Грустно, больно, страшно... Было

Стою посреди темноты. Ничего не видно, даже своих рук разглядеть не могу. И вдруг как будто включается лампочка. Мир вспыхивает ярким светом. Надо мной небо, облака, солнце, кроны деревьев. Вокруг лес, зелёная трава, речка неподалёку. Так, как я хочу. Тихо, спокойно. Никого. Только я и лес. Наедине. ‒ Эй! ‒ резкий окрик пугает. ‒ Привет, Наи! ‒ Кто-то говорит со мной моим голосом. ‒ Я прошу тебя освободить меня. И всё. Я не буду больше тебя беспокоить! ‒ Освободить? ‒ Спрашиваю в пустоту, так как говоривший до сих пор не показался. ‒ Да, хочу на свободу! ‒ Хорошо. Где ты? ‒ Я здесь. Обернись! Оборачиваюсь и вижу каменную стену, к которой прикована говорившая. Я подошла к ней. Она была похожа на девушку. Даже немного на меня. Вот только она была очень истощенной, побитой. Будто её ежедневно пытали и морили голодом. Вдруг она подняла голову. Девушка начала изменяться. Её тело росло, деформировалось. Стало похоже на осьминога, потом на паука, потом вновь на человека, затем вообще потеряло форму. Щупальца, образовавшиеся из этого бесформенного облака, потянулись ко мне. Я была не против. Она не причинила бы мне вред. Если это происходит, значит, так нужно. Я закрыла глаза и расслабилась. Чтобы сейчас не произошло, я к этому готова. ‒ Наи, нет! ‒ Резкий крик моего друга вырывает меня из расслабленного состояния. Я оборачиваюсь к нему. Он стоит, направив пистолет на неё. Уверенно так стоит. Палец на спусковом крючке. Выстрел. Ещё и ещё. Она падает. Щупальца втягиваются обратно. Я замираю. Ничего не понятно. Мозг будто перестал воспринимать информацию. Секунда. Ещё одна. И ещё. Я поворачиваюсь. Смотрю на её мёртвое тело. Снова смотрю на друга. Ещё несколько секунд проходит. И меня выбрасывает из сна. Вокруг меня столпились близкие. Рядом лежит друг. Без сознания. Я ничего не чувствую. Нет, боль есть. У меня болит голова и хочется пить. Вот только ни радости от встречи с родными, ни беспокойства за друга. Ничего. Нужно было рассказать об этом кому‒нибудь. Хотя это ничего бы не решило. Прошло несколько месяцев. Я всё ещё ничего не чувствую. Он убил мои эмоции. Своими руками убил. Но ненавидеть я уже не могу. И любить не могу. Ничего не могу. Но мне не грустно. И не больно. Мне безразлично. Всё безразлично. И дождь, и солнце, и снег, и любимый шоколад, и чай, и сериалы, и книги, и музыка. Всё. Она была моими чувствами. Она была эмоциями. Раньше я старалась их сдерживать, поэтому у неё был изможденный вид. Но сейчас её вообще не было. Она исчезла. Исчезли и чувства. Хотелось уснуть. Так уснуть, чтобы больше не просыпаться. Никогда. Ко мне никто не приходил. Никто. А что толку общаться с безэмоциональным человеком? Всем неловко и страшно. Они всё сначала сидели по десять минут, потом по пять. Потом всё меньше и меньше задерживались у меня. И вскоре вообще перестали приходить. Но мне не было грустно. Я не тосковала. Не обижалась. Не звонила. Не звала. Не плакала. Просто молчала. Даже с собой говорить мне не хотелось. Стало плевать на всё. Это... Очень странно. И тяжело. Самую капельку. И вот я лечу с крыши. Земля быстро приближается, но я смотрю вверх. Удар. Ух ты! Я снова здесь! Там, где лес, речка и зелёная трава. А надо мной небо, облака, солнце и кроны деревьев.