ПШЛНХЙ

«Клубы под концерты арендованы, логотип группы и дизайн-макет афиши прикрепляю. Согласуйте, пожалуйста, побыстрее. И да, Горошко, просьба: нужно видео-привет Ренате записать, будь так добр, окажи милость» Я не хотела с ним церемониться. Обойдется. Поведение Сергея и его другана на той вечеринке меня не особо удивляли. Шоу-бизнес был весь наполнен этим дерьмом, однако я всегда стремилась делать все возможное, чтобы уменьшить присутствие подобного в своей жизни и работе. Правда, для этого на подобные мероприятия стараюсь одеваться менее примечательно и хожу за своими звездочками в их тени. А в этот раз так не вышло. Но и к черту. Что, мне теперь блестки и мини не носить? «Какая Рената?» Кажется, я настолько закатила глаза, что они прокрутились. Блять, а можно было обойтись без лишних вопросов? Сложно, сука, записать десятисекундный привет для любой первой попавшейся Ренаты? Необходимо успокоиться. Я и так еду к ним на репетицию, не хватало сразу же выдрать кому-либо голову. Горошко то бесполезно голову сносить, он явно, как червяк, без нее способен жить. Не думаю, что поведением будет отличаться от текущего. «Острый сыр» вновь собирался на той же базе, в коридорах здания которой можно было заплутать без возможности выйти. Но мой мозг каким-то чудом запомнил все нужные повороты, и вот я уже заходила, предварительно зачем-то пару раз постучавшись. Заглянув внутрь, будто опасаясь, что на меня кто-то из них прыгнет с когтями, увидела сидящих и болтающих подопечных. В руках гитары, но совершенно без дела - они, вероятно, спутали репетиционную базу с клубом дискуссий по интересам. — Ой, — аж подпрыгнул Ярослав, — Юлия, добрый день. — Юля, заходи! — весело ответил мне Горошко, махнув рукой и сразу же обхватив гриф гитары. Начал перебирать струны. Я, нахмурившись, вошла. Что он задумал? И тут актер начал играть знакомый мне мотив. — Подойти боюсь я к Юле, вдруг меня она не любит, а вдруг другого любит Юля, любит не меня? — нараспев начал Горошко. — Медлячок, чтобы ты заплакала… Ах ты сука. Да как ты посмел! — Ладно, ладно, — не сдерживая смех прекратил играть на гитаре парень. — А то сейчас убьешь взглядом. — Я молчала, так как все еще пыталась успокоить бушующую во мне бурю. Горошко заметил и, на мое удивление, стал серьезным. — Все, обещаю, теперь только работа. — Получила подтверждения от клубов, запускаем анонс концертов сразу после релиза трека. Мне нужны ваши паспорта для покупки билетов в Питер, — быстро попыталась я переключиться на работу. Слабо верила в покладистость Сергея, но его попытка серьезности немного сгладила углы. — Говоря про сингл, утром должны были скинуть почищенную итоговую версию. — Ой, — вдруг выдал Ярослав. Вопросительно на него посмотрела. — Я забыл. — Что забыл? — нахмурила брови я. — Мне скинули, а я забыл послушать и всем скинуть, — тихо ответил парень, уже медленно въеживая голову и горбя плечи. Готовился, что я начну его бить. Было за что. — Господи, — себе под нос сказала я, закрывая глаза. За что мне еще один такой дуралей? Надо узнать у Марка, какая у него зарплата. Может, лучше тоже пойти работать бариста, чем вот это все? — Давайте послушаем сейчас, — начал спасать ситуацию Горошко. Что с ним сегодня? Слишком гиперактивен. — Надо просто найти какой-нибудь переходник на комп, ща. И он реально начал искать как подключить телефон к стоящему в комнате компьютеру. Потом проявил смекалку и перешел на колонку, решив, что так будет куда проще. Действительно: был переходник даже на айфон. — Вуаля! — довольно провозгласил он, включая демку. Все внимание перешло к ней. Мне все равно не нравилось. Проходная песня с не менее проходным текстом, который не спасало ничего. Оригинальности ноль, фоновая музыка для средней степени паршивости сельского бара. Простите, рюмочной. Но парни сидели с довольными лицами. Надеюсь, фанатики Горошко примут это так же. — Блин, классно! — довольно хлопнул в ладоши Сергей, который не Горошко. Этот же, наоборот, поморщил нос. Взгляд не отрывался от стены напротив, будто о чем-то усердно думал. Веселости и шила в жопе, которые я наблюдала как пришла, уже не было. — Покатит, — вдруг подвел итог своим размышлениям актер, махнув рукой. По всему его виду поняла, что остался недоволен. — Есть предложения по улучшению? — решила уточнить я. — Ага. Не публиковать вовсе, — поджал губы Горошко и встал, отходя и отворачиваясь от всех. Серьезно, проблемы с самооценкой? — Ладно. Репетировать будем? — уже громче спросил он, отвлекая парней от их разговора. Буквально одна реплика заставила меня напрячься и с интересом разглядывать дальнейшее поведение актера. Даже не отвлекалась на разрывающийся от уведомлений телефон, продолжала смотреть на бегающие глаза Сергея и то, как он постоянно закусывает губу, не оставляя на ней живого места. Картинка чрезмерно уверенного парня стала тлеть в моих глазах. Ладно, будем работать. Главный принцип музыкального бизнеса: все можно продать, если очень захотеть и еще сильнее постараться. С репетиции меня не прогнали, так что я тихонько сидела в сторонке, по телефону решая все рабочие вопросы и вслушиваясь в репертуар, готовящийся для концертов. Паршивенько. Не хватает изюминки: ни в музыке, ни в тексте. Я уже поняла, что этот состав появился еще в подростковые годы присутствующих, но не думала, что и стиль они возьмут оттуда же. Гаражная группа никогда не выберется из гаража, играя лишь гаражную музыку. Репетиция закончилась спустя час. Ребята могли продолжить аренду помещения, но не стали. Во многом, как я понимаю, из-за не особо радостного настроения Горошко. Зная, как важно поддерживать боевой настрой в артисте (иначе он съест в первую очередь меня), подошла к нему для разговора. — Я вечером скину сигну, — первым начал Сергей, даже не посмотрев в мою сторону. Все так же был где-то внутри себя. — Рената же, да? — вдруг все-таки поднял на меня взгляд. — Да, — кивнула я. — Не хочешь давать релиз треку? — Скажи сама, — взгляд его был, словно касающийся самых глубоких фибр моей души, — разве это не хуйня? — В музыке нет понятия хуйня, — облизнула нижнюю губу я, пытаясь подобрать нужные слова, которые ему сейчас важно было услышать. — Все имеет право на существование. Хуйня - категория субъективная. Для тебя хуйня, для другого нет. — Хорошо, — прервал меня он. — Для тебя хуйня? — Не у того человека спрашиваешь. Для меня музыка теперь лишь работа, оценивать ее могу только со стороны продажника. — Что-то не вяжется с тем, как ты отрывалась под Басту, — хмыкнул Сергей. Так и знала, что наигранный «Медлячок» зазвучал не просто так. — У всех есть свои guilty pleasure, — пожала плечами я. — Нет, ты просто искусно переводишь тему, — усмехнулся, будто оскалился, Горошко и пошел на выход из здания. А мне, как назло, захотелось за ним побежать и начать докапываться до его эмоционального состояния. Хотя, Юля, это твоя прямая обязанность - сюсюкаться с подчиненными. — Сереж, — окликнула актера, нагоняя его уже на крыльце здания. Парень достал пачку сигарет и зажигалку, никак не реагируя на мой оклик. — М? — повернулся ко мне лишь тогда, когда я подошла, а он сделал первую затяжку. — Да, по моему мнению, вышла хуйня, — решила рубить правду-матку я. — Но потому что мне в музыке важна честность, глубина, идея. Я ищу в ней собеседника, разделяющего мои чувства и эмоции. Но это я такая, понимаешь? Другим нужно совсем иное. Кому отдых, кому любовь, кому секундную радость или грусть. — Он так и продолжал смотреть куда-то вперед себя. Но, благодаря его легким кивкам, понимала, что все-таки слушает. — Определись, что от музыки хочешь ты сам. Сергей вновь сжал губы в узкую недовольную полоску, опустил голову, смотря на носки своих кроссовок. — Эй, Юлия, Серёга, пока! — окликнули нас парни, садясь в подъехавшее такси. Я даже успела о них забыть. Помахала в ответ. — Может, поужинаем? — проводил взглядом машину, наконец повернулся ко мне Горошко. Интересное предложение, конечно, я аж выпала. — А то мы как-то не с того наше знакомство начали. Смотрела в его серо-зелено-бурмалиновые в крапинку глаза и пыталась найти подвох. — Звучит, как попытка подкупа, — подозрительно сузила глаза я. — Пф, — недовольно выдохнул он, насупившись. — Нет проблем, заплатишь сама за себя. Так как, поехали? — и уже достал телефон, открыв приложение такси. — Поехали. — Нужно как-то налаживать отношения. К разговору мы вернулись лишь сидя в небольшом ресторанчике. На удивление, молчание до этого меня никак не напрягало. Но, возможно, я просто не заметила, так как пребывала в шоке от того, что Горошко галантно открывал двери передо мной, будто умел в воспитанность. — Что значит найти в музыке собеседника? — сам начал разговор Горошко, отложив меню в сторону, быстро определившись с выбором. Я же наоборот не знала, что хочу. Спокойствия наверное. Но его не было в меню. — Когда трек отвечает на все волнующие тебя в моменте вопросы, — выдохнула я, тоже откладывая меню. Возьму цезарь. По классике. — Причем раскрыто. — Например? — спросил Сергей и, не дождавшись даже, как я открою рот, продолжил. — То есть в треках Басты ты находишь эти ответы? — Да, вполне. Например, та же «Акробаты разбитых надежд». Это же прекрасно. — Не слышал. — Послушай. Для меня этот трек - разговор, необходимый в момент наибольшей слабости: когда тебе кажется, что жизнь не удалась, ничего из мечт не реализовалось. — Очередной мотивационный трек, типа «просто работай больше, и все получится»? — Именно, что нет. Это про принятие того факта, что может не получиться. Поверь, иногда, среди всей этой пропаганды отовсюду с кейсами супер-успешных и богатых, важно знать, что ты не один такой лох, у которого не получилось. — Верю. — Определились с заказом? — Появившийся перед нашим столиком официант напугал меня. Я настолько была увлечена беседой, где реплики не заставляли ждать ни секунды, что забыла о том, что заказ мы еще не делали. — Цезарь, — в унисон сказали мы и тут же тихо засмеялись. — Хорошо, два цезаря, — усмехнулся официант. — Напитки? — Капучино. — Латте. — Забавно, — посмотрела на Сергея я, улыбнувшись. Он тоже хмыкнул. — Тоже взял бы капучино, но вечер уже, и так кофе много, — зевнул он. — Я тебя расстрою: в латте столько же по объему эспрессо, что и в капучино. — Пофиг, — отмахнулся Горошко. — Вернемся. Песня как собеседник. Итак, почему наш с ребятами трек не может быть таким собеседником? — Почему не может быть? Может. Просто я уже слишком взрослая тетя, чтобы размусоливать кто на какой свиданке танцевал, а кто нет, и кто сколько вызовов от мамы пропустил, — усмехнулась я, вспоминая текст песни. — То, в чем вы обитаете, законсервировалось в том возрасте, в котором и создавалось. — Глупые песенки шестнадцатилеток? — подвел итог парень. — Типа того. Но, опять же, если вам нравится это - нет проблем. И у этих песен есть свой слушатель. — Не знаю, что мне нравится, что нет, — на выдохе, недовольно, ответил Сергей, вновь отводя глаза. — Ну, что-то ведь нравилось, раз долез аж до подписания продюсерского контракта, — пожала плечами я. Официант принес наш кофе. — Спасибо. — Чтобы в очередной раз не дать себе заднюю, — честно признался он. А это уже интересно. Вопросительно на него посмотрела. — Миллион раз собирал группы и почти сразу распускал. — И решил, что продюсерский контракт спасет от роспуска? — пригубила капучино я. Кофеин, как хорошо… — Да. Что менеджер от лейбла будет держать нас в узде. — Спасибо за честность, — хмыкнула я. — Можно долго надеяться на других, но все-таки стоит найти баланс с собой. — Как? — даже с неким вызовом прозвучал вопрос. — Пробовать, — пожала плечами я. — Пытаться. Рефлексировать. Только так поймешь, где твое звучание, какая музыка действительно твоя. — Почему ты пришла в музыку? — Звучит как попытка сменить тему. — Долгая история. — Мы вроде не торопимся, салатов все еще нет. И выжидающе посмотрел на меня. Ей богу, у него черти в голове пляшут, не иначе. К моему счастью ровно в этот момент принесли наш ужин. — Салаты на месте, так что как-нибудь в следующий раз. — Специально нагнетаешь атмосферу загадочности? — вопросительно поднял бровь Горошко. — Нет. Честно говорю, что длинная и не особо интересная история. Скажем так, не знаю, почему оказалась именно здесь. Много случайностей привели к сегодняшнему дню. — Случайности неслучайны, — философски бросил парень. — Но ладно, понимаю. У меня так же с актерством вышло: почему-то, как-то, и вот я здесь. — Ага, выпускаешь трек и едешь в мини-тур с музыкальной группой, — добавила я. Сергей хмыкнул с набитым салатом ртом. — Как ты сказала? Нужно пробовать и пытаться? Вот пробую и пытаюсь найти новые свои грани. Правда, по твоему описанию, среди шестнадцатилеток, но и ладно, — улыбнулся он своей же шутке. Ну хоть шутить начал, пусть и не особо удачно. Карьера стендапера у него точно не пойдет, пусть даже не пытается. — Это тоже аудитория, — пожала плечами я. — Причем не особо покрытая роком. Так, попса и недорэп. — Недорэп? — засмеялся Горошко. — Это как? — Как твой Отто, — усмехнулась я. Сергей заржал. — Хотя нет, он даже на это не тянет. — Прости, кстати, за этого ушлепка. Ему пора закодироваться, — серьезно ответил актер. — Забили, — отмахнулась я. Блять, да нифига не забили, видеть его не хочу и слышать. — Кто же тогда покрыл рынок недорэпа? — Окси. — Окси? — удивленно переспросил меня Горошко. — Окси, — кивнула я. Содержательный диалог, конечно. — Что удивительного? Среднего уровня рэп, который вознесли до небес. «Там где нас нет» хороша лишь в припеве, куплеты - набор разносортных фразочек, составленных воедино якобы с великим посылом и чуть ли не библейскими отсылками. Но, как и обычно бывает, если с капец каким умным лицом говорить, что твой высер гениален - люди в это поверят. Ну а «Девочка Пиздец» - идеальный гимн для девчонок, желающих любви и принятия всех херовых черт их характеров. И так можно любой его трек разобрать: или попытка в лжегениальность, или бьет в целевую аудиторию из молодых и ранимых девчонок. — Можно ты на голосовое повторишь? Мне необходимо это сохранить, чтобы в лоб бить всем любителям Оксимирона, — улыбнулся Сережа. — Тоже особо его не жалуешь? — удивилась я. У нас что, есть что-то общее? — Именно, — с набитым ртом ответил актер. Выглядел забавно. И просто. Без всей той напыщенности. Парень, сколько в тебе личностей? — И рад наконец найти коллегу. Ничего, кроме музыки, мы не обсуждали. Быть честной: вполне себе деловой разговор, но достаточно занимательный. Сергей оказался интересным собеседником, внимательно слушающим и дающим развернутые ответы. Что-то неладное выдавали порой резкие движения и закусывание губы. Парня явно бросало по жизни из стороны в сторону. Ну или я почему-то прониклась и решила искать ему оправдания. Счет он оплатить мне все-таки не дал. Но я просто молча перевела ему сумму за кофе и салат, так как по меню запомнила их стоимость. Разъехавшись, продолжала думать об этих пятнышках на руках, сжимающих кружку с кофе. Почему - сама не знаю. Уже ложась спать, увидела, что он прислал видео для той Ренаты. А я ведь даже не напоминала.