не было, но она легко держалась на лице, словно по волшебству. В ней Би чувствовала себя как-то странно. Чувствовалась какая-то дверь, зайдя за которую откроются новые способности и возможности. Просто нужно раскрыть свой разум на пути к этой силе…       — Это предупреждение и одновременно моя помощь тебе. — Марионетка выпустила коробку из рук. Картон стукнулся об пол, оставшись лежать там никому не нужным. Серая ленточка развернулась по полу причудливой спиралью. — Идём, скорее. Я должна тебе показать их. Марионетка резко сорвалась с места и исчезла из поля зрения. Беатрис оставила маску на прилавке Призового Уголка, позабыв о ней полностью.       Куклы нигде не было видно поблизости. Девушка выбежала из комнаты и очутилась в огромном зале. Вокруг не было ни души. Беатрис не знала куда идти и с сомнением оглядывалась вокруг. Она повернулась налево и заметила табличку на двери, которая была совсем рядом. «Детская Бухта» — гласила та. Би заглянула внутрь и удивилась. На полу бесформенными кучами лежали запчасти аниматроников и пара эндоскелетов с лисьими белыми головами, те самые, которых она видела на плакате. Казалось, что они ничем не отличались, но у одной из голов были реснички на веках и алые губы. Девушка подошла ближе, дабы прочитать табличку с инструкциями на стене.       — Уголок «Собери и разбери». Здесь вы можете изменять наших прекрасных аниматроников двойняшек Фанти и Мангл! Их тела легко разбираются и собираются обратно, а так как они одинаковы по строению, то их части можно переставлять с одного тела на другое. — Вслух прочитала Беатрис. Её взгляд упал на журнал с подробными объяснениями и рисунками по поводу игры с этими аниматрониками. Фанти — лис, что лежал правее, а Мангл — лиса, которая находилась в правой части комнаты. Девушка задумчиво потёрла подбородок и посмотрела на роботов. Без слёз на аниматроников и не взглянешь. Их запчасти перепутали между собой, а части пластмассового костюма находились либо рядом, либо на теле собрата. Би огляделась и нашла в углу на полу фонарик. Он был липким, но работал. Включив его, она поняла, почему фонарь липкий. На нём находились отпечатки крови. Девушка прикусила губу и обтёрла фонарик рукавом от кофты. Она вновь обратилась к журналу и опустилась на колени рядом с Мангл. Её можно собрать, но это будет стоить некоторого количества времени, которого у неё теперь было много. Может, Марионетка вернётся за ней?       И так, часть за частью, Беатрис стала разбирать её, пока голова не лежала рядом отдельно от тела. К грудной клетке эндо она присоединила нижнюю запчасть, а после обнаружила и шею всей конструкции. Эндоскелет, теперь уже целый, возвышался перед ней. Беатрис водрузила на него голову и стала присоединять к эндоскелету пластмассовую белую оболочку. Аниматроник и вправду была потрясающей, хоть и зубастой. На столе рядом лежал розовый бант. Би прицепила его к шее аниматроника и улыбнулась. Не хватало только одного жёлтого глаза, но Би быстро его нашла. Он укатился в дальний угол. Девушка отвернулась от аниматроника и подобрала с пола глаз. Он причудливо блестел и переливался в её ладони. Вернувшись в исходное положение, Беатрис заметила, что Мангл поменяла наклон своей головы и теперь смотрела на неё. Пустая глазница светилась ярким белым зрачком. Девушка нервно сглотнула и вставила потерянный глаз обратно в глазницу робота. На полу остался лежать отросток с головой эндо, который оказался лишним в этой конструкции. Скорее всего, он был нужен, чтобы запутать детей или помочь им более ярко изуродовать робота. Недаром её звали Мангл, что значило «изувеченная».       Би перевернула страницу журнала и посмотрела на конструкцию тела Фанти. У него есть крюк, но Беатрис не могла найти его в комнате. Придётся заменить запасной рукой Мангл. Девушка принялась распутывать запутавшийся эндоскелет, как в комнате раздался шорох. Мангл подобрала со стола другой журнал и стала его разглядывать. Би побледнела, оглядывая, как двигается аниматроник. Мангл действовала плавно и решительно, совсем как человек. В её движениях не было заторможенности или глючности, словно она так и была создана или… сжилась с этим телом. Беатрис поспешно отвернулась, чтобы Мангл не заметила, как она пялится на неё. Аниматроник в любой момент может напасть. Фанти шевельнул челюстью, заставив девушку вздрогнуть от неожиданности. Всё то время, пока она собирала их, роботы были живыми, но просто не хотели отвлекать её от работы. Им было только в радость вновь оказаться в своём истинном обличие.       Теперь оба робота исправно функционировали. Оставался только один вопрос. Кто это мог сделать, если пиццерия ещё ни разу не открывалась? Спрингтрап? Издевался так над своими созданиями? Беатрис не сомневалась, что так оно и было…       — Это было мило с твоей стороны. — Марионетка показалась в дверном проёме, сложив руки на груди. — Они давно находились в таком плачевном состоянии. Мне было интересно посмотреть на твоё поведение в такой ситуации. Знаю, что возможно схожа в этом с Капканом, но твои действия интересуют меня более, чем всё остальное. Ты другая.       — Они тоже, как ты? — шёпотом спросила Беатрис, потрясённо наблюдая, как Фанти принялся за уборку помещения.       — Да. — Кивнула кукла. — Они ещё не привыкли к тебе, но явно очень благодарны. Хорошо, что ты уже сейчас заводишь дружбу с подобными мне. Когда Уильям впервые оказался здесь, он стремился разрушить и сломать, чтобы потом наблюдать, как испытуемый будет это исправлять. — Марионетка вылетела за дверь, призывая Беатрис последовать за собой. — Остальные тебя не знают, они очень злы. Чувствуют вторжение. Но при всём этом, ты должна их увидеть.       — Кого их? — Би едва успевала за шустрой куклой, которая, не оглядываясь назад, неслась вперёд.       — Первая четвёрка жертв. — Ответила кукла. — Первые, кому я дала жизнь. В своих истерзанных оболочках после стольких лет они продолжают жить. Но тут Марионетка остановилась. Она повернулась к виднеющейся вдали обеденного зала сцене и указала на неё пальцем. Беатрис посветила в ту сторону фонариком и ахнула. На ней стояли игрушечные аниматроники, переливаясь в свете фонарика. Они замерли, словно только что прервали концерт и их танец. Бонни играл на гитаре, встав в воинственную позу и слегка наклонившись вниз. Чика подбоченилась, держа кекс в согнутой в локте руке. Её тонкая талия и выпуклая грудь, скрывающаяся под слюнявчиком, не оставляли сомнения, что она здесь леди. Фредди разинул рот в сторону микрофона. Его рука была поднята над головой и держала шляпу, словно медведь здоровался с гостями. Би с открытым ртом смотрела на них, не сразу заметив, что Марионетка уже двигалась дальше вперёд.       — Я хочу, чтобы ты знала нашу легенду о шести потерянных душах. — Сказала Марионетка, когда девушка догнала её. — Она родилась ещё очень давно, когда Афтон впервые взял в руки нож и пошёл вершить своё правосудие. Этого злодея никто не знал, люди не знают о нём и сейчас. Даже не догадываются, что существует такой ужасный монстр, как он. Меня разрывает изнутри каждый раз, когда рядом со мной совершается зло по его вине. Капкан хочет заполучить тебя в качестве соратника, но я первой переманю на свою сторону. Он верит, что в тебе есть некие качества, которые легко помогут установить контакт с испытуемым и вызвать доверие. Теперь и я верю в это, потому что сама так легко доверилась. Ты чиста душой. Это можно почувствовать, лишь приблизившись к тебе. Твои намерения являются благими, а это не остаётся незамеченным.       Беатрис с замиранием сердца слушала слова куклы, гадая, что за душа могла в ней быть. В мыслях крутились всякого рода различные загадки, которые не давали ей покоя. Марионетка сказала, что первые являются самыми злыми. Тогда почему она сохранила в себе эту искру добра? Во что она верила?       Они зашли в тёмный коридор. Девушка водила из стороны в сторону фонариком, разглядывая серые стены. Иногда промелькивали плакаты, но с каждым поворотом их становилось всё меньше. Перед ними предстала сера дверь с табличкой «Мастерская». Марионетка остановилась и в нерешительности вознесла руку над дверной ручкой. Она думала о чём-то. Возможно, решала, безопасно ли будет запустить туда Беатрис? Кукла резко открыла дверь, и та стукнулась об стену. Беатрис прошла вперёд, оставив Марионетку позади.       Здесь, в пыли и грязи, лежали огромные поломанные аниматроники. Они выглядели старыми и помотанными жизнью. Девушка сдержала удивлённый возглас, рассматривая их. Костюм Фредди весь подран и изорван. Он не сильно отличался от оригинального Фредди, но всё же это чувствовалось. Тёмный насыщенный коричневый мех покрывали пятна. Трудно сказать, от влажности или от крови он был таким. Шляпа валялась рядом на полу с лежащим медведем. В лапе, как и всегда, зажат микрофон. Небесно-голубые глаза поблёскивали в луче фонарика как-то по родному. Под бантиком имелись две чёрные большие пуговки, как и у игрушечного Фредди.       Бонни же вовсе был в плачевном состоянии. Томный синий мех покрывали такие же сильно заметные пятна. Рука вырвана, остались только длинные провода в память о ней. Они напоминали собой сухожилия, которые кровоточили, выпуская из себя искры. Лицевая часть морды оторвана, показывая всю красу эндоскелета с красными глазами. Осталась только нижняя челюсть. Уши склонились над головой, словно кролик спал, безразлично сидя у стены, прислонясь к ней спиной. Он отдалённо напоминал её привычного обожаемого кролика, но его обличие было настолько искажено, что при его виде не хотелось испытывать ничего, кроме страха. Но для Би все они прекрасны, какими бы ужасными ни были. Красный галстук бабочка навевал о себе счастливые воспоминания былых времён, ведь остался таким же ярким и красным, как когда-то давно. Время почти не тронуло его обличие, лишь слегка испачкав в пыли.       Рот Чики широко разинут, будто его насильно порвали, оголив провода. Обеих ладоней не было, из запястий торчали только провода. Руки разведены, словно её распяли на кресте. Она наклонилась вперёд, тупо опустив глаза в пол. Одним своими видом она говорила на сколько ей плевать на всё и всех вокруг. Никто не был указом для этой отчаянной курицы, лишь она могла остановить саму себя, что при случае точно не сделает этого. Белый слюнявчик от времени стал серым, буквы на нём потускнели, разноцветное конфетти стёрлось, оставив после себя только грязные пятна. Привычная надпись приглашала поесть вместе с ней, от чего Беатрис точно бы не отказалась. В отличие от обычной Чики, её ноги были полностью жёлтыми, а клюв огромный и зубастый.       Фокси лежал по другую сторону стены. Он распластался по полу, растянувшись на животе. Глаза закрыты, крюк свободно лежит на полу, уши стоят торчком, одно из них полностью без костюма. Как и у привычного лиса-пирата, у него оголены ноги до колен. Сам костюм изрядно подран и порван, а в некоторых местах мех разъело из-за времени. Его острые зубы имели самый прямой и жёсткий аргумент, что связываться с ним не стоит. Крюк являлся этому железным доказательством. Вся линейка лисиц была схожа тем, что обладала неизмеримой скоростью. И кто надоумил создателей роботов сделать их такими? Ответ очевиден. Прихвостень Спрингтрапа. Они знакомы с Капканом ещё очень давно… Откуда же ему всё известно? Как выглядят сущности и кем собой являют? Ведь отсюда следует явный вывод, что аниматроники не просто так схожи с ними.       Беатрис смотрела на них долгим взглядом, крепко поджав губы. Тут один из роботов зашевелился. Бонни поднял голову. Глаза загорелись красным, что явно не предвещало ничего хорошего. В эту же секунду лицо Беатрис накрыла маска. Та самая, которую ей подарила Марионетка. Кукла закрыла дверь и взяла её за руку, отводя прочь от злосчастной мастерской.       — Пока не позволяй им приближаться к себе. Они не должны видеть твоего лица. Это предосторожность. Сейчас я должна идти. Не теряю надежды найти прибывшего к нам сегодня нового испытуемого раньше остальных. Надеюсь, что он всё ещё жив. — Марионетка обернулась и обняла Беатрис, следуя порыву. Её руки, словно материнские, успокаивали собой и вселяли в сердце надежду. Она резко отстранилась от девушки, словно обняла её не по своей воле. Глаза неловко потупились в пол, изучая чёрно-белые клеточки. — Будь осторожна. В этом месте тебя могут поджидать не только опасности в лицах аниматроников. Они тоже здесь.       — Кто они? — у Беатрис колыхалось сердце после объятий с куклой. Она оказала ей большую честь. Девушка была рада, что понравилась Марионетке.       — Спрингтрап и его приспешник. — Кукла указала рукой в сторону широкого коридора, в конце которого виднелся свет. — Офис. Там обычно защищаются жертвы Капкана от его детищ. Будь там. Я постараюсь вернуться как можно быстрее. Марионетка сорвалась с места и полетела в главный зал, исчезнув за поворотом. Беатрис широким шагом прошла к офису. В этом коридоре побокам располагались многочисленные комнаты для вечеринок. Они были увешаны разноцветными декорациями и плакатами аниматроников. Единственное, что смутило девушку, так это две большие вентиляционные шахты в нескольких из таких комнат.       Би не сворачивала с пути, пока не дошла до конца коридора в светлую зону. Теперь фонарик был ей не нужен, и потому она засунула его в глубокий карман. Тусклая лампочка на потолке освещала стол и стул на колёсиках рядом с ним. На столе работал вентилятор, стоял стаканчик с… удивительно. Свежая кола с газиками. Всё выглядело достаточно приветливо, если не считать огромный проход спереди и две вентиляционные шахты побокам. В старой пиццерии было гораздо приятнее находиться, ведь в офисе есть двери. А тут ты как на ладони доступен к атакам с разных сторон. На стене висел яркий плакат с полной компанией трёх главных звёзд пиццерии. Беатрис села на офисный стул и посмотрела на стол. Тут лежали карандаш, ручка, ластик и чистые листы принтерной бумаги. Плюшевая игрушка Фредди стояла на столе, сверкая чистым бархатом, но на нём различались мелкие капельки засохшей коричневой крови… Также под руками находился планшет. Девушка выгнула бровь и включила его. Он работал исправно, как новый, возможно, что он таким и был. Камеры наблюдений от одного до двенадцати. Но девушка заметила, что камеры показывали не всю часть здания, а только ту, которая нужна для самообороны. Марионетка уже говорила, что пиццерия огромная и недостроенная как раз-таки в той части, где не было камер. Скорее всего, там и скрывался Спрингтрап. Значит Чарли может быть где-то здесь?       Беатрис стала записывать все свои мысли на бумагу, увлечённо дополняя слова рисунками. Среди чистых листов девушка заметила ещё один, который отличался от других. Чистый документ о завещании. Девушка улыбнулась. Это похоже на шутку и намёк одновременно. Очень иронично. Капкан даже после смерти не растерял своё великолепное чувство юмора. На обороте чистого листа для завещания была надпись: ПОМОГИТЕ. Если судить по подчерку, то писали её в спешке и дрожащей рукой. Что-то напугало охранника… А возможно даже убило. Беатрис вернулась к планшету, старательно изучая каждую камеру. Возможно, что она найдёт охранника раньше Марионетки по камерам и сможет тем самым ей помочь.       Би уже долго смотрела в планшет, не обращая ни на что вокруг внимания. Лицо по-прежнему скрывалось за маской мыши. Она сидела, расслабленно развалившись на стуле. Планшет был на уровне лица в поднятых руках. Приходилось рассматривать всё близко, чтобы заметить самую малейшую деталь на камере. Изображение сменялось другим изображением и так по кругу. Снова и снова в бесконечном немом вальсе. Это стало походить на безумие…       Но тут планшет силой вырвали из рук и швырнули в стену. Он разбился вдребезги. Поломанный Бонни возвышался перед ней, прямо смотря в глаза. Он явно находился в комнате уже очень давно, раз его терпение иссякло. И как она могла его не заметить? Аниматронику явно не впервой подкрадываться тихо и незаметно. Вот техника — первый враг человека! Тупеешь на столько сильно, что пропускаешь мимо самые очевидные вещи.       Девушка замерла, даже не позволяя себе вдохнуть. Она задрожала, впившись пальцами в подлокотники. Комок вязких слюней встал в горле. Хотелось закашляться, но это непременно бы стало причиной её гибели. На сколько смешно это прозвучало бы на суде перед богом? Слишком смешно. На спине выступили капельки пота от создавшегося напряжения. Девушка старалась дышать как можно тише и меньше, дабы её не рассекретили. Человек и робот, они непрерывно смотрели друг другу в глаза, пока Беатрис не зажмурилась. Глаза сильно щипало из-за долгого взаимодействия с планшетом.       — Ты моргнул! — дребезжащим роботическим голосом сказал Бонни. Он явно доверял своим инстинктам, чётко зная, что под маской должен… нет! Просто обязан скрываться мужчина. — Пора показать последствия твоего провала. Сбежав первый раз, ты вернулся, чтобы умереть! Он ударил её железной лапой, сбив на пол вместе со стулом. Девушка прокатилась, сильно ударившись головой. Маска слетела с лица, сломавшись на две части. Она отлетела к стене, оставшись лежать там. Перед глазами всё поплыло. Стальные пальцы без костюма сжали её горло и подняли вверх. Дыхание перехватило. Беатрис замахала ногами в воздухе, пытаясь вырваться. Рот открывался и закрывался, как у выброшенной на сушу рыбы, не в силах вдохнуть. Пальцы скребли по грязному меху запястья аниматроника. Лицо озарил красный свет глаз робота. Из её глаз потекли слёзы, Би захрипела, не в силах ничего исправить.       — Сейчас ты умрёшь! — но после этих слов, он остановился, вглядываясь внимательнее. Теперь Бонни чётче различил черты человеческого лица. Красный свет стал бледнее. — Кто ты? Ты не охранник. Тебе здесь не место. Бонни отпустил её, и девушка рухнула со всей высоты на пол. На дрожащих ногах она поднялась и опёрлась рукой об стол. Пальцы коснулись шеи, на которой остались отпечатки лапы, всё ещё не веря, что она вновь может дышать. Судорожно вдохнув, Беатрис закашлялась.       — Я друг. — Выдавила из себя девушка. — Меня привела сюда Марионетка.       — Друг? — в недопонимании переспросил робот. — Ты пришла сюда, чтобы стать моим другом?       — Да, я здесь именно за этим. — Кивнула Би, медленно опускаясь и садясь на пол. В глазах до сих пор двоилось от страха. — Я не хочу навредить. Мне нужны ответы на многие вопросы. Аниматроник неуклюже уселся рядом с ней. Он неотрывно разглядывал своего неожиданного гостя в этом жутком месте. Бонни нерешительно протянул к ней руку и коснулся плеча. Беатрис вздрогнула и повернулась к нему. На лице читался ужас, но она быстро смахнула его в сторону. Нужно понравиться незнакомым ей призракам. Здесь всё сложнее, чем было год назад. Незнакомые дети, другие проблемы.       Она поджала под себя ноги и опёрлась спиной об стол. Вентилятор умиротворяюще жужжал, помогая мозгу работать лучше. Девушка успокоила дыхание и подняла глаза на робота, который мог присниться ей только в кошмарах. Она протянула ему руку.       — Меня зовут Беатрис. — Би натянуто улыбнулась. — А тебя?       — Кролик Бонни. Для друзей просто Бонни. — Он интеллигентно пожал её руку, словно несколько минут назад не пытался её убить.       — Марионетка мне рассказывала про вас… — зажато начала она. Девушка не знала с какой стороны подступить к вопросам. — Бонни — это ведь не твоё настоящее имя? Кем ты был раньше?       — Бонни — это моё имя. — Твёрдо сказал робот. Глаза вспыхнули красным, но тут же потухли, словно он боролся с внутренней злостью. — Больше нет ничего другого, ни будущего, ни прошлого. Только настоящее.       — Но твоя прошлая…       — У меня не было жизни! — зарычал на неё аниматроник, всем телом дрожа от ярости. От эндоскелета на морде брызнули искры в разные стороны. Голова конвульсивно дёрнулась. Он сжал стальную лапу в кулак и опустил уши. — Меня зовут Бонни. Я всегда им был.       — Прости. — Только лишь прошептала ему в ответ Беатрис. Она не хотела давить на него и теперь корила себя за это. На ум пришли те самые походы к психологу из детства. Тогда дети закрылись от доктора, потому что он слишком сильно давил на них. Нужно быть мягче.       — На самом деле это я должен извиниться перед тобой. — Наконец ответил Бонни. Провода его левой руки шевельнулись, рассыпавшись на пол искрами. — Ты непричастна к нашему возмездию.       — Возмездию? Вот здесь можно поподробнее? — девушка стянула со стола листы бумаги и ручку.       — Так мы называем нашу месть за… одно происшествие. Это уже неважно. Я хочу освободиться, а для этого мы должны убить каждого вошедшего сюда охранника. Они причастны к нашей участи. Из-за них мы до сих пор тут. — Робот обернулся на плакат игрушечных аниматроников. — Игрушки также охотятся на них. У нас единая цель, но разные причины. Они стремятся защитить детей, думая что охранники на самом деле враги для них. — Он помедлил, наблюдая, как Би что-то помечает на бумаге. — Именно поэтому я набросился на тебя. Под маской не признал мирное существо.       — Но ты же разгадал, что я не одна из ваших. Как?       — Твои глаза выдали тебя, ещё и эта маска… Такого талисмана среди нас я ещё ни разу не видел. Правда, Спрингтрап говорил нам о чём-то подобном. Рассказывал о новом друге. Твердил, что этот некто станет лучшим среди нас.       — Ты знаешь Спрингтрапа? — удивилась девушка. Услышав это имя от робота, её словно облили холодной водой. — Откуда?       — Он самый главный и умный среди нас. Мы все его слушаем. — Непринуждённо ответил Бонни. — Спрингтрап спас нас. Для каждого аниматроника здесь и где-либо ещё он лучший друг. В том числе и для меня. Друг — это очень важно. Он должен быть у каждого…       — Нет! — не вытерпела девушка, сжав ручку до треска. — Никакой он вам не друг! Капкан — подлая тварь! Это он сделал вас такими! Откройте наконец глаза.       — Что ты такое говоришь? — с удивлением отстранился от неё робот. — Наш всеми любимый Золотой Кролик никогда бы так не поступил! Почему ты мне врёшь?       — Я говорю чистую правду! — пыталась переубедить Би его детскую доверчивость. — Он всех вас обманул, надул, как самых легковерных существ на свете. Прошу, выслушай меня. Спрингтрап — это Уильям Афтон. Он коварен и безжалостен. Гениальный психопат, который всё время идёт к своей цели, ломая на своём пути всех и вся. Когда-то давно он также безжалостно отобрал жизни пятерых моих друзей. Капкан сделал их такими же, как вы. В этом цель его работы и безумных исследований. Вы для него не больше, чем подопытные. Он предал вас ещё с первой минуты знакомства. А теперь… — девушка указала на него рукой. — Посмотри на себя. Всё это по вине Золотого Кролика. Уильяма Афтона. Спрингтрапа в конце концов! Не верьте ему. Я хочу вас спасти и для этого мне понадобится твоя помощь и помощь всех остальных.       — Тоесть… Спрингтрап не наш друг?       — Нет! Он никогда им и не являлся! — Беатрис перевела дыхание. Из носа снова пошла кровь. Девушка оторвала и смяла два кусочка бумаги. Она воткнула их в нос и продолжила. — Прошу, просто доверься мне.       — Почему ты так стремишься нам помочь? — неожиданно спросил старый Бонни. — Все охранники, которые оказались невинными, звали нас монстрами и проклинали перед смертью… Разве ты не боишься меня?       — Зачем мне бояться существо, которое даже не знает, кем является?       — Нет. Я знаю, кто я. Моё имя Бонни. Таким я стал из-за… — он попытался вспомнить имя, которое называла Беатрис. — Из-за Уильяма Афтона.       — А я была рождена простым человеком, но теперь постепенно меняюсь, стараясь помешать Капкану. Это ответ на вопрос, кто мы, но не кем являемся. — Беатрис мягко улыбнулась, наблюдая детское недопонимание аниматроника. — Послушай, мы не обязаны принимать ту роль, которую нам навязывают. Это не судьба. Только ты вправе вести её, а не она тебя. Не теряй свою волю и веру в себя. Я помогу вам.       — Но… — он наклонил голову, тряхнув ушами. — Разве ты также не приняла на себя чужую роль? Чем ты лучше меня?       — Не убиваю, потому что мне так сказали. — Пожала плечами Беатрис. — Я приняла эту роль по собственному согласию ещё очень много лет назад. Мой путь войны ещё не окончен. Никогда не закончится…       — Сейчас ты думаешь про мою копию? — Неожиданно спросил он. — Другой Бонни? Про того, за чьей маской скрывается твой друг?       — Ты его знаешь? — вскинула брови девушка. В её глазах сверкнула лёгкая надежда разговорить кролика.       — Знаком лично. Он тоже зовёт себя Бонни. Каждый из нас поставил крест на своём прошлом…       — …потому что так сказал Уильям. На тропе бессмертия не нужно думать о таких мелочах… — Би обняла себя за плечи, поняв мысли Капкана.       — Ты перестала мечтать, разучилась верить в других. Мы это ты, а ты это мы. В нас очень много общего. В погоне за местью потеряли себя. — Аниматроник поднял свою стальную ладонь и покрутил её на свету своих красных глаз. Он медленно сжал и разжал пальцы, рассматривая руку. — Но у тебя ещё есть шанс вырваться из этого порочного круга. Брось это всё. Просто беги.       — И в чём смысл всего этого? — Беатрис сжала кофту на предплечье, впившись в неё ногтями. — Прятаться, кричать и бежать на протяжении всей жизни, пока я не умру? Нет. Это не в моих привычках. Я буду бороться до последнего, пока по моим жилам течёт кровь, сердце бьётся, а руки и ноги способны действовать.       — Если мне поверить всем твоим словам и попытаться вспомнить, то… Знаешь, — он пододвинулся к ней и наклонился ближе. От робота дурно пахло, но Беатрис лишь с интересом посмотрела на него. — Ты очень напоминаешь меня. Тогда, много лет назад, когда я ещё не потерял счёт времени, сидя в этом костюме, мы стояли лицом к лицу с этим жёлтым кроликом. Я сопротивлялся и дрался до последнего, пока нож врезался в мою плоть, разрывая её. Но лезвие быстро утихомирило меня, когда прошло сквозь моё сердце. Если сравнить мою участь и твою, то тебе недолго осталось, чтобы встать в наши ряды. Он соберёт тебя заново. Убьёт совсем ненадолго. Плоть станет сталью, покрытой искусственным мехом, нервы превратятся в провода, а память сотрётся, но не совсем. Он оставит её тебе, чтобы ты мучилась всю оставшуюся вечность, помня о той боли и жестокости по отношению к тебе, чтобы ты так и горела ненавистью. Останутся с тобой мысли, чувства, пустота и цепи, которые лишат душу свободы. Безысходность будет следовать за тобой по всюду.       — Пускай так, — начала девушка, глубоко вдохнув. — Но я не отступлю. Если за всех невинных потребуется только одна моя жизнь, то я готова её отдать. Звучит наивно, это правда, но Капкан же не остановится на этом. Он продолжит рушить всё на своём пути, пытаясь добиться лучших результатов в своих экспериментах. Поэтому я здесь. Ты знаешь, где сейчас может находится Спрингтрап?       — Нам запрещено ходить в это место. — Бонни поднялся и протянул ей руку. — Но я с радостью тебе его покажу. И… Беатрис, если что-то случится, я прикрою твою спину. Чего бы мне это не стоило. У меня давно не было такого разговора. Я привык держать всё в себе, обсуждая проблемы в своей голове. Знаешь, ты подарила мне новую надежду. Зажгла потухшую свечу души. Я хочу сказать… Спасибо, за всё это. Она мягко улыбнулась, взялась за протянутую ладонь и встала. Беатрис собрала исписанные листы и сложила их в несколько раз. Они ей ещё пригодятся, поэтому она положила их в карман рядом с фонариком. Марионетка сказала ей оставаться здесь, но ситуация не терпит. Уже прошло достаточно времени. Куклу что-то задержало. Нужно разведать обстановку. Возможно, что в пути старый аниматроник расскажет ей что-нибудь ещё. Девушка достала из носа окровавленную бумагу, убедившись, что кровь остановилась. Нужно двигаться дальше.       Аниматроник и смертная шли по коридору, когда Би заметила, что теперь они не одни. Аниматроники смотрели на них со всех сторон. Раздалось хихиканье. Беатрис остановилась и обернулась. Позади в офисе стоял мальчик с шариками и табличкой. Он жутко улыбался, смотря им вслед. Девушка остановилась, испуганно оглядываясь вокруг. Казалось, что миллионы глаз сейчас следят за ними. Теперь она понимала, что призраки следуют за Капканом, ища покой и умиротворение.       — Не обращай на них внимания. — Бонни взял её за руку и повёл дальше. — Они не причинят тебе вреда.       — Это твои друзья? — девушка продолжала озираться по сторонам. В одной из комнат для дней рождений стоял Фокси. Он грозно оскалил пасть и выставил острый крюк перед собой, словно готов был наброситься, но, увидев Бонни, тут же выпрямился. Жёлтые глаза следили за Беатрис, провожая её долгим взглядом. Она нервно сглотнула и выдохнула. Главное далеко не отходить от Бонни, ибо ей придётся проводить процесс знакомства заново.       — Я бы не назвал их друзьями. — Ответил робот. — Скорее сокамерниками в этой тюрьме. Настоящих друзей у меня никогда не было. Мы помогали друг другу, но никогда особо не разговаривали. У меня был только Спрингтрап, которого я считал другом, да и тот оказался ублюдком. По-настоящему за столько лет я говорил только с тобой. Марионетка изредка общалась с некоторыми из нас.       — Но разве мы с тобой уже не друзья? — Би осторожно говорила эти слова, боясь вызвать у аниматроника злость.       — Друзья? — он остановился и обернулся на неё, сверкнув яркими красными глазами. — Как ты меня назвала?       — Моим другом. — Девушка с недопониманием посмотрела на него, щурясь от яркого света.       — Ты теперь мой друг? Правда? — в его голосе вновь почувствовалась детская нотка.       — Конечно! — закивала Беатрис. — Мы друзья! А друзья друг другу помогают.       — До этого разговора мы были с тобой врагами. Я чуть не прикончил тебя на месте. — Разочарованно покачал он головой. Синие уши скрипнули шарнирами. — Друзья так не поступают.       — Враг — это тот, с кем ты ещё не успел подружиться, но с Уильямом я дружить не хочу. Он плохой! — Би делала свой голос ещё более тихим, пытаясь скопировать детскую манеру речи, завоёвывая доверие душ. — Я хочу сказать…       — Мы услышали тебя. — Кивнул он. — Но выслушай лишь один мой упрёк тебе. — Бонни наклонился к ней. — Никогда не доверяй двойняшкам. Они горой стоят за Афтона. Если нас ты и переубедила так легко, — аниматроник заозирался по сторонам. Фигур во тьме стало ещё больше. — Да и то не всех, то они тебе не подвластны. Большая удача, что ты осталась жива после встречи с ними. Это лишь дружеский совет, а не угроза. Прекрати дрожать, как осиновый лист на ветру. Я же не кусаюсь. Беатрис заметила в его голосе иронию, ведь у него не было верхней челюсти, как и самого лица. Он чисто физически не смог бы её укусить. Девушка расслабилась и глубоко вдохнула. Она выпустила весь скопившийся внутри страх, смешав его с углекислым газом из лёгких. Теперь её глаза смотрели на робота смелее. Если она хочет завоевать их расположение, то нужно доверять друг другу.       — Ты видел Золотого Медведя? — осторожно спросила Беатрис, когда они снова тронулись в путь. Старый робот продолжал сжимать её руку, словно боясь, что его новая подруга убежит. — Он похож на костюм Уильяма…       — Их несколько. — Оборвал её слова Бонни. — Один из них говорил про тебя, называя другом. Твердил имя Чарли. Молил нас, чтобы мы спасли её от чего-то.       — Майкл? — удивлённо спросила Беатрис, но осеклась, заметив возле сцены с игрушечными аниматрониками костюм. Это безусловно был Майкл. Белые зрачки пристально следили за ней. В глазах обоих промелькнула стрела узнавания. Рука костюма поднялась, словно он тянулся к ней. Вот где всё это время он был! Майкл последовал за Афтоном! Но почему? Ответ был только один. Души всё ещё верят ему. Но где же остальные? Би хотела было кинуться к нему, но рука робота плотно сжимала её ладонь.       — Нет, нельзя. — Бонни грозно обернулся к ней. Он зыркнул на неё алыми глазами, сверкнув ими в полумраке. — Не отвлекайся. Кролик дёрнул её, заставляя идти дальше за собой. Би грустно обернулась назад, но не заметила там Майкла. Куда же его черти унесли? Это уже было не важно. Девушка задумчиво рассматривала огромную и широкую спину аниматроника. Он продолжал идти вперёд, не обращая внимание на окружение. Беатрис сравнила его с проводником душ, который сопровождает потерянного призрака в его чертог.       Кролик был непреклонен, чётко и свободно двигаясь дальше. Уши умиротворённо покачивались в такт его шагам, завораживая и гипнотизируя девушку. Плечи постепенно стали опускаться вниз. Взгляд, словно она пьяна, помутился. Тело робота расплылось в тёмно-синее пятно.       Тут его глючный механический голос вырвал её из забвения. Мир вокруг явно стал темнее. Что-то изменилось.       — Тебя интересовал не только Майкл, не так ли? — начал он. — Ты хочешь знать про всех нас. Ты же понимаешь, что тебе не под силу спасти каждого?       — Как и оплакать. — Кивнула она. — Да, я знаю это, но всё равно попытаюсь.       — Слишком сильно горишь желанием помочь…       — Если бы давали один доллар, когда бы мне это говорили, была бы я сказочной богачкой.       — Не перебивай меня. Одна против всех ты не сможешь ничего сделать. Кроме Марионетки тебе нужно договориться с остальными составляющими этой империи кошмара. С самыми первыми из нас.       — К примеру? — Беатрис почувствовала чужое присутствие в темноте. Этот вкус не напоминал ей ничего, ни одной знакомой нотки. Тьма вокруг сгущалась, не позволяя в ней развидеть ничего. Даже способности глаз, приобретённых ей от фамильяра в результате замещения её энергетических составляющих, совсем не помогали. Её магические способности были слишком малы. Во мраке по обе стороны от Би обрисовались двое.       Тело одного имело непостоянную форму. То руки, то ноги, или вовсе само тело постоянно пропадали, теряясь где-то в пустоте. Белые глаза бегали из стороны в сторону, словно в непрерывном танце, метаясь в глазницах. У девушки рябило в глазах от непостоянности его тела. Она попыталась вглядеться в него, но ничего не получилось. Он, будто не позволяя ей рассмотреть, игрался, завораживая гостью своим образом. Беатрис смогла узнать знакомые очертания. Он похож на игрушечного Бонни, которого она видела на сцене. Как это было с Марионеткой, во время первой встречи, в голове сразу послышалось его имя, которое он использовал в этой жизни. Тень Бонни. Он, словно ухмыляясь перед предстоящим шоу, предвкушал первые аплодисменты, которые просто обязаны прозвучать в его честь за такое эффектное появление. Его образ свидетельствовал, что существа ждут где-то там в темноте. Те, кто раньше когда-то были детьми. Рядом с ним ощущалась в воздухе какая-то уверенность. Уверенность того, что он всегда рядом, прячась где-то в углах или твоём сознании. Пускай, он всего лишь тень, но он стоит выше мощи и силы бесконечного металла.       Тень Бонни указал взглядом за спину девушки, где стоял всегда отрицающий Фредди. Нет… Не Фредди. Тень Фредди. Сгусток бездны на этой земле. Вид напоминал старого Фредди, что часто валялся на складе, но представлял собой абсолютно иное существо. Белые зрачки спокойно всматривались в её лицо, словно читая, как открытую книгу. Он был угрюм, а воздух вокруг него электризовался негативом. Пасть была закрыта в немом интересе к новой душе здесь. Белые жемчужные зубы, как и у Тени Бонни, светились также ярко, как и глаза. Чёрный цилиндр и галстук бабочка завершали весь его строгий портрет. Так и хотелось спросить себя: Был ли он глюком или плодом больного воображения? Настоящий монстр, обитающий в тени? Стар, как время или чернее самой пустоты?.. Самой смерти? Ни то, ни другое, ни третье не подходило его сути. Его образ стоял выше, чем всё остальное здесь. Он мог отвести в мир воображений, а мог и показать всю суть бренного человеческого бытия, выворачивая гнилую горькую правду наружу. В каком бы месте он ни был, его глаза следят за тобой, просчитывая каждое движение.       В то время, как Тень Фредди — оверлорд этого места, Тень Бонни — владыка смеха и мрака. Они являлись полными противоположностями друг друга. Стояли по разные стороны, как ангел и демон на плечах человека, но сражались на одной стороне, имея общую цель — свергнуть Спрингтрапа с его кровавого трона. Как два родных брата, они были равны друг другу, но имели свои предпочтения и мысли. Несмотря на их силу, мощь и контроль, даже у них не вышло переубедить призраков биться против Капкана. Все новообращённые ломались под его гнётом. Но лишь четвёрка восстала против него. В каждом был какой-то особенный дар, но им не хватало лишь одного — дара убеждения. Недоставало толики красноречия, в то время как Афтон склонял на свою сторону сладострастными речами, языкоблудствуя со всеми рядом с собой. «Как лучше всего избавиться от врага?» — спросите вы у него. Ответ очень прост! Просто сделайте его своим союзником!       Беатрис могла стать пятой в ряду с Тенью Бонни, Тенью Фредди, куклы Марионетки и ещё одного неизвестного ей, но для этого придётся приложить большие усилия. Поставить на кон всё, рискуя остаться даже без носа. На такой риск мог пойти лишь безумец, ведь Капкан явно не один. Но и их отнюдь не двое! Нужно просто обрушить все ступени его империи на него же. В этом и будет состояться кончина Спрингтрапа и всего царства небытия. Остаётся лишь собрать правильно все осколки разрушенной свободы…       — Одна из нас… — прошептал Тень Фредди. — Мы ждали тебя. Хотели видеть тебя.       — Одна из нас! — подтвердил его слова Тень Бонни. — Иди вперёд за ответами.       — Пока что мы отпускаем тебя. — Продолжал Фредди. — Твоё появление подарило нам луч надежды.       — Алекс был прав… — теневой Бонни исказился. Теперь он держал свою ухмыляющуюся голову у себя в руке. Кролик подбрасывал её на ладони, словно мяч. — Девочка смышлёная. Но время ещё не пришло. Ты должна освободить пятерых, чтобы вступить в наш ряд. Они держат тебя со всех сторон.       — Знакомство с четвёртым ещё далеко. — Фредди оказался со всем рядом с ней. — Но ты выпьешь яд, дабы после познать антияд. Теневой медведь протянул к ней лапу, но остановился на пол пути. Его глаза долго смотрели на неё. Даже сейчас он продолжал делать её анализ, стараясь составить точный психологический портрет. Не обманет ли она их также, как когда-то это сделал Афтон? Он задумчиво отстранился от неё и обернулся, всматриваясь в темноту. Голоса шептали.       — Они знают, что ты здесь. — Ответил за него сотканный из самой темноты Бонни. — Поторопись, дитя, состоящая наполовину из света, темноты и крупицы самой себя.       — Бонни, — Фредди взглянул на старого аниматроника. — Уводи её отсюда. Вам нужно идти дальше. Обе тени исчезли во мраке, оставив их наедине со своими мыслями. Девушка не получила ответов, а лишь ещё больше вопросов, на которые ей предстояло ответить самой. Беатрис едва дышала, продолжая вглядываться в пустоту, которая разверзлась вокруг них. Лишь клочок пола в чёрно-белую клетку помогал понять, что они не парят здесь. Бонни сжал её руку, снова приводя в чувства. Девушка подняла глаза на него. Он указал взглядом вперёд, как бы спрашивая, готова ли она идти. Она отрывисто кивнула, и они двинулись дальше.       С каждой секундой темнота рассеивалась вокруг них, показывая реальный мир. Беатрис и Бонни вновь проходили мимо сцены с игрушечными аниматрониками и шли в тот же самый коридор, когда тьма начала окутывать их, словно тёплым одеялом. Всё осталось таким же, как и было до этого. Звёздочки, свисающие с потолка, красочные плакаты на стенах и игровые автоматы, то тут, то там. Шёпот стих, как только они полностью оказались в реальном мире.       — Теперь ты увидела почти все наши силы. А раньше и я не верил им… — Наконец сказал Бонни, вырывая её из слепой думы. — Скорее, нужно спешить. Я уже чувствую новых вторженцев.       — Где мы только что побывали? — хрипло выдавила из себя девушка. — Я умерла?       — Нет. Это пространственно-временной разрыв. В нём обретают связь друг с другом потерянные, такие как мы. Считай это за аудиенцию, которая прошла вполне успешно, на мой взгляд. Ты ещё не можешь слышать и понимать голоса остальных, но я различал их шёпот. Ты произвела хорошее впечатление. — Бонни издал непонятный глючный звук, который девушка опознала как смешок. — Конечно, не на всех, но уже что-то. Большинство из нас сошло с ума. Теперь они просто и тупо подчиняются Афтону, потеряв всякую надежду. Это нужно исправить.       — Убьём веру, чтобы жили любовь и надежда. — Вспомнила свои же слова Беатрис, которые были произнесены почти целую вечность назад.       — Именно. Ты стала понимать! — голос прозвучал как-то торжественно. — Теперь сосредоточься. Подмечай все мельчайшие детали. Открой глаза, увидь окружение по-другому. Услышь всё по-новому. Освободи разум, чтобы обдумать скопившиеся мысли иначе.       — Но ведь один вопрос я могу задать тебе? — Би прикусила нижнюю губу, срывая с неё кожицу. Рот наполнился привкусом крови, который дал ей новый заряд сил.       — Можешь, — кивнул робот после недолгой паузы. — Но только один.       — Из-за чего образовался этот разлом?       — Уильям практикует свои магические способности, которые достались ему после смерти. Будь он хорошим, то стоял бы в ряду четверых, являясь пятым, но всё это происходит именно из-за него.       — Тоесть, ты хочешь сказать, что по могуществу он равен им?       — Безусловно! Силён, сколько бы Капкан не пытался это скрыть. Мы всё знаем, кроме одного. От кого он получил свои силы и почему?       — Думаю, что скоро этот некто сам себя раскроет. — Фыркнула девушка. — Не вы одни стремились со мной поговорить. Не знаю, в курсе ли он, но я уже ненавижу его всем сердцем.       — Ненависть убивает, — робот грузно вздохнул, словно у него и вправду были лёгкие. — Если не веришь, то просто посмотри на меня и всё поймёшь. Легко презирать, но этим же ты себя и прикончишь, гонимая местью вперёд.       — Если я иду по этой тропе, значит придётся принять это, как должное. Началось всё с Теней, продолжилось третьим и Марионеткой, а закончится на мне. Бонни был удовлетворён этими словами, поэтому просто продолжал шагать дальше в немом благоговении. Его восхищала новая подруга.       Спустя какое-то время, до ушей обоих долетели чьи-то всхлипывания и хныканье. По коже пробежался холодок. Здесь пиццерия заканчивалась и начиналось более обветшалое здание. Стены были простыми и серыми, а пол в некоторых местах земляной и мокрый. Единственное, что тут осталось от пиццерии — так это игровые автоматы и прожектора наверху. Вдалеке слышался плеск воды и чей-то смех. Голова Би мало-помалу наполнялась оглушающим звоном и трещанием. Девушка помахала ей из стороны в сторону, пытаясь сфокусировать зрение. Бонни выпустил её руку и недоумённо огляделся вокруг. В его движениях открыто читалось, что он никогда не был в этой части здания. Уши в недопонимании склонились над оторванным лицом. Он обернулся на девушку, которой становилось дурно с каждой секундой. Бонни заметил один из включенных прожекторов, который висел на проводе почти у самого пола. Аниматроник сжал его, размозжив на осколки. Свет потух, но легче стало совсем ненамного. Высоко под потолком всё ещё висели подобные светильники. Беатрис опёрлась рукой на стену и сжала волосы на затылке. Она пыталась сосредоточиться на хныканье где-то в соседней комнате.       — Я должен разведать обстановку. — Сказал Бонни. Провода его отсутствующей руки в нетерпении задрожали. — Хочу найти Афтона первым и сказать ему пару ласковых. Пусть харкается своей ядовитой кровью и страдает так, как страдал я.       — Бонни, — Беатрис с силой подняла голову и встретилась с ним взглядами. Робот смотрел на неё с некой жалостью. От его морды разлетались искры, опадая вниз на пол и потухая от влажной земли. Уши дрогнули, вновь уловив чьё-то рыдание. — Удачи тебе. Надеюсь, ещё встретимся.       — Ты хорошая, — мягко сказал он дребезжащим глючным голосом. — Мой лучший друг. Он исчез за следующим поворотом, оставив девушку наедине со своими мыслями. Его искрение слова завели её в глубокую задумчивость. Перед ней был не простой робот. Пускай он и умер когда-то, но всё ещё оставался личностью. Человек, но не человек…       Би собралась с силами и оторвалась от стены. Нужно найти источник жалостливого нытья. Возможно, что это ребёнок. Беатрис зашла в комнату и за ней захлопнулась ржавая жестяная дверь. Девушка достала из кармана ранее найденный фонарик и включила его. Он несколько раз мигнул и осветил довольно грязную комнату, обставленную игровыми автоматами и коробками. Одна из куч коробок шевельнулась и из-за неё показалось исцарапанное грязное лицо парня, которое показалось ей знакомым.       — Беатрис! — голос был очень хриплым и тихим, несмотря на восклицание. Он сплюнул на пол землю и встал. Колени под ним подогнулись. Парень вновь рухнул вниз и заплакал. Он зашёлся сильным кашлем, отхаркивая на пол комочки грязи. — Я думал, что больше никого не увижу перед смертью!       — Дони? — девушка потрясённо подошла к нему и опустилась на колени. — Ты не умрёшь сегодня! Расскажи, что случилось, пожалуйста.       — Я…я шёл домой, когда это всё случилось! — он вновь закашлялся и приник головой к Беатрис. — Робот был похож на лиса, если меня не подводит память. Я вырубился, как только он пронзил когтями мою кожу. После этого я очнулся уже внутри него. Помню только сильную тряску и боль по всему телу, ведь сжимало со всех сторон металлическими креплениями. Несколько из них открылось, но штыри прошли мимо моего тела, лишь легко царапнув. Эти часы были так томительны, пока я не понял, что мы закапываемся в землю! Я наглотался грязи. Она была повсюду: в ушах, в дыхательных путях, в одежде! Казалось, что даже под кожу засыпалась горстями. Я снова отрубился и очнулся уже здесь… Голос сказал двигаться к офису, но я не смог уйти отсюда. Просто… не смог. У меня остался только проигрыватель. На нём запись голоса…       — Я понимаю, я всё понимаю, — попыталась успокоить его она. Би забрала у него проигрыватель и засунула в карман. Ещё одна улика, которая пойдёт ей на пользу. — Но сейчас нужно двигаться дальше и выбираться отсюда. Ты сильно истощён. Тебе надо в больницу. Пойдём скорее! Беатрис подскочила и бросилась к двери. Внутри так и горело пламя желания помочь ему. Ничего больше не хотелось, как спасти невинную жизнь. Она подёргала ручку, но та оказалась заперта. По коже пробежался опаляющий жар. Благодаря своим способностям, девушка почувствовала чужое присутствие. Некто, кто приходил к ней в видении. Теперь он пришёл снова. Она медленно обернулась и ошарашено посмотрела на дрожащего Дони.       — Беатрис, я не могу пошевелиться! Что происходит?! — начал паниковать и кричать он. Дони не видел тварь позади себя. На его плечах лежали чьи-то сильные когтистые лапы. Фигура, как и тогда, была покрыта красной дымкой, позволяя видеть только свои очертания. На морде блеснула улыбка с острыми клыками. Беатрис попыталась броситься на него, но ноги опутали туманные красные щупальца. Такие же были и у Дони.       — Нет! — Би протянула вперёд руку. На пальцах заплясали фиолетовые огоньки, испуская слабое сияние и волны. Но было уже слишком поздно. Некто оскалился и сомкнул пасть на шее Дони, откусив ему голову. Кровь брызнула, окрасив всё в насыщенный красный цвет. Фигура с наслаждением запрокинула голову, как настоящее животное, прожёвывая и проглатывая мясо. Хруст отражался от стен комнаты, пробирая страхом до самых костей. Он выпустил тело. Жертва упала вниз, подёргиваясь в посмертных конвульсиях и истекая кровью. Убийца медленно приближался к ней, наслаждаясь её ужасом. Он никуда не торопился, ведь Беатрис не могла убежать из-за его пут. Девушка прижалась спиной к двери и сжала зубы до треска, не позволяя себе даже пискнуть.       — Всё ещё держишь свой крик в груди? — спросил он. — Зря я посоветовал тебе научиться держать себя, ведь теперь не могу насладиться твоими страданиями.       — Не получишь от меня ни капли! — фыркнула она, отворачиваясь от него.       — Я пришёл к тебе за ответами. Видел, как ты чудесно ладишь с нашими друзьями, на столько сильно, что переманиваешь их на свою сторону. — Путы опали с ног. Фигура схватила её за шею и ударила об дверь. Он зарычал на неё, показывая клыки, острее любого лезвия. — Не смей дурить мне голову. Что тебе сказала Марионетка?       — Не понимаю о чём ты. Кто такая Марионетка? — последний вопрос был явно лишним. Сразу чувствовалось, что это ложь. Би закрыла глаза. Она глубоко дышала, не позволяя себе бояться.       — Та чёртова кукла! — он с яростью бросил её на землю. Из-за злости фигура потеряла контроль над своей магией. — Не заговаривай мне зубы! Беатрис откатилась к стене и ударилась об неё затылком. Перед глазами всё поплыло, словно она покачивалась на волнах. Из носа на пол закапала кровь, на столько был сильный удар. Девушка прищурилась и вгляделась в изменившуюся перед ней фигуру. Теперь на голове туманного врага были видны изогнутые высокие рога, а рядом стояли торчком уши, которые очертаниями напоминали лисьи. Он вильнул рукой. В ней появилась цепь, которая стремглав подлетела к ней и оплелась вокруг шеи Би. Лис дёрнул её на себя, заставив упасть ниц к его ногам. Она ткнулась носом в острые когти задних лап, порезав белую кожу. На ней выступили капельки крови. Би, прищурив один глаз, подняла голову и взглянула на своего врага. В тумане его лица была видна только клыкастая ухмылка. Комната вокруг потемнела, открывая новый разлом, в котором он мог мучать её, как ему захочется. Никто не услышит, не узнает и не почувствует. Это её капкан. Ловушка на медведя. Теперь они оба находились в пустоте на земляном полу. Глаза Беатрис заслезились от боли. Цепь не позволяла дышать, а лишь кратко вдыхать и выдыхать. Путы покрылись шипами, больно врезаясь в кожу. По шее медленными тонкими струйками потекла кровь, обрамляя её плечи и ключицы и впитываясь в распущенные волосы. Фиолетовый цвет кончиков разбавился красным оттенком. Вокруг заметно стало жарче, вызывая на коже испарину. Такой была энергетика этого существа. Но как бы жарко не было здесь, пот всё равно стекал противными холодными каплями по спине. Кожа покрылась мурашками. Он сжал цепь на её шее, поднимая её с колен к своей туманной морде и заставляя задохнуться ещё сильнее. Она попыталась сопротивляться, желая вернуться на землю. Пальцы заскребли по земле. Грязь забилась под ногти, но ничем не помогла ей. Лис смерил её долгим взглядом и фыркнул в лицо горячими каплями.       — Повторяю ещё раз для слаборазвитых и неразумных, как ты! Что сказала тебе Марионетка? — он слегка ослабил хватку. Ровно на столько, чтобы она могла вдохнуть и что-то сказать.       — Что ты не хороший, а гондон! — Беатрис плюнула ему в морду и лягнула его ногой в грудь. Лис взмахнула рукой, образовывая невидимую стену. Он ударил об неё девушку, выбивая из груди весь дух. Но лис не продолжил задавать вопросы. Из воздушной стены вышли ещё одни цепи, но на этот раз красного цвета. Они оплелись вокруг талии, рук и ног, приковывая Беатрис к себе. Эти цепи заменили даже ту, что была на шее. Девушка вскрикнула, когда и эти покрылись острыми, как тонкие иглы, длинными шипами. Теперь по всему её телу текла кровь, капая вниз на пол. Её можно было сравнить с Иисусом, которого распяли на кресте. Запястья задрали высоко вверх и сплели вместе. Шипы пронзали их на сквозь. Мучитель отошёл от неё на несколько шагов. Он задумчиво мял в руках цепь, которая раньше висела на шее девушки.       — Кто ещё помог тебе? — ледяным голосом наконец спросил он.       — Мне никто не помогал! — закричала на него Беатрис. Она не могла пошевелить руками. Каждая клеточка тела отдавалась болью и спазмом при движении. Теперь чувствовалась вся серьёзность положения.       — Неправильный ответ. — Лис резко обернулся и с размаху ударил её цепью. Удар пришёлся в живот, заставив её закричать от адской боли. Глаза наполнились слезами, но она поджала губы, сдерживая рыдания. Никто её не услышит, а крик ему только на руку. Нужно умолкнуть. Показать своё хладнокровие к ситуации. Он выводит её на эмоции. Нельзя позволить ему наслаждаться этим. Беатрис ожидала новый вопрос, но лис вошёл во вкус. Он взвесил в лапе цепь и снова ударил её. Би сжала руки в кулаки и прикусила щёки изнутри. По лицу скатились слёзы. Девушка запрокинула голову вверх, пытаясь оставить слёзы в глазах. Хотелось снова впитать их в себя. Мучитель ухмыльнулся и стал хаотично наносить удары, которые приходились, то на ноги, то на лицо. Живот и грудь образовывали золотую середину её страданий. Чаще всего цепь отскакивала от другой цепи на животе, поэтому лис стал бить её по рукам и ногам, вызывая ещё более сильную боль. Кровь опадала на пол брызгами, как дождь, ведь шипы разрывали смертную плоть.       — Жги меня, морозь, режь, но я ничего не скажу! Ни за что! — заорала Беатрис.       — Звучишь, как славный мазохист. — Лис дёрнул туманными ушами и оскалился. — Я так с тобой и поступлю. Беатрис зажмурилась, когда по телу прошёл жар, а затем сжигающий изнутри холод. Опаляло снаружи, холодило внутри. Это являло собой настоящую агонию тела, когда оно умирает. То холодно, то жарко. Середины нет. С новой секундой боль становилась сильнее и невыносимее. Каждый миллиметр кожи пронзало лезвием, разрезая всё изнутри. Но почему она всё ещё жива? Ответ прост. Всё это иллюзия. Одна сплошная иллюзия. Лис был князем смерти и мучений. В этом его фишка. Нельзя играть ему на руку. Он ждёт её слёз, криков и признаний. Беатрис открыла слезящиеся глаза и с вызовом посмотрела на него.       — И это всё? Лис оскалился и вновь принялся избивать её цепью, ведь это было самое эффективное для неё мучение. С безумным остервенением он истязал её тело, словно тряпичную куклу, стараясь узнать хоть что-нибудь. Девушка уже не сдерживала слёз, но не позволяла себе кричать или истерить. Нет. Она знала, что тогда он усилит пытки. Рукава кофты опали в область локтей, оголяя изрезанные кровоточащие руки. Мясо было раздроблено до костей, но раны затягивались на глазах, вызывая такую же жгучую боль, как при ударах.       — Теперь я понимаю, — вдруг сказал он, принимаясь ещё энергичнее бить её цепью. — Ты настолько себя ненавидишь, настолько не уважаешь, что каким бы жестоким я ни был, тебе даёт это новый смысл жизни. Новый стимул бороться. — Лис хохотнул. — Не скажешь мне, почему ты такая? Беатрис прикусила губу в кровь и покачала головой. Мучитель отбросил от себя цепь и подошёл к ней в плотную. Кожу обожгло ещё более сильным жаром. Внутренности разрывало и морозило. Наверное, так себя чувствуют люди при смерти? Он с минуту наблюдал, как её лицо, то краснея, то бледнея, искажалось злостью и страданиями. Лис покачал головой и щёлкнул пальцами. Иллюзии исчезли, оставив только боль от ударов цепью. Вот кровь течёт крупными каплями, а сейчас она уже впиталась в кожу, вернувшись в нормальное состояние. Ни ссадины не осталось на теле, кроме тех дыр, в которые врезались шипы, ведь острия всё ещё находились внутри, не позволяя затянуться.       — Я всё ещё жду ответа. На этот раз он не о твоих союзниках, а о тебе. Личный вопрос. Ответь хотя бы на него.       — Нет. — Девушка сплюнула на пол кровь и расслабила ладони, которые всё это время были сжаты в кулаки.       — Нет? Опять? — но на этот раз мучения не продолжились. Он коснулся её щеки, проводя по нежной коже когтем. Лис пронзил щёку Беатрис, погружая коготь в мягкую плоть. — Тогда я отвечу за тебя. Телесная боль ничто перед душевной. Этому ты научилась от Спрингтрапа. Заметно сразу. На тебя нужно воздействовать совсем не так. Ты хочешь спасти всех… А что будет, если все близкие умрут на твоих глазах?       — Не смей! Я убью тебя за это! — зарычала на него девушка. — Делай со мной всё, что захочешь, но оставь их. Вам нужна я? Вот, гляди! Я здесь! Просто оставьте мирных людей. Я вас прошу. — Она поймала себя на мысли, что показала свою настоящую слабость. Лис разговорил её. Он непременно использует это. Расскажет Капкану…       — Это невозможно. Они нужны во имя нашей науки и изучения. Нужны для улучшения моей силы и способностей.       — Ублюдок. — Фыркнула девушка. — Ты и твой хозяин, вы оба моральные уроды.       — Я… Но он умолк, став оглядываться вокруг. Силуэт что-то почувствовал. Кого-то чужого в этом пространстве. До ушей дошёл чей-то смех. Тьма вокруг стала гуще. Хихиканье раздавалось со всех сторон. Во тьме блеснули серебряные глаза. Лис отстранился от девушки и повернулся к ней спиной, вглядываясь в темноту. Между ними промелькнуло золотое пятно. Это произошло на столько быстро, что не получилось рассмотреть гостя как следует. Он освободил Беатрис от оков. Цепи развеяло, как дым от взмаха руки. Она упала на землю не в силах подняться. Перед глазами всё плыло.       — Ты вновь пересекаешь границу дозволенного. — Раздался чей-то хриплый ледяной голос. Он явно обращался к лису. — Нарушаешь наш договор. Это мой человек. Мой союзник. Не имеешь никакого права трогать её. Беатрис судорожно пыталась отдышаться, но ничего не получалось. Кем мог быть таинственный спаситель? Майкл? Её Голден? Или же это тот самый третий? Непонимание охватило голову. Их встреча не должна была состояться так рано.       — Она не покинет это место! — зарычал лис. — Нет!       — Ты правда так думаешь? — из темноты вышел медведь. Золотой костюм заставил подумать, что это Майкл, но нет. Его шляпа и галстук бабочка были фиолетовыми, на животе две чёрные кнопки, глаза горят серебряным ярче, чем у остальных виденных ранее аниматроников.       — Кэссиди! — лис, обуянный ещё более густым красным туманом, двинулся на него. — Я столько лет гоняюсь за тобой! Тебе не уйти на этот раз!       — Уверен? Так иди и получи то, чего тебе так хочется. — Медведь захохотал и бросился назад. Он исчез в темноте, а за ним убежал в пустоту и мучитель. Би осталась совсем одна. По щекам потекли горячие слёзы одиночества. Так не хватало кого-нибудь… Как там Бонни? Хотелось вернуться к нему. Он был прав, когда сказал, что не стоит разделяться. Теперь остро ощущалась эта боль беспомощности без него. Ну почему она никогда не слушает мудрого кролика, а делает по-своему? Его добрый взгляд, нежные прикосновения, жаркие объятия, тёплые ласкающие слова, та страсть, которая проходила между ними молнией каждый раз… Всего этого не хватало ей. Когда теряешь, понимаешь всю ценность того, что было. Сейчас даже не было сил позвать его на помощь. Беатрис шмыгнула носом. Плечи затряслись. Всегда с ней кто-то был, а именно Бонни…       А старый аниматроник? Получилось ли у него разведать обстановку? Знает ли, где она? Беатрис металась в догадках, словно в бреду белой горячки. Одиночество сгущалось вокруг и давило как решётка невидимой клетки. Её сплетённые крестом крылья силились открыться в этой пустоте, но порыв энергии был слишком слабый. Ей не хватит этого, чтобы бороться…       Рядом с ней кто-то тихо опустился на землю. Девушка приподнялась, обернулась и увидела Марионетку. Кукла протянула к ней руку. Глаза как-то по родному светились, словно мягко улыбаясь. Би нерешительно подползла к ней и погрузилась в её тёплые объятия с головой. Они просидели так с минуту, пока дрожь девушки наконец не унялась. Когда Беатрис захотела отстраниться, кукла её не выпустила. Заиграла шкатулка, успокаивая её ещё больше. Такая манящая и туманящая, казалось, что само это место поёт песню. Шкатулка околдовывала и гипнотизировала. Все проблемы и заботы стали легко отпускаться.       — Прости меня, я не смогла прийти раньше. — Тихо сказала Марионетка. — Если бы не я, то всё не обернулось бы так плачевно.       — Нет, это ты прости меня. Я не смогла спасти Дони. — Девушка накрыла лицо ладонями, захныкав. — Он мёртв.       — Всё хорошо. Плохое уже позади. — Она мягко запела, напевая какую-то лёгкую, но такую знакомую мелодию. Что-то схожее с колыбельной.       — Где ты была? Мне так тебя не хватало.       — Возникли неполадки… из-за Спрингтрапа. Пока его прихвостень пытал тебя, Капкан пытался вытрясти информацию из меня. Он стал догадываться, что со мной что-то не так. Думаю, что скоро он всё поймёт. Кэссиди вовремя пришёл на помощь. Он телепортировал нас к тебе, но оказалось, что ты совсем в другом месте. Пришлось ввязаться, иначе он убил бы тебя.       — Я… Спасибо. И тебе, и Кэссиди. Почему он помог мне?       — Он доверился слишком быстро, чем стоило ожидать. Твоя ненависть к Спрингтрапу схожа с его ненавистью. Я удивлена, что он не стал устраивать тебе проверку, хотя… — Марионетка оглядела остатки крови на полу, которую уже стала мало-помалу поглощать пустота. — Это можно посчитать за проверку. Пройдя через эту боль, ты так и не выдала ничего, что как-то связано с нами. Даже ни слова о себе не сказала. Такой поступок достоин самых высоких почестей. Кэссиди выразил свою благодарность именно так. Он спас тебя, хотя мог этого не делать… — кукла замялась. — На самом деле, Кэссиди не хотел помогать мне.       — Между вами что-то произошло? — удивлённо спросила Беатрис. — Я думала, что союз четверых крепок и нерушим. Неужели вы не помогаете друг другу?       — Будь всё так просто, Спрингтрап был бы уже давно мёртв. — Марионетка крепче обняла девушку и обратила свои глаза в пустоту. — Тени работают по какой-то своей тактике. Они редко выходят на контакт, боясь, что их раскроют раньше времени. Проще говоря, эта парочка близких друзей борется на своём фронте не так, как нам хотелось бы. А Кэссиди… — воцарилась мрачная пауза. Кукла думала о чём-то своём, словно размышляя: стоит ли рассказывать это Би? — Мы с ним в давней ссоре. У нас слишком разные взгляды, поэтому мы просто не можем составить чёткий план борьбы. Он могущественнее нас всех, ведь черпает силы из неиссякаемого источника. Злобы. При предпоследней нашей встречи Эв… Кэссиди сказал, что мне нет места среди них.       — Но почему? — возмутилась Би. — Ты же поставила всех на ноги! Только на тебе держится эта империя!       — Мои силы легко забрать и передать другому. — Пожала плечами Марионетка. — И тогда я буду как все.       — Но разве вы с ним не друзья? Расскажи мне уже про этого загадочного Золотого Фредди. — В нетерпении задрожала Беатрис.       — Это лучше тебе спросить у него. — Сухо ответила Марионетка. — Пусть сам поведает свою историю. Я могу судить о нём со стороны. Только он знает, что у него в голове. У меня нет способности на ходу составлять психологические портреты. Беатрис поджала губы и поникла головой. Кэссиди был для неё недосягаем, как луна на небе. Их разделяют года, которые он провёл в заточении золотого костюма. Возможно, что они схожи во мнениях, но смогут ли понять друг друга?       — Знаешь, я уже много лет никого не обнимала. Спасибо, за это приятное времяпровождение, но… — кукла умолкла, так и не договорив. Марионетка резко встала, подняв за собой и Беатрис. Девушка судорожно вцепилась пальцами в её плечи, прикусив язык от неожиданности. Кукла оглядывалась, пытаясь найти что-то в темноте. Вокруг раздавались маленькие шажочки. Казалось, словно их тысячи, и они идут одновременно, приближаясь к ним.       — Капкан узнал, что мы здесь! — прошипела Марионетка, ставя на землю Би. — Он послал к нам иллюзии мелких кошмарных аниматроников. Сейчас я научу тебя, как бороться против них. Поверь, их всего двое, но они очень опасны из-за своей скорости и смертоносности. Кукла воспарила над землёй и замерла, словно что-то выжидая. Раздалось тихое рычание. Зелёная стрела молниеносно бросилась вперёд. Марионетка в ту же секунду выставила перед собой руку и сомкнула пальцы на шее маленького зубастого кролика. Он мотал из стороны в сторону головой и щёлкал зубами.       — Знакомься! Это Плюштрап. — Би не успела даже ответить Марионетке, как та порвала пасть аниматронику. Механизм не заискрился, как должно это было произойти при нормальной реакции. Аниматроник замер и растворился в воздухе, словно его никогда и не было. Марионетка раз за разом всё быстрее и быстрее уничтожала эти маленькие наваждения Спрингтрапа, разрушая их различными способами. Но тут появился абсолютно другой аниматроник.       — Балунбой… Его искажённая версия. — Прошипела кукла, отрывая ему голову. — Когда-то мне нравились его более милые версии. Капкан любит всё выворачивать наизнанку, настраивая под свой лад. Одним мощным взмахом Марионетка отбросила всех аниматроников назад. Их была целая орда, которая шла непрерывной волной. Кукла подняла руки вверх. Из них вышел белый луч, который стал образовывать защитный купол. Аниматроники бросались на барьер, рвали и кусали его, но всё было бесполезно. Их безжалостные глаза желали только одного: убить. Марионетка развела руки в стороны и барьер сделался ещё шире. Он поглощал маленьких ненавистных роботов, становясь всё больше и больше, пока не испепелил всех без остатка. Марионетка продолжала увеличивать силу преграды. Она элегантно крутилась вокруг своей оси. Глаза ярко светились белым, смотря высоко вверх. Теперь вокруг витал только пепел лживых Плюштрапов и Балунбоев. Беатрис завороженно смотрела на всё это, открыв рот. Она наблюдала, как Марионетка снова спустилась вниз и посмотрела на неё.       — Каким бы сильным не было наваждение, всему есть конец. Запомни это. — Марионетка закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то внутри. Она замерла на долгие секунды, которые растягивались, словно жвачка. — Кое-кто пришёл за тобой. Я успела предупредить его о твоей напасти. Пора возвращаться. Будет немного больно. Тяжело выходить из этого места, из-за лиса. Беатрис не успела ответить, как Марионетка просто и легко обняла её. Холод обуял со всех сторон. Стало трудно дышать. Воздух застыл вокруг, превращаясь в твёрдый бетон. Уши заложило, как будто их заполнило водой. В голове образовался шевелящийся комок, который совсем не позволял размышлять и думать. Глаза залепило темнотой, не позволяя разглядеть хоть что-нибудь вокруг. Под пальцами стало расплываться даже само тело Марионетки. Не чувствовалось вообще ничего. Только пустота и тьма…

__________________

      Беатрис не могла открыть глаза. Они слиплись так сильно, словно их смазали клеем. Вокруг было так тихо, а тело окутывало приятное и… родное тепло. Её мягко покачивали из стороны в сторону и нежно прижимали к себе. Девушка ещё никогда не ощущала себя так спокойно за последние несколько мучительных часов. Волосы взъерошил горячий ветерок, или же это было чьё-то дыхание? Она тешила себя различными догадками, зная один точный ответ. Губы легко улыбнулись, и Би перевернулась в объятиях. Она подняла голову и наконец открыла глаза. Несомненно, это был он.       — Бонни! — хрипло сказала Беатрис, протягивая руку к его пушистой морде.       — Я рядом. — Твёрдо сказал кролик, желая её успокоить, но он не знал точную причину её волнений. Бонни поддался на встречу её руке, позволяя погладить себя.       — Мне так недоставало тебя. Это было просто адской пыткой… — жаловалась она, уткнувшись носом в его меховую грудь. — Я не хочу больше разлучаться, но чувствую, что без этого не обойтись. Беатрис продолжала говорить без остановки, словно это был её последний в жизни разговор. Бонни легко улыбнулся и оторвал от неё томный марганцевый взгляд, направив его на Марионетку. Та несколько скованно парила поодаль от них, изучающе рассматривая пару. Заметив его взгляд, она немного оживилась и вопросительно наклонила голову. Бонни благодарно кивнул ей. Кукла ответила ему тем же. Она отвернулась от них и взмахнула рукой. В стене открылся портал. Марионетка исчезла вместе с ним. У неё явно были другие важные дела. Скорее всего, она не оставит попытки заставить теневую парочку действовать активнее, ведь мощь врага растёт не по дням, а по часам.       Бонни нежно поглаживал Беатрис по голове, внимательно слушая её долгий и прерывчатый из-за подступивших слёз рассказ. Гнев клокотал внутри него, вбирая в себя разрушительную мощь, которую после обрушит на того, кто сотворил с его маленькой прелестью такие ужасы. От Беатрис так и веяло всё нарастающим страхом, который она сдерживала на протяжении всей стычки с неизвестным. Кем бы он ни был, Бон уже желал разорвать его на части. Медленно истязать тело и душу врага, пока он не проглотит свои гланды от столь сильного крика. Сколько бы он не потерял крови или частей своего тела, всё равно будет жить, пока его не отпустит в могилу Бонни. Возможно, Бонни был агрессивным, но никто не знает насколько. Очевидцев не нашли, а его коллеги молчат об этом.       Беатрис уже не могла говорить, а только содрогаться в рыданиях. Она шмыгала, пытаясь продолжить свой монолог, но ничего не получалось. Глаза теперь были краснее самой крови. Того гляди и слёзы обратятся в кровь. Девушка уже очень давно нормально не высыпалась, это также сказалось на её моральном состоянии. Бонни крепче прижал её к себе. Его глаза горели злостным пламенем, которое он обратит на первый же попавшийся объект неприязни. Такие минуты слабости Беатрис могла позволить себе только с ним, но тем самым она пуще раздувала злость сущности. Этот гнев мог разрушить всё вокруг, как это когда-то случалось в других мирах. Но одновременно с этим же гневом она останавливала его. Единственной слабостью Бонни была именно она.       — Прошу, скажи мне. Чего ты хочешь? — тихо прошептал он, когда всплеск эмоций Би стал мало-помалу утихать. — Я готов пойти ради тебя на всё.       — Не спеши тратить силы в пустую. — В пол голоса отвечала ему девушка. — Нам нужно скорее найти остальных.       — Но ты не можешь идти именно сейчас. Так нельзя. — Бон ласкающим движением стёр с её лица слёзы.       — Я много чего могу, просто не знаю об этом. Так и строятся слабости человека. Пойдём. Ты так и не рассказал мне об остальных. — Беатрис, едва держась на ногах, смогла подняться и перевести дух. Слёзы уже высыхали на её лице, становясь не больше, чем простым воспоминанием.       — Как и было обговорено, мы довели их до этого места, но они отстали от нас раньше. Поэтому мы ушли без них и затаились в тенях, внимательно следя за ними. Даже представить не можешь, кто в итоге вышел к ним на встречу. — Бонни подхватил её под руку, помогая идти. Они вышли за двери комнаты и последовали куда-то ближе к зоне водопада. — Это был Майкл. Он довёл их до конца. Мы все удивились этому событию, ведь считали, что он давно потерян.       — Где они сейчас? В ответ на её вопрос вдали послышались выстрелы пистолета. Беатрис навострила уши и бросилась в противоположную сторону от искусственного водопада. Бонни решил остаться вне поле зрения остальных, готовясь к атаке. Теперь все сущности в аниматронных обличиях были здесь. Они взяли кучку смертных в кольцо, разумно оставаясь в засаде.       Вдали от Би стояла вся её команда юных героев. Джон прижимал к себе Чарли, что-то успокаивающе шепча ей на ухо. Джессика вопила изо всех сил, шарахаясь от каких-то мельтешащих вокруг них кукол. Ламар пытался отбиваться от них, защищая Марлу, но каждый раз промахивался, ведь они слишком быстро промелькивали мимо. Карлтон явно пытался бороться с тошнотой, которая охватила его. Беатрис тоже услышала звон в ушах, как только мимо неё пролетела одна из кукол. Голова стала тяжёлой, словно свинцовой. Клэй тратил пули в пустую, пытаясь расстрелять маленьких аниматроников. Он стал уставать, но, заметив Би, вновь обрёл силы и с ещё большим энтузиазмом пытался попасть по куклам.       — Клэй! Прожекторы! — закричала Джессика, прижав руки к ушам. — От них идёт писк! Берк сместил прицел на один из фонарей. Он стал быстро расстреливать их по одному, пока всё вокруг не обратилось в тьму, освещаясь только благодаря фонарикам ребят.       — Господи, Би, как я рад тебя видеть! — наконец сказал шеф полиции, легко улыбнувшись. — Как ты здесь оказалась? Беатрис хотела было ответить, но услышала то самое ужасное рычание из темноты, которого Марионетка велела ей опасаться. Девушка обернулась, вовремя успев схватить Плюштрапа за шею. Джессика громко закричала, вторя удивлённому вздоху Марлы. Клэй хотел было броситься на помощь Би, но Карлтон его остановил. Сейчас требовалась наибольшая концентрация девушки. Аниматроник пищал и кусался, скрипя шарнирами своих роботических конечностей. «Бездушный,» — промелькнуло у Беатрис в мыслях. Она ловко взяла его за нижнюю челюсть и уцепилась рукой за верхнюю. На пальцах выступила кровь, но девушка проигнорировала это. Резким движением она развела руки, разрывая челюсти роботу. Глаза того потухли, лапы расслабились. Он упал на пол бесформенной грудой, поникнув лопоухими ушами.       — Фу, какой он некрасивый. — Пожаловалась Джессика, но её слова были обращены не к Плюштрапу. Она смотрела на единственного пластмассового аниматроника, который держал табличку в одной руке, а шарики в другой. Его красные щёки блестели в свете фонариков, словно они были карамельными. Глаза шевелились, переходя с одного человека на другого.       — Освещение. Оно, как чип, создавало иллюзию того, что их много и все они кружат вокруг нас. — Чарли подошла к аниматронику, который напоминал мальчика. Он весёлым голосом сказал ей: «Привет!». Девушка подскочила, но поспешила себя успокоить тем, что он больше не может двинуться, пока на него смотрят. — А теперь это просто пустышка.       — Не суди поспешно. — Отдёрнула её Марла. — Мы не знаем всего точно. Беатрис в это время вглядывалась в темноту, игнорируя обсуждения остальных. Она внимательно вслушивалась и нервно вдыхала воздух через нос, пытаясь что-нибудь почувствовать. Её тело постепенно вбирало в себя магию, заменяя свои слабые смертные составляющие на неё. Она знала, что если один здесь, то недалеко и второй. Из темноты, страшно хохоча, к ней под ноги бросился зубастый Балунбой. Он вцепился зубами в её ногу и принялся грызть. Би закричала и инстинктивно ударила его ногой. Кукла слетела с ноги, оставив длинные борозды от клыков, но раны на глазах стали стягиваться. Он зарычал на неё и вновь бросился в атаку. Сильные челюсти могли легко раздробить даже металл, пробудь он на ноге немного дольше, последствий было бы не миновать. Беатрис пнула его, а после наступила. Пластмасс треснул под её весом. Балунбой пронзительно запищал, царапая её ногу своими длинными пальцами. Девушка продолжила топтаться на его лице, пока не повредила что-то важное в его голове. Робот затих, расслабившись на полу. Карлтон с ужасом показывал пальцем на аниматроника и что-то тараторил Джессике, которая потрясённо смотрела на всю развернувшуюся перед глазами сцену. Джон и Клэй обсуждали дальнейший план действий, пока Чарли осматривала игрушечного аниматроника, каждый раз вздрагивая, когда он смеялся.       Беатрис устало села на пол и поджала колени к груди. Тут из темноты к её ногам подкатился черенок от швабры. Би с недопониманием уставилась в темноту. Из мрака ей подмигнули глаза Голдена.       — Зажги это шоу, искра. — Воодушевляюще шепнул ей Фредди откуда-то сзади, прячась в тенях. Девушка смекнула, что это послужит ей хоть каким-то оружием. Она достала из кармана нож и вскрыла черепную коробку робота, лежавшего рядом с ней. Беатрис позаимствовала у него один из проводов. Она оценивающе прошлась взглядом по всему телу робота. Би сорвала его голову с плеч и покопошилась там в поисках острых деталей и ещё нескольких проводов. Лезвие ножа стало ловко натачивать конец швабры, заостряя его для более удобного присоединения к ножу. Девушка связала с ножом вырванные детали, добавляя к ним самые большие острые клыки аниматроника и делая его ещё более смертоносным. Под конец этого Би привязала к острию копья нож, крепко затянув узел провода. Она перевязала всю конструкцию ещё несколькими проводами, дабы всё это твёрдо сидело на своём месте.       — Марла, ну не кисни! — весело сказал Ламар, пытаясь развеселить свою жену. — Всё хорошо! Он приплясывал на месте, отходя спиной всё дальше в темноту. Его улыбка сияла до самых ушей. Марла, смотря на него, немного повеселела. Она захихикала, наблюдая яркую усмешку своего возлюбленного, который хотел разрядить напряжённую обстановку.       Тут за его спиной мелькнул огромный силуэт. Неправильный Фокси пронзил его плечо крюком и вцепился клыками в шею Ламара, вырвав огромный кровоточащий кусок. Марла закричала, бросаясь к падающему парню. Она подхватила его на руки и зарыдала, ужасающе воя.       — Быстрее! Все в круг! — скомандовал Клэй, стреляя в Фокси. — Мы не должны дать слабину против них! Беатрис подскочила на ноги, но дорогу ей преградил Неправильный Бонни. Его живот раскрылся, оттуда вышла загребущая стальная клешня, которая желала схватить и заточить в себя девушку. Би встретилась с горящими глазами робота. Они источали из себя ненависть и злость, которая присуща только живым. Как же Спрингтрап смог сделать таких живых, но не живых роботов? Всё было в датчиках, которые находились в их головах.       Из темноты вышли остальные Неправильные аниматроники. Они окружали смертных. Сущности медлили защищать их. Но почему?       — Нам некуда бежать! — закричал Карлтон. — Мы в ловушке!       — Да что ты! Мистер очевидность! — истерически кричала Джес. — Мы даже и не заметили!       — Ламар… О мой Ламар! — Марла плакала, держа на руках истекающего кровью мужа.       — Прости меня… — он коснулся её лица, поглаживая по щеке. Девушка оторвала рукав от своей кофты и принялась накладывать давящую повязку на шею через плечо, пытаясь хоть как-нибудь остановить кровь, но для парня всё было потеряно. Команда образовала круг вокруг Марлы и Ламара, защищая их собой. Из воды искусственного водопада вышла Неправильная Чика. Её искажённый клюв страшно подёргивался, блестя огромными зубами. Беатрис отбила от себя железную клешню и скользнула вправо, обходя аниматроника и стремясь к друзьям. Неправильные уже распахивали свои ненасытные начинённые пружинными фиксаторами животы, желая схватить людей. Беатрис оттолкнула Неправильного Фредди, вставая между роботами и друзьями и выставляя перед собой импровизированное копьё.       — Назад! — закричала девушка. Она взмахнула копьём, как горящим факелом. Беатрис оскалилась, пытаясь отпугнуть их от себя. — Я сказала назад! Роботы замерли, оглядывая их. Они чего-то выжидали. Но чего? Из мрака выступил Волк. Он волочил за собой лапу, которую будто бы не контролировал полностью. Глаза сверкали серебристо-голубым, переходя с одного человека на другого, полностью игнорируя Беатрис. Фокси был за спиной девушки, но он тоже не двигался с места, словно внимая её голосу. Неправильный Бонни встал в этот строй, но его клешня была нацелена только на Би, ведь она была его целью.       Тут Чарли выступила из-за спины девушки, словно снова обращая себя в жертву. Она не позволила Беатрис защитить себя, вновь пытаясь добиться какого-то самостоятельного результата. И что было в её голове?       — Кто вы такие? — громко отчеканила свой вопрос девушка. — Зачем вы притащили меня в это место? Для чего вам я нужна?! Но роботы продолжали просто смотреть на неё. Их лица изображали бесстрастную окаменелость, которая игнорировала всё на свете. Чарли продолжала наступать, всё громче и громче выкрикивая свои вопросы, на которых не получала ответа. Её голос уже дошёл до истерического крика, когда роботы мало-помалу стали отступать от них.       — Почему в конце-концов?! — вскипела она в край.       — Я приказал им сделать это. — Возвестил деловой монотонный голос. Роботы расступились, показывая фигуру за их спинами. — Ты нужна мне, а не им.       — Эй! Я узнаю его! — вдруг крикнула Джессика, но тут же осеклась, поняв про кого она только что сказала. Луч фонарика Джес озарил прямую осанку одного из талисманов. Жёлтая шерсть истрепалась и была в некоторых местах порвана, оголяя сухую бледную кожу, покрытую запёкшейся кровью. То тут, то там, можно было рассмотреть выступавшие из-под кожи внутренности. В области шеи чётко просматривались аниматронные части эндоскелета, которые год назад пронзили его тело. Это сам владыка Спрингтрап явился во всей своей прекрасной стати. Пальцы его твёрдой руки сжимали дымящуюся сигарету. Капкан явно видел всё это со стороны, с наслаждением наблюдая и закуривая. Он сжал сигарету, потушив её, и отбросил в сторону. Спрингтрап сверкнул глазами в сторону Джессики и подмигнул ей. Девушка знала этот голос, до боли такой знакомый ей.       — Уильям Афтон! — ответил за всех Джон. — Так тебя зовут, верно?       — Не смей меня так называть, щенок! — прорычал ему в ответ Спрингтрап. — Я был им в прошлой жизни, но давно перестал являться оным. Я принял другую жизнь, вечную жизнь, которую мне привязала Чарли, за что я благодарен ей. Как видишь, через боль я очистился и стал новым пророком для таких смердов, как вы. Каждый из вас обретёт новую жизнь, уж поверь мне. Либо же умрёт навсегда. Без шанса на перерождение. Одно из двух. Третьего я вам не дам.       — Почему именно я? — прошипела Чарли.       — Потому что мне нужно кое-что от тебя! — весело хохотнул Капкан. — Я не причиню вреда ни тебе, ни им… Беатрис пыталась не задохнуться той вонью, которая шла от Спрингтрапа, смешанная вместе с запахом сигарного дыма. Он медленно подходил к Чарли, пока не оказался рядом с ней. Капкан коснулся руки девушки и, как-то ласково, её погладил. Ни один мускул не дрогнул на лице Чарли в этот момент. Джон сжал кулаки и двинулся было вперёд, но Карлтон остановил его. Он сам был заворожен данным зрелищем. Спрингтрап провёл ладонью шершавого костюма дальше вверх по руке и сжал плечо Чарли. Его глаза спокойно вглядывались в её лицо. Он, едва ли не по-отечески погладил её по голове, не прерывая зрительный контакт. Сейчас Чарли была сама не своя. Беатрис ещё никогда не видела её такой. Что с ней приключилось? Какая программа сменилась в её голове?       — Все мои творения повинуются мне. У вас просто нет шансов против меня. — Продолжал говорить он. — Оставь эти пустые попытки, Чарли, у нас давно осталось незаконченное дело, — Капкан заглянул за спину девушки, встретившись глазами с Беатрис. — Как и с тобой, свидетельница! Он продолжал что-то загонять в умы ребят про свою безграничную власть и силу, но Би и Клэй не слушали его. Девушка обернулась к Берку и указала головой в сторону Спрингтрапа. Мужчина понял её намерения и кивнул. Он перезарядил пистолет. Капкан тут же замолчал, услышав щелчок оружия. Беатрис подхватила Чарли, уводя её из-под линии огня, как когда-то с Би сделал Бонни. Три пули врезались в тело Спрингтрапа, откинув его назад. Неправильные аниматроники задрожали точно также, как задрожал Капкан. Они отвлеклись, пытаясь помочь своему создателю, в то время, как Беатрис указала кивком на дверь. Ребята мгновенно её поняли, но они ничего не могли поделать с рыдающей Марлой, на руках которой погиб Ламар. Его пульс остановился навсегда, а грудь поникла на веки вечные. Беатрис выругалась и ударила Неправильного Фокси по зубам, отбрасывая прочь робота. Придётся биться с ними до последнего, если только… Тут в голове проснулась идея.       Спрингтрап уже успел убежать, воспользовавшись образовавшейся шумихой. Он оказался на другом берегу и скрылся в расщелине. Возможно, что это и есть его логово. Волчья пещера.       — Быстрее! К воде! — скомандовала девушка, отталкивая прочь Неправильного Фредди.       — Как нам это поможет? — Карлтон увернулся от крюка ужасного Фокси. — Они умеют плавать!       — Здесь всё иллюзия! — напомнила Беатрис. Клэй поспешил к воде и стал взбираться по отвесным ступенькам, которые были декорацией, напоминающие выступы скалы. Мужчина снова понял Беатрис, словно прочитал её мысли. Неправильные бросились за ними, прыгнув в воду. Они охотились на них по приказу Капкана, но только несколько роботов оказались в импровизированной воде, блеск которой напоминал бензин. Волк и Чика, пробиваясь сквозь волны, уже стали подниматься на берег, как Берк зажёг зажигалку и бросил вниз. Вокруг всё вспыхнуло, как спичка. Аниматроники конвульсивно забились, издавая ужасное рычание, которое свидетельствовало их страданиям. Чарли пыталась помочь Марле, которая никак не хотела отпускать мёртвого Ламара, тело которого уже начинало остывать. Она заметила, как Спрингтрап скрылся в одной из расщелин скалы. В глазах горело желание броситься за ним, но она не могла оставить подругу. Ей двигало непреодолимое жгучее влечение идти за ним, но дружеские узы сыграли в голове большую роль. Чарли взглянула на Би, которая была ближе всех к отступающему Спрингтрапу.       Беатрис же наблюдала, как горящие роботы хотели перекрыть проход к их хозяину. Другого больше не оставалось, как оставить друзей на произвол судьбы. Клэй вывел всех обратно, окружив кольцом Марлу и Чарли. Он поднял глаза на возвышенность, с которой они только что бежали, и обомлел. Девушка осталась там, жертвуя собой, но для чего?       — Беатрис! Вернись! — закричал он. В это время сквозь языки пламени Би смотрела только на Чарли, а она на неё. Девушки кивнули друг другу. Сейчас или никогда. Она видела, как роботы вновь обступали со всех сторон её друзей. Теперь Би поняла почему сущности медлили. Они ждали её команды.       — Уничтожьте Неправильных раз и навсегда. — Раздался мысленный мрачный голос девушки. — Шэдоу, Голден, у меня к вам особое дело.       — Внимаем тебе. — Покорно отвечал ей Голди.       — Рассредоточьтесь по зданию. Где-то здесь бродят Кошмары. Их нужно устранить. Меньше аниматроников, больше кислорода.       — Новая пословица? Мне нравится! — Шэдоу, обернувшись сферой, бросился в соседний коридор. Девушка ещё раз обвела долгим взглядом будущее поле битвы, сражение которой ей не доведётся увидеть, а лишь потом услышать от выживших. Беатрис опёрлась на копьё и закрыла лицо руками от языков пламени внизу. Она спрыгнула вниз, успев скрыться в расщелине до того, как её перекрыли своими горящими телами Неправильные Волк и Чика.

__________________

      Фокси подкрадывался к Клэю, собираюсь броситься на него, словно сорвавшийся с цепи пёс. Коленные суставы согнулись, он припал к земле, готовясь к прыжку. Джессика жалась к Чарли, а Джон пытался подбодрить Марлу, которая вся перемазалась в крови своего возлюбленного.       — Может нам стоит претвориться мёртвыми? — предложил Карлтон. Парень нервно смотрел в горящие глаза Неправильного Фокси.       — Скоро нам не придётся притворяться! — отчаянно взвизгнула Марла. — Надеюсь, что Ламар встретит меня на той стороне…       — Спина к спине! — заорал Клэй. Пистолет совсем заело, а времени уже не оставалось. Фокси оторвался от земли. Он летел вперёд зубастой стрелой, но крюк остановился у самого лица Берка, который отчаянно старался перезарядить своё табельное оружие. Аниматроник упал на пол и заскрёб когтями, пытаясь вырваться из хватки того, кто держал его в темноте. Клэй озадаченно выгнул бровь и щёлкнул пистолетом, но испуганно подскочил, когда Неправильного уволокли в темноту и со зверской силой бросили в стену. Всё затряслось от столь сокрушительного удара. Рычание и нечленораздельные роботические крики боли зазвучали из пугающего мрака. Джон направил луч фонарика в ту сторону и обомлел.       — Бонни! — воскликнула радостная Джессика. — Тоесть… Наш Бонни!       — И не только он! — также воодушевлённо вторил ей Карлтон. — Задайте им, ребята! Бонни, услышав восхищённые крики, принялся рвать несчастного робота на части, буквально разбирая его по болтикам. В разные стороны летели провода, зубы и части эндоскелета. Конечным движением кролик сорвал с его плеч скалящуюся голову и бросил её в огонь. На Неправильных кинулись и все остальные, не только Бонни.       Чика держала в своих крепких руках вторую копию Волка, пока Фредди истязал робота, снимая с его тела скальп. Он порвал его челюсти и смял черепную коробку в мелкую крошку. Чика же выбросила всё это в огонь, оставив догорать искажённые обломки.       А Фокси! Фокси всё это время сидел верхом на плечах аниматронного Неправильного Бонни, копаясь крюком у него в микросхемах и проводах. Он явно что-то замышлял, разрушая нервный процессор. Неожиданно Неправильный Бонни как-то странно дёрнулся, прекратив сопротивления против Фокси. На землю упала ещё одна плата из головы робота. Лис довольно спрыгнул, следя за действиями его подопытного. Неправильный волнистым шагом поплёлся к огню и сам окунулся в него с головой. Фокси и Чика дали друг другу пять, но слишком поздно спохватились, что их видят смертные. Они вновь притворились обычными костюмами, словно ничего и не было.       Тут всё здание содрогнулось и пошло ходуном. С потолка стали падать каменные обломки. Оно рушилось буквально изнутри. Но что могло сподвигнуть это? Неужели грандиозная битва, которая развернулась здесь и сейчас?       — Нужно срочно убираться отсюда! — объявила Чарли за всех. — Но сначала найти Беатрис. Возможно, она оставит мне шанс дать Спрингтрапу в морду.       — Я хочу убить его! — взревела Марла, поднимаясь на ноги. — Я оторву его гнилую голову и пущу по миру!       — То, что мертво, умереть не может. — Неуверенно начал Карлтон.       — И пусть. Я убью его дважды! И трижды! Сколько потребуется, столько и убью, чтобы он подох наконец-то!       — Да, но как нам попасть к Беатрис, если пламя разразилось на столько сильно? — Клэй перезарядил пистолет и снял его с предохранителя. — Да и где чёртов Неправильный Фредди?! Ответ оказался за спиной. Берк среагировал мгновенно. Он стал стрелять в голову аниматроника, пытаясь достать до процессора, который находился где-то глубоко внутри. Бонни оказался за спиной робота. Он схватил того за шляпу, плотно прицепленную к голове, и стал вбивать аниматроника носом в каменную стену и без того рушащегося здания. Кролик вырвал ему ноги и лапу. Робот перестал шевелиться, и Бонни завершающим ударом перебросил его на другой берег сквозь пламя. Костюм приземлился рядом с пещерой около догорающих собратов.       Тут горящие аниматроники поднялись. От их оболочек не осталось ровным счётом ничего, только лишь голые кости эндоскелета.       — Да сколько можно?! — воскликнул Клэй, стреляя в аниматроников на ходу. — Будь ты проклят, Спрингтрап! Фредди и Чика переглянулись, следя за действиями разъярённого шефа полиции. Фокси пожал плечами и подошёл к краю берега с горящей водой. Он стал прыгать по камушкам, перебраясь на другой берег, где находились недобитые роботы. Джон с Карлтоном недоверчиво переглянулись. Им не хотелось проверять на собственных шкурах ярость огня. Марла в это время прыгнула вперёд Чики. Она горела желанием побыстрее встретиться с Капканом, чтобы высказать ему всё, что сейчас было в голове.       Бонни исчез из поля зрения остальных, оказавшись у самой пещеры за спинами горящих Неправильных. Куда же мог направиться этот кролик?

__________________

      Голден и Шэдоу в своих естественных обличиях брели по тёмному коридору в поисках тех, на кого им указала Беатрис. Вокруг царила тишина, на столько вязкая, что напоминала собой тягучий твёрдый мёд с крупицами соли. Братья изредка переглядывались друг с другом, но тут же отводили взгляд, вновь устремляя его в темноту. Внимание Шэдоу привлекла какая-то тень, которая точь-в-точь напоминала его, только тело сотканной из мрака фигуры больше напоминало костюм. Шэлди остановился, вглядываясь в серебряные глаза Тени Фредди. Они были почти, как две капли воды, отличаясь лишь отдельными частями.       — Голден! Это что ещё за чертовщина?! — подёргал он брата за руку, показывая пальцем в темноту. — Там кто-то есть!       — Где? — Голден проследил за взглядом Шэдоу. Он увидел эту тень, но лишь на несколько секунд. — Ты меня разыгрываешь, да?       — Нет! Я не знаю, что это такое! — продолжал взбудоражено говорить Шэдоу.       — Тебе надо? Иди и проверяй. Мы ищем нечто иное. — Фыркнул Голди. — Я уже так сильно хочу курить! Ты просто себе не представляешь. Шэдоу вновь обернулся, ища глазами Тень Фредди. И он его нашёл. Теневая фигура ухмыльнулась и подмигнула ему, исчезая во мраке. Шэлди поправил свою шляпу и попытался сосредоточиться. Чего он испугался? Всё же нормально! Просто кто-то уже давно отвык от вкуса настоящей битвы не на жизнь, а на смерть.       Шэдоу с сомнением продолжал следовать за братом, прокручивая в голове прошлые моменты жизни. Он чувствовал трепет перед тем, что ему придётся вновь вернуться в битву. С одной стороны, медведь желал этого всем сердцем, но душа волновалась при малейшей мысли об этом. По сравнению с Голденом, Шэдоу был слишком восприимчивым. Он не мог объяснить своё состояние, но трусом или слабаком не являлся. В любой момент Шэлди может превратиться в твёрдую сталь и сокрушить врагов.       Голден был полностью его противоположностью. Братья часто противоречили друг другу, становясь по разную сторону и поддерживая своё отдельное мнение. Но какими бы разными они ни были, всегда сходились во многих идеях. Голди рвался напролом, не имея никакого особого плана, а лишь мысль об этом. Им двигали желания и возможности их исполнения. Голден — безбашенный и строптивый. Всё перевернёт по-своему и вывернет наизнанку. Но, когда нужно, он становится полностью серьёзным, даже робким в местах, которые не знает и не понимает. Шэдоу и Голден могут меняться местами, но чаще всего придерживаются своего характера, оставаясь на коне своих мыслей. Голди очень любит себя, иногда даже больше кого-либо на свете, но в редких случаях, да и то перед зеркалом. Он обожает говорить о себе, но и также внимательно слушает других, пока Шэдоу был в плену робости. За Голденом Шэлди бродил, точно его вторая тень. Они были частью друг друга. Это не изменится никогда.       Братья долго шли в молчании, нервно озираясь по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху. Тут Голден фыркнул и расправил плечи. Он нахмурился и поправил шляпу. За время тишины, уверенности в нём прибавилось.       — А знаешь, мы с тобой зря беспокоимся! — весело и ободряюще начал Голден. — Здесь нечего бояться. Мы с тобой столько раз оказывались в опасности и на грани лезвия косы смерти. Не уверен, что какие-то роботы могут доставить нам проблемы.       — Да! — воодушевился Шэдоу, расправляя плечи, подобно ему. — Это просто обычные аниматроники.       — Как я и говорил. — Фыркнул Голден. Он ожидал, что брат скажет что-нибудь более открытое, чем просто поддакнет. Ему нравилось выслушивать мнение Шэлди в тех или иных ситуациях, когда и сам был в неуверенности. — В общем, как думаешь, чем можно заняться, когда это наконец всё уляжется? В прошлом году мы отправились в потрясающее путешествие по торговому центру. Может уговорим Би на что-нибудь подобное? Мы же семья… Голди продолжал свой монолог, успокаивая своё напряжение бесконечным потоком слов. Шэдоу внимательно его слушал, обводя плечи брата задумчивым взглядом. Он уже думал, о чём новом можно узнать от Беатрис про смертных и попробовать это на своей шкуре. Шэлди до сих пор немного дулся на Голдена за его подставу, но это в прошлом.       Голди всё говорил и говорил. Но тут со спины на Шэлди накинулись. Огромная чёрная когтистая лапа перекрыла ему возможность даже крикнуть. Всё произошло на столько быстро, что медведь и подумать не успел, как его уже утащили в темноту. Мрак сущностям ни по чём, ведь они видели в темноте, но вот враги об этом не знали.       — Так что ты предлагаешь? — подытожил Голден, оборачиваясь. — Шэдоу? — он недоумённо уставился в пустой коридор, который до этого был за его спиной. Ещё две другие золотистые меховые лапы с длинными когтями накрыли глаза Голди. Реакция сущности была мгновенная. Он схватился за эти лапы и перегнул врага через себя, уложив его с грохотом на пол. Голден шарахнулся в сторону от увиденного. Фредбер сверкал на него красными глазами. Его сиреневые шляпа и галстук-бабочка немного съехали в сторону, но это не помешало ему оскалить свою огромную зубастую пасть с двойным рядом клыков. Аниматроник подскочил на ноги, но его тут же сбил с ног летящий в эту сторону Кошмар, которого Шэлди кинул в ту сторону. Шэдоу бросил краткий взгляд на брата и вновь сосредоточился на противнике. Казалось, что Фредбер и Кошмар тоже были братьями, ведь очень походили друг на друга, как Голден и Шэдоу. Только Кошмара намного сложнее заметить в темноте, ведь он сливается с мраком, как и Шэлди. В медведях очень много схожести, но не об этом сейчас речь.       Голден подкинул своего врага и отбросил в стену. Фредбер презрительно захохотал ужасным смехом. Эхо от него разлетелось по коридору, отражаясь от стен и возвращаясь обратно. Он бросился на Голди, а Кошмар — на Шэлди. Их лапы сцепились, не позволяя друг другу двигаться. Под таким напряжением руки тряслись. Роботы не уступали в физической силе сущностям. Они должны признать, что за столько лет без битв запустили себя. Голден выругался, вспомнив, как он насмехался над тренирующимся Бонни, который постоянно себя изводил, оттачивая навыки. Кошмар зарычал, пытаясь цапнуть Шэлди за морду. Шэдоу отшатнулся, но рук не разжал.       — Что вам нужно? — через силу прокряхтел Голден.       — Вы должны примкнуть к нашему хозяину! — рычащим голосом отвечал Кошмар, стоя к нему спиной. — Вместе править империей будет гораздо проще. Сколько душ мы сможем захватить.       — Ты говоришь так из-за контроля Капкана! — фыркнул Шэдоу, не прерывая зрительного контакта с ним. — Неужели твой разум не способен на другое? Вы не такие, как Неправильные! Вы можете мыслить!       — Наша воля — это воля Спрингтрапа. — Вторил своему собрату Фредбер. — Мы выбрали этот путь и пройдём его до конца. Ещё столько крови и испытаний впереди, вы и вообразить себе не можете! Великие планы Капкана свершатся, и мы поможем ему в этом, убрав вас!       — Вы представляете слишком большую угрозу для нас. — Продолжал Кошмар. — Нам не известно кто вы, но, изучив ваши останки, точно разберёмся. Идеи Спрингтрапа великолепны! Либо вы следуете им, либо умрёте оба!       — Ах ты, блятский мозг в консервной банке! Да лучше я проведу остаток жизни в небытие, чем подле этого урода! — Голден одним мощным движением уложил Фредбера на землю и размозжил ногой его череп. Сиреневая шляпа покатилась по полу и осталась лежать никому не нужной вещью. Голди переполняли ярость и жгучая злоба. Именно из-за Спрингтрапа Беатрис понесла такие страдания. Если бы не он, то всего этого бы не было. — Ублюдок. Гори в аду, сука. Шэдоу удивлённо глазел на брата. Он так ловко расправился со смертоносным роботом, что Шэлди здорово позавидовал ему. Шэдоу сжал лапы Кошмара сильнее, сплющивая жалкий металл. Его глаза запылали чёрным светом, полностью превращая глазницы в бездну. Медведь сжал челюсти, принимая свой частичный злой облик. Когти увеличились в размерах, а рот наполнился острыми кривыми зубами. Кошмар на секунду замешкался, ослабив хватку, но этого мгновения хватило. Одна ошибка стоила ему многого. Шэдоу раскрыл пасть и вцепился в морду Кошмара. Он вырвал с корнём его лицевую часть вместе с нижней челюстью. Искры посыпались на пол, словно град падающих звёзд, но Шэлди всё не унимался. Одним ударом он впечатал своего врага в кафель на полу, смяв остатки головы преданного прихвостня Капкана. Бездушные аниматроники, запрограммированные лишь на одно — приносить смерть.       Шэдоу отряхнулся, точно настоящий зверь, и дёрнул пушистыми ушами. Голден стоял с открытым ртом. Он уже давно не видел брата в таком виде, а ведь это не полное его боевое обличие. Голди стал медленно хлопать, пока не собрался с мыслями и не ухмыльнулся.       — Отлично мы починили эти тостеры. — Кивнул он брату, когда Шэлди вернулся в свой обычный облик. — Вернёмся обратно с победой за плечами.       — Одна битва ничего не значит. — Коротко сказал Шэдоу. — Пора возвращаться.

_________________

      Беатрис брела по освещённой пещере, ведь позади догорали оболочки Неправильных. Это длилось не долго, буквально до первого поворота, а после мрак смокнулся вокруг неё. Единственный источник света — окровавленный фонарик, который она нашла в Детской бухте, да и тот неизвестно сколько пролежал там. Батарейки могут сдохнуть в любой момент. Тратить энергетическую силу не хотелось, ради видения в темноте. Би и так плохо себя чувствовала. Живот часто скручивало спазмом, а из носа так и норовила пойти кровь. Девушку сильно тошнило. Грудь сдавливал комок ни то волнения, ни то внутреннего содержания кишечника.       Каменные сырые стены вокруг поросли мхом или же это иллюзия? Касаться здесь чего-нибудь не хотелось, ведь эта дорога к логову мрази. Что ещё здесь можно ожидать, кроме как не иллюзию? Вокруг пахло противной затхлой влажностью, которая напоминала мертвечину. То самое мясо, оставшееся летом на солнце, а на следующий день покрывшееся белыми личинками мухи. Примерно такой же запах. Беатрис улыбнулась. Она была бы сейчас не прочь вкусить мяса. В желудке жалобно заурчало. От страха стало сосать под ложечкой. Девушка поджала губы и продолжала идти вперёд. Тут позади раздался смех Спрингтрапа. Би резко развернулась и взмахнула копьём. Перед ней стоял он, но… какой-то не такой. Голограмма рассеялась, опав вниз маленькими зелёными искорками. Девушка втянула воздух сквозь сжатые зубы. Иллюзия. Всё это иллюзия. Жизнь после смерти Капкана тоже иллюзия. Беатрис поймала себя на мысли, что в томительном ожидании тишина стала сводить её с ума. Хотелось пронзительно закричать, разбежаться и врезаться головой об стену, чтобы услышать хоть какое-нибудь эхо… Чтобы почувствовать себя живой. Спрингтрап испытывал её на прочность. Так себя чувствовали герои-воители, оказавшись в Кносском лабиринте — самом известном древнегреческом мифе, который связан с Минотавром?       С каждым её шагом пещеру пронзал то вскрик очередной иллюзии, то детский плач, а иногда и вовсе животное гортанное рычание. Впереди показался едва заметный светло-зелёный свет. Беатрис с надеждой побежала вперёд, но оказалось, что это были всего лишь неизвестные ей вида грибы. Очередная иллюзия. Расщелина вывела её в более расширенный коридор, который открывался в широкую и высокую каменную комнату. На стенах россыпью располагались голубовато-синие грибы. Тут проросла даже плесень. Беатрис не снижала скорости своего бега, пока не переступила импровизированный порог большой пещеры. Удар под дых вывел её из колеи. Она отлетела к стене, ударившись об неё головой. Девушка встряхнулась и посмотрела вперёд. Спрингтрап. Собственной персоной.       — Признаться честно, я ожидал увидеть здесь не тебя. — Спрингтрап ухмыльнулся, открывая рот костюма и оголяя прогнившие сухие человеческие губы за ним. — Пришла попрощаться со мной или преклонить голову в знак почтения?       — Ни то, ни другое. — Беатрис встала и крепче прихватила своё самодельное копьё. — Я хочу посмотреть в твои глаза, когда ты умрёшь. Мне очень жаль, что ты не вышел встретить меня лично, а просто послал своего таинственного прихвостня!       — Ты уже виделась с ним? Странно. Он не говорил мне об этом ни слова. — Капкан достал из складок своего костюма пульт управления. — Понравились мои ловушки? Я приготовил их специально для вас. Очень оригинально, как думаешь? У меня кое-что есть для твоего очередного интеллектуального изнасилования. Последний раз тебя спрашиваю. Ты присоединишься ко мне?       — Никогда! — но тут же она осеклась. Внутри Беатрис всё сжалось. Она уже видела этот пульт. В одном из своих снов. Но ведь это было не видение. Дурное предчувствие пустило корешки в её голове. Неожиданно Капкан пропал из поля зрения, но тут же оказался прямо перед ней. Он схватил её за шею и поднял над собой. Беатрис выпустила из рук копьё, не в силах контролировать своё тело.       — Как тебе моя новая техника? — его глаза ярко и отчётливо пылали тёмным фиолетовым цветом. Зрачки горели красными огнями. — Я долго тренировался, пытаясь научиться использовать свои силы правильно. Но это не главное моё преимущество над тобой. — Он помахал пультом перед её лицом. — Сейчас я покажу тебе то, над чем так долго корпел…       — Ни за что! Старый Бонни налетел на него и бросил на землю. Он гортанно зарычал на Спрингтрапа, защищая свою подругу. Би, ослабшая от долгого контроля, рухнула вниз, лихорадочно пытаясь отдышаться. Сквозь пелену подступивших слёз, она благодарно смотрела на своего спасителя. На того, кому помогла открыть глаза на всё происходящее. Помогла смыть эту грязь, прилипшую к чистому зеркалу жизни. Аниматроник стоял над своим бывшим хозяином. Он наступил на упавший пульт, сломав его. Теперь прибор не представлял собой ровно ничего, кроме груды сломанных частей, не являя больше никакой ценности. Спрингтрап хотел подняться, но робот прижал его к земле своей огромной ступнёй. Капкан растерянно смотрел на него ярко горящими глазами, которые отливали красное сияние глаз Бонни. Провода отсутствующей руки кролика засияли, и он пустил по своему телу разряд тока, который передался и Спрингтрапу. Он пронзительно взвыл и откинулся затылком на грязный пол.       — Когда-то ты был моим другом… — начал потухшим зловещим голосом Бонни. — И ты предал меня! — разъярённо зарычал он, придавливая его ещё сильнее. — Я отниму у тебя последний свет! — робот перевёл дух и наклонился к Капкану ближе. — Мы звали тебя звездой… Так знай же, что яркие звёзды гаснут первыми!       — Как же мне осточертел весь ваш погорелый театр! — прошипел Спрингтрап. Он схватил аниматроника за ногу и отшвырнул прочь через всё помещение. Капкан поднялся и медленно подошёл к Беатрис. По его костюму до сих пор проходили блестящие искорки тока. Он поднял девушку, схватив её за воротник кофты, и посмотрел ей в глаза.       — А мне осточертел ты! — она плюнула ему в лицо, крепко держась за его запястье и не позволяя себе задохнуться. — Было ли тебе приятно, когда от тебя отвернулся твой собственный сын? Девушка ударила своими словами наугад, зная только о том, что у него было два сына. Морда Капкана исказилась гневом.       — Я убью тебя и использую останки для оживления нового костюма! — Спрингтрап бросил её в сторону выхода, но она зависла в воздухе на половине пути к земле.       Настоящий Бонни материализовался, крепко прижимая к себе свою любимую. Он нахмурился, смотря на своего второго ненавистного врага, который не давал жизни его девочке столько лет. Кролик перевёл взгляд на Беатрис и едва заметно ободряюще улыбнулся.       — Где твой костюм? Почему ты без своей оболочки? Ты же говорил, что это опасно. — Слабым голосом спросила Би.       — Я отказался от него. Он стесняет мои движения. Видишь ли, рядом с пещерой случился обвал и его прижало камнями. Не было смысла тратить энергию, чтобы вернуть себе эту ненужную оболочку. Мои силы в другом. Они в тебе. Капкан ошарашено смотрел на Бонни, не в силах сказать и слова. Его широко раскрытые глаза свидетельствовали о его незнании.       — Ты здесь?! Невозможно! — сказал достаточно знакомый для Би голос. Спрингтрап недоумённо обернулся назад и растянулся в довольной улыбке. По земле прошёлся красный дымок, предвещая приход безумия. При каждом шаге на земле оставались следы от его острых когтей, а воздух наполнялся запахом серы и гари. Он одним своим видом напоминал апокалипсис. Бонни опустил Би на землю и вернул ей копьё. Он сжал лапами её плечи, следя за появлением своего самого злейшего врага, которого он знал так давно, что потерялся счёт лет.       Морда изогнулась в зловещей ухмылке, показывая первый ряд острых зубов. Огромные лисьи уши колыхались при ходьбе, задевая острые высокие рога, которые напоминали собой бычьи. Их концы смотрели в потолок и были покрыты яркими жёлтыми полосками. На белой морде подёргивались усы, алый и чёрный глаза так и заливались ненавистью ко всему живому. Шерсть от бардового плавно переходила в красный, а тот в свою очередь в оранжевый, гармонируя на его шкуре красочными оттенками. Задние лапы были покрыты густой и чёрной, как уголь, жёсткой шерстью. На передних лапах из-под шерсти выступали белые чешуйки, делая запястья и ладони полностью чешуйчатыми, оставляя нетронутыми только когти на длинных пальцах. Беатрис прикусила язык от испуга, когда увидела вместо одного большого хвоста переплетающихся между собой шипящих змей. Они скалили свои клыки, с которых так сочно капал яд, стекая из их рта по тонким зелёным шеям. На плечах, шее и спине лиса находились многочисленные острые шипы.       — Бонни, старый друг! Давно не виделись, родной! — с издёвкой в голосе начал он. Лис приветливо развёл лапы в стороны, словно для объятий.       — Ещё бы столько же тебя не видел, Эльвезер. — Спокойно отвечал ему Бонни, но Беатрис чувствовала кипящую в нём злость.       — Вы знакомы?! — одновременно удивлённо воскликнули Беатрис и Спрингтрап, переглядываясь между собой.       — Я тебе много раз про него рассказывал. Все твои аниматроники похожи на него и других. — Раздражённо фыркнул он, обращаясь к Капкану. — В этом и состоял смысл всех моих эскизов, которые я составлял для твоих новых роботов. — Эльвезер прошёлся оценивающим взглядом сначала по Беатрис, а потом по Бонни. — Ты выбрал себе сильного носителя. И почему это тебя влекут эти смертные?       — У меня к тебе такой же вопрос. — После слов кролика, лис несколько помрачнел. — Призраки многое рассказывали о тебе. Жаль, что я сразу не догадался, что это ты. Какого дьявола ты забыл в этом мире?       — Разве ты не помнишь? После того, как ты уничтожил мой род Огнезубов и испепелил нашу планету, вы с коллегами решили перейти к изучению уже другого мира. Я помешал этому случиться, отправив вас сюда. Всё было спланировано заранее. Я сбил вашу магию, поменял координаты и произвёл ошибку, по которой вы теперь здесь. Я уже знаю, что не только ты здесь. Остальные из расы сущностей тоже тут. Какая ирония, ведь только я знаю координаты вашего мира.       — Ты настолько глуп, что до сих пор не понял! — начинал медленно погружаться в ярость Бонни. — Твой род сам себя уничтожил. Ты как был, так и остался доверчивым слабаком. Тебе запудрили голову.       — Ну давай же! Покажи ей какой ты на самом деле! — игнорируя его слова, продолжал лис. — Странно, что ты ничего не рассказал ей о своём прошлом. Думаю, что она отнюдь не всё знает о тебе.       — Как и ты ничего не знаешь о нас. Бонни отошёл от Беатрис, а Эльвезер вышел из-за спины Спрингтрапа. Он ухмылялся, предвкушая битву. Лис осыпал кролика оскорблениями, ходя вкруг него кругами. Бон же не выпускал его из поля своего зрения, ища у него слабое место. За столько лет он уже позабыл какого это биться с себе подобным существом.       — Никогда бы не подумал, что ты свяжешь свои руки узами фамильярства. — Бонни ударил его по больному. — Вновь оказался под контролем, как и тогда.       — А ты так и убиваешь слабых, невинных и безоружных или мне кажется? — огрызнулся Эль.       — Ну уж точно не лезу в постель врага, как твоя сестра! — Бонни выбирал точные чёткие фразы, которые пронзали ранимое эго лиса. Это стало последней каплей для Эльвезера. Они выводили друг друга на эмоции, желая сбить с колеи и заставить слепо вестись на поводу ярости. Бон одержал в этом победу, а Эль нет. Лис бросился на него, вытянув вперёд лапы. Кролик резким и верным движением врезал ему ногой в челюсть, откинув к стене.       — Да! Покажи ей! Пусть она узнает, что ты не белый и пушистый зайка! — взревел из темноты Эль. — Почему ты до сих пор сдерживаешься? Ты уже забыл, что о тебе говорили и сделали с тобой? Они назвали тебя монстром! Докажи, что они правы… Я прав.       Кролик сжал зубы. Его лицо помрачнело и исказилось яростью вперемешку с гневом. Беатрис испуганно закрыла рот рукой. Она хотела броситься ему на помощь, чтобы он не отвечал злостью на злость. Бон умел держать себя, никогда не показывая своих истинных эмоция при ком-то другом, но сейчас он вновь открылся перед ней абсолютно в другом свете, как того и добивался Эль.       Бонни взмахом лап выпустил когти, но он не кинулся вперёд. Беатрис и Спрингтрап с открытыми ртами следили за битвой высших, позабыв друг о друге. Бон впился когтями в свои рёбра, выворачивая их наизнанку и принимая другую ипостась, одну из многих. Он разорвал свою шерсть, плоть и кости, представая в абсолютно другом обличие. Кости вытягивались и порастали новыми жёсткими мышцами и дубовой кожей. Морда заострилась, клыки увеличились в размерах и в количестве, став острее самых острых лезвий во всём мире. Огромные марганцевые глаза с тонким зрачком, как у кошки, освещали всю темноту впереди. Плечи Бонни разошлись в стороны, громко хрустя позвоночником и костями. Всё в его теле перестраивалось и изменялось. Теперь его размеры достигали шестнадцати с половиной футов в высоту и семь футов в ширину. Бонн угрожающе зарычал, вызывая своего врага на битву.       Эльвезер порвал свою кожу на затылке, изменяясь подобно Бонни. Он увеличился в размерах, становясь всё ужаснее. Высокие рога удлинились, закручиваясь вниз причудливой дугой. Теперь их острия были почти рядом с глазами лиса, словно у барана. Лис был немного меньше, чем Бонни, но явно мог превосходить его силой, из-за постоянного употребления крови.       Эль и Бон сошлись: волна и камень, пламень и лёд, стихи и проза, меч и булава. Они были одинаковы по силе, являя собой могущественных всесильных существ. Бонни заскрёб огромными когтями по полу, вставая на четвереньки. Враги бросились друг на друга одновременно, переплетаясь в жестоком танце кровавой битвы. Эльвезер вцепился обоими рядами зубов в плечо Бонни, погружая их всё глубже и глубже в плоть. На пол закапала густая чёрная кровь кролика. Бон отбросил его от себя, бросаясь вместе с ним на землю. От жестоких ударов с потолка сыпалась каменная крошка и пыль. Бонни рвал тело Эльвезера, прижимая своим весом и не позволяя двинуться. Лис бился под ним и рычал. Но тут Бонни взвыл. Ему в спину вгрызлись ядовитые змеи, жаля и впрыскивая в него яд. Воспользовавшись замешательством кролика, Эльвезер скинул его с себя. Теперь он стоял на четвереньках, словно разъярённое бешеное животное. Он прыгнул на спину кролика, погружая в его могучие мышцы когти. Лис принялся старательно истязать его, разбрызгивая кровь по земле. Бонни схватил его за хвосты-змей и стянул со своей спины. Он взмахнул им над головой и ударил о землю. Они отпрянули друг от друга, переводя дух. Эль истекал яркой кислотно-зелёной кровью, от которой шёл странный пар. Лис вновь принялся наступать на него, а Бон в свою очередь отступал от него.       Беатрис сжала копьё и бросилась вперёд. Она понимала, что ему нужна поддержка. Без краткой передышки кролику не обойтись. Сколько Бонни не истязал себя изнурительными тренировками, драться сейчас было совсем иным, чем все его вместе взятые подготовки.       — Эль! Твоя мать мёртвая шлюха! — выкрикнула Би, совершенно не думая о сказанном. Эльвезер среагировал мгновенно. Он обернулся на неё, но девушка проскользила на коленях между его ног и подрубила ему сухожилия на правой лапе. Эль взвыл, собираясь схватить нахалку, но Бонни вновь был на коне. Отвлечение сработало, и теперь у него появилось преимущество над ним. Бонн закрыл Беатрис собой, перехватывая лапу Эльвезера. Он загнул её ему за спину, стараясь переломить кости. Ногой кролик подставил ему подножку, заставляя упасть на колени. Бон вцепился клыками в его шею, прихватывая довольно здоровый кусок мяса. Он с треском вырвал мышцу вместе с сухожилиями и проглотил её с наивысшим наслаждением. Кровь придала Бонни сил и энергии. Эльвезер завыл от боли. Он развернулся и ударил рогами кролика в живот.       Беатрис со страхом и волнением наблюдала за их стычкой не в силах отвести взгляда. Она вновь просчитывала момент своей возможной помощи. Спрингтрап сжал её шею со спины, не давая возможности двинуться. Он не помогал своему фамильяру, а лишь хотел завладеть телом Би.       — Я ещё раз предлагаю тебе присоединиться ко мне. — Вкрадчивым шёпотом сказал он ей на ухо. — После твоего согласия эта битва закончится. Беатрис понимала, почему они пытаются договориться с ней, а не с Бонни. Кролик следует её воле и словам. Пустая трата времени пытаться добиться от него союза, а вот девушка способна переубедить его. Бон готов быть против всех, но не против неё.       — После твоей смерти многое изменилось, но моё отношение к тебе нет! — девушка извернулась в его лапах и врезала тупым концом копья в живот, откидывая от себя. — Во-первых, я научилась самообороне! Беатрис упёрлась копьём в землю и толкнула Спрингтрапа ногами в грудь, стараясь повалить на землю. Он сопротивлялся ей, защищаясь руками. Капкан увернулся от её удара и повалился на землю, увлекая за собой. Би выставила перед собой деревянный черенок швабры и перекинула Спрингтрапа через себя, как когда-то это сделала с Фокси во время учебной битвы. Девушка учла свои ошибки, поднявшись на этот раз быстрее. Она нависла над ним. Спрингтрап попытался подняться, но Беатрис воткнула копьё в его грудь, лезвие прошло мимо сухого мёртвого сердца.       — Во-вторых, я отпустила свою боль. — Зашипела на него она, не обращая внимание на битву позади. — А чего добился ты?       — Верно, ты на пути к очищению, но уж поверь мне, я добился гораздо большего, чем ты можешь себе представить!       — Что тебе от нас нужно? — Беатрис сильнее вдавила копьё. — Почему Чарли?       — Эта история длинная. Она началась ещё очень давно. — Мечтательно начал Спрингтрап. — Какая досада, что я не могу лично посмеяться ей в лицо.       — Чарли говорила про Сэмми. Её брат близнец. Ты выбрал его, чтобы разрушить их семейную идиллию. Почему? — Би презрительно скривилась, наблюдая за Спрингтрапом. — Говори со мной! Что ты сделал с ним? Капкан молчал, игнорируя её. Он посмотрел за спину Беатрис, но девушка тут же напомнила о своём присутствии, надавив копьём сильнее и не позволяя отвлекаться от разговора, из-за чего Спрингтрап зашипел.       — Почему не Чарли?! Забрал его, а не её!       — Я не выбирал его. — Спрингтрап злостно посмотрел в её глаза. — Я забрал Чарли! Наивная Беатрис! Сколько раз мне ещё повторять, что всё в этом мире является не тем, чем кажется. Ты зря её защищаешь. Я не позволю уйти ей! Она моя!       — Что? — Би осеклась, ослабив хватку. Капкан воспользовался замешательством девушку. Он перевернулся на живот и подскочил. Спрингтрап снова стал атаковать, нанося удар за ударом, но Беатрис каждый раз уворачивалась, подныривая под его руку и не позволяя к себе прикоснуться. Она пыталась переварить его слова, которые казались полной бессмыслицей. Что он имеет в виду? Капкан всё не унимался, пытаясь добраться до неё. Он не мог разгадать тактику её движений, из-за которых она снова и снова оказывалась вне линии его удара. Беатрис краем глаза увидела, как Бонни воинственно сокрушает Эльвезера. Это прибавило ей сил. Она вновь стала наступать на Спрингтрапа, который успел израсходовать свои остатки сил. Би резала и пронзала его копьём, но от многих её неуклюжих ударов он уворачивался. Девушка пронзительно закричала и бросилась вперёд. Она подпрыгнула и на всём лету врезалась в Спрингтрапа. Копьё вонзилось в его правый глаз. Лезвие ножа разрезало остатки глазного человеческого яблока, прошло сквозь пластмассовый аниматронный глаз и пронзило череп с костюмом, выйдя с другой стороны головы. Спрингтрап захрипел, громко рыча. Би продолжала вгонять копьё в рану, наступая на врага и не позволяя ему отшатнуться от неё.       — Сейчас ты ответишь на все мои вопросы! — зарычала девушка. Но она осеклась, когда услышала позади себя рычание. Тот самый гортанный рык, который слишком сильно знаком ей. Бонни был зажат в угол. Его тело покрывали длинные глубоки полосы, оставленные когтями Эльвезера. Лис скалился, собираясь с силами, чтобы добить кролика. Перед Би стоял выбор. Допросить Спрингтрапа о всех его злодеяниях или же спасти Бонни от возможной смерти. Он легко мог погибнуть от лап себе подобного существа. Бонни был бессмертным, но его жизнь также легко разрушить, как и человеческую. Беатрис сжала копьё и вонзила его ещё глубже. Она толкнула Спрингтрапа, увалив его на землю, и побежала в сторону дерущихся. Бонни держался из последних сил, вяло уворачиваясь от Эльвезера. Его раны не могли начать затягиваться из-за битвы, а ему требовалось восстановление. Беатрис увернулась от жадных ртов змей и подпрыгнула, вцепившись в выступавшие на спине у лиса шипы. Эль сразу же среагировал на вторжение. Он обернулся и увидел своего хозяина в плачевном состоянии, что возбудило в нём ещё большую ярость. Эльвезер точно знал, что виной этому была Би. Ей не миновать смерти.       Беатрис ловко запрыгнула на его шею, крепко сжав пучки шерсти. Лис рычал и бился под ней, носясь из стороны в сторону на четвереньках, как разъярённый бык. Он мотал головой, а змеи пытались дотянуться до назойливой девушки. Би соскользнула со своего места. Эльвезер подбросил её свои носом и широко открыл пасть, собираясь с костями сожрать смертную. Беатрис изловчилась и ухватилась за остриё левого рога. Девушка едва смогла удержаться. Она подтянула ноги к себе и ударила ступнями в глаз лиса. Эль взревел, скинув с себя девушку. Он махал головой, брызгая кровью из открытой раны на шее. Беатрис видела стремительно приближающуюся землю, но огромная лапа, покрытая чёрной и зелёной кровью, подхватила её. Би вцепилась в мех Бонни. Она подняла глаза на его изрезанную когтями морду. Теперь он напоминал собой её любимого кролика только особенным цветом шерсти и светящимися глазами. Беатрис не видела никогда в жизни ничего подобного ему, но всё же она не испытывала к нему страха. Девушка безмерно любила его. Сейчас в груди лишь теплилась отчаянная жалость, а глаза наполнились слезами, видя, как он пострадал по сравнению с ней. Би оглянулась.       Спрингтрап со странной гримасой следил, как эти двое заботятся друг о друге, в то время, как его фамильяр уже перевоплотился и смылся прочь зализывать раны. Спрингтрап пылал внутренней злобой. Ему так и не удалось победить этих двоих. Нужна новая разработка плана. Капкан открыл потайной люк рядом с собой и скрылся в нём. Он катился по трубе вниз, спускаясь в своё логово. Уже возле панели управления он запустил режим самоуничтожения. Все его аниматроники пришли в негодность, кроме оставшихся Кошмаров и лис двойняшек.       Бонни спустил Беатрис на землю. Он закрыл глаза, перевоплощаясь в своё нормальное обличие. В груди кролика царила безмерная пустота. Теперь Би будет бояться его из-за неуправляемой ярости. Но его ожидания не оправдались. Она покорно бросилась в его объятия, перемазываясь в чёрной крови с ног до головы. Бон хрипло и тяжело вздохнул. Он закашлялся и сплюнул на землю свою чёрную кровь.       — Почему ты не пошла за Спрингтрапом? — тихо спросил он. — Почему ты сейчас здесь?       — Пусть бежит. Разберёмся с ним в следующий раз. — Беатрис крепче обняла его, зарываясь носом в кровавый мех. — Я не могу тебя бросить. Слишком сильно люблю для такого предательства. Бонни хотел ответить ей, но острый слух уловил шаги в коридоре. Он даже не стал скрываться в тенях. Кролик остался рядом с ней.       Первыми в помещение залетели Чарли и Марла, готовые убить Спрингтрапа одним лишь взглядом. За ними с боевым настроем появились Джон и Клэй. Карлтон, поддерживая раненую Джессику, завалился внутрь и осмотрелся. Заметив Бонни, он помрачнел.       — Их же всех завалило камнями! Какого чёрта? — удивился парень. — Я лично видел все костюмы там!       — Ой, заткнись! — простонала Джессика.       — Беатрис! Я так волновалась! — Чарли подлетела к ней. — Что здесь произошло?       — Спрингтрап хотел убить меня. — Кратко ответила Беатрис. Она не хотела говорить ей узнанное от Капкана, потому что это было бессмысленно. Но после его слов Би поймала себя на мысли, что теперь смотрит на Чарли совсем по-другому. Девушка сжала зубы и отвернулась, не в силах смотреть ей в глаза. — Он психопат. Не стоит его слушать. Здание вновь содрогнулось. С потолка посыпались каменные обломки. Бонни притянул к себе девушку. Сверху упал приличного размера булыжник, чуть не отдавив ногу Чарли, но та успела отскочить. Девушка неуверенно покосилась на кролика, замечая, что он не похож на аниматроника, которого она видела совсем недавно, но не стала задерживать мысли на этом. Она подумала, что он покрыт смолой из-за сильных повреждений после обвала.       — Теперь и здесь начался обвал! — фыркнул Карлтон.       — Что ты имеешь в виду? — вскинула брови Беатрис.       — Та часть здания, из которой мы только что убежали, полностью обвалилась. Пещера уже начала осыпаться, но мы успели проскочить мимо летящих осколков. — Марла пыталась оттереть с рук кровь. Она скрывала выступившие на лице слёзы. — Ламар остался там… Совсем один.       — Держись. — Джон положил ей на плечо руку. — Всё будет хорошо.       — Нет, не будет! — Марла раздражённо скинула его ладонь. — Его ребёнок останется сиротой!       — Что?! — воскликнула Джессика. — Ты беременна?       — Уже как месяца четыре. Живот только начал округляться. — Она скрестила руки на груди и поджала губы. — Я никому ничего не сказала, иначе бы меня не взяли. Я давно всё скрываю. Жаль, что умер он, а не я.       — Не говори так! Мы поддержим тебя всем, чем сможем! — отчаянно затараторил Карлтон.       — Я бы не хотел вас прерывать, но пиццерия рушится! Нужно срочно уходить! — встрял в их разговор Клэй. Бонни кратко оглядел окружение. Он испытывал сильную телесную боль, но ни один мускул на лице не показывал этого. С его шерсти опадали густые чёрные капли крови, оставляя разводы на влажной земле. Хромая и покачиваясь, Бонни подошёл к одной из каменных стен вокруг. Он со всей силы ударил по ней, выбив секретную дверь, которая вела в другую пещеру. Она уже тоже начинала обваливаться, но это был единственный выход.       — О, смотрите! — Берк подошёл к Бонни и приветливо ему улыбнулся. Кролик закатил глаза и взглянул на Би. — Кажется, он нашёл выход. Быстрее! Не отстаём друг от друга. Помогаем раненым и слабым! Беатрис хотела пойти за остальными, но её привлекло какое-то странное пламя. Она отошла достаточно далеко от всех, оказавшись у другой стены, которую покрывали светящиеся грибы. Девушка ахнула, увидев старого аниматроника, который бросился её защищать от Спрингтрапа. Его костюм загорелся от сильных искр, исходящих от оголённых проводов оторванной руки. Бонни едва шевелился, но его глаза загорелись, когда он узнал Беатрис.       — Ты жива! — возвестил его прерывающийся голос, сопровождаемый сильными помехами. — Я очень рад этому.       — Привет, друг. — Девушка присела рядом с ним на колени. Пламя продолжало пожирать его изломанное тело. — Вижу, что ты в плачевном состоянии. Тебе плохо?       — Было бы лучше, если бы ты подошла на десять минут раньше. — Он тяжело опустил голову на землю. — Я совершил столько плохих вещей, что даже вспоминать противно. Я хочу уйти отсюда. Бросить этот мир.       — Я прощаю тебя. — Мягко ответила ему Беатрис. Робот недоумённо попытался приподняться, но эндоскелет уже не функционировал. — Тебя и всех остальных за всё прошедшее. Прощаю и отпускаю. Ты свободен. Я обещаю, что отомщу за ваши души. Найди остальных под завалами. Помоги им уйти. Расскажи обо всём. Всевышний простит вас. Вы не заслуживаете этого жестокого мира, а в особенности ты.       — Ты правда меня отпускаешь… прощаешь нас? — робот глючно дёрнулся, сверкнув искрами. — Я… спасибо тебе. За всё.       — Иди на встречу окрылённой свободе. — Беатрис коснулась его плеча. На пальцах сверкнули фиолетовые искры. Она вложила в этот жест все свои искренние пожелания и мысли, которые должны были его освободить. Если нет, то Марионетка точно отпустит их. — Я обещаю, Спрингтрап умрёт. Рано или поздно.       — Увидимся на той стороне… Его голос потух, как задунутая свеча. Глаза перестали светиться красным, а тело полностью расслабилось. Теперь этот костюм не представлял собой больше ничего, чем воспоминание об аниматронике Бонни, который играл в прошлом на гитаре и веселил детей. На глазах Беатрис выступили горькие слёзы, смешавшись с кровью на лице. Бонни даже сейчас был рядом с ней в такой трудный и тяжёлый момент. Он положил ей лапу на плечо, пытаясь успокоить.       — Пора уходить. Остальные продвигаются, разгребая завалы. — Тут он дёрнул ухом, прислушиваясь к чему-то. Беатрис тоже подняла голову и встала, опершись на протянутую лапу Бонни. Девушка почувствовала присутствие. Из заваленного прохода, который вёл к водопаду, вылетели разноцветные сферы. Сущности. Они потеряли свои костюмы, как и Бонни. Теперь их ничего не связывало.       — И вы здесь. — Би легко улыбнулась. — Пойдёмте. Пора уходить. Что с вами случилось?       — Долга история. — Сухо отвечал Фредди.       — Про нас вообще не важно, но что случилось с Бонни?! Чёрт возьми, я никогда не видел его… таким! — кричал вечно эмоциональный Фокси.       — Поговорим дома. — Вздохнула Чика. — Нам всем есть, что нужно рассказать друг другу.       — И то верно. Здание сейчас развалится по кирпичикам. Я не хочу снова тратить энергию на прохождение сквозь стены. — Голден юркнул в щель, куда ушли смертные. Бонни ничего не говорил. Би чувствовала, что сейчас он очень слаб. Девушка взяла его за руку и повела за собой, становясь в этом путешествии его глазами, ведь его собственные сейчас заливала кровь из рассечённого лба.       Беатрис быстро нагнала остальных. Они и вправду с трудом продвигались вперёд из-за многочисленных камней, опавших здесь. Сущности обогнали их, улетев далеко вперёд по узкой пещере. Вероятно, они уже были где-то на поверхности.       Когда преграды закончились, на их пути теперь предстала комната. В ней сильно пахло сыростью, а в воздухе стояла вязкая влажность, какая бывает в погребах. Пахло землёй и… машинным маслом. Чарли недоумённо вскрикнула, когда оказалась на поверхности. Она видела перед собой задний двор отцовского дома. Би отсутствующе наблюдала за эмоциями Чарли. На неё навалилась сильная усталость после прошедшей битвы и потраченной энергии. Джон же наоборот последовал за Чарли куда-то в глубь комнаты, явно за неё переживая. Девушка непрестанно твердила какой-то код. Бормотала имя: «Сэмми». Джон уговаривал её уйти, но Беатрис уже не слышала их разговор. Из прохода позади повалил дым, потолки и стены дома сотрясались, осыпая ребят каменной крошкой, пылью и грязью. Би стояла перед обломками стены, не в состоянии найти в себе силы, чтобы перелезть через неё. Глаза обильно слезились, а нос и горло забило грязным воздухом. Тут сверху показались знакомые лица полные свежести и веселья.       — Я смотрю, что кому-то нужна наша помощь! — Голден в человеческом обличие спрыгнул вниз и подхватил Би на руки. — Фредди, принимай!       — Я уже здесь. — Парень улыбнулся, протягивая к Беатрис руки. Он обхватил её сильными ладонями и без особых усилий поднял наверх. — Ты цела?       — Вполне. Нужно помочь остальным!       — Наши справятся. Главное, что ты теперь в безопасности. Мы оценили ситуацию и поняли, что без нас вам не обойтись. Так сказать, спасательная группа для важной спасательной операции. — Он хохотнул, пытаясь также развеселить и Би, но у девушки не было сил даже ответить. Чика подала руку карабкающемуся Клэю, и тот с благодарностью её принял. Берк смущённо покраснел, когда Чика предложила ему одеяло и термос с чаем. И где только она успела всё это раздобыть?       Бонни сам запрыгнул наверх. Он тяжело осел на землю и опустил голову на руки. За ним так и тянулся кровавый след от многочисленных увечий. Беатрис наклонилась к нему и едва слышно шепнула: «Отправляйся домой. Подожди нас там. Поверь, в походном облике будет легче». Он кивнул ей и поднялся. Бонни проследовал куда-то за дом, подальше от любопытных глаз, и там уже перевоплотился.       Шэдоу дал пять Фокси. Они распределились на команды, помогая смертным. Шэлди оказался рядом с Карлтоном и перехватил у него Джессику. Джес вяло подняла голову, и её глаза расширились. Девушка в немом удивлении открывала и закрывала рот.       — Ты? — наконец ахнула она. — Я тебя помню!       — Я тебя тоже помню. — Улыбнулся он ей. — Давай-ка выбираться. Тебе нужно в больницу. У тебя нога вывихнута и кровоточит. Фокси предложил свою помощь Карлтону, и тот без возражений принял её. Голден же подошёл к Марле. Девушка бесчувственно подала ему руку. Её лицо было мрачнее самой ночи. Она угрызала себя тем, что оставила Ламара в том ужасном месте.       Джон и Чарли громко перекрикивались и ругались. Парень насильно тащил её за собой за руку, но она упиралась и рвалась в противоположную сторону. Чарли вырвалась и побежала к стене. Она отчаянно забила по ней руками, громко зовя Сэмми, но тут из прохода показалось странного вида существо. Оно перевернулось и выпустило из груди огромную цепкую клешню, которая вцепилась в спину Чарли. Девушка попыталась освободиться и тут поняла, что её схватило. Беатрис испуганно вскрикнула и шагнула было вперёд, чтобы спуститься вниз, но Фредди не позволил ей двинуться. Все были на поверхности, кроме Джона и Чарли.       Чарли билась и извивалась, но остатки костюма Неправильного Фредди затащили её внутрь. Его морда не выражала ровным счётом ничего. Пустые синие глаза смотрели прямо перед собой. Задних ног не было, как и второй руки, из плеча которой торчали оголённые провода. Пластиковая оболочка полностью расплавилась и разрушилась под натиском камней, которые он преодолел, чтобы добраться до Чарли и выполнить свою задачу. Живот костюма сомкнулся, сдавив её со всех сторон. Снаружи осталась только рука. Джон подбежал к костюму и стал бить его, рвать и кричать. Он ничего не мог сделать. Поняв, что ему угрожают, складки костюма продолжили свою путь, ещё сильнее сковывая Чарли. Джессика рвалась туда, но Шэдоу не отпускал её. Она и не убежала бы далеко с больной ногой. А вот Клэя никто не держал. Шеф полиции бросился вниз, удачно приземлившись на ноги. Би с тяжёлым сердцем следила за происходящим. Марла не пошла к ним. Сейчас её постигло равнодушие ко всему. Её Ламара больше нет на этом свете, а значит и нет смысла бороться за что-то. Временная хандра, которая пройдёт в скором времени, когда она отпустит его.       Но Би была не такой. Девушка вырвала ладонь из руки Фредди и спрыгнула с края обрушившейся стены. Фокси не успел её схватить. Он громко выругался.       — Вот чертовка! Вернись!       — Бонни оторвёт нам всем головы, если узнает, что с ней что-то случилось! — Чика, как ужаленная, носилась по краю, не решаясь спрыгнуть.       — Пусть идёт. — Холодно сказал Голден. — Она знает, что делает.       — Пустите меня! Я должен быть там! — рвался Карлтон, но его крепко держал Голден.       — Вы точно остаётесь здесь! — рявкнул на него Фредди. — Я уверен, что они справятся… — но эти слова прозвучали неуверенно. Беатрис оказалась рядом с Джоном и Клэем. Они отчаянно пытались высвободить Чарли из оков костюма. Би попыталась трезво оценить ситуацию. Грудь Неправильного покрывали острые зубья разной длины и ширины. Вытаскивать её отсюда нет смысла. Рука Чарли безвольно повисла. Теперь её совсем не было слышно. Клэй снял с плеч голову медведя и отшвырнул её в сторону.       — Можно попробовать вытащить её отсюда! — высказала общую мысль Би. Девушка стала убирать лишние провода и части эндоскелета, дабы помочь свершению их идеи. Джон отскочил в сторону, и достаточно вовремя. Неправильный взмахнул единственной оставшейся рукой, чуть не убив его. Джон обессиленно упал на колени возле костюма.       — Чарли! — позвал он.       — Джон, — слабо прошептала она. — Не отпуская мою руку. Пожалуйста. Я не хочу остаться здесь совсем одной. Не бросай меня!       — Я люблю тебя, Чарли! Я никогда не брошу тебя!       — Не отпускай!       — Я держу, Шарлотта… — со слезами продолжал Джон.       — Клэй, осторожнее. — Шикнула на него Беатрис. — Если мы заденем не ту деталь, то пружинные фиксаторы сработают! Она умрёт ещё быстрее без какого-либо шанса на спасение.       — Понял тебя. — Коротко ответил он. Первый слой пластин закрылся. Второй и третий начали закрываться одновременно, отрезая шанс помочь Чарли через шею аниматроника. Беатрис разъярённо закричала. На глазах выступили слёзы. Они не в силах помочь ей. Ничем не могут помочь. Би опустилась на колени и тоже взяла Чарли за руку. Скорее всего она задохнётся там, либо от сильного давления сработают пружинные фиксаторы.       — Чарли, ты слышишь меня? — позвала её Беатрис, максимально близко приблизившись лицом к створкам костюма. — Это я, Би. Послушай, прости меня за всё, что было и что будет дальше. Я не хочу потерять тебя. Поверь, я… Я очень дорожила дружбой с тобой. Особенно это ощутила в последнюю неделю. Мне жаль, что всё обернулось именно так… Чарли? Из костюма не доносилось не звука. Джон выпустил руку Чарли, ударив по костюму ногой.       — Да что же это такое! Отпусти её! — взревел он.       — Джон, я нашёл выемку в костюме. Помоги-ка мне! — Берк рылся в проводах оторванной руки робота. — Возможно, мы сможем открыть костюм. Замки напоминают мне костюмы наших старых аниматроников. Я не уверен, что это одно и тоже, но попытаться стоит. Беатрис старалась услышать хотя бы дыхание Чарли, но всё было напрасно. Би заняла место Джона, взяв девушку за руку. Чарли крепко схватила ладонь Беатрис. Пальцы сплелись так крепко, словно в последний раз, хотя он таким и был. Би зарыдала. Теперь она чувствовала всю боль утраты. И виновником в этом было лишь одно существо. Спрингтрап.       Дыхание Би остановилось, когда раздался чёткий, резкий щелчок. Джон и Клэй остановились, словно само время вокруг них перестало двигаться вперёд. На целую минуту повисла тишина. Беатрис вцепилась в руку Чарли, не находя в себе сил перестать плакать. Тут металлический костюм конвульсивно задёргался, ударился о землю. Внутри принялись разворачиваться все металлические части, штыри и прочие острые предметы, которыми начинил их Уильям ещё при жизни. Хруст, хлюпанье и чавканье заполнили собой всё вокруг. Джон и Клэй инстинктивно отпрыгнули от костюма, но Беатрис осталась рядом с Чарли в этот последний миг, как того и хотела Шарлотта. Костюм упал и замер, вытянув руку в неестественном искорёженном положении. Джон вновь пришёл в чувства. Би сжимала обмякшую и нешевелящуюся руку Чарли. Би больше не хныкала. Слёзы льдом застыли в её потухших глазах. Теперь всё было кончено. Джон оттолкнул Беатрис прочь, желая прикоснуться к Чарли ещё раз.       — Чарли? — он похлопал её по руке, но ничего не случилось. — Чарли! Чарли!       — Джон… — слабо произнесла Беатрис.       — Кровь. — Тихо закончил за неё Клэй. Джон побелел, как полотно. На его лице изобразились все стадии боли и страданий, которые испытывают потерявшие близкого человека люди. Позади кто-то спрыгнул на землю.       — Джон, нам нужно уходить. — Продолжал Берк. — Дом сейчас рухнет на наши головы.       — Я не пойду! — закричал он, наблюдая, как по полу растекается огромная лужа крови. — Она пойдёт со мной, либо я останусь здесь тоже! Клэй обернулся, посмотрев за спину Беатрис. Она тоже обернулась. К ней приближался Фокси. Он был настроен увести её всеми своими силами. Парень поднял её с земли и крепко обнял, наблюдая кровь на земле. Берк коснулся плеча Джона, но тот зарычал на него. Клэй не вытерпел, схватил Джона за шиворот и поволок за собой. Он пытался отбиваться, но в итоге покорно последовал за ним. Фокси помог им перебраться через обломки стены. Выйдя на свежий воздух, Клэй обернулся назад.       — Все здесь с нами? — спросил Фредди.       — Да, — громко сказал Клэй, но его голос задрожал.       — Нет! Нет! Нет! И нет! — закричал Джон. Он вырвался из сильных лап Фокси и побежал обратно к бреши.       — Джон! — Би в свою очередь обогнула Чику и бросилась за ним. — Не надо!       — Да как вы заебали уже меня! — Голден злобно достал из кармана сигарету и зажигалку. Он нервно прикурил и выпустил из себя дым, пытаясь успокоиться.       — Да что вы стоите-то?! — Карлтон, поддерживая Джессику, провожал убегающий отсутствующим взглядом. Даже у него уже не было сил следовать за ними и возвращать обратно. Шэдоу закатил глаза и побежал за отбившимися от них. Джон уже заносил ногу, чтобы пролезть внутрь, но на него налетела Беатрис, оттягивая за кофту назад. Тут они оба застыли, увидев разворачивающуюся картину внизу. В луже крови сидела странная незнакомая Би женщина. Тёмные каштановые волосы закрывали её лицо. Она держала Чарли за руку и что-то шептала. Шедоу уже подошёл и силком оттаскивал Джона от бреши, пока Беатрис продолжала следить. Тут рука Чарли преобразилась, став полностью серой. Она была металлической и покрытой странной плёнкой, которая едва напоминала импровизированную кожу Неправильных. Би ахнула. Кровь на полу также преобразилась, превратившись в тёмное машинное масло. Женщина вскинула голову на посторонний звук. Она мрачно заглянула в глаза Беатрис. Пронзительный взгляд её глаз дошёл до самых костяшек внутри. Девушка хотела что-то сказать, но её ход мыслей сбил голос.       — Тебе тоже особое приглашение нужно? — она обернулась, столкнувшись с злым взглядом Фредди. — Или просто хочешь покататься на ручках? Беатрис слабо качнула головой. Фредди повёл её за собой к остальным. Би оглядывала долгим взглядом женщину, которая также пристально смотрела на неё. Они запоминали друг друга, пока их образы не исчезли за каменной стеной. Последняя крепко держащаяся балка дома хрустнула. Здание обрушилось, подняв тучи пыли. Джон пронзительно завыл, словно этого его только что сейчас разрушили. Теперь всё было кончено на этот раз.