We’re in a Weird Time of Life

Ужасно длинный скучный день. За окнами дождь моросит уже несколько часов подряд. Он не сильный, но противный, унылый, ещё и холодный ветер пробирает до самых костей. В общем, не самая приятная погода для прогулки, поэтому посетителей до самого закрытия Хёнджин и не ожидал. Сегодня Чонин оставил его одного, поэтому пришлось отсиживать до конца смены. Этот магазинчик и без того приносил не так уж много прибыли, поэтому закрываться раньше и терять хоть одного несчастного гостя не хотелось. Раньше этот магазин был чем-то в роде барахолки, но дед Хёнджина называл это место уважительно антикварной лавкой. Ещё в детстве Хёнджин проводил тут кучу времени, ему нравилось играть здесь, бегая между полками, заставленными всяческими замысловатыми вещицами. Кроме того Хёнджину просто нравилось проводить время с дедом, который постоянно рассказывал ему всякие невероятные истории о том, как в магазине появился тот или иной артефакт. Даже когда он врал, чтобы посмешить внука, Хёнджин обожал его слушать. И, конечно же, Хван много помогал деду, особенно когда тот уже начал терять форму. Поэтому не удивительно, что после смерти старшего этот магазин по наследству был передан самому преданному его помощнику. Тот уже был достаточно взрослым к тому моменту, поэтому хоть и примерно, но предполагал, что может сделать с этим внезапным подарком. Родители этим были очень недовольны, но с ними Хёнджин и без того не особо-то общался. Хёнджин мог за неплохие деньги сдавать в аренду магазин, ведь он находился недалеко от центральной торговой улицы, хоть и был спрятан в закоулке, но тем не менее его было не так уж сложно найти. Но Хван строго решил обосноваться здесь. Так как он был большим поклонником моды, очевидным для него решением было открыть здесь секонд-хенд. Оставшиеся от дедовского магазина раритетные вещи неплохо сочетались со стилем одежды, которую выбирал для магазина Хёнджин. Поэтому здесь можно было заметить много забавных украшений и деталей. А те вещи, что не нашли себе место на обновленных полках, отправились к парню домой. Хёнджин терпеть не мог идею о том, что ему придется работать на обычной работе с обычным графиком в обычном месте. Собственный магазин решил эту беду. Возвращаясь к пасмурному вечеру, со скуки Хёнджин в очередной раз решил пройтись по рядам из вешалок. Он так любил это место и с таким трепетом к нему относится, что только одному самому лучшему другу смог доверить помощь с работой здесь – Чонину. Он также знал толк в шмотках, ведь парни вместе учились на модельеров в прошлом, и уже тогда они увидели друг в друге родственные души. Пошарившись ещё немного по полкам с кроссовками, Хёнджин взглянул в очередной раз на вид из больших окон, по которым настойчиво колотил дождь. Он вздохнул так тяжело, будто отработал тяжелейшую смену на заводе, после чего все же решил закрыть магазин на полчаса раньше. Парень уже подошел к двери, чтобы развернуть табличку с надписью «Открыто», как вдруг к нему поспешил какой-то человек. Хёнджин удивился тому, что кто-то все же решился выйти на улицу в этот ужасный день. Сначала он хотел было прогнать внезапного гостя и сказать, что они уже закрыты, но услышал его нежный голос: — Вы уже закрываетесь? Они стояли по обе стороны стеклянной двери. Хёнджину пришлось чуть наклонить голову, чтобы разглядеть лицо человека перед ним, ведь тот был довольно низким. Хван не сразу понял, девушка это или парень, но решил не придавать этому большого значения. Больше похож на парня на первый взгляд. У того были длинные темно-синие волосы, собранные в хвост, уже намокшие от того, что он, видимо, достаточно долго бродил по улице под дождем. Вся его одежда промокла до нитки и глаза у него были такими большими и грустными, что Хёнджин мгновенно растаял. Разве можно его не впустить? — Да нет, ещё полчаса работаем, — Хёнджин сделал вид, будто не трогал табличку, а просто протирал несуществующее пятно на двери. Синеволосый обрадовался и вошел в теплое помещение, выдыхая облегченно. Хёнджина удивил его вид. Он знал почти всех в этом районе, но этого персонажа встречал впервые. Видно, не местный. Ещё и с огромным рюкзаком. Одним словом, вид у него жалкий и подозрительный, но голос и эти полные печали и отчаяния милые глаза не отпускали Хёнджина. — Тут есть тёплые вещи? — спросил гость, осматриваясь. Хёнджин тут же подорвался с места, провожая того к отделу с куртками и прочим, что могло бы спасти от холода. Он заметил, как парень трясется. Неудивительно, ведь он весь мокрый. Должно быть, это очень неприятно. Теперь он молча перебирал вещи, при этом шмыгая носом и протирая глаза. Он плакал. У Хёнджина и без того сердце разрывалось, так теперь ещё и слёзы. Хван всегда был очень чувствительным и легко проникался чужими проблемами, он умел слушать и никогда не позволял себе быть черствым к тем, кто мог нуждаться в его помощи. Поэтому и сейчас он порывался сделать доброе дело и стать психологом для очаровательного незнакомца, но не решался. Когда гость выбрал несколько вещей, он направился в сторону примерочной, чтобы полностью переодеться. Хёнджин только молча ждал, прислушиваясь к шороху одежды и шуму дождя. Он начал переживать, ведь парень сидит в примерочной уже почти десять минут. Вдруг решил что-то своровать, подумал Хёнджин расстроенно. Пришлось поторопить, подойдя к кабинке со словами: — Все в порядке? Ответа не последовало. Даже когда Хёнджин повторил вопрос. Он испугался и решил заглянуть, вдруг что-то случилось. Но как оказалось, парень просто уснул в обнимку со своим рюкзаком, в новых вещах. Хёнджин не решался его будить сначала, потому что хотел рассмотреть поближе. У него ещё и пирсинг в носу, заметил Хёнджин, который обожал всяческие проколы на лице. Вид у парня был очень уставшим и грустным. Поэтому Хёнджину хотелось точно убедиться, есть ли ему, куда пойти, когда магазин закроется. — Эй, дружище, не спи тут, — Хёнджин легонько потряс его за плечо. Парень вздрогнул и испугался того, что Хёнджин был так близко, после смутился. — Извините, я просто… — тот не знал, что придумать. — Со мной можно на ты, — усмехнулся Хёнджин. — Как тебя зовут и есть ли тебе, где ночевать? — Чанбин, — ответил он уверенно, но вскоре снова покраснел, опуская глаза. — На самом деле нет… Я хотел снять комнату в мотеле, но оказалось, что мне это не по карману, поэтому я тут… брожу везде, где свет горит… Имя все же мужское, отметил Хёнджин, планируя их дальнейшее общение. Чанбин опустил голову и вновь хотел расплакаться, но держался, потому что ему было неловко. Хотя он уже столько пережил, что это было не самым страшным. Да и Хёнджин почему-то не выглядел как тот, кто вышвырнет его в дождь на улицу. — Так я и думал… — Хёнджин покачал головой. Он напряженно размышлял, что делать. С одной стороны он очень хотел просто забрать парня к себе домой, но с другой здравый смысл твердил не доверяться так незнакомцу. Это же не бездомный котенок, которого можно подобрать с улицы и поселить в своем доме, это целый человек, у которого черт знает что на уме. Однако, Хёнджин был не из тех, кто любит думать лишний раз, чаще он опирался на интуицию, ведь его лозунгом по жизни было «мне нечего терять». — Если тебе не страшно, то может… Переночуешь у меня? — почти что не задумываясь, выдал Хёнджин, присаживаясь на корточки перед Чанбином. — Да как-то неловко… — замялся Чанбин, вытирая остатки слез с глаз. — Сегодня явно не самая лучшая погода для прогулок ночью, — предупредил Хёнджин, нервно ухмыляясь. Чанбин задумался. Выбор у него был не такой уж разнообразный. Либо лечь спать под мостом и умереть от холода, либо идти домой к уж слишком доброму незнакомцу. И впервые за все это время Чанбин поднял глаза, чтобы рассмотреть своего спасителя. Чанбин снова смутился от того, что парень был слишком красивым для работника секонд-хенда. От этого доверия больше не появилось, однако сердце подсказывало соглашаться. — Если можно… — заговорил Чанбин наконец. — Не хочу доставлять неудобств, я завтра же утром уйду. — Все в порядке, — Хёнджин махнул рукой. — Хоть послезавтра, мне без разницы. — Ему и правда было без разницы. Чанбин вновь помялся, поэтому Хёнджин наклонил голову вбок вопросительно. Парень хотел что-то ещё сказать, но не решался какое-то время. — Вообще-то у меня нет денег на одежду, — признался Чанбин. — Но я отдам как только смогу. Обещаю. Хёнджину было жалко Чанбина, будто тот был тем самым бездомным маленьким котёнком, совсем беспомощным. Хван прекрасно понимал, что это не так, но именно такие чувства от испытывал и сейчас хотел сунуть этого котенка за пазуху, спрятать в тёплой куртке, принести домой и напоить молочком. Да, этот парень был настолько сентиментальным. Хотя по его виду и не скажешь – весь в проколах и татуировках, ещё и с этим цветом волос вызывающим. Но Хёнджин был действительно очень нежным. — Забей, — ответил Хёнджин коротко с легкой улыбкой. Чтобы не заставлять Чанбина мучаться ещё дольше Хёнджин сразу же после этого разговора решил наконец закрыть магазин. Парочке пришлось делить один зонт, почти что бегом преодолевая расстояние от магазина до дома, где жил Хёнджин. Благо, это было не так уж далеко, поэтому они почти не успели промокнуть, только нырнули в пару глубоких луж. Квартирка у Хёнджина была небольшой, но очень теплой во всех смыслах этого слова. Вместо большого света Хёнджин при входе включил гирлянду, которая тянулась по всем стенам гостиной. Здесь был бардак, довольно много интересного хлама и безделушек, рисунки и плакаты на стенах, мягкие и уже довольно потертые пледы на диване и ещё куча мелочей, которые сейчас собирал взглядом Чанбин. Хёнджин сразу же засуетился, чтобы хоть немного прибраться, хотя выглядело это неуклюже и забавно. — Ты проходи, не стесняйся, — пригласил Хёнджин, убегая на кухню, чтобы проверить, есть ли в холодильнике что-нибудь, чем можно угостить гостя. — Одежда домашняя нужна? Ты голодный? Чанбин достал из своего насквозь промокшего рюкзака комок своей одежды, с которого капала вода, и посмотрел на Хёнджина красноречиво. Хёнджин относился к этому спокойно, у него часто ночевали друзья и он почти постоянно одалживал им свои вещи. Он выдал Чанбину комплект из относительно свежей футболки и шорт, а вместе с этим полотенце. — Можешь в душ сходить, если хочешь, — предложил Хёнджин, видя, как Чанбин все ещё трясется от холода. — Спасибо, — ответил Чанбин тихо. Для Чанбина все это было дико, но он просто решил довериться Хёнджину. Хоть это и было страшно, ведь родители постоянно рассказывали ему истории о том, что каждый незнакомец только и думает о том, как бы его убить, да как можно более извращенно. Но Хёнджин выглядел как дурачок, не способный на злодейства. Просто глупенький парень. Однако его доброта и забота трогали Чанбина. И он был очарован. Душ после нескольких дней мытья головы в общественных туалетах, в которых по дороге останавливался Чанбин, сейчас казался раем. Даже несмотря на то, что здесь стоило бы прибраться. Чанбин не стал задерживаться надолго, хотя очень хотел. Но ему все ещё было немного неловко и страшно. Одежда Хёнджина была ему великовата, но это не беда, Чанбину это показалось даже милым. Хотя пахла она странно, но это явно лучше, чем промокшие до нитки вещи Чанбина. В общем Чанбин был безмерно доволен и благодарен. — Пиццу будешь? Я вчера заказывал, осталась пара кусочков… — предложил Хёнджин, который уже сидел с большой тарелкой на диване. Хёнджин посмотрел на Чанбина и тут же смущенно отвел взгляд. Чанбин был слишком милым, но Хёнджин не мог принять того факта, что его настолько очаровал абсолютно незнакомый парень. Да, он довольно часто заглядывался на милых девочек и мальчиков, которых видел впервые, но сейчас упорно себя отговаривал от этих чувств. Будет странно показывать это человеку, оказавшемуся в беде, ему и без того забот хватает, очевидно. Чанбин очень обрадовался предложению, ведь был действительно голоден. Он тут же плюхнулся на диван напротив Хёнджина и взял кусочек побольше. Чанбин даже ел мило. Хёнджина это выводило из себя, он был в ярости и очень хотел ударить себя по лицу. Чтобы отвлечь себя от этого безобразия Хёнджин начал разглядывать рюкзак Чанбина, на котором было много нашивок и значков. Тут были значки с группами, которые очень любил и Хёнджин, всякие милые животные, в основном кролики и поросята, а ещё небольшая нашивка с трансгендерным флагом, что было довольно смело даже для Сеула. Хёнджин взял это на заметку, но решил никак не комментировать, если Чанбин сам не заговорит об этом. — Так ты откуда? — спросил Хёнджин осторожно. — Если не хочешь, то не отвечай, просто мне любопытно… — Из Пусана. Потом шатался по другим городам и в итоге оказался здесь, в Сеуле, — ответил Чанбин, нахмурившись. Видно было, что ему не очень приятно вспоминать свой маршрут. — Меня просто все заебало. Хёнджин понимающе кивнул головой. Ему было интересно узнать больше подробностей, но он не хотел давить на Чанбина, тот явно ужасно устал и сейчас хотел просто поспать. Когда с едой было покончено Хёнджин нашел пару подушек и плед для Чанбина, предлагая тому лечь спать на диване. — Я в десять просыпаюсь, но если ты захочешь уйти пораньше, разбуди меня, я дверь открою, — читал инструктаж Хёнджин. — Если не захочешь уходить пока… Оставайся, мне не жалко. — Спасибо большое, — Чанбин выглядел очень устало, но он был правда рад своему везению и этой встрече. — Ты меня спас… Хёнджин ухмыльнулся самодовольно и пожал плечами, как бы говоря, что для него это пустяки и он готов совершать подобные геройства хоть каждый день. Чанбин уже устроился удобно на диване, укрывшись пушистым пледом и обнимая игрушечную зайку, которая лежала рядом. Видно было, что тот чем-то очень обеспокоен, что решение бежать из дома далось ему непросто и он действительно чего-то боится. Хёнджину было жаль, хоть он и не знал всех подробностей. Сейчас он мог только улыбнуться дружелюбно Чанбину и пожелать спокойной ночи, оставляя того одного. В темноте было не страшно. Чанбин какое-то время сонно продолжал рассматривать комнату, освещаемую только едва пробивающимся через шторы тусклым светом фонаря за окном. Здесь пахло старыми книгами и уютом. Весь этот хлам имел смысл, каждая маленькая деталь являлась чем-то, что каким-либо образом описывало Хёнджина. Чанбин завидовал этому, ведь у него не было своего места в этом мире, такого же маленького мира, где можно спрятаться от всех. Но он был рад быть гостем в мире Хёнджина. Это была первая из многих ночей, когда Чанбин спал спокойно.