Кровь на лезвии коньков

Сонхун проснулся сегодня позже обычного, что на самом деле неудивительно. Кто вообще после празднования Нового года просыпается рано? Сон – единственное преимущество праздников. В какие ещё дни можно законно ничего не делать и не отхватить за это, если не сегодня? Сонхун, еле проснувшись, прошёл на кухню, чтобы заварить себе кофе. Это уже важная часть дня, словно ритуал. Опыт показывал, что день без кофе никогда не бывает хорошим. С чашкой своего любимого напитка Сонхун устроился за столом и взял в руки телефон. Он со вчерашнего дня не брал мобильник в руки, не считая момента, когда Джейк буквально вынудил дать свой номер. На самом деле Сонхун в глубине души надеялся, что этот чудик вообще на утро образумится и поймёт, что вёл себя довольно странно. А ещё лучше: забудет о нëм и никогда в жизни не воспользуется его номером. Всё это лишь мечты и надежды, которые благополучно разбились. Обычно по утрам Пак не находил ни единого сообщения или уведомления. Он никому не был нужен, но сегодня всё по-другому. Сонхун только включил телефон, а там уже красовалось сообщение от Джейка. Бывший фигурист демонстративно закатил глаза, сжав телефон в руках чуть ли не до треска. Надо же было с утра так всё настроение испортить. Не то, чтобы оно было хорошим. Сонхун никогда не бывает в приподнятом настроении, но минутой назад оно было намного лучше.

Jake: [7:58] Доброе утро! Выспался?

Сонхун хотел проигнорировать сообщение, чтобы просто не связываться с этим чудиком. Хватило уже столкновения по пути с учёбы и вчерашнего дня. Можно сказать, за те две встречи Пак полностью истратил свою социальную батарейку, которую теперь придётся восстанавливать год, а то и два. Sunghoon: [11:27] Доброе. Да Сонхун был явно не из многословных. Взаимодействие с обществом в последние годы не вызывало положительных эмоций. Только докучало. Сообщение долго без ответа не осталось. Джейк словно поджидал Сонхуна. Следил за ним, чтобы просмотреть коротенький текст в телефоне за долю секунды. А через ещё пару секунд уже ответить.

Jake: [11:27] Доброе утро! Ты оказывается тот ещё совëнок хехе. Свободен сегодня? Могли бы сходить на каток как раз!

Сонхун устало закатил глаза, не спеша отвечать. Ему никуда не хотелось идти. Раз в год появляется возможность законно ничего не делать. Только ради этого Пак и ждал чëртового Нового года. А сейчас этой возможности хотели лишить. При этом Сонхун понимал, что отказать он не может. Может быть раза два оправдания ещё работать будут, но потом Джейк всё поймет. Он хоть и чудик, по мнению Сонхуна, но явно не из тупых. По крайней мере, манипулировать и использовать информацию против других людей умеет. Sunghoon [11:29] Ок

***

** Сонхун вышел на 10 минут позже договоренного времени. Он абсолютно не торопился, словно не его уже столько времени ждал Джейк. Это, конечно, немного давило на совесть, но парень оправдывал всё тем, что Шим заслужил такое отношение. Стоило Паку только появиться в поле зрения, как Джейк в ту же секунду с широкой улыбкой запрыгал и замахал рукой, привлекая внимание не только Сонхуна, но и всех остальных людей на улице. – Чудик, – промолвил парень, слегка приподняв уголки губ и опустив глаза, словно ничего не видит. Сонхун по-прежнему не торопился. Он даже не пытался сымитировать спешку. А Джейк всё также продолжал махать и радоваться приходу Пака. – Привет, – ради приличия решил поздороваться опаздавший. – Долго ждал? – Не особо, – отмахнулся Джейк. – Пошли. Я уже купил нам билеты. Сонхун удивился такому энтузиазму. Джейк не похож на богатого: он был одет в изношенные вещи, которые даже не сочетались между собой. Телефон его тоже на вид был не из новых, словно выпущенный около пяти лет назад, так вдобавок ещё и с разбитым стеклом. Так почему же он купил билеты, ничего не сказав и попросив денег? Сонхун явно не из тех близких друзей, за которого можно было заплатить, тем более когда проблемы с финансовым положением. Да и Пак был не из бедных. Денег, которые ему давали родители и которые он зарабатывал самостоятельно, более чем хватало для комфортной жизни. – Почему не сказал мне? Я бы скинул деньги, хотя бы за себя, – Сонхун неловко поджал губы. – Да ладно тебе, – вновь отмахнулся Джейк. – Всё нормально. Это же я приглашал тебя на каток. Твоего согласия мне более чем достаточно. Сонхун видел, как пытался замять эту тему Джейк и как он себя на самом деле не уважал. На минуту парню стало даже неловко и стыдно за то, что он не хотел соглашаться, заставил себя ждать на морозе, а Шим делал всё, чтобы хоть как-то подобраться к бывшему фигуристу. В какой-то степени ему стало даже жаль этого чудика. Джейк боролся за дружбу, а Сонхун только словами как ножом по чужой коже проходился. Шим не кричал о несправедливости по отношению к себе, не пытался переходить границы дозволенного, не просил чего-то сверхъестественного. Но Сонхун знал, что его молчание было громче любого крика. Он видел в Джейке самого себя несколько лет назад. Только если Сонхун поник при первой неудаче, то Джейк продолжал улыбаться. Бывший фигурист догадывался, что от предложенных денег Джейк сейчас точно откажется, поэтому пообещал себе, что дома вернёт долг. Это было единственным, на что был способен Сонхун. Он не умеет общаться с людьми и поддерживать их. Ему тяжело даётся любой диалог с человеком, а вернуть деньги для него намного легче. Для этого ни с кем не надо разговаривать. На сегодняшний день хватит лишь телефона и наличия самих денег. – Чем ты занимался после нашей встречи? – Джейк внезапно нарушил тишину, витавшую между ними. Сонхун не спешил отвечать, как минимум, потому что он всё это время погряз в пучине рассуждений и стыда. – Я пошёл домой, поел и лёг спать. Всё, как и всегда. А ты? – Пак старался быть дружелюбнее и добрее, но он готов был прямо сейчас закопать себя, чтобы не испытывать подобных мучений. И тут нет вины Джейка. Он делает всё, что в его силах. Просто Сонхун не умеет взаимодействовать ни с кем, кроме кактуса в своей комнате. – Я с семьёй поболтал по звонку, – Джейк вновь улыбнулся то ли еле заметной ответной инициативе Сонхуна, то ли воспоминанию о своей семье. – Почему по звонку? – удивился Пак. – Мог же и с ними праздновать. Тогда бы всё было легче, как минимум потому, что они в таком случае бы не пересеклись. – Нет, не мог, – тяжело вздохнул Джейк. – Я опоздал на самолёт позавчера. Фигурист повернул голову, устремив свой взгляд на Джейка. Австралиец улыбался, но глаза предательски выдавали его состояние души, его разбитость и тоску. Человек всегда может соврать, но его глаза никогда не скроют правду. Сонхун хотел задать больше вопросов. В его голове разгорелся интерес, но он не смог проронить ни слова, словно это всё было лишним. Они некоторое время шли в тишине, жалея, что завели про это диалог. Парни пытались перевести тему, но всё равно общение не шло. Поэтому остаток дороги они провели в полной тишине. Сонхун на катке поднял взгляд и увидел бесчисленное количество людей. Он поджал губы и со страхом в глазах взглянул на Джейка, который весь светился от счастья. Хотелось, конечно, провалиться под землю, чтобы не видеть эту толпу. Несмотря на свои желания, Пак понимал, что не простит себя до конца дней, если оставит Шима одного. Джеюн почувствовал чужую напряженность, стоя рядом с Сонхуном. Он с беспокойством взглянул на Пака, но тот лишь назло отвёл взгляд, словно пытался спрятаться от его (убрала «чужих», чтобы повторения не было) глаз. – Всё нормально? – с опаской поинтересовался австралиец. – Ты весь бледный. Сонхун повернул голову в сторону, встречаясь глазами с Джейком, а после вновь посмотрел в сторону катка. Пак приподнял уголки губ и кивнул. Он чувствовал, как в горле застрял ком. Но не мог подвести Джейка. Не в силах был бросить прямо тут. Они вместе вышли на лёд, вот только сегодня профессионалом по фигурному катанию можно было назвать скорее Джейка, чем Сонхуна. У Шима глаза от недоумения раскрылись. Парень, который вчера был создан для фигурного катания, словно пропал. Сонхун был на льду слишком неумелым и неуклюжим. Складывалось ощущение, будто он никогда не катался на коньках. Джейк как-то даже допустил такую мысль, что тут клон Сонхуна. Да какой уж там клон, если Шим поверил в существование пришельцев. Что-что, но это явно был не Сонхун. Он не мог так неопытно кататься, по мнению Джейка. Сонхун ехал, чуть ли не падая и постоянно врезаясь в окружающих, за что просил прощения. Ему было неловко и стыдно смотреть в глаза людей, которых он чуть не сбивал с ног, а ещё страшнее было вновь пересечься с Джейком. Только вчера им восхищались, а уже сегодня он никто. Джейк хотел остановить парня. Однако сам ещё был неопытен в этом виде спорта, из-за чего просто не успевал догнать нового «друга» так, чтобы не врезаться в окружающих, как это получалось у Пака. Спустя ещё пару толчков в людей Сонхун упал на лёд. Он тяжело дышал. Воздуха было катастрофически мало. Сердцебиение усилилось настолько, что, казалось, сердце остановится. Вокруг него столпилось большое количество людей, от взглядов и присутствия которых лучше явно не становилось. Пользы от них также не было. Они лишь усугубляли состояние Сонхуна. Сонхун поднял голову вверх. Он встретился с мелькающими и расплывающимися перед его глазами лицами, каждое из которых выражало тревогу и беспокойство. Вихрь страха словно сжимал его сердце, окутывая паникой. Мозг уже затуманен, из-за чего уже не мог трезво оценивать ситуацию. Реальность и страхи Сонхуна словно смешались, образуя невообразимый кошмар. Хотелось проснуться в своей мягкой кровати с тяжёлым прерывистым дыханием и осознанием, что это лишь сон. Но Сонхун не мог сбежать от реальности. Люди громко что-то кричали, изредка переглядываясь друг с другом, но Сонхун среди всего хаоса не в силах был разобрать ни слова. Джейк в стороне не стоял. Совесть бы его явно не позволила со стороны наблюдать. Он подъехал к Паку и одной рукой приобнял его. Второй же Шим размахивал, пытаясь отогнать людей.

***

** Сонхун с трудом открыл глаза, слегка привставая. Боль в голове и лёгкое головокружение заставило его пошатнуться и чуть не упасть обратно на жёсткую и неудобную кровать. – Проснулся? – послышался знакомый голос. Сонхун слегка отодвинулся, словно боялся хозяина квартиры. Только сейчас он обратил внимание, что находится не в своей квартире: обои пожелтевшие, мебель старая, освещение тусклое, из-за чего Пак еле разглядел лицо Джейка. – Что произошло? – Сонхун устало потёр переносицу. – У меня была паническая атака? Шим кивнул, ожидая дальнейшей реакции, но таковой не было. Сонхун опустил взгляд и словно потерялся в реальности. Пак был спокоен, но было в нём что-то, что выдавало его разбитость. Джейк не спешил нарушать тишину и вытаскивать Пака из раздумий. Поэтому Шим медленно подошёл к своей старой и, наверное, разваливающейся кровати. Он сел рядом с Сонхуном, но тем самым уже привлёк к себе внимание. Пара уставших глаз буквально прожигала в нём дырку. Джейку стало настолько неуютно, словно он сделал что-то ужасное или противозаконное. – Я же говорил, что не стоит меня просить о таком, – тихо начал Сонхун. Его голос не был злобным, но осуждающий взгляд выдавал его сполна. – Я же говорил, что не справлюсь. Джейк поджал губы и тяжело вздохнул. Он чувствовал вину, но и Сонхун мог объясниться. Однако фигурист всегда был слишком скрытным. В его душе всегда было спрятано много тайн и страхов, которые он показывать кому-то не желал. – Я не знал, что у тебя социофобия, – Джейк отвёл взгляд в сторону и уставился на погоду за окном. Идущий град по ту сторону стекла как-то только усугублял атмосферу. – Почему ты мне сразу не сказал? И в этот момент Сонхуну показалось, что что-то в душе у него взорвалось. Он считал Джейка довольно умным, но порой этот чудик поражал своим умением тупить. – Я с самого начала был против, – сквозь зубы процедил парень. – Просто кто-то долго упирался и начал шантажировать. Джейк виновато прикусил губу и отвёл взгляд. Совесть душила его изнутри, и он даже не пытался скрыть этого, но с другой же стороны пытался успокоить себя незнанием. Сонхун встал и подошёл к окну, пока Джейк был в раздумьях. Раздвинув шторы, он уставился на погоду. Синоптики передавали, что осадков сегодня не ожидается, но если бы они только давали точные прогнозы. На улице шумел сильный ветер. Он то в окна бился, то вновь возвращался к снежинкам. Снег закрывал всё белоснежной пеленой, что не позволяло разглядеть даже рядом стоящие здания. «Как не вовремя», – подумал про себя Сонхун. В такую погоду, увы, домой не дойти. Сонхун всей душой хотел сбежать из этой квартиры и скрыться в своей берлоге одиночества, но метель портила всё. Сонхун чувствовал прожигающий взгляд Джейка, но как назло не хотел поворачиваться. Никто из них не спешил нарушать тишину. – С чем связан твой страх кататься на публике? – внезапно подал голос Джейк. – Может я как-то могу помочь? Сонхун сжал кулаки и устало закатил глаза. Гнев окутывал тело и разум. Устало вздохнув, Пак всë же повернулся к хозяину квартиры. – Чудик, – промолвил бывший фигурист. – Ты мне никак не поможешь. Самая лучшая помощь от тебя – твоё отсутствие. Джейк вскочил с кровати и сделал пару шагов в сторону Сонхуна. – Почему ты так уверен? – промолвил парень. У Сонхуна всё уже внутри кипело от злости. Он хотел уже подойти и громко накричать на Шима, чтобы тот наконец понял, что не нуждается бывший фигурист в поддержке, не нужна ему помощь от неизвестного ему человека. – Потому что от помощи людей одни проблемы. Даже от тебя, – Сонхун повернулся к Шиму и сделал два шага навстречу. – Я разве не говорил, что не хочу? Я разве не сразу отказывался от твоего чудесного предложения? – Сонхун еле заметно улыбнулся, но не от счастья. Его улыбка была пропитана болью. А Джейк и не пошевелился. Ни одна мышца на его лице не дрогнула, словно он и вовсе статуя. – Сонхун, – ровным тоном начал Джейк. – Возможно, тебе просто нужно выговориться. Может, если… – Не нужна мне твоя помощь! – переживая, Сонхун перешёл на крик. – С какой стати я должен тебе доверять? Кто ты такой? – Сонхун, я просто хочу помочь. Я понимаю, что не лучший вариант, но... Сонхун опустил голову и пустил смешок, чем заставил Джейка заткнуться. Пак поднял свой взгляд и устало посмотрел на Шима. Джеюн на секунду даже взглотнул от сверлящего и немного пугающего взгляда. – Я не нуждаюсь в твоей помощи, – уже более тихо начал Сонхун, но Джейк видел, что гнев его никуда не пропал. Лишь притупился. – Сколько раз мне это повторить? – Как ты не поймешь, – тяжело вздохнул Джеюн, устало закатывая глаза. – Ты так только губишь свою душу! – Душу? – громко крикнул Пак, пытаясь не накинуться на Джейка с кулаками. Он чувствовал, как гнев, подобный раскаленной лаве, течёт по венам. Сонхун готов был сломать всё живое, что есть у него на пути. В первую очередь приставучего Джейка. – Зачем мне душа? – Сонхун изо всех сил пытался говорить спокойнее, но в его душе словно взорвался вулкан, не способный остановится или умерить свой пыл во время извержения. – Из-за этой души я и расплачиваюсь своими слезами, истериками и нервными клетками. – Сонхун, – начал Джейк. Он смотрел на Пака таким жалобным взглядом, что фигуристу аж тошно стало, – зачем ты так мучаешь себя? Самое ужасное, что мог сделать Шим, так это проявить жалость, от которой Сонхун только больше злился. Он не мог остановиться и умерить свой пыл. Каждое слово, услышанное от Джейка, было словно бензином, из-за которого пламя ненависти становилось ещё больше. А чего уж стоило одно его присутствие. – Ты достаточно помог, – процедил Сонхун, сжимая кулаки. – Это не то, что мне нужно. Меня более чем устраивает одиночество. Я не хочу выбираться в люди. Не хочу, чтобы они видели меня с другой стороны. Это не для меня. Как ты не поймёшь? Я хочу быть один. Джейк не находил ни единого слова, чтобы сказать в ответ. Да и все это словно было лишним. Он точно начнет говорить, а Сонхун накинется с тонной возмущения и недовольства. – Хорошо, – Джейк поджал губы и кивнул, делая шаг назад. – Я не буду тебя трогать, если ты так хочешь быть один. Ты можешь переждать метель у меня, а потом наши пути разойдутся, - Джейк поспешил выйти из комнаты. Сонхун до сих пор был на нервах. Он бы сказал что-нибудь ещё, но сдержался, увидев потухшего Джейка. За всё это время Пак впервые видел этого человека таким поникшим и разбитым. Сонхун допускал мысль, что совсем чуть-чуть переборщил с эмоциями, но тут же он замотал головой из стороны в сторону, уверяя себя, что Джейк заслужил. Никто не любит навязчивых, а для Сонхуна таковыми были все, кто хотя бы смотрел в его сторону. Сонхун слишком сильно привык к одиночеству, чтобы впускать в свою жизнь ещё кого-то. Пак знал, что оно медленно убивает его с каждым разом всё больше и больше. Делает его дни серыми, однообразными, но Сонхун не хотел выбираться. Одиночество опасно. Стоит только столкнуться с ним, так сразу же застреваешь в этой паутине. А после этого уже и не захочется возвращаться обратно.