Действительно, мальчики не плачут. Что угодно может произойти на земле, и всё будет в пределах нормы, кроме парня, который плачет. Как бы тебя не били люди или жизнь, как бы тебе не было плохо, ты не должен плакать. Это не по-мужски.

Ему опять снился кошмар. Снова мучали воспоминания о том дне. Проснуться. Надо срочно проснуться и набрать Славе. Но сон не заканчивается, только он подходит к концу, как память достает момент ещё хуже, и зацикливает его. – Юр, Юра! Проснись, – знакомый голос, сильные надёжные руки, друг рядом, теперь можно не бояться.

‒ Здравствуйте, мама! Нат в порядке, сидит рядом со мной, только говорить не может. ‒ Эндрю, ‒ констатировала факт женщина на другом конце. ‒ Да, это я. ‒ И почему же мой сын не может говорить? ‒ в её голосе явственно слышалась ирония. ‒ Чай пьёт, ‒ пододвинув кружку к объекту обсуждения, ответил «наглый мальчишка». ‒ Мне всё же дать ему трубку? Хотя я бы не прочь ещё с вами поговорить, мама.

‒ Ну и как это понимать? ‒ Понимай как хочешь, но, по-моему, тут всё очевидно. Это просьба взять меня, прямо здесь и сейчас. ‒Эмиль... Эми, ну ты же знаешь, что я не могу. Не сейчас!

На море штиль, вокруг тишина, лишь тихий плеск волн, ударяющихся о борты корабля. Впереди солнце медленно погружается в воду, будто привыкая к его температуре, не решаясь нырнуть в него с головой. Закат окрашивает всё вокруг в нежно-розовый и пурпурный, а линию горизонта ‒ в глубокий фиолетовый, словно художник, рисующий неповторимый шедевр. Так видит эту картину капитан пиратского судна, смотрящий на солнце и вспоминающий сказочный образ девы, что много лет назад попала на его корабль.