NIGHTMARE死

Иногда кажется, что некоторые вещи должны были произойти, но ты всё равно слишком им противишься. Это не входит в планы и выводит из привычной колеи. Иногда некоторые вещи происходят иначе, чем должны были. Это примерно такое же чувство, но они отличаются. Иногда тебя посещают мысли, что пути назад нет. Его никогда не было и быть не могло. Это сильно ударяет по сознанию, перекрывая способность дышать. Лёгкие сжимаются внутри грудной клетки в маленький комочек и выворачиваются, пытаясь выбраться из плоти. Но разве это возможно? Нет. Но им всё равно на это, ведь так? Гин всегда думала, что идёт не по нужной тропе. Она всегда выделялась среди серой массы прохожих. Не сказать, что её это сильно беспокоило... Её беспокоило это лишь первое время. Она не знала куда деть себя, а затем просто решила, что самое лучшее решение — забить. Какая разница что о ней думают? Пусть возьмут в рот и не выделываются. Вниманием она явно не была обделена, в отличие от брата, и её это порядком доставало. Она бы не сказала, что была той самой стереотипной «королевой школы», как во всех подростковых сериалах, но что-то подобное точно было. Она не понимала природу такой значимости своей персоны среди остальной массы, но ей, наверное, было весело. Нет, серьёзно, вы бы видели, сколько у неё было поклонников. Некоторые, к слову, сторонились её из-за стиля и манеры подачи собственного «я». Но для эмо-мальчиков она всегда была магнитом. Хотя они её не интересовали. Одна безумно нестабильная вещь в её жизни — брат. Они были в... натянутых отношениях большую часть своей жизни, хотя и стабильно друг другу помогали. Разница была всего в два года, и они несильно ушли по поколениям, чтобы не понимать друг друга, но что-то всё равно было не так. Если в детстве они были не разлей вода, то в средней школе что-то щелкнуло, и... мы имеем, что имеем. Язвительности в их общении хоть отбавляй, да и подколы у них были совсем не шуточные. Старшего это напрягало, притом сильно, потому что он не горел желанием быть в конфликтных отношениях с собственной сестрой. Он постоянно списывал всё на переходный возраст, и это поднимало только больше ссор. Но... время шло. Выпускной класс старшего был сущим адом, и ему блядски повезло, что именно в этот период его жизни Гин перестала быть компонентом вышеупомянутого ада. Это произошло очень неожиданно, потому что Рюноскэ не думал, что может увидеть в своей комнате заплаканную сестру, которая просит хоть чем-то помочь. Ах да. Подростковая любовь творит чудеса. В любом случае, это помогло им переступить напряжённый барьер в их отношениях, и наконец-то они «сошлись характерами»... В последний год жизни Акутагавы старшего в родительском доме, о да, очень вовремя. В любом случае, уезжать, зная, что все будут рады твоему возвращению, немного проще. А ещё Гин плакала и это редкое событие, которое тронуло Рюноскэ, но мы сейчас не об этом. Гин была странной девочкой и, с одной стороны, она любила все то внимание со стороны подростков и ей нравились стабильные подарки раз в неделю, но с другой.. это утомляет. Очень сильно утомляет. И в своём выпускном классе она похихикала, когда несколько парней чуть ли не дрались, чтобы быть её партнёром по танцам на выпускном, а она выбрала девушку. Даёшь жизнь каминг-ауту! Но это было тоже некое разочарование в её жизни, потому что, оказывается, объект её симпатии был влюблён в кое-кого другого. И это точно была не Гин. Это было больно, и ей пришлось терпеть компанию эмо-мальчика весь сраный вечер. А это было кошмарно. Зато остались воспоминания. И она этому рада. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ — Мне лень, — девушка закатывает глаза и возвращает взгляд к экрану телефона. — Почему ты сам не можешь сходить? Звонок от брата где-то ночью с примерным содержанием того, что Гин без каких-либо проблем может поступить в его университет, немного удивил девушку. Типа... что? Хоть и по окончании всех экзаменов, она точно не знала, куда ей поступать, она немного удивилась. Ей всё ещё тяжело давалось осознание того, что они с братом, оказывается, близки. Ещё более удивительной вещью было то, что она может приехать к нему уже в июне и ознакомиться с обстановкой университета ещё до поступления, чтобы понять, хочет она учиться там или нет. Она может уже заселиться в общежитие в комнату брата. Знаете, ей бы хотелось отделиться от семьи и научиться самостоятельности, но с братом жить легче. В любом случае, прямо сейчас июнь, и она сидит на кровати, мотыляя ногами в своей будущей общажной комнате. Она здесь уже какое-то время и с уверенностью может сказать, что университеты — это круто. Ей разрешили посидеть на парах прикладной математики. Мозги кипели, но преподаватель был забавным. Сейчас выходные, и её брат занят каким-то важным проектом и всё, что ей остается делать — пялить в телефон, пока он не закончит. Но он сумел докопаться до неё, потому что ему срочно потребовался джойстик, которым он даже не сможет воспользоваться. — Ну Ги-ин, — тянет Рюноскэ, тяжело вздыхая. — Я безумно устал, а ты как раз тут никого не знаешь. Зайдёшь, познакомишься? — Не хочу, — девушка закатывает глаза и цокает, не соглашаясь с братом. Она пока что не горит огромным желанием знакомиться хоть с кем-нибудь в этом месте, и ей просто нужен отдых от социума. А тут ещё и какие-то странные парни, про которых она слышала только краем уха и, знаете, её позабавили эти истории. — У них сегодня что-то типа пьянки. Много алкоголя и закусок. Если сходишь, может и тебе что-то перепадёт, — Акутагава пожимает плечами и перелистывает страницу учебника, продолжая что-то писать. Скоро сдача проекта, а у него совершенно ничего не готово. Пустой лист. Они с Чуей выполнили совместную работу, и теперь оставалось разобраться только с личными компонентами, которых было мало, к слову. А у Накахары, в свою очередь, вероятно, уже всё давно закончено. Этот парень — полная противоположность Рюноскэ, и он предпочитает сначала всё сделать, а потом уже расслабляться, занимаясь своими делами. И как они только сдружились? — С этого и стоило начинать, братец, — лицо Гин вытягивается, и она подбирает мастерку со спинки стула, быстро накидывая на себя. Она устала и хочет выпить. — Знала бы ма– — Кто бы говорил! — она перебивает его, стоя у выхода из комнаты. Дверь захлопывается, и Рюноскэ остаётся в полном одиночестве. Он заходит в диалог с Тачихарой.

тачи

Вы: чувак, моя сестра наконец-то согласилась познакомиться с вами Вы: она идет к вам, передайте ей мой джойстик и предложите выпить тачи: ЧЕРТ, ДРУЖИЩЕ ЭТО АХУЕННО тачи: мы примем ее с распростертыми объятиями тачи: обещаю Вы: надеюсь, вы ее не угробите за один вечер тачи: чувак, не неси чушь тачи: держу пари, она согласилась только из-за алкоголя? Вы: да тачи: чудесно. делай свой проект и будь спокоен Он устал. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ Жизнь девушки набирала странные стремительные обороты, и она не очень-то и хотела сопротивляться. Знакомиться с новыми людьми весело. Менять обстановку весело. Ей нравилось, что их с братом отношения вышли немного на другой уровень. Это удобно — иметь брата, который скорее твой друг или родственная душа. И его маленький манёвр со сраным джойстиком обязательно отзовётся в будущем. Будет ли жалеть Гин? Нет. Определённо нет. Пребывая в раздумьях, она забыла, что прежде чем войти в чужую комнату, нужно постучать. И именно поэтому наблюдала забавную сцену, которую немного трудно описать. Она видела каких-то двух парней на диване и, с первого взгляда, происходящее смахивало на пометку восемнадцать плюс. Но, кажется, они просто дурачились. Знаете, типа неосторожной шутки. — Да я понял, что я кретин, только слезь, пожалуйста, мне не очень комфортно видеть тебя сверху, — парень с шатенистыми волосами был снизу и мотылял руками, кажется, умоляя прекратить акт убийства. — Эа, приветики? — ей немного неловко, но лучше обозначить свое присутствие. Они забавные. — О, Гин! Привет, — Мичизу в этот момент заваривал лапшу быстрого приготовления, чтобы не пить на голодный желудок. Нужно же заботиться о своём здоровье. — Рю сказал зайти, познакомиться со всеми и забрать какую-то хуйню... Я не вовремя? — девушка оборачивается и смотрит на двух парней, которые пару секунд назад готовы были друг друга убить, а теперь они спокойно сидят порознь и болтают на какую-то тему. — Э-э, Тачи? — Да, я помню, а ещё он сказал, что ты согласилась только из-за алкашки, — он улыбается и переводит взгляд в ту сторону, куда смотрела Гин. — М? Что такое? — Погоди... Они встречаются? Услышали все. Минута молчания, а затем по комнате раздаётся громкий смех Тачихары и Дазая. А вот Накахаре совсем не смешно. — блЯТЬ, — начинает он и уже тянет руку, чтобы дать Осаму подзатыльник, однако тот успевает увернуться. — Какого хуя уже третий человек спрашивает это? Я что, похож на педика, блять? — Ну... Вообще-то да? — Гин смеётся в рукав кофты. Дазай снова вспыхивает и капитулируется с дивана, чтобы предотвратить ещё одну попытку получить по затылку. Они сдружатся. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ С их первой встречи прошло уже около полугода. И, знаете, Гин ни разу не пожалела, что в тот вечер согласилась сходить за джойстиком. Они все довольно хорошо поладили, как только девушка поступила на первый курс. Поэтому, как и ожидалось, они вместе тусовались по выходным и поднимали на уши всю общежитие. Куда же без этого. Сегодняшний вечер не был исключением. Ребята вновь устроили тусовку «только для своих». Накахара и Акутагава младшая сидели на балконе вдвоём в полной темноте. Тонкий Chapman Red в руке Чуи и тусклый фонарь за окном были единственными источниками хоть какого-то света. Их друзья вырубились около часа назад, однако у этих двоих сна не было ни в одном глазу. Алкоголь по-разному влияет на людей. Накахара сделал тягу. Его рука перевалилась через оконную раму, ощущая порывы ветра. — Знаешь, Гин, — он выдохнул, — я очень рад, что мы встретились, — он устремляет свой взгляд на неё и дарит нежную улыбку. — Знаешь... Ты типа мне уже, ну... как родная сестра, что ли. — Я тоже рада, Чу, — она возращает ему улыбку, перенимая из его рук сигарету и также делая тягу. Есть что-то в этом до безумия комфортное. Парень вздохнул и принялся рассматривать открывшийся ему пейзаж. — Давай я тебе сейчас кое-что расскажу, а ты пообещаешь никогда не напоминать мне об этом? — Накахара говорил тихо. Он пытался опробовать эти слова на губах и собраться с мыслями, коих было чертовски много. Они создавали бешеный круговорот, мешая нормально сфокусироваться хотя бы на одной из них, но он пытается. — Валяй, — она медленно выдыхает дым и передаёт сигарету в другие руки. Чуя кинул короткий взгляд на Осаму, что небрежно развалился на диване, видя уже третий сон. — Помнишь, с какой фразы началось наше знакомство? Ты, блять, даже не представляешь, как долго я думал об этом... — он вздыхает, возвращая взгляд за окно. Гин с нетерпением ждет продолжения и... ...ей действительно приятно от того, что Чуя может рассказать что-то настолько личное? Ей доверяют? Она не торопит, просто ждёт, пока он наконец соберётся и скажет это вслух. Акутагава уже догадалась, о чём идёт речь. — Чуя, ты не– — Кажется... Кажется, я неровно дышу к этому придурку. Типа... Ну ты поняла, — усмешка появляется на его лице, и он махает головой. Тишину нарушает только пьяный смех неизвестной толпы за окном. — Я заберу этот секрет с собой в могилу, не беспокойся, — девушка гладит рыжего по плечу, нежно улыбаясь. Она знала. Понимаете, это видно. Глаза всегда выдают. Накахара надеется, что завтра он не вспомнит об этом. Забудет о своих чувствах. Забудет, кто такой Дазай Осаму и почему он так сильно его раздражает. Гин надеется лишь на то, что застанет эту парочку вместе. Но, как бы прискорбно это не звучало... Надеждам не всегда удаётся исполниться. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ 12.27am. Кто-нибудь час назад мог подумать, что они вляпаются в такое дерьмо? Нет. Кто-нибудь понимает, что им сейчас с этим всем нужно делать? Нет. Они просто максимально быстро пытаются найти укрытие, хотя вообще не знают планировку здания. Это значительно усложняет задачу. Типа, как ты можешь спрятаться, не зная куда бежать? Но адреналин в крови, видимо, плюёт на эту проблему и помогает собраться с мыслями. Ещё усложняет то, что они, блять, каждый сам за себя. Как дураки, в суматохе разбежались и рассоединились. — ЭЙ, МАЛЬЧИК С ШАРИКАМИ ИЛИ КАК ТЕБЯ ТАМ БЛЯТЬ, — Тачихара, задыхаясь, петляет между столами, пока у него на хвосте находится быстро бегущая груда металла, — Я, КОНЕЧНО, ПОНИМАЮ, ЧТО Я БЕЗУМНО ПРИВЛЕКАТЕЛЬНЫЙ, НО МОЖЕТ БЫТЬ ТЫ НЕ БУДЕШЬ ПЫТАТЬСЯ СОЖРАТЬ МЕНЯ? Адекватно ли говорить буквально с роботом? Возможно, нет, но стрессовая ситуация побуждает Мичизу на глупые поступки. — СЛАДКИЙ, Я НЕ СКИНУ ТЕБЕ ТУ ФОТОГРАФИЮ, КОТОРУЮ СДЕЛАЛА ГИН, ПРОСТИ, Я ТАМ ВЫШЕЛ НЕ ОЧЕНЬ, — рыжеволосый не знал, что умеет так быстро бегать, так ещё и попутно что-то выкрикивать. Воздух в лёгких стремительно заканчивался, а новая порция была безумно обжигающей. Выхода нет. Это конец. Он прямо сейчас умрёт. Где Гин... Он умрёт. — НУ МИЛЫЙ, ОТЪЕБИСЬ, ПОЖАЛУЙСТА, ТЫ ЖЕ ХОРОШИЙ АНИМАТРОНИК, — ещё чуть-чуть и он начнёт плакать, но... Он видит спасение. Он видит вентиляцию. Он старается не думать о её размерах, он думает лишь о том, как бы туда пролезть. Проводя в голове логическую цепочку, Тачихара понимает, что запас во времени у него катастрофически маленький. Типа около пятнадцати секунд, за которые открыть решетку сорокалетней давности будет физически невозможно. Намотать ещё один круг возле столов? Он выдохнется и упадет замертво. Думай, думай, думай, дума– Что? Где-то сзади слышится звон разбивающихся тарелок и до ужаса знакомый голос. Так вот где она. — Хэй, железяка, не думаешь, что терроризировать одного человека столько времени немного нечестно? В отличие от него, у тебя нет мышц и суставов, так что давай, меняй фокус. Я совсем не устала и готова поиграть в догонялки, — черноволосая появляется буквально ниоткуда, гремя всеразличной посудой. Парень не хотел знать, где она её нашла. Он просто облегчённо выдыхает, когда аниматроник переключает своё внимание на неё, давая фору самому Тачихаре. Он скользит по полу, дёргая решётку на себя и... По случайной удачности, она отлетает почти с первого раза. Мичизу не медлит и пролазит в пространство перед собой, пытаясь установить на место кусок металла. Он наблюдает за тем, как Гин уводит за собой мальчика с шариками, и молится всем богам, что у неё есть план, и она не поступила бездумно, пытаясь его спасти. Теперь новая проблема. Здесь воняет сыростью и много пыли. Тачихара не знает, куда ползти. Он не знает, сколько ему сидеть в вентиляции. Почему она расположена ближе к полу, а не потолку? ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ — Мне очень хреново наблюдать за ними из более-менее безопасного места, — Чуя прикусывает губу, наблюдая за тем, как Тачихара залетает в вентиляцию. — Успокойся, они справятся, — Дазай следит за камерами. — Троица на месте, активировался только этот... Пацан с шарами, — он внимательнее приглядывается и тыкает пальцем на один из мониторов. — Рю и Ацуши. Им нужно найти безопасное место. — Я всё ещё не верю, что это происходит. Я... Я типа не могу назвать себя трусом, ты сам знаешь. Но сейчас я до чёртиков боюсь. Я боюсь за них, да и за нас, — Накахара обнимает себя, прикрывая глаза. Ему нужно сосредоточиться. Сейчас вовсе не время, чтобы опускать руки и забиваться в угол комнаты, моля о пощаде. Дазай кивает и поджимает губы, не отводя взгляд от экранов. Он нашёл комнату, в которой могут пересидеть его друзья хотя бы час до активации других аниматроников, и берёт в руки телефон.

бродячие суки

Вы: ацуши, рюноске, обращаюсь к вам Вы: тачихара сейчас в вентиляции, а гин бегает вне досягаемости камер от пацана с шариками Вы: вам нужно найти ее и спрятаться там, где я скажу Вы: ребят? умоляю, вы должны взять свои телефоны в руки. хотя бы один цуши: я здесь цуши: дазай, что происходит Вы: я объясню, когда вы будете в безопасности В ответ на сообщение: "тачихара сейчас в вентиляции, а гин бегает вне досягаемости камер от пацана с шариками" рю: ГИН ГДЕ рю: СТОЙ, КАКОГО рю: ты можешь сказать примерно где она сейчас Вы: тише, пожалуйста Вы: с ней все будет хорошо Вы: она бежит примерно к вам, но из минусов шняга за ней цуши: это баллунбой, мы видели его на рисунках цуши: что нам делать? Вы: ты сейчас пойдешь в комнату, я объясню как дойти, позвони мне Вы: а рю должен выхватить гин и забрать ее с собой в ту комнату Вы: закроете дверь. вам нужно будет просидеть там час рю: а потом что? Вы: потом объясню Вы: ацуши, жду звонок цуши: дда сейчас наберу цуши: боже это безумно страшно Вы: прорвемся Дазай выходит из мессенджера, оставляя экран включённым. Ацуши и Рюноскэ сначала должны переварить его слова, а потом уже набрать. У них есть пару минут форы. В это время он оглядывается на Чую и... Боже, что с ним. ᯤ Единственное, чего им здесь ни в коем случае не нужно — паническая атака. Но разве она спрашивает разрешения? Накахара забился в угол, обхватив колени, его зрачки суматошно изучали помещение, пытаясь ухватиться за что-то, а дыхание было чрезвычайно сбивчивым. Он задыхался. Он, блять, выглядел максимально хреново для его обычного состояния. Дазай только один раз видел его таким. Осаму пытается заговорить с Чуей, но тот... Блять, он вообще в этом мире? Нет, нет, нет. Боже, почему я не могу дышать. Я должен посчитать предметы. Вентилятор. Раз. Мы все умрем. Бумажка. Два. Мы все умрем. Плакат с... МЫ ВСЕ УМРЕМ. НЕТНЕТНЕТНЕТНЕТ. Я НЕ ИМЕЮ ПРАВА ЗАБИВАТЬСЯ В УГОЛ И ДРОЖАТЬ КАК СУКА. Я умру. Дышать. Мне нужно дышать. Я слышу своё дыхание. Глубокий вдох. Гин умрёт. Надо задержать воздух. Рюноскэ, Ацуши и Тачихара тоже. Выдох. Дазай умрёт. ЗАТКНИСЬ. Картинка в глазах становится всё более размытой, следить за дыханием получается с трудом из-за перебиваемых его голосов в голове. Яумруяумру. Воздух. Воздух, мне нужен– — Чуя, ты меня слышишь? Какой знакомый голос. Трясёт. Где я сейчас. Умер? — Чуя, пожалуйста, ты должен посмотреть на меня. Давай же, ты сможешь. Нетнетнет. Это ад? ПОЧЕМУ ТАК БОЛЬНО В ГРУДИ. — Милый, я прошу... — Осаму стоит на коленях рядом, оглядываясь на стол. Телефон загорелся. Звонит Ацуши. Он немного подождёт. — Эй, ну маленький, пожалуйста, ты ведь слышишь меня? Всё в порядке, я рядом. Пусто. В голове пусто. Чуя открывает глаза и смотрит перед собой. Его глаза почти фокусируются на обеспокоенном лице. Это... Нет, он всё ещё не может понять, кто это. В ушах звенит, а дышать выходит всё также паршиво. Но он хотя бы пытается сфокусировать своё зрение. — Вот так, милый, привет. Ты можешь назвать мне три своих любимых месяцев и объяснить почему? — Ам... Апрель. Я родился в апреле, — он задумывается. — Январь. Снег и Рождество... Ты больше никогда не сможешь увидеть рождественский салют, потому что умрёшь прямо сейчас. УМОЛЯЮ, ЗАМОЛЧИ. — Чуя, я попросил три. Какой третий? Всё, что мог Накахара — растерянно смотреть перед собой. Из плюсов только то, что он наконец-то понял кто перед ним. Дазай. Удивительно. — Чуя. Третий месяц, — он говорит более настойчиво и берёт его руку, прикладывая к своей грудной клетке. — Дыши вместе со мной и думай над третьим месяцем. Глубокий вдох. Я умр– — Смотри мне в глаза и ни за что не отводи взгляд, понял? Я здесь, рядом, ты со мной в безопасности, ты должен это понять. Выдох. Я не умру. ... Глубокий вдох. Зачем мне умирать, если во мне нуждаются мои друзья. Выдох. Я не один. Со мной Саму. Он не оставил меня умирать, он мне помог. Всегда помогает. Вдох. Месяц. Любимый месяц. — Я люблю октябрь, потому что вокруг много опавших листьев и они прикольно хрустят. А ещё в октябре Хэллоуин. В прошлый раз у меня получилось тебя напугать, — зрение и дыхание полностью нормализовано. Накахара слабо улыбается. — Спасибо. Дазай с улыбкой выдыхает и в пару движений притягивает рыжего к себе, крепко сжимая. — Ты в порядке, пока ты со мной. Телефон на столе звучит во второй раз, и шатену приходится отпустить напарника из объятий и принять вызов. Одна жизнь спасена. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ Гудки отражаются в сознании огромное количество раз, а вместе с этим нарастает бешеная паника. — Почему он не берёт трубку, он же сам попросил набрать... Их нашли анима– — Заткнись, — Акутагава перебивает Накаджиму, раздражённо ходя взад-вперед, — звони ещё раз. Ацуши поджал губы и снова нажал на вызов. В этот раз гудки продлились недолго. — О боже, Дазай, ты в порядке, — какой-то груз моментально спадает с плеч парня, когда он слышит спокойный голос на той линии. — Прости, Чуе стало плохо, — он прокашлялся. — Вы сейчас возле туалетов, верно? — Да, это показалось нам безопасным, — беловолосый переводит взгляд на своего напарника. — Где Гин? — Стой. Для начала вам нужно пройти по коридору и в конце повернуть направо. Там дверь, которая вам нужна. Запрёте её изнутри и завалите шкафом. Камеры в ней есть, я буду видеть вас, — он замолкает на секунду, а в следующий момент его голос звучит встревоженно. — Быстрее. Если Гин не поменяет траекторию, то через минуту она будет уже там. Она некоторое время назад была в не очень надёжном укрытии, но Баллунбой потерял её. Я боюсь, что скоро найдёт. Так что перехватите её и запритесь. Удачи. Конец связи. Снова противные гудки. Ацуши тяжело вдыхает и пытается взять себя в руки. Это настолько сюрреалистично, что ему хочется плакать. Навзрыд. — Слышал? — Да. Идем, — Рюноскэ чуть ли не побежал в нужном управлении, — ты открываешь двери, я хватаю Гин, — он останавливается, видя беспокойство на лице друга. — Хэй, всё будет в порядке. — Конечно, — парень кивает сам себе и догоняет впереди идущего Акутагаву. Ему нужно собраться, чтобы это сделать. Стены в коридоре были обшарпаны, обои кое-где просто оторваны и теперь валялись на полу, где-то были следы от когтей. Воображение Накаджимы играло с ним злую шутку, и по дороге в нужную комнату он почему-то представил при каких обстоятельствах стены потерпели такие издевательства. Непроизвольно ему вспомнился рисунок. Точно. Рисунок. Его нужно обсудить с остальными. Атмосфера и полная тишина, нарушаемая лишь тихим стуком обуви, безумно напрягала. Здесь можно сойти с ума, если быть в одиночку. Но Ацуши не один и он благодарит всех, кого вспоминает. Мам, я жить хочу. Они быстро доходят до нужной двери. Которая, кстати, очень легко поддаётся и отворяется настежь. Изнутри исходит запах старой бумаги и пыли, от чего парень немного поёживается. Рюноскэ отходит чуть дальше, выжидая сестру. Ацуши же проходит внутрь и, не успев ничего толком рассмотреть, встает рядом с дверью, чтобы в нужный момент её захлопнуть. Глазами он примечает стеллаж, который можно будет легко опрокинуть, и стол, который можно будет также легко придвинуть. — БОЖЕ, РЮ, — девушка чуть ли не плачет, как только обнаруживает своего брата в поле зрения. Она ускоряет шаг, переходя на бег. — Где-то за мной робот, нам нужно убежать отсюда, умоляю. — Тише, тише, — Рюноскэ облегчённо выдыхает и направляет руку в сторону нужной двери, — туда. Быстрее, пожалуйста. Гин кивает и ещё сильнее ускоряет бег. Наконец-то хотя бы одна живая душа в этом чёртовом месте. Наверное, ей стоило придумать план, прежде чем геройствовать и спасать Тачихару, но она просто не могла сидеть и ждать, пока его поймают и съедят. Она уже чётко видит нужную дверь и замечает, что её брат тоже подходит ближе к ней. — Hello! — СУКА, ДА КОГДА Ж ТЫ УЖЕ ОТЪЕБЕШЬСЯ ОТ МЕНЯ, — девушка забегает в комнату, сразу после неё Рюноскэ. Ацуши захлопывает двери. — Стеллаж и стол. Нам нужно заблокировать двери, замок нерабочий, — Ацуши держит ручку на всякий случай, пока Акутагава старший с помощью своей сестры опрокидывают стеллаж и придвигают его к двери. Накаджима бежит в сторону стола, также подвигая его в нужное место. — Эти коробки выглядят тяжелыми, может их сверху накидаем? — предлагает Акутагава младшая, демонстрируя свои слова. Она еле как подняла одну из них. Парни кивнули и помогли девушке. Дверь заблокирована. Спасены? — Hey! Красные глаза появляются в стеклянной части двери и вроде смотрят внутрь комнаты, хотя маловероятно, что хоть что-нибудь они разглядят. Трое ребят устроились прямо под дверью, выключив фонарики и затаив дыхание. Страшно. Безумно страшно. Слышатся удаляющие тяжёлые механические шаги. Пронесло. Гин выдыхает, проводя рукой по лицу и поворачивает голову в сторону парней. — Нехило нас так занесло, да? — она усмехается. — Мы должны были понимать, на что идём, так что я даже Тачихару не сильно виню. Он сам сейчас чёрт пойми где, — Рюноскэ пожимает плечами и поднимается на ноги. — А я вам говорил, а вы не слушали, — Ацуши закатывает глаза и берёт в руки фонарик, включая его. — По звукам, никого рядом, так что, раз уж мы здесь, то давайте исследуем это место. — Это типа кладовка, видимо. И этот стеллаж, который мы опрокинули, полностью забит бумагами, так что если мы покопаемся в этом месиве, то что-нибудь, да найдём, — Гин повторяет движения брата и, прежде чем приступить к выполнению своих слов, она крепко обнимает Рюноскэ. — Я переживала за тебя. — Я тоже. И я рад, что ты сейчас со мной, — он крепко обхватывает её, целуя в макушку и поглаживая по спине. — Ага, отчёты бывших охранников, интересно, — Ацуши достаёт папку и открывает её, игнорируя ребят. — Блин, пустая. Теперь искать эти бумажки по всему полу. Гин усмехается и вылазит из объятий брата, садясь на колени рядом с Накаджимой. Рюноскэ отходит в противоположную сторону комнаты, изучая предметы там. — Ребя-ят, — Акутагава стоял у старой пошкарябанной полки, — здесь дневники каких-то Джереми и Сьюзи, — он достаёт два блокнота в мягких обложках, полностью покрытых пылью. Ацуши подбегает к нему, Гин же продолжает искать отчёты охранников. — Это детские? — Ацуши забирает жёлтый блокнот и сдувает с него пыль, прежде чем открыть и зачитать первую страницу. «Привет. Дядя Уильям посоветовал мне начать личный дневник, так что я этим и занимаюсь сейчас. Я сижу за третьим столиком в пиццерии Фазбер и меня зовут Сьюзи. Уильям предложил мне и моим друзьям несколько разных блокнотов, я выбрала жёлтый. Это мой любимый цвет. А ещё он похож на Чику, потому что она тоже жёлтая. Она любит кушать, и я люблю, поэтому я люблю и Чику. Я не знаю, что сюда ещё можно будет написать, так что скажу, что мне очень нравится пиццерия» Ацуши разинул рот, смотря на Акутагаву. — Ты буквально только что нашёл дневники детей с 80-ых годов, понимаешь? Это круто! Я заберу его с собой и дома прочитаю, — Ацуши подошёл к рюкзаку и закинул в него блокнот. — Тебя не напрягает дядя Уильям и то, что они находятся в подсобке? — брюнет хмурит брови, смотря на свой грязно-голубой в руках. — Я не хочу сейчас забивать этим себе голову. Ты свой тоже забери, я думаю, Тачихаре понравится, — Ацуши пожимает плечами. — Э, чуваки, может поможете? — Гин раздражительно посмотрела через плечо, чем вызвала смех у парней. Её нос с щеками были в пыли. — Хрюшка, — Акутагава старший усмехается и присоединяется к поискам. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ — Чисто теоретически, раз возле деревянной двери есть рычаг, то там тоже должна стоять металлическая дверь, — Дазай щурится, обследуя глазами комнату. — Типа как вот эта, — он показывает на противоположную дверь. — Если мы просто дёрнем за рычаг, то какая вероятность того, что эта дверь волшебным образом появится? — Чуя подходит ближе, рассматривая проём. — Подожди, — Осаму смотрит в мониторы и удостоверяется в том, что его друзья справились с задачей. — Так. Они в безопасности, отлично, — он снова направляет свой взгляд на дверь и подходит ближе. — В принципе, можно попробовать. — Здание старое. Боюсь, что всё обвалится к чертям собачьим, — Накахара обхватывает рукой рычаг. — Зато быстрее выберемся, — шатен пожимает плечами и улыбается. — Опускай. — Ну. Была не была. Чуя открывает настежь деревянную дверь, а затем щурится, резко опуская рычаг вниз. Ничего не произошло? Странн– А-А-А-А-А-А-А. С задержкой раздаётся громкий хруст дерева, и прошлая дверь почти что разлетается в щепки, слетая с петель. На место неё опускается другая: такая же, как и с другой стороны. Оглушительный грохот, после которого появляется звон в ушах. — Я был прав, — Накахара, шатаясь, отходит от проёма и разминает руку. — Что теперь делать с этой кучкой дерева? Дазай пожал плечами и оттащил её к стене до лучших времен. Может, понадобится. Ровно в этот же момент рядом с парнем падает вентиляционная решётка, он перенаправил взгляд на Накахару, который с ужасом смотрел куда-то вверх. — А аниматроники умеют ползать по вентиляции? — Чуя медленно отходит назад, врезаясь в стол. — Вентиляция слишком маленькая для них. Возможно, решётка отпала из-за вибраций, не бойся ты так, — Осаму выпрямляется и кидает взгляд туда же, куда смотрел его напарник. Это не вибрации. Что-то точно было там. Или кто-то. — А-А-А-А-А-А, — Накахара зажмуривается и чуть ли не залазит на стол, когда из вентиляции что-то выпадает. Дазай не сумел вовремя среагировать и поэтому стоял, как вкопанный, наблюдая за этим нечто. — Да чё ты так разорался, — рыжеволосый поднимается на ноги, потирая спину. — Не смог сгруппироваться, уж прости. Тут я орать должен. — БОЖЕ, ТАЧИ, КАКОГО ЧЛЕНА?! — Чуя выдыхает, хватаясь за грудь, а затем набрасывается на своего друга. Да, он весь в пыли, но какая разница? — Ты... прополз по вентиляции? Как ты понял, что тебе нужно сюда? — Дазай рядом улыбается, смотря на живого друга. Все в порядке. Все живы. — Агх, Чуя, задушишь, — Мичизу хлопает парня по плечу и вылезает из объятий. — Всё началось с того, что я залез в вентиляцию, убегая от пацана с шариками, — он проходит в середину комнаты, садясь на кресло и оттряхивая колени от пыли. — Я сидел около минут двадцати там, а потом мне стало скучно. Снаружи кто-то орал, так что я не захотел выходить, тем более, у меня залагала решётка. Я решил, что вполне логично будет попробовать проползти по этому тоннелю. Единственное, что меня напрягало — это резкие повороты наверх. Типа я влазил в вентиляцию почти у пола, а у вас она сверху, вот я и навернулся. Когда я услышал грохот какой-то, то решил чекнуть, и тут оказались вы. Вот такая вот история. — Ты серьёзно полтора часа лазил по вентиляции? — Дазай выгибает бровь и прикрывает ладошкой лицо, чтобы не засмеяться в голос. — По мне не видно? — он показывает рукой на всего себя. — Видно, это подъеб, — Чуя хихикает в стороне. — Итак, нам осталось три с половиной часа просидеть в этом полнейшем пиздеце и не умереть. Мы разделены на две группы, и через какое-то время активируется основная масса аниматроников. Ну. Вроде всё славно. — Насчёт аниматроников... — Осаму тыкает пальцем в монитор, — Бонни ушёл со сцены. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ — Боже, я совсем забыл, — Ацуши достаёт из кармана сложенный листочек, — Рю, тот листочек со стены. Я думаю, нам нужно его обсудить. Потёртые углы и немного пожелтевшая бумага. В центре был огромный жёлтый кролик с окровавленным ножом в руке и злым оскалом, вокруг которого расположились трупы детей. — Либо это какая-то злая шутка, либо даже не знаю, — Гин направила фонарик в центр картинки и прищурилась, пытаясь понять, что же там изображено. — Какой-то жёлтый кроль убил шестерых детей, хах, круто, — Накаджима нервно хихикнул и взял в руки телефон. — Вопрос только в том, кто это нарисовал, если по сути они мертвы? — Рюноскэ забрал рисунок из рук парня. — Нам нужно обсудить это с остальными, — беловолосый сфотографировал бумагу и отправил в чат.

бродячие суки

Вы: Изображение жёлтого кроля, что убил шестерых детей Вы: мы нашли это с рю еще в самом начале Вы: мнения? чу: обсудим, когда выберемся отсюда Вы: мы сейчас все в безопасности, вы можете рассказать что вообще, блять, произошло? чу: нам позвонил какой-то чувак и сказал, что мы должны выжить до утра чу: электричество выключат для каких-то мер чу: и двери закроют для этого же чу: а аниматроники активируются чу: короче пиздец какой-то, мы сами не до конца поняли Вы: а после шести мы сможем уйти отсюда? чу: надеюсь ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ — КАКОГО ХУЯ ЭТА ЕБАТИНА БУКВАЛЬНО БЕЖИТ. — Чуя, левая дверь, быстро, — скомандовал Дазай, пристально наблюдая за камерами. — Он не сможет зайти. — ПИЗДЕЦ, ЛУЧШЕ БЫ Я В ВЕНТИЛЯЦИИ ОСТАЛСЯ, — Тачихара подорвался со стула и залез под стол, проклиная всю планету. — ЧУЯ, ДВЕРЬ, — Осаму повышает голос, когда ушастый подбирается слишком близко к охранной комнате. Накахара замахал руками в стороны, пытаясь сконцентрироваться, и подбежал к двери, со всей силы дёргая рычаг вниз. — Ну же, ну же, ну же, — Чуя наблюдает за тем, как медленно закрывается дверь, — УМОЛЯЮ, ВНИЗ. Молитвы услышаны. Дверь с грохотом обваливается как раз в тот момент, когда аниматроник был в пару метрах. — БЛЯ-Я-Я-Я-Я-Я, Я УЖЕ НЕНАВИЖУ ЭТО МЕСТО. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ᯤᯤ 05.43am. Время в ожидании тянется бесконечно медленно. Каждая минута ощущается, как час. Ты постоянно проверяешь время, но ловишь лёгкое чувство разочарования, когда с прошлой такой проверки прошло лишь пятнадцать минут. Голова кипит, мозги работают в бешеном режиме, подавая сигналы в миндалевидное тело, лишь увеличивая страх и тревогу. Полная концентрация уходит на беспорядочную проверку мониторов и периодическую пробежку до дверей. Почему их нельзя было всегда держать открытыми — никто не понимал. Но правила на то и правила. Хотелось бы их нарушить, но на кону стоит жизнь. В три часа Осаму написал короткое сообщение другой части команды, чтобы они оставались на месте ещё какое-то время. Аниматроники даже не приближались к комнате, которую Рюноскэ, Гин и Ацуши выбрали для убежища, поэтому безопаснее было оставаться там, а не шастать по пиццерии. Вторую же часть команды несколько раз посещали эти ушастые и не только твари. Защититься от них оказалось довольно лёгкой задачей, но безумно страшной и нервной. Мозги иногда под чувством страха и полным оцепенением забывают подавать сигналы в опорно-двигательную систему, из-за чего ты теряешь ту маленькую доступную фору в несколько секунд. Самым частым гостем был Бонни. Чуя и Мичизу даже не пытались подумать, откуда Осаму известно имя этой пушистой твари. Им было наплевать и они просто выполняли инструкции. К слову, Бонни они этого зайца и не называли. Типа единственное, что они успевали кричать это: Ушастая хуйня. Долбаёб. Хуйлан кроликовидный. Тварь дрожащая. Голубой уёбок. Пошёл нахуй. И это лишь малая часть. Дазай хихикал, прикрывая рукой лицо. Хоть что-то в этой отвратительной ночи было смешным. Было очень удобно действовать в команде. Один следит за камерами, другой за левой дверью, третий за правой. Ближе к трём часам работа стала выходить слаженной. Но до этого зрелище было жалким. Заедал рычаг, путались ноги, закрывались глаза. Ребятам повезло, что Осаму был собран и серьёзен. Без него они бы ни за что не пережили и первое нашествие анимированных кукол. Обстановка в другой части компании проходила очень спокойно. Все время они изучали всеразличные бумаги, изредка кривясь от звуков снаружи. Было чувство неправильности в том, что они сидели в безопасности и просто копошились в бумагах, в то время как их друзья отбиваются от терроризирования их жизней. Но они ничего поделать не могли, тем более, их изучение приносило плоды. В ассортименте были отчёты двух охранников, бумаги, с информацией о самом заведении, какие-то документы, касательно Уильяма Афтона и Генри Эмили, да ещё и два детских дневника. Эти вещи требовали наиболее тщательного изучения, ведь при свете фонаря это было несколько проблематичным занятием. Около четырёх часов телефон пропиликал, оповещая об уведомлении. Гин взяла ответственность на себя зайти в чат и ответить и... Ого.

бродячие суки

аки: извините конечно, но у меня есть некоторые вопросы, касательно содержания переписки аки: я только приехала домой и, мягко говоря, ахуела аки: что у вас произошло? Вы: спокойно, милая, мы просто прячемся от оживших роботов Вы: через два часа будем в безопасности аки: извини?? аки: как?? аки: боже не нужно было вас бросать Вы: ты была бы здесь же. и это не очень хорошо аки: ты в порядке? Вы: буду аки: я подъеду к вам, скинь геолокацию Вы: нет смысла, ты не сможешь зайти аки: я подъеду к шести Вы: в таком случае окей Вы: жди, милая аки: вы обязаны выжить и рассказать мне все подробнее. аки: только попробуйте откинуться. Оставалось пятнадцать минут до окончания этого сущего кошмара и, конечно, можно было бы отсидеть их в относительно безопасном месте. Но эти придурки уже отсиделись и было принято решение собраться в главном холле. Они пожалеют. Ой как пожалеют. Время пошло. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ — Окей, ребят, меня волнует только вопрос о том, как мы это разгребём? — Гин пинает валяющийся стеллаж и через секунду уже прыгает на одной ноге, вопя звуки боли. — Аккуратнее, придурошная, — Рюноскэ хихикает и придерживает сестру за локоть, — мы же как-то придвинули это сюда. Также и уберём. В доказательство своих слов, парень почти с легкостью поднимает стол, откидывая его в сторону. Коробки они уже давно раскидали, когда изучали бумаги, поэтому единственное препятствие — стеллаж — был аккуратно отодвинут ногой так, чтобы хватило пространства на открытие двери. Им ведь не нужно приводить всё к первоначальному виду, поэтому этого и достаточно. Ацуши в это время скидывал все нужные вещи себе в рюкзак. — Готово. Держимся вместе, не разбегаемся. В случае чего идём обратно, — Рюноскэ глубоко вдохнул, в последний раз оглянувшись на комнату. — Так точно, командир, — Гин скорчила серьёзное лицо и встала по стойке смирно, приложив одну расправленную ладошку к виску, а второй прикрыв макушку. Ацуши схватился за живот, пытаясь прекратить смеяться, а Акутагава старший лишь закатил глаза. Они переступают через порог. Тихо. Очень тихо. — Нам в главный холл. Это не так далеко отсюда, но я не помню точную дорогу, — шепчет Ацуши, убирая фонарик. В такое время лучше понатыкаться носом на каждый угол, чем светануть и привлечь к себе внимание. — Тс-с-с, — Рюноскэ приложил палец к губам, прячась за стенкой. Прямо перед ними целенаправленно куда-то шёл Фредди. Они всем телом прислонились к стенке и перестали дышать, лишь бы не быть замеченными. Страшно. Страшно видеть это и осознавать, что это может стать причиной твоей смерти. Шаги звучали все отдалённее. — А он разве не в охранную направляется? — Гин сдвинула брови, пытаясь в темноте вычислить их примерное местоположение. — Не знаю. Думаю, что Дазай с ребятами разберутся, — Рюноскэ пожимает плечами и пробно выглядывает. Никого. Можно двигаться дальше. — Ребя-ят, — сбивчиво шепчет Ацуши. — Не сейчас, Цуши, — Акутагава старший цокает, выходя из убежища. — Я не хочу нагнетать, но походу эта голубая дрянь идёт прямо на нас, — Накаджима кивает головой в конец коридора, откуда они только вышли. — Что ты несё– ЧЁРТ, ВАЛИМ. Как выразился Ацуши, «голубая дрянь» ровно в этот момент заметила трёх блуждающих, и у неё активировался не пойми какой режим. Никто не думал, что сорокалетний механизм может так быстро бежать. Кроме Тачихары и Гин, разумеется. Хотя Баллунбой по сравнению с Бонни черепаха. ЧЁРТ. В стрессовой ситуации забываются чёткие задачи. Именно поэтому все трое разбежались в совершенно разные стороны. У Бонни большой выбор жертвы. И по случайному стечению обстоятельств, он выбирает черноволосую девушку. — КАКОГО ЧЁРТА СНОВА ЗА МНОЙ, ГДЕ Я ТАК ПРОВИНИЛАСЬ, — Гин оборачивается, оценивая обстановку. Фора есть. Небольшая, но есть. Она забегает в игровой зал и начинает петлять между столами. Железная махина, конечно же, будет немного задерживаться на поворотах, поэтому тактика, выбранная девушкой, сулила успех. Впереди была какая-то огромная шкатулка. Действительно большая. Это выглядело, как единственное место спасения, ведь других дверей или шкафов она не наблюдала. Акутагава младшая пробегает ещё один своеобразный круг, запутывая зайца ещё сильнее, и когда у неё есть фора в полминуты, она сломя голову бежит к той самой шкатулке. Она старается максимально быстро открыть её, оборачиваясь назад и убеждаясь, что на время аниматроник её потерял. Шкатулка, на удивление, очень быстро поддаётся и девушка, даже не заглядывая внутрь, залазит в неё, закрывая за собой изнутри. Неудобно. Насрать, зато спасена. Механические шаги по звукам ещё блуждают по комнате некоторое время, а затем начинают всё отдаляться и отдаляться. Гин выдыхает. — Сука, да почему так неудобно, — она еле как достаёт фонарик и светит вокруг себя. Увиденное ей не нравится. Совсем. — А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А. Красные глаза, изучающие её. Противно. Страшно. Как я, блять, могла в попытке убежать от одного аниматроника, наткнуться на другого. Выбраться, выбраться, выбраться. Она одним движением открывает шкатулку, буквально вываливаясь из неё и теряя всё своё содержимое карманов. Бежать, бежать, бежать. Что-то за ней тоже выходит из шкатулки. НЕТНЕТНЕТ. — А-А-А-А, БЛЯТЬ. ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ ✩✮ — Чёрт, чёрт, чёрт, — Осаму наблюдал за конфузом, устроенным аниматроником, по камерам, — нам нельзя сейчас уходить. — Какого члена? — Чуя подходит ближе к камерам и замечает бегущих непонятно куда Акутагаву и Накаджиму. — Бля-я-ять, мы тайм не словили... Стой, а от кого они бегут? — От ушастого, походу, — Дазай пожимает плечами и дальше исследует камеры. — Да, у него глаза загорелись. Только этот, вроде, далеко от них. — А Гин где? — обеспокоенно произносит Накахара, кидая взгляд из одного места в другое. — ЧТО ЭТО ЗА ХУЙНЯ ЛЕТИТ ЗА ГИН, — Тачихара указывает пальцем на один из мониторов. — Бля-ять, мы забыли про Марионетку, — Дазай обречённо выдыхает и бьёт ладошкой по столу, пытаясь найти глазами нужный механизм. — КАКАЯ НАХУЙ МАРИОНЕТКА, НАМ НУЖНО ГИН СПАСАТЬ, — Тачихара злится и хватается за голову. — Да стой ты, спокойно всё будет, — Осаму зажимает какую-то кнопку, от чего в одной из комнат, как раз со шкатулкой, начинает играть мелодия. Марионетка моментально останавливается, меняя траекторию, — видишь? — А откуда ты знае– Где-то справа раздаётся неприятный механический смех. Только не это. Все трое замирают, направив всё своё внимание в проём двери. Они не успеют закрыть дверь и все это понимали. Они не понимали, почему они всё ещё стоят на месте, загипнотизировано выжидая собственной смерти. Механические шаги всё ближе. В проёме появляется свечение пары глаз. Щёлк. — СУКА, ХУЛИ МЫ СТОИМ, ВАЛИМ, — Накахара толкает в спины своих друзей и первым вылетает из охранной, буквально наощупь передвигаясь в поиске спасения. Бежать, бежать, бежать. Сука, всё через жопу. Дазай оказывается самым медленным, и, когда два рыжих уже почти добегают до выхода из коридора, он остаётся примерно на середине. Думать об этом времени нет. На развилке Мичизу с Чуей поворачивают направо, мысленно надеясь, что Осаму проследует за ними. Как же абсурдно всё выглядит со стороны. Быстрее, быстрее. Накахара заворачивает за угол, скатываясь по стенке. Оторвались. Через несколько секунд подбегает выдохшийся Тачихара. — Сука, больше никогда курить не буду, дыхалка в минус, — он становится на колени, заливаясь в сухом кашле. — Ха, поговори, – рыжий делает последний выдох и начинает беспокоиться, когда не находит глазами нужную фигуру. — Дазая за тобой не было? — Нет... Фак, только не говори, что мы его потеряли, — Мичизу полностью падает на пол, тарабаня рукой по плитке. — Он самый умный из нас. Надеюсь, что найдётся, — Накахара зажмуривается, ударяя затылком по стене. — Боже, ребят, вы живы, — Ацуши подбегает ближе, держась рукой за стену. — О-о, хоть вы в порядке, — Чуя слабо улыбается. — Вы Гин не видели? — Рюноскэ нервно проходится по каждому и сбивчиво выдыхает. Накахара машет головой, а Тачихара поджимает губы. — Она где-то рядом. С ней всё будет в порядке. На всю пиццерию раздаётся оглушительный звук. Ребята судорожно пытаются найти источник. — Аэ-эм, привет? Я поздравляю вас! До конца первой ночи осталось пять минут. Вы должны за это время добраться до выхода, ибо ровно в 6am он откроется, а вот уже в 6.05am будет закрыт. Почти все аниматроники будут деактивированы на это время, так что вы можете свободно выйти, — тот же диктор, что и шесть часов назад. Это выглядело подозрительным, но душу грело осознание того, что этот ад вот-вот закончится. — Ам-м, ждём вас завтра в то же время и надеемся на ваше благоразумие. Вам обязательно нужно отходить пять ночей, иначе... — появились помехи, из-за которых трудно было распознать дальнейшие слова. — До встречи! — КАКОГО ЧЛЕНА, Я БОЛЬШЕ СЮДА НИ НОГОЙ, СЛЫШИШЬ? — Чуя подрывается с места, пытаясь кричать в потолок. — Чуя, время, — Мичизу поднимается на ноги и тянет друга за рукав, направляя в нужную сторону. — Гин. Мне нужно найти Гин, — Рюноскэ замотал головой, делая шаги назад. — Рю... Она тоже это слышала. Держу пари, она уже на выходе, — Ацуши слабо улыбнулся, умоляюще смотря на парня. — Ладно. Да. Она умная, смелая и быстрая. Выберется, — жалкая попытка успокоить самого себя. Но ему нужно идти. Выход было найти трудно, учитывая, что время беспечно поджимало. Дерьмо. Ни Гин, ни Осаму у выхода. С другой стороны, время уже 6.03. Они могли выбраться. Ребята видят открытые двери и направляются туда максимально быстрым шагом. Акутагава постоянно оглядывается, пытаясь найти глазами тёмную макушку. Тщетно. Никого. ᯤᯤᯤ Они выбегают из пиццерии, вдыхая свежий воздух. Тачихара моментально падает на асфальт, выцеловывая его, радуясь спасению; Ацуши заваливается на капот машины, а Чуя судорожно выходит вперед, пытаясь отыскать Дазая. Рюноскэ выходит последним и сразу за ним дверь начинает опускаться. — Ну не-ет, — он пытается остановить её, — ещё не время, стой, — он оглядывается на ребят и не находит ту, которая ему нужна, — НЕТ, ПОСТОЙ, ГИН ЕЩЁ НЕ ВЫШЛА. У двери нет способности слышать и слушать. Это буквально неодушевлённый предмет. Рюноскэ наплевать. — НУ СТОЙ ЖЕ ТЫ, НЕТ, УМОЛЯЮ, — он вмиг оказывается на коленях, тарабаня по железной конструкции, — МНЕ НУЖНО ВНУТРЬ. Нет, нет, нет. Он хочет вернуться обратно. Там моя сестра. Ему нужно обратно. Он не может перестать отчаянно бить неодушевлённый предмет, слёзно умоляя снова открыться. Чёрт, чёрт, чёрт. Какая-то часть его мира моментально падает вниз. Какая-то часть его совершенно не хочет воспринимать реальность. Иногда тебя посещают мысли, что пути назад нет. Его никогда не было и быть не могло. Это сильно ударяет по сознанию, перекрывая способность дышать. Это добивает капитально, без возможности пути отступления. Дерьмо. Ацуши подбегает к нему, пытаясь остановить. — Рю, у тебя кровь, прекрати, пожалуйста, — он сам еле сдерживает слёзы, с надеждой оглядываясь по сторонам. — Нет. Это. Из-за. Тебя, — он отчеканивает каждое слово, сопровождая их ударами. — Ты сказал, что она сама выберется. Я тебя послушал и не пошёл за ней, — он в последний раз со всей силы ударяет сразу двумя, после чего скатывается в комочек. — Я верил в то, что она выберется и сама, а не запрещал тебе идти на поиски. Вы бы могли оба оказаться в закрытом здании в ином случае, — он аккуратно пробует прикоснуться к плечу парня, но тот его дёргает. – Мы были бы вдвоем. Это лучше, чем она там одна. Мичизу на несгибающихся ногах подходит к Акутагаве. Он не мог ничего сказать, наблюдая за маленькой сценкой. Ему было нечего сказать. Он во всём виноват. Он предложил пойти в это сраное место. Он просто садится рядом и обнимает Рюноскэ. Его глаза широко открыты и направлены на кровавый след на железной двери. — Прости, — он шепчет, — мы... С ней всё будет хорошо, мы завтра вернёмся, мы её найдём, — он сам не верит своим словам. — Аниматроники ведь деактивировались, ей не грозит опасность. Только, пожалуйста, прекрати... Акутагава всхлипывает в последний раз и кивает головой, вытирая пару непрошенных слезинок. — Я очень беспокоюсь за Гин, безусловно, но... Где Осаму? — Чуя чуть впереди разворачивается лицом к ребятам и вскидывает руки в стороны. — Только не говорите, что мы забыли двоих... — Ацуши моментально бледнеет. Накахара мотает в стороны головой, обнимая самого себя. Нет, нет, нет. Он должен был удостовериться в том, что Дазай с ним. Он должен был пойти Гин на помощь. Он должен был остаться там, вместо этих двоих. Он жалок. Слабак, слабак, слабак. — Мы вернёмся за ними, слышишь? — Тачихара поднимается на ноги и помогает проделать то же Акутагаве. Ацуши становится рядом со вторым, а Мичизу начинает ходить вперёд-назад. — Ну конечно. Вернёмся, — Чуя усмехается и прикрывает лицо ладонями, молясь о том, чтобы не заорать во всё горло. Нет-нет-нет-нет. Почему. Поче– Из кустов слышится шорох. Это не конец? Чуя берёт себя в руки и подходит ближе к углу здания, выходя на разведку. Из кустов выходит... Боже, слава небесам. ...Дазай. Живой. Накахара с разбега прыгает на парня, заключая в объятия. Тот не успевает сгруппироваться и валится на асфальт. Живой. Он живой. Он здесь. — Боже, ты придурок, — шепчет рыжий сквозь смех. — Какого чёрта ты заставляешь меня переживать. Дазай улыбается, приобнимая Чую. — Я вышел раньше вас и отошёл в туалет. Знаешь, это всё немного давит на мочевой, — он ещё раз хихикает, поглаживая рыжего по спине. — Может слезешь? — Ты придурок, блять. Я тебя ненавижу. Боже, бля-я-ять, — Накахара причитает, ударяя парня кулаком в плечо, но всё же медленно встаёт. Дазай поднимается на локтях, ухмыляясь, когда видит лицо Чуи. Переживал. — Саму? Боже, ты нас напугал, — остальные ребята подбегают ближе. — Гин не... не с тобой? — Рюноскэ с надеждой смотрит в лицо шатена. Его надежды испаряются, когда он обнаруживает эмоции удивления и беспокойства. — Я думал... Я думал, она с вами выйдет, — он полностью садится, приоткрывая рот. Акутагава поджимает губы и, откидывая голову, отходит в сторону. — Только не говорите, что она осталась там... — лицо Осаму выражало бешеный страх. В доказательство его слов из пиццерии послышался оглушительный и звонкий девчачий визг. Нет.