Policeman

Ближе к ночи Чимин еле держал веки открытыми. Вымотался так, как никогда раньше. Рука сохраняла тепло от прикосновения с альфой, и в груди что-то приятно пульсировало. Завернувшись с головой в плед, Чимин забрался на диван и прибился к большой подушке. Он глупо улыбался неизвестно чему и прижимал руку к груди. Ту самую, которую так… бережно (?) держал Чонгук. Ох, парень себя потом отругает за такие вольности. Он не дурак ведь, чтобы в лужицу растечься перед первым, кто смог к нему прикоснуться и не вызвать чувство тревоги вперемешку с желанием отгородиться и спрятаться от внешнего мира. Чимин может и ведёт себя как подросток, но ведь вполне оправданно: с альфами уже целую вечность ни коим образом не контактировал. У него и отношений толком за двадцать два года не было, так, ребячество. Ну и несчастный опыт за плечами. А теперь… теперь его настойчиво пытается затащить в постель местный всеобщий любимчик, так ведь о Чонгуке рассказывают? Чимин привык подозревать каждого, но теперь так сильно хочет сделать исключение. Он не железный ведь. Подарили цветов, пару раз перед обидчиками защитили и за руку взяли — больше ничего не нужно. Сердце сразу же постучалось в дверь с простым напоминанием: Чимин — омега. А они, как известно, к ухаживаниям крайне чувствительны. Особенно, если этих ухаживаний не получали уже несколько лет. Чонгук правда обладает соблазнительной внешностью, да и характер у него что надо: стойкий и своенравный. У него есть все шансы на любого парня, и от этого грустно. Чимину бы не забивать им голову, но что делать, если альфа вот так бесцеремонно ворвался в серые будни и весь мир перевернул с ног на голову. Не отступил ведь, смог найти к Чимину подход, чтобы тот преодолел свой маленький страх. В доме тепло, но в толстое одеяло омега всё равно кутается посильнее. Руки сами тянутся к телефону, и в груди что-то сжимается вдруг. Чонгук пожелал ему спокойной ночи и поблагодарил за то, что омега составил им компанию. Улыбка сама расползлась по лицу. Как сильно бы Пак ни противился, не сходила она долго. Парень решил, что ничего страшного не произойдёт, если сегодня он поспит не в кровати, а прямо здесь, перед телевизором. Неуклюже завертелся на диване, не вылезая из своего «домика», и, попыхтев минуту, нашёл удобное положение. Приложил всё ещё отдающую теплом ладонь к щеке, улёгшись на неё, и поджал губы, стоило только представить, как альфа прикасается к его лицу. Такого Чимин точно не переживёт… Как и следовало ожидать, проспал. Не нужно было вчера до самой ночи фантазировать невесть о чём. Пак подскочил сразу, как только понял, что будильник звенел уже вообще-то добрых полчаса назад. Благо немного времени на сборы у него всё-таки осталось. Просто придётся бежать до работы. Собрался наспех, даже расстроился из-за того, что не осталось времени на завтрак. Зато принарядился, умылся, волосы в хвостик на затылке собрал. Подумаешь, немного поголодает. Схватил сумку у входа и, быстро чиркнув ключом с висящим на нём брелком-зайчиком, пробежался вниз по ступенькам. На улице людно, все собираются на работу. Чимин оглянулся по сторонам и собрался было бежать, да только вовремя обернулся на посигналившую откуда-то сзади машину. Чонгук. — Недотрога, прыгай сюда, — альфа просунул голову над спущенным стеклом в окне и жестом руки подозвал к себе. Чимин на это движение нахмурился и, надув губы, замотал головой. Что он, собачка, что ли, по первому зову бежать? — Не ломайся. А Чимин будет ломаться. Ему вообще-то всё ещё страшно садиться в машину к альфе, пусть он и Чон Чонгук, о котором омега фантазировал, вместо того чтобы спать. Он снова мотает головой, но так и остаётся стоять на месте, когда Чон подъезжает ближе. Надо же, мужчина вальяжно выходит из машины и, подойдя впритык, складывает руки на груди. — Проспал? Чимин кивает. — Недотрога сегодня язык проглотил? — Ничего я не проглатывал, — Чимин наконец подаёт голос и закатывает глаза на довольную улыбку альфы. — Я не могу сесть к тебе в машину, Чонгук. Забыл? — Я же не кусаюсь, — снова издевается. Больно уж хорошее у него настроение сегодня. Язык прямо-таки рвётся отпускать колкости. Хотя Юнги говорил, что он всегда такой. — Обещаю недотрог не доставать, — поднимает руки в примирительном жесте. — Не вредничай. Чимин мнётся и в конечном итоге соглашается, идёт в машину. Опаздывать не очень хочется, можно и переступить через себя разок. Омега садится сзади и прижимает к себе сумку, поворачивает голову в окно, только бы с альфой глазами не пересечься. Старается не думать о том, как Чонгук свежо выглядит морозным утром в своей куртке, застёгнутой наполовину, розовым от холода носом и щеками. Даже язвительная улыбка ему к лицу. — Позавтракать успел? — поворачивает голову назад внезапно, отчего омега повыше к лицу подтягивает свою сумку. Выглядывают только его глазки из-под чёлки. Он качает головой быстро-быстро. — Непорядок. Сейчас припаркуемся где-нибудь и возьмём еды с собой. Чонгук практически сразу находит место и паркуется у простенького заведения. Чимин только ресницами хлопает, раскрыв рот, но возразить не успевает — Чонгук уже придерживает ему дверь. Ох, это совсем некстати. Он ведь сегодня ни накраситься, ни приодеться толком не успел. — Опоздаем ведь, — уводит глаза в пол, не отходя от машины. Он не то что по кафешкам, даже за продуктами один не ходит. Обычно заказывает доставку на дом и довольствуется веком технологий. Так ещё и вспоминает, как Чонгук оставил его одного на время в магазине вчера, из-за чего омега чуть инфаркт не схватил… — Намджун будет ругаться, и вообще… — «А вообще мне страшно в людном месте, поэтому закругляемся». Ну не может же он вот так прямо сказать. А если Чонгук посмеётся над этим? — Я даже не накрасился сегодня. И оделся просто, — Чонгук же должен понять. Или нет? — Омежьи заморочки, — покачал головой. Чимин на это высказывание насупился весь и обиделся, если честно. Конечно, не нужно было даже надеяться на то, что Чонгук его поймёт. — Недотрога, ты говоришь глупости. В чём проблема-то? — Ты не понимаешь! — включается Чимин. — Раз так интересно, то я сегодня в домашней кофте, а ещё брюки с ней совсем не сочетаются, а обувь? Ты посмотри только, она же вообще не для этой куртки! Даже серьги не успел надеть, — щупает мочки ушей Чимин и, обнаружив очередной «промах» в сегодняшнем образе, только больше стрессует. — Блеск для губ забыл, даже запасного в сумке нет! Губы обветрятся на морозе и будут сухими. И вообще… — Всё-всё, не бурчи, — Чонгук прикрывает глаза и брови двигает к переносице, пытаясь обработать весь этот модный выговор. — Зубы не заговаривай и вперёд, — кивает головой к дверям, а Чимин всё также не двигается с места. — Ну, если тебе от этого легче, я вообще разницы не вижу. Ты всегда такой… Он и договорить не успевает, а Пак уже готов ругаться. Щетинится весь, руки в боки, глаза в глаза. Это же надо было такую глупость ляпнуть? Значит, ухаживать Чонгук горазд, а уверить в том, что Чимин не прав и выглядит хорошо — не додумался? Что вообще значит это «всегда такой»… — Грубиян! — Я же не то имел в виду, — пытается оправдаться альфа. Ох, видел бы его сейчас Намджун, смеялся бы от души ещё несколько лет. Чонгук, который постоянно сетовал на то, какие омеги обидчивые и капризные, сейчас изворачивается перед Чимином и так и сяк, только бы тот его правильно понял. Альфа и сам себе отдаёт отчёт в том, что ведёт себя с этим парнем всегда странно, но поделать ничего не может. — Ты всегда чудесно выглядишь, понимаешь? В любой одежде, с макияжем и без, — Чимин даже потихоньку начал отходить от перевозбуждённого состояния. Но Чонгук не был бы Чонгуком, если бы не закончил всё в своём стиле: «А будешь снова голову дурью забивать — силком затолкаю». Имеется в виду: в кафешку затолкает. Ладно, с внешним видом, может, и решили. Но последняя проблема никуда не делась. «А ещё я боюсь всего на свете, поэтому не отходи от меня ни на шаг» — так, что ли? Чонгук и так знает, но лишний раз сообщать об этом всё равно неловко. Господи, Чимин ведь хуже ребёнка. Не хочет альфу обременять, но тот вроде как сам активно выражает желание с Чимином возиться. Поэтому, пока омега неловко переминается с ноги на ногу и не знает, как менее смущающе попросить об этом, мужчина всё схватывает без слов. Он мгновенно меняет выражение лица на спокойное и мягкое, чтобы омегу расположить к себе. Берёт его за руку, пока Чимин сдерживает в себе писк и не отводит взгляд от широко раскрытых глаз. Надо же, Чонгук снова держит его руку в своей. — Помнишь, как мы это делали вчера? — осторожно поглаживает его пальцы второй рукой, а Чимин кивает. Решает альфе довериться, насколько глупо это бы ни звучало. — Всё просто, видишь? Держись за меня и никого не бойся. — Зачем ты делаешь это? Чонгук задумчиво отводит взгляд и, если быть честным, с ответом затрудняется. Чимин — невероятно красивый омега, а Чонгук ведь привык добиваться желаемого? Только обычно «желаемое» для него — это секс. И разводит он на это событие омег умело. Только вот с Чимином ситуация другая. Чем больше он с ним водится, тем меньше хочет затащить в кровать. Нет, разумеется, желание распробовать омегу никуда не девается, но… Чонгук пока не знает, что думать. Но ломать парня второй раз он не станет. Так и не отвечает ничего. Ведёт парня за собой, они вместе подходят к витринам с готовой едой и сладостями у кассы, и Чимин чуть ли не липнет к стёклам, за которыми хранятся свежеиспечённые сэндвичи и пирожные всевозможных вкусов и цветов. Он помнит, что на работу они оба уже опоздали, поэтому быстро указывает пальцем на несколько тарелочек и просит продавца-омегу завернуть всё с собой. Всё это время его рука крепко держится за Чонгука, и, как ни странно, стоящие рядом альфы его совсем не пугают. Он хочет подойти к кассе и расплатиться, но Чон проворачивает тот же трюк, что и вчера. Забирает пакетики с завёрнутой едой и ведёт Чимина на выход. В участок Пак влетает быстрее Чонгука и первым делом натыкается на старого друга, который о чём-то говорит со своими ребятами. Настроение у босса на удивление приподнятое, он неторопливо отпивает из чашки чего-то горячего и лениво трёт глаза. Наверно, тоже не выспался после вчерашней гулянки. Или интересной ночи… Уж очень голодно на него всю ночь поглядывал Юнги. Следом заходит Чонгук и становится за спиной Чимина, выдерживая небольшое расстояние от омеги. — Намджун, — Чимин, опомнившись, прикладывает ладошку к губам и прячет за ней улыбку. Совсем забыл, что на работе Намджун ему не просто друг, а в первую очередь начальник. Даже Чонгук при ребятах не позволяет себе обращаться к капитану неподобающе, чтобы не подрывать авторитет среди остальных. — То есть, босс. Я совсем не хотел опаздывать, это случайно получилось, — он спрятал руки за спину. — Больше такого не повторится, честно-честно. Намджун кивнул и снова отпил из кружки. Он подозрительно посмотрел на Чонгука и, изогнув бровь, мысленно что-то ему передал. Дураку было ясно, что приехали они вдвоём. Неизвестно, как у Чона это получалось, но даже Чимина он стремительно к себе располагал. — Ничего страшного, приступай к работе. — Босс, так нечестно! — посыпались возмущения от ребят. — Когда я опоздал на десять минут, вы завалили меня работой на год вперёд, а когда опоздал Сухо — лишили премии. — А с вами, оболтусами, по-другому нельзя. Правильно говорю, Чимин? — капитан попытался сдержать серьёзное лицо и не рассмеяться на реакцию Пака. Тот двинулся ближе к Чонгуку и неловко пожал плечами, не желая никого обижать. — Где же ваша сообразительность? Забыли, как секретаря у меня выпрашивали? Цените теперь. А будут возражения — останетесь без выходного. — Босс, не нужно без выходного, ребята много работали, — Чимин воспринял угрозу всерьёз и не на шутку перепугался за парней. Они хоть и ведут себя дураковато, но работают хорошо. — Вот, добрая душа, — Намджун погладил Чимина по волосам. — Так уж и быть, сжалюсь на этот раз, — с этими словами он отправился в кабинет. Чонгук совсем не заметил, как от незамысловатого жеста альфы сжался весь, зубы стиснул и брови свёл вместе. Руки непроизвольно скрестились на груди, и внутри что-то прямо толкало к Чимину прикоснуться. Так же как и Намджун сделал это секунду назад. Омега нисколько не возразил и не напрягся от прикосновения к своим волосам, хотя потрогал его альфа. Естественно, главного друга и защитника детства он не боится, но что-то раздражающее было в том, что Чонгук не может сделать так же. Он до этого омеги голоден, сдерживает себя от простых прикосновений. Это начинает переходить всякие границы. Внезапный приступ ревности становится точкой кипения, и альфа обещает себе сегодня же подцепить какого-нибудь мальчика в клубе и переспать с ним. Неважно, кого и где, только бы доказать себе, что Чимин для него исключением не является. Он просто по какой-то причине Чонгуку интересен, а интерес этот долго продолжаться не может, потому что альфа себя хорошо знает. День проходит спокойно, ближе к обеду Чимину звонит Юнги и предлагает поболтать, потому что ему скучно дома. Старший омега с удовольствием соглашается и отмечает про себя, насколько же этот парень очаровательный. Он занимается делами и параллельно выслушивает от нового друга истории с учёбы. Юнги не очень доволен тем, что получает образование, а Чимин хотел бы в будущем. Когда будет лучшее время и станет ясно, на какую специальность он хочет выучиться. Пак тоже рассказывает о том, как у него обстоят дела. Он старается говорить тихо, когда речь заходит о Чонгуке, чтобы кто-нибудь случайно не подслушал, а Юнги в который раз советует быть с этим альфой осторожнее. Чонгук… Он почему-то весь день ведёт себя отстранённо по отношению к Чимину. Может, омега себя просто накрутил, но мужчина даже смотрит не него по-другому, чуть более безразлично. Это не должно расстраивать, но именно так и происходит. Чимин пару раз подходит к нему с вопросами по работе, но после очередного сухого ответа обращается уже к другим ребятам. Они куда охотнее помогают новенькому освоиться. К вечеру случается то, к чему Чимин точно не был готов. Его не раз предупреждали о том, что иногда в участок привозят задержанных, в том числе не особо адекватных людей, в помещение для передержки. Ночью преступников увозят в изоляторы временного содержания, и эта процедура постоянно повторяется. Только омеге ни разу за всё отработанное время не довелось столкнуться с такой ситуацией нос к носу. Видимо, сегодняшний день решил это исправить. Когда в участок влетели двое сотрудников, силком потащив за собой мужчину, который грозился переломать им руки, Пак выронил из рук чашку с кофе. Латте с карамелью растёкся по полу лужицей, а звук лопнувшего стекла привлёк к себе всеобщее внимание. Мужчина качнулся в сторону Чимина и противно улыбнулся, на секунду прекратив вырываться. Естественно, ребята тут же воспользовались его мгновенной слабостью и с силой протолкнули к нужной двери. Он продолжал кричать и сыпать угрозами, а Чимин всё больше осознавал, что ещё немного и он перестанет дышать. Выражение лица у мужчины было такое же, как у него, глаза его, противно скользнувший по губе язык его, похотливый взгляд его, его, его, его. Это не тот человек, но сходство было поразительным. Настолько, что омега оказался заново в том дне, том месте, том состоянии. Он вздрогнул и приобнял себя руками, не двигаясь с места. Разлил кофе, разбил кружку, какой же растяпа. А теперь ещё и смотрят все, пока Пак двух слов связать вместе не может, открывает и закрывает рот. Парень оборачивается на звук сзади. Чонгук отпускает полушёпотом бранное слово и хватает его за руку, совсем не так осторожно, как вчера вечером и сегодня утром. Альфа уводит его за двери участка и помогает просунуть руки в рукава своей куртки. Та свисает на омеге почти до самых коленок, но главное — греет. Мужчина уводит Чимина подальше от лишних глаз и ушей, не представляет, что делать с этим дрожащим комочком, но точно не оставлять одного. Омеге сейчас вдвойне обидно. Мало того, что перепугался, так теперь ещё и Чонгук с ним груб. За то, что вытащил его из-под натиска любопытных глаз и куртку свою отдал, спасибо. А глазами черными прожигать и вздыхать тяжело не обязательно.  Так и стоят. Чонгук злой, Чимин перепуганный. — Посмотри на меня. Слушается мгновенно. Чимин сейчас не с Чонгуком на улице, он в прошлом, в самом страшном дне. Трёт глаза кулаками, только бы развидеть до ужаса похожее лицо, вычеркнуть из памяти въевшийся мерзкий взгляд, забыть с концами. Омега задирает голову вверх и стойко держит рвущиеся наружу всхлипы со слезами, не разрешает себе плакать. Строгое лицо мужчины отвлекает от ужасных воспоминаний, Чимин всматривается в глаза Чонгука и старается забыть те, что вызывают дрожь по всему телу. У него понемногу получается. Чон стоит слишком близко. — Пореви, станет легче, — даёт зелёный свет. Чимин мотает головой, сдерживая слёзы до последнего, но долго обманывать себя не может. Заходится рыданиями, не стесняясь. Лицо руками не прячет, плачет и дрожит. Холод пробирает до самых костей, несмотря на то, что куртка альфы спасает от ветра. Омега снова чувствует себя самым беззащитным. Каждой клеточкой тела вспоминает то подвешенное состояние, когда рядом никого, кто мог бы помочь, когда грубые руки чужого человека раздевают, будто с кожей сдирая одежду, трогают везде. Чонгук с ним рядом, позволяет ему плакать и держит за локоть, слабо поглаживая. Чимину нет до этого дела, он хочет почувствовать себя защищённым, хочет прибиться к кому-нибудь и спрятаться. Если бы в тот день Чонгук был рядом, позволил бы он произойти непоправимому? Спустил бы он с рук его обидчику то, что тот вытворял с парнем? Всё это нисколько не успокаивает, только ворошит плохо затянутые раны. Он протирает руками глаза и, когда видит перед собой лицо Чонгука, не переставая рыдать, делает самую большую на свете глупость. Подрывается с места и бросается ему на шею. — Что же такое с тобой сделали? — шепчет альфа и крепче прижимает к себе парня. Его не заботит то, что омега вдруг забывает о своих заморочках и сам требует, чтобы к нему прикоснулись. Обняли, успокоили. Чимин самый обычный парень, ему тоже потребовался бы простой контакт с человеком сильнее себя рано или поздно. — Как издевались? — Чонгук не прекращает бросаться мыслями вслух. Он дрожащими от злости или испуга руками хлопает парня по спине и перетаскивает погрубевшую на морозе ладонь к его волосам. Давит на затылок, прижимая к себе. Уверяет в том, что вреда не причинит. Чимин пугается и хочет отстраниться, но мужчина ему не позволяет. Вжимает в себя и без слов требует привыкнуть, отпустить задние мысли и довериться. Так будет легче. Омега потихоньку приходит в себя и теперь молча роняет слёзы, трясётся меньше и изредка хнычет, не прекращая сжимать кулачками рубашку Чонгука. — Ты знаешь того мужчину? Пак качает головой и глаза опухшие поднимает на альфу. Только теперь осознаёт, что безо всякого дискомфорта греется в его объятиях, обвив шею мужчины руками, и нисколько этого не смущается. — Это не он, — хнычет парень. Кусает губы и прячет лицо в плече альфы, разрешает себе наконец почувствовать себя защищённым, расслабиться и забыться. — Похож на него, — заикается совсем немного. — На кого? Чимин не скажет. Не сейчас. Отводит взгляд, демонстрируя своё нежелание говорить об этом. Испытывает ли он стыд за то, что случалось несколько лет назад? Возможно. Чонгуку эта молчанка не нравится нисколько, но давить на парня сейчас он даже не думает. Укачивает омегу в своих руках, убеждая в том, что в их телесном контакте нет никакого сексуального подтекста. Не нужно долго гадать, чтобы убедиться: Чимин боится именно этого. И альфа не будет лицемерен, если возненавидит в эту секунду каждого урода, который позволил себе принуждать омегу к близости. Потому как сам не спал ни с кем, кто активного согласия на это не давал.

***

Юнги знал, что Намджун сегодня вернётся пораньше. Его нисколько не волновало, порадует ли альфу то, что добрую половину его шкафа теперь занимала стопка вещей его парня. Бесконечно носить футболки мужчины Юнги не мог. Может, они и пахли приятно, и вызывали у омеги восторг, Намджуну этого знать не обязательно. В конце концов, он сам настаивает на том, чтобы омега почаще у него оставался на ночь, так что пусть «двигается». Вещей у альфы оказалось катастрофически мало в понимании Юнги. Он просто обязан настоять на том, чтобы они с капитаном выбрались на шоппинг и обновили его гардероб. Кто сказал, что только омегам нужно следить за внешним видом? Он уже предупредил родителей о том, что ночевать останется у своего альфы, даже забрал с собой тетрадки с лекциями, чтобы создать у отца видимость своего активного исправления на учёбе. В этом, несомненно, была доля правды, но становиться в один ряд с Ким Тэхёном и превращаться в заучку Мин не собирался. У всего должны быть свои границы. Когда дверь в комнату скрипнула, омега вздрогнул и обернулся слишком резко. Напряжение с лица пропало в тот же миг, как перед глазами появилась фигура любимого. Любимого, кто бы мог подумать. Мин не бросился к альфе, ждал, пока тот сам подойдёт и поцелует его. Так всё и произошло. — Совсем не слышал, как ты вошёл, — он прижимается спиной к шкафу и глазами улыбается хитро. Альфа стаскивает с себя одежду и остаётся в одних домашних шортах. Обращает наконец внимание на шкаф, вжавшегося в него парня, и складывает руки на груди, пряча улыбку. — Что натворил? — Выселяю тебя. Посмотри, — Юнги, задрав нос, отходит в сторону и открывает альфе прекрасную картину: все его вещи уместились на двух полочках. Надо же, как экономно! Зато одёжек для Юнги хватило, чтобы заполнить всё остальное пространство. Мужчина невесело вскинул брови и покачал головой. Кажется, придётся покупать второй шкаф, потому что все эти розовые кофточки и джинсы всевозможных оттенков просто вываливались из полок. Хотя, стоит отметить, шкаф был внушительных размеров. Так казалось Намджуну раньше. — Переезжаешь ко мне? — Не дождёшься, — хлопает глазками омега. — Это самое необходимое, остальные вещи я оставил дома. — Да что ты, — капитан подходит ближе к одной из полок (которая сразу привлекла его внимание) и указательным пальцем ловко вытягивает кружевные трусики белого цвета. — Это тоже входит в категорию «самого необходимого»? — Он качает пальцем из стороны в сторону, и Юнги выхватывает у него часть из любимого комплекта, пряча за спину. — Сам подумай, перед кем мне в этом ходить? — он пытается унять красный цвет на лице, но нахальное лицо капитана не даёт этого сделать. — Не нравится — не увидишь, — угроза страшная. — Сегодня же наденешь это для меня, — мужчина оказывается близко, наклоняется к Юнги и оставляет в уголке губ поцелуй. Шокированный наглостью парень не успевает и рта открыть, как Намджун уже вовсю роется в шкафчике с нижним бельём. Нет, какова наглость! И родители считали этого извращенца достойным для их сына мужем? — Не так быстро, — толкает его прочь от шкафа омега. — Ещё успеешь насмотреться на мою коллекцию, хочу помучать тебя немного. И насчёт вещей, тебе срочно нужно пополнить гардероб. Не смотри так, это не обсуждается. — Не начинай, мне хватает своих вещей. Можем купить тебе обновок, если хочешь. — Хочу! — радостно трёт ладони омега. — Но и тебе тоже возьмём. — Он тянет руки вверх, без слов требуя, чтобы его подняли на руки, и в следующую секунду обнимает шею капитана, довольно болтая ногами. — Ты не проголодался? Вообще-то я приготовил ужин себе, но если хочешь… Мужчина рассмеялся над омегой и понёс его на кухню. Юнги продолжал делать вид, что готовил не для своего капитана, чтобы тот не зазнавался, но выходило это крайне плохо. Намджун не ел домашнюю еду наверно с тех пор, когда жил с папой. Поначалу пробовал готовить, старался как мог, но постоянный перевод продуктов не мог продолжаться целую вечность. Финансы позволяли довольствоваться доставками каждый день, зачем тогда мучаться? Конечно, домашняя еда всё ещё нравилась Намджуну больше. Каждый раз в гостях у папы он не мог нарадоваться целому столу, накрытому только для него. Папа часто говорил, что у Намджуна нет омеги оттого, что он всех их своей несамостоятельностью распугал. Альфа обижался на это. Какая же несамостоятельность? Дома порядок, одежда постирана, на работе дела идут в гору. Подумаешь, не дала природа таланта к готовке. Зато Юнги такой способностью наградила по полной. Мужчина посадил омегу на стул и принялся накрывать на стол, но парень тут же подскочил с места и потянул капитана за руку обратно к столу. — Будешь дегустировать, — он положил перед альфой пустую тарелку и ушёл к плите. — Принимаются только положительные отзывы, — предупредил он заранее, пригрозив альфе вилкой. — Совсем никаких продуктов в доме, пришлось заказывать и мясо, и овощи. Да у тебя даже соли не было, — начал возмущаться омега, на что Намджун только виновато пожал плечами. Когда Юнги поставил перед ним глубокую тарелку с супом, мужчина блаженно прикрыл глаза и втянул поглубже аромат. Он так быстро начал уплетать горячее, что Юнги даже засомневался, хватит ли им одной кастрюли. Благо омега заморочился с ужином. Следом за первым последовало второе, салат, сладкое. — Клянусь, я готов взять тебя замуж прямо сейчас, — Намджун усадил омегу к себе на колени, и тот просиял, ярко улыбаясь. — Не сравнится ни с одним рестораном, у тебя золотые руки. — Ну хватит, — заскромничал. Этот альфа точно на него странно влияет. Юнги стал слишком нежным в последнее время. — Меня папа учил готовить. — Теперь я точно должен побаловать тебя новыми вещами. Что думаешь? Юнги кивает и устраивается удобнее на капитане. — А можно завтра остаться дома? — подыскал нужный момент. — Не наглей. Хочешь, чтобы твой отец считал, что я на тебя плохо влияю? К тому же у тебя завтра важный тест. — Откуда ты знаешь? — А это тебе знать необязательно, — коротко поцеловал в нос моментально скривившегося парня. Вполне ожидаемо, Юнги снова покрылся колючками. В том, что Намджун найдёт способ отвезти его на учёбу, даже если парень будет противиться, Мин не сомневался. — Что такое? — Намджун издевательски прикусил губу, наблюдая медленную смену настроения парня. — Ты ведь успел подготовиться? — Я так старался приготовить для тебя ужин, что даже не осталось времени на учёбу. Ты должен быть благодарен за то… Договорить Юнги не успел. Мужчина поднялся прямо с ним на руках и понёс его в спальню. — Я не буду ничего учить и получу два, как обычно. Родители заплатят за мои оценки в конце года, и все останутся счастливы, — Юнги скрестил руки на груди. — Хван не станет платить на этот раз. Он сказал, что пора тебе взяться за голову. — Глупости! Ты просто хочешь меня напугать, — а напугать получилось. Юнги на каждом углу кричал о том, что мечтает отчислиться и терпеть не может всё, что связано с учёбой, но только сейчас по-настоящему задумался, так ли это на самом деле… Он мог кидаться угрозами об отчислении направо и налево, но подсознательно знал, что отец не даст ему остаться без образования. — Не сомневайся в себе так сильно. Я знаю, ты умный мальчик. Сегодня подготовишься и завтра всё сдашь. — Отец не говорил мне ничего такого, ты врёшь! — уже не на шутку пугается парень. В его глазах столько надежды на то, что Намджун просто издевается над ним, но альфа как никогда серьёзен. — У меня отвратительная посещаемость с начала года. Я же начал ходить на пары только недавно, а уже октябрь. — Поговори с ним сам, если не веришь мне, — капитан посадил парня на кровать и, взяв со стола все его тетради, сел рядом. Юнги заметно расстроился и опустил глаза куда-то в пол, надувшись. Всего за какие-то пару минут его настроение перевернулось с ног на голову, и всему виной снова учёба. — Котёнок, — Намджун позвал его ласково и погладил по коленке, чтобы привлечь внимание. — Я помогу, давай вместе попробуем подготовиться. — Давай ты лучше заплатишь за мои экзамены, — хватается за последнюю надежду Юнги. — А я отблагодарю тебя кое-чем интересным, — он проводит ладонью по бедру мужчины и останавливает её в области паха. Проводит языком по губам, не сводя с него глаз. — Так, — капитан прерывает его быстро, убирая с себя руку. — Заманчиво, но этим мы всегда успеем заняться. Я куплю тебе всё, что ты захочешь, Юнги. Но платить за нечестные оценки не стану. Ты сможешь показать всем, на что способен. Юнги мычит недовольно и кидает в Намджуна нужную тетрадь с вопросами к тесту. Кажется, альфа нисколько не врёт, действительно собирается помочь с подготовкой.

***

Чимин весь вечер болтает с братом по телефону, передаёт привет племянникам и обещает скоро их навестить. Успел соскучиться. Рассказывать о Чонгуке он пока не хочет. Перед сном омега прокручивает в голове сегодняшний день и поверить не может, что сам обнял Чонгука. Ещё больше не верится в то, что Чимину это понравилось. Он заходит в профиль мужчины, просматривает некоторые его фотографии и, недолго думая, открывает выложенную сегодня историю. На коротком отрывке видео Чонгук снимает толпу в клубе. Сквозь громкую музыку на фоне чей-то голос с ним мило флиртует. Чимин ложится спать. Наверно, ему действительно не стоит подпускать этого мужчину к себе.