Космические Бродяги. Дело #001: Проект

По чёрному холсту космоса, украшенного сияющими блёстками далёких звёзд, продолжал своё путешествие Научно-Исследовательский Звездолёт «Таганрог». Бесконечную тьму рядом с ним прорезала яркая белая стрела. Прыжок в очередную солнечную систему завершился встречей с очень необычной кометой. Поэтому на капитанском мостике, как всегда, царила суета. В это время на «Таганроге» проходили свою обычную летнюю практику студенты Академии Пилотов с планеты Парад. Мостик был не очень большой, так что одновременно здесь могли находиться не более трёх студентов с преподавателем. Не считая экипажа, разумеется. Генератором случайных чисел они были поделены на группы, которые в разное время проходили практику в разных отсеках. Первая группа на сегодня состояла из Джин, Кейтлин и Талии. Им читала лекцию миссис Ким, она же классный руководитель, она же преподаватель космонавигации, она же генератор случайных чисел. — И, как я уже говорила, в основе численного дифференцирования лежит аппроксимация функции, от которой берётся производная, интерполяционным многочленом Стирлинга. — Джин, переведи, — Талия токнула её локтем в бок. Джин сидела на пустующем месте радиста и делала вид, что внимательно слушает преподавателя. На самом деле, косилась на мониторы и тщетно пыталась понять, что же там происходит. Джин вздохнула и ответила Талии: — Вводишь в компьютер координату «эр» и координату «фи», и он просчитывает тебе маршрут. Справа от неё расположилась Кейтлин. Невежливо повернувшись к учителю спиной, она разглядывала приборную панель и, с частотой примерно две десятых Герц, то есть каждые пять секунд, щёлкала тумблером, изменявшим режим отображения звёздной карты, чем дико раздражала Джин. — Да, по-крестьянски просто, — проворчала Кейтлин. — Чего сказала? — Я говорю, с такими познаниями тебе и кукурузу на комбайне не собирать, не то что управлять звездолётом! Видимо, Кейтлин стало скучно, и она решила поскандалить. — А тебе, небось, тяжело здесь приходится, без прислуги? — Я-то могу о себе позаботиться, а вот ты без земли совсем засохнешь, апельсинчик! Джин по непонятным причинам приходила в ярость, когда её называли рыжей или намекали на то, что она рыжая, несмотря на то, что она действительно рыжая. — Ну всё, сейчас я тебе косички-то да повыдергаю! Как только Джин собралась перейти к неженским методам решения конфликтов, между девочками материализовался капитан. Внезапно, его рука, положенная на плечо Джин, оказалась в классическом «замке», когда заламывают локтевой сустав. Попал под горячую руку, что называется. Тут же Джин сообразила, что сделала, отпустила капитанскую руку и отпрыгнула от него. — Простите, капитан, рефлексы! — начала извиняться Джин. — Хорошие рефлексы… — промямлил капитан, потирая освобождённую от захвата руку. — Капитан, я приношу свои извинения, — миссис Ким виновато поклонилась. — Её надо на цепь посадить! — всё ещё не унималась Кейтлин. — А тебе надо кляп в рот вставить, принцесса, — повернулся к ней Шатнер. — Чтобы не обижала однокурсниц. — С каких это пор мы на «ты»? Шатнер проигнорировал её и снова повернулся к Джин. Кейтлин как-то неопределённо хмыкнула, то ли довольно, то ли обиженно, и, незамеченная, удалилась с мостика. Джин стояла по стойке «смирно», вытянув руки по швам и склонив голову так, как будто её сейчас отрубят. — А вы у нас бойцовая, я смотрю, — Шатнер смотрел на неё с жадным любопытством. — Я читал ваш файл, мисс Тэйлор. Какой-то у вас там пояс? — Чёрный, второй дан, — несмотря на смущение, Джин отвечала отчётливо. — Знаете, обычно мы с доктором тренировались, но в прошлом году он серьёзно повредил ногу, и с тех пор я не могу найти достойного противника. — Но я тоже бросила занятия после того, как поступила в Академию. — Тем более, разминка не помешает. — Капитан, — вмешалась миссис Ким. — Может, не стоит? — Не волнуйтесь, я буду драться в полсилы. Всё-таки другая весовая категория. — Да нет, капитан. Я как раз за вас беспокоюсь…

***

Капитан продержался секунды три. Джин с первого же выпада повалила его на живот, вывернула руку за спину и придавила плечо ногой. — Извините, капитан Шатнер, я не в доги — а этот комбинезон немного сковывает мои движения. По дороге к додзё Джин ещё была немного бледна, даже по сравнению с её обычным оттенком кожи. Но ощущение ногами холодного татами вернуло ей силы. — Просто я не бью девочек, — сказал капитан, поднимаясь. На представление в итоге собрались почти все ученики под предводительством миссис Ким, несколько человек из экипажа, в основном, техники, которые бездельничали, повар и, разумеется, врач. — А вам и не надо её бить, — заметила миссис Ким. — Вам надо всего лишь повалить её. Да простят меня мои ученики, по этой технике вы, наверняка, большой специалист. Ученики засмеялись. — Ха-ха-ха, — передразнил капитан. — Когда это я создал у вас такое впечатление? Кроме того, предпочитаю брюнеток. Джин схватила его за ворот и перебросила через ногу. — Капитан, не отвлекайтесь, — крикнула миссис Ким. — А вы тяжелее, чем кажетесь, — сказала Джин. — Наверно, мне следует вам поддаваться. Но меня этому не учили. Небольшой городок Виш на планете Парад обладал двумя достопримечательностями. Именно в его окрестностях располагалась самая известная в Галактике Академия Пилотов, а также самая престижная на Параде школа смешанных боевых искусств — Додзё Тэйлора. Её основал далёкий-далёкий предок Джин, а в настоящее время школой руководил её отец. Школа Тэйлора образовалась в результате слияния нескольких древних земных стилей борьбы: преимущественно айкидо, дзюдзюцу и некоторых элементов вольной борьбы. В её основе лежало использование массы противника против него самого. Таким образом, у девочки-подростка против взрослого мужчины было преимущество. — Ну, ладно, — сказал капитан, поднявшись и встав в стойку. — Поиграли и хватит. Капитан вновь атаковал, Джин увернулась и попыталась поймать руку, но рука стремительно ушла назад, выскользнув из захвата Джин, а вторая ладонь капитана уже летела по направлению к её лицу. Джин резко отпрыгнула подальше от капитана. На лице появилась полоска крови. Улыбка исчезла с лица миссис Ким и сменилась выражением ужаса. Джин провела ладонью по щеке и посмотрела на неё. — Довольно! — миссис Ким подбежала к Джин и схватила её за плечи. — Да вы что, миссис Ким? — Джин улыбалась, её глаза горели. — Мы ведь только начали! — Простите, — капитан решил извиниться. — Наверно, не следовало бить так серьёзно. — Нет. Именно ТАК и надо бить, — Джин отодвинула свою учительницу. — Миссис Ким, сойдите с татами, пожалуйста. — Ты уверена, что хочешь продолжить? — Вы, вероятно, первый раз в жизни видите спарринг. — У тебя останется шрам. — Позвольте мне. К Джин подошёл корабельный врач и осмотрел царапину. Внезапно в его руке появился тюбик, из которого он выдавил капельку прозрачного геля и намазал Джин на щёку. После этого он заклеил царапину пластырем. — Не будет шрама. — Если ты будешь ей каждую царапинку заклеивать, мы не подерёмся, — пожаловался капитан. — А тебе не надо ничего намазать? — Сядь уже на место! Капитан повернулся к Джин и повторно поклонился. — Продолжим? — Ха-а, — резко выдохнула Джин, приняв стойку. От этого боевого клича у всех без исключения пробежал холодок по спине. Но это было пугающе прекрасно. — Другое дело, — глаза капитана сверкнули. Джин не могла похвастаться женственностью. Если бы она ещё подстриглась коротко, и если бы у неё не было таких, скажем так, вторичных половых признаков (третьего размера!), она вполне бы сошла за мальчика. За очень красивого мальчика. Сочетавшего в себе силу и удивительную грациозность. Капитану впервые за много лет пришлось вспомнить, чему его учили в Военной Академии, и чем давно не приходилось пользоваться. Это был секретный стиль, запрещённый, разработанный специально не для обороны, а для нападения. Если точнее — для убийства голыми руками в условиях ведения боя в тесных помещениях. Да, капитан Шатнер был не промах. До того, как он начал катать студентов на старой рухляди, он служил в элитном отряде космодесантников. Поучаствовать, правда, успел всего в трёх операциях, но это совсем другая история. Джин была великолепна. Её стиль, наоборот, был заточен на оборону. Казалось, чем стремительнее капитан её атаковал, тем проще ей было вывести его из равновесия. Сила действия равна силе противодействия. В этом основа техники Джин. Капитан, конечно, дрался не в полную силу, но, учитывая, что она всё-таки девочка и раза в два моложе… Результат получился такой. Не считая первых двух, капитан был повален десять раз, Джин — девять. Помимо этого Джин заработала несколько синяков и ссадин, но они в общий зачёт не шли. Поэтому капитану пришлось признать поражение. — Так, а на что вы спорили? — поинтересовался доктор, заклеивая Джин последнюю ссадину. — Да так, просто, на интерес, — ответила Джин. — Капитан Шатнер никогда не спорит на интерес! — возразил капитан. — Победителю полагается награда. Как насчёт смены на посту главного корабельного штурмана? На его лице растянулась широкая улыбка гордого отца. С подбитой губой. — Но, капитан, она же ещё… — даже стойкая миссис Ким пришла в замешательство. — Я что, за работу дралась? — шепнула Джин. Врач в ответ лишь покачал головой. Взгляд Джин пробежался по зрителям и на секунду замер на Кейтлин, которая под конец выступления соизволила-таки явиться. — Простите, капитан, но, мне кажется, я ещё не готова брать на себя такую ответственность. — Зато я готов, мисс Тэйлор, — сказал капитан. Джин выпрямилась и взглянула в глаза Шатнеру. Он был удивлён. — Капитан, разрешите идти. — Вы понимаете, что в другой раз я этого не позволю? — Да. — Не позволю. Принципиально, не позволю. Даже если ещё раз победите. — Да, капитан. Шатнер смотрел ей прямо в глаза. В бою он видел такой же взгляд. Полный ярости, решимости, стремления к победе. Не страха. Если бы она испугалась, она бы отвела взгляд. Но она была решительна. — Ладно, — вздохнул капитан, — Разрешаю вам взять мороженое. Джин по-солдатски отдала ему честь. Капитан ответил тем же. И Джин ушла из спортзала. Установившуюся тишину надо было разрядить, но сейчас Шатнер не мог начать одну из своих выдуманных историй из цикла «Когда я служил на "Соколе"», поэтому он осмотрел присутствовавших, как будто в поисках помощи. И нашёл. — Ну, что молчим, принцесса? Не из-за тебя ли «крестьянка» решила покинуть нас? — Она не крестьянка, — Кейтлин провела рукой по волосам. — Кто вам сказал такое? — Как? Ты же и сказала. Или ты сменила своё мнение о ней? — Вовсе нет. Я по-прежнему считаю, что на звездолёте ей не место. Кейтлин была необычно спокойна и мило улыбалась, как положено воспитанной светской девушке. Капитана это бесило. Но он знал, что всё, что он сейчас скажет, будет использовано против него. — Ей самое место в армии, — подытожила Кейтлин. — Ха-ха! — капитан внезапно взбодрился. — А я думал, кого же она мне напоминает? Когда я служил на «Соколе», была у нас одна такая девушка. Темноволосая хищница, у неё даже было такое прозвище — Рысь. Буквально все мужчины её боялись, даже ваш покорный слуга. Не знаю, правда это или нет, ходила легенда, что она в одиночку обезвредила целый отряд террористов…

***

Чуть позже на кухне Антон наблюдал, как Джин грациозно доедала третью порцию пломбира. Почти все девочки Академии (и даже некоторые преподаватели!) готовы были препарировать её, чтобы узнать, как в неё влезает столько пищи, и почему она от этого не полнеет. Не делали они этого только потому, что обладали полной уверенностью в том, что для этого понадобится как минимум алмазный резак. Настолько Джин была жёсткая. — Ты так и будеф фмотреть? Мовеф взять блюдефько, я не вадная, — сказала Джин с набитым ртом. Да, и невоспитанная. — Нет, спасибо, я сыт, — ответил Антон и отвёл взгляд. В этой грубой и воинственной девочке он один смог разглядеть доброе и нежное создание, в которое тут же и ненарочно влюбился. Сердцу не прикажешь, так ведь? Впрочем, надо признать, что быстро взрослевшего Антона в этом вопросе вело отнюдь не сердце. Помимо занятий боевыми искусствами в школе своего отца, Джин преуспевала почти во всех видах спорта — отсюда её потрясающая стройная фигура, не лишённая выдающихся женских прелестей. Возможно, отсюда же её бесконечный аппетит. — Моя кошка съедает за раз большую порцию, чем местный завтрак. Хотя её желудок раза в два меньше моего кулачка, — прокомментировала Джин и крикнула повару: — Большое спасибо! — На здоровье, дорогая, — отозвалась повариха Римма. — Ну что? Куда идём? — обратилась Джин к Антону. — Э? Антон воспринял это как принятое приглашение на свидание, которое он так и не произнёс. Скажи она ему это в столовой Академии, он бы тут же повёл её в парк. Или в кино. А здесь? Куда сходить на звездолёте? — Ты ведь меня ждал? Я решила, что нас зовёт миссис Ким. Воздушный замок Антона был взят и разрушен. Армия капитулировала. — А, нет, просто я… То есть… У нас будет дежурство в час. А я хотел… В смысле, мне заняться было нечем, правда. Джин внимательно смотрела на него, приподняв бровь. К большому сожалению Антона, ей даже в голову не могло прийти, что её позовут на свидание. Не то, чтобы её совсем не звали. К ней несколько раз подходили парни со старшего курса, пытаясь познакомиться. Тогда-то люди и узнали, как Джин реагирует на незнакомых — валит на землю и заламывает руки. Конкретно те трое заслуживали подобного обращения. — Если мы не торопимся, я хотела бы помочь вымыть посуду. — Ой, да не стоит, дорогая, — отозвалась Римма. — Нет. Поел — прибери за собой. Так меня учили. В большой семье Джин с четырьмя старшими братьями, что объясняло её характер. — Да, к-конечно, — только и сказал Антон. Джин жила в каком-то своём вымышленном мире. И как подступиться к ней, не знал никто. А, возможно, каждый из нас живёт в собственной Вселенной. Всегда один, даже когда вокруг много людей. Антон ещё предложит ей встречаться, и она ещё согласится, но это произойдёт не сегодня. А сегодня Антон без слов уйдёт из кухни, найдёт Славу, перекинется с ним в партию в шашки и к часу дня придёт на мостик.

***

Звездолёт в это время подошёл слишком близко по космическим меркам к ядру кометы. Капитан корабля Уильям Шатнер, вечный искатель приключений на свою пятую точку, вернулся на мостик и вступил в горячий спор со своим первым помощником и старым товарищем Бертом Йегером, живым воплощением серьёзности и логичности. Только на этот раз их роли поменялись. — Капитан, по вашей прихоти мы потеряли зонд, — говорил Йегер. — Поэтому мы не сможем снять нормальные данные, если не подойдём настолько близко. — Что значит «по моей прихоти»? Как вы смеете обвинять своего капитана, мистер Йегер? — Не пользуйся своим служебным положением, Уилл. Ты прекрасно знаешь, что я прав. Как и всегда. — Не пользуйтесь своими личными отношениями со мной, мистер Йегер. Я могу использовать их против вас. Мы сейчас на службе. — О? Вот так ты хочешь, да? По-плохому? — Мистер Йегер, соблюдайте субординацию, или я попрошу вас удалиться с мостика. — Простите, капитан. — Берт, — капитан сбавил тон. — Нас может задеть осколком, и тогда несдобровать. А у меня дети на борту, и я за них отвечаю. Смекаешь? — Капитан, ядро кометы вполне стабильно. О каком осколке речь? — Мистер Йегер! — капитан повернулся к пилоту. — Мисс Лопес, отходите подальше от кометы. — Капитан, приближается крупный объект! Очень быстро! — Манёвр уклонения! — Слишком поздно! На несколько секунд на мостике воцарилась тишина. Все ждали звук удара, но с мостика его не было слышно. Ничего не произошло. — Капитан, был удар, — наконец произнесла мисс Лопес. — Вы всё ждали, когда я совершу ошибку, — сказал Йегер. — Только не таким образом, — ответил капитан. — Errare humanum est, мистер Йегер. Капитан сел в своё кресло и нажал на кнопку в подлокотнике. — Говорит капитан корабля Уильям Шатнер. В корабль только что ударил довольно крупный метеорит. Всем отсекам немедленно доложить о повреждениях. Мисс Лопес, уводите корабль. Мы закончили с кометой. — Есть, капитан. — Мисс Журавлёва, координаты выхода. — Есть. — Хорошо, что миссис Ким вышла. Она бы сейчас из меня душу вытрясла. Я уже думаю, что буду скучать по этим ребятам.

***

Подходя к каюте девочек, Алекс поймал себя на мысли, что сюда ему зайти будет гораздо проще. Мальчики стали бы его задирать, за кем бы он ни пришёл. Потому что они всегда так делают. А среди девочек — разве что Кейтлин, но её здесь не было. Талия как будто вообще не замечала Алекса. С Джин он дружит с самых малых лет. А Мина… Мина застенчива до такой степени, что даже Алекс чувствовал себя рядом с ней очень уверенно. — Простите за вторжение! — вспомнил Алекс старую японскую присказку при входе в чужой дом. Мина сидела на койке и сверлила взглядом планшет. До прихода Алекса она читала. После его прихода её внимание полностью переключилось на Алекса, но посмотреть на него она не решалась, поэтому Мина продолжала делать вид, что читает. — Ты здесь одна? Ника не видела? — спросил Алекс. Не поднимая взгляд, Мина отрицательно потрясла головой. — Ладно. Найдём его. Пошли, нас звала миссис Ким. Алекс понимал, что просто так Мина ни за что бы не пошла с ним куда-то, но если преподаватель зовёт — значит надо. После секундного колебания она молча подчинилась. Большой камень ударил по обшивке прямо у них над головой. Мина застенчивая, но прежде этого Мина пугливая. И когда страх преобладает, ей обязательно надо за кого-то держаться. К сожалению, в помещении кроме неё был только Алекс. И всё бы ничего, так ведь надо было ей обхватить его крепко за талию. Ну, а когда испуганная девочка хватается за Алекса, Алексу надо возложить на неё руки, чтобы она не боялась. Когда стало понятно, что опасность миновала, Мина осознала, что обнимает кого-то, и решила посмотреть кого, чтобы убедиться, что ей не показалось. И тогда Алекс увидел — два прекрасных чистых бездонных озера. Необычные тёмно-голубые, почти синие глаза Мины посмотрели прямо на него. Алекс впервые увидел её взгляд, потому что она всегда его прятала. Как два больших сапфира, блестевших в темноте. И неудивительно, такие драгоценности надо прятать, иначе их украдут. И всё бы ничего, но в каюту в этот самый момент заходит Ник. — Э, ты что творишь? Мина, конечно же, сразу отпустила Алекса. Ник, увидевший их в такой позе, схватил Алекса за плечо, грубо развернул его лицом к себе и устроил допрос с пристрастием. — Ты меня напугал! — сказал очнувшийся от шока и от взгляда Мины Алекс. — Да, а если б не напугал? — Нет! Всё не так, — раздался сбоку слабенький голосок, который также редко можно было услышать, как и увидеть её взгляд. — Он к тебе приставал? — Ник повернулся к Мине. — Нет, — еле слышно произнесла она и покачала длинными белёсыми волосами. Она почему-то вела себя так, как будто сама провинилась. И неудивительно, ведь это она первая обхватила Алекса. Только жаль, Ник этого не видел. — Дурак ты, Ник, — констатировал Алекс и получил лёгкую затрещину. — Если узнаю, что ты обидел Мину, — Ник ткнул его пальцем в грудь. — Я… я тебя… — Я понял, — поспешил успокоить его Алекс. — Да разве ж я могу её обидеть? — Кто тебя знает? — Вот дурак ты. Алекс повторно получил по голове. Не обзывайся. Никогда не обзывайся. — Тебя миссис Ким зовёт, — сказал Алекс и поспешил прочь. — Да ладно, ты обиделся что ли? — крикнул Ник ему вслед, но Алекс его проигнорировал и скрылся за поворотом. Мина стандартно схватила брата за рукав и встала в режим ожидания, внимательно разглядывая монотонный серый пол под ногами. — Пойдём.

***

В гневе и в обиде, смешанной с незнакомым новым чувством необъяснимого восторга, Алекс дошёл до кают-компании. В это время там находился только Олег, который рассматривал на виртуальном экране звёздное небо за бортом корабля. Алекс тихонько подошёл и присел рядом. Тысячи мерцающих точек на чёрном холсте мгновенно очистили разум мальчика, и только два прекрасных синих глаза, казалось, смотрели на него из темноты. — Я вот о чём размышлял, — прервал вдруг тишину Олег. — Если твою ногу будет пожирать чёрная дыра, тебе, по идее, не будет больно. Более того — ты не узнаешь о том, что ноги уже нет. Потому что время у ноги идёт с другой скоростью, чем у головы, и, возможно, нервный сигнал не успеет прийти к голове до того, как ее засосёт, и визуально нога ещё будет видна. Это значит, что если тебя засосёт дыра — то она засосёт внезапно и безболезненно. Алекс привык к таким вот его «идеям», но всё равно с некоторым удивлением обернулся на своего собеседника. Олег весело улыбался. «Ладно, я поиграю в твою игру». — Никто не сказал, что она вообще засасывает… Чёрная дыра есть лишь прокол в пространстве, — предложил Алекс. — Прокол не умеет сосать, по-твоему? — Прокол не умеет сосать — это всего лишь дверь. Я считаю, что должен быть выход. С другой стороны либо другая точка вселенной, либо некая «изнанка» реальности. После некоторой паузы Олег, растянув улыбку ещё шире, продолжил научную дискуссию. — Всё возможно, но в каком виде ты туда попадешь? — Я не изменюсь, изменится только моя пространственно-временная материальная форма… Лицо Алекса изменилось как минимум трижды, пытаясь понять, что оно только что высказало, и было ли это уместно. Впрочем, Олег понял его лучше. — Она превратится в молекулярную кашу, — сказал он. При этом его улыбка растянулась настолько, насколько это вообще может позволить человеческое лицо. Алекс, напротив, нахмурился, и впал в глубокую задумчивость минуты на три. Для космоса это ничтожное мгновение. Картинка на экране не менялась, и вряд ли изменится ещё, как минимум, сотню лет. — Нет доказательств, что вещество распадётся на молекулярном или атомном уровне при переходе, — выдал Алекс результат обработки мозгом полученных ранее данных, после чего заметил. — Нет, правда, доказательств и против этого. Теперь Олег замолчал, не снимая при этом своей широченной улыбки. — Тебя гравитация, значит, не смущает? — спросил он наконец. — Нет, не смущает. Причём тут гравитация? — В контексте растяжения плоти. «Ну, ты даёшь! Ладно, я выдам тебе напоследок что-нибудь заумное». Алекс не собирался сдаваться. — Это если я попаду в область с резким изменением силы гравитации в пределах двух метров. — Ты рассчитываешь её проскочить что ли? Почему-то это его рассмешило. Следующей фразой он попытался объяснить почему. — Я к тому, что в районе чёрной дыры гравитация будет адски неравномерна. — Но уже к этому моменту она будет многократно превышать гравитацию любого газового гиганта. А рекорд человека, насколько помнится, перегрузки в 12G, и то на несколько минут. Но, опять же, там теряются привычные нам понятия пространства-времени, поэтому и говорить о гравитации в понятной её форме нельзя. — В том-то весь и прикол, что действие гравитации ты не успеешь почувствовать из-за замедленного времени! Да, похоже, Алекс, как минимум, не выиграл в этом споре. Ему оставалось только сказать: — Вот мы и вернулись к тому же, с чего начали. Удивительно, но это вернуло Олега в более-менее серьёзное русло. — Это и называется «обсуждение вопросов мироздания интеллигенцией», — заключил он. Олег сделал небольшую паузу и сменил тему: — Мне Талия часа полтора что-то втирала про перемещения звёзд в галактике. И про косметику. И про свою новую кофточку. И про тяжёлые грузовые звездолёты. И про новый альбом… — Я понял. Ты что, слушаешь её? Это же такой бесполезный поток информации. Хуже, чем телевизор. — Да, но она мне это всё рассказывает. В смысле, кажется, я ей нравлюсь. — Талии? Брось, ты для неё лет на десять слишком молод. Таких одноклассники не интересуют. — Откуда ты знаешь? — Постой. Не хочешь ли ты сказать, что она тебе нравится? — Ну, не скажу, что нет. Но и не скажу, что да. Я пока не знаю. — Извини, я в этом вопросе тебе ничем не смогу помочь. Спроси, хм, Антона, например. — А как ты с Джин общаешься? — Олег, я тебе объяснял сто раз. Мы живём через улицу. Наши родители знакомы. Мы практически выросли вместе. Она мне почти как сестра. — Ой, только ей не говори об этом! — Почему? — Обидится. — На что? — Что как сестра. — Да брось! Почти как сестра. — Почти не считается. — Кто как сестра? — произнесла внезапно появившаяся в помещении Талия. Алекс даже вскрикнул от испуга и побледнел. Талия выжмет сейчас из них всю информацию и расскажет Джин. И не только Джин, что гораздо страшнее. — Секретничаете, мальчики? Ну-ка, ну-ка? Кого вы обсуждали, а? Кого, а? Рассказывайте. — Ты же ушла только недавно! — воскликнул Олег. — Я ушла, да. Теперь вот вернулась. Мина пошла на мостик, Джин вернулась в каюту. А Кейтлин… Ах, да! Я же искала Кейтлин. Я как раз хотела спросить, вы не видели Кейтлин? Куда здесь вообще можно спрятаться? Весь звездолёт можно за пять минут обойти! Я ещё в машинном не смотрела. Да, точно. В машинном. А вы её не видели, случайно? Она не заглядывала? Наверно, она в машинном. И что ей там делать, интересно? Ну, да. Пойду, посмотрю. Если увидите Кейтлин, скажите, что я её ищу, ладно? Передадите? К счастью, генерируя новый словесный поток, Талия тут же забывает то, что только что слышала. Поэтому опасность для Алекса миновала. — Хорошо, передам, — ответил Олег. Талия резко развернулась на каблуках и вышла.

***

Капитан Шатнер носил обед в каюту «арестанта» лично, это был для него повод переговорить с Петровичем, не вызывая подозрений. — Что у вас с лицом? — поинтересовался Петрович. Шатнер прикоснулся к опухшей губе и поморщился. — А, так… Устроил небольшой спарринг. В связи с чем хочу выдвинуть кандидатуру Тэйлор. — Тэйлор? Петрович пробежался пальцами по клавиатуре, и вот, на терминале уже открылся личный файл Джин. Он нахмурился. — С чего вам так приглянулась мисс Тэйлор? Капитан показал на свою разбитую губу. — Она хороша. Серьёзно. Очень хороша. Я почти не поддавался. И у неё превосходные задатки штурмана. Неприметная и, в то же время, в меру талантливая девочка. Идеальный Бродяга. — Ладно, но операция состоится уже завтра. Когда вы успеете провести замену? — Будем импровизировать, как обычно. — Капитан! — Не в этом ли заключается суть Проекта? Понимаете, Куинн хороша, но она… она Куинн. И это слишком бросается в глаза. Тэйлор же — совсем другое дело. Я бы сказал, полная противоположность. — Эта противоположность когда-нибудь сыграет против нас. Но я обдумаю ваше предложение. Пока же действуем по изначальному плану.