ПШЛНХЙ

— Некрасиво. — Мне тоже не нравится. Мы сидели с Горошко на полу клуба, в котором завтра пройдет концерт его группы. Облокотившись на колонну, смотрели на небольшую сцену и то, как там суетились парни, выставляя всю аппаратуру. — Так иди и помоги им, — повернулась к Сергею я. В ответ он недовольно поморщил нос. — Сама иди. — Тебе надо - ты и иди, — жестче сказала я. Что за тон вообще? Закатив глаза, Сережа что-то недовольно пробурчал, но встал и пошел на сцену помогать. С того ужина ничего феноменального не произошло. Марк с ума сходил от счастья, получив долгожданное видео для Ренаты от Горошко, я все не могу доехать до офиса в его смену, чтобы узнать продолжение истории. Сама с Сергеем разговаривала исключительно по работе: выбирали поезд в Петербург, обсуждали процесс продажи билетов, который нас не сильно радовал, следили за рейтингом вышедшего сингла. У него, в отличие от концертов, дела шли получше. — Юль, — окликнул меня со сцены Горошко. Подняла на него голову, взглядом спрашивая что. — Мне нужна помощь создать образ на концерт. — Какой еще образ? — нахмурилась я. Обычно после таких слов никаких умных идей не следует. — Мне нужны бинты! — воодушевленно ответил парень. — Что блять? — не сдержалась я. — Какие нахер бинты? — Не спрашивай, — махнул на меня Сергей. Я на него сама сейчас махну. — И белый халат медицинский. Потом объясню зачем. Сможешь найти к завтра? И отвернулся, будто это был не вопрос, а утверждение, констатация факта, приказ. — Проще тогда уж смирительную рубашку, — себе под нос пробубнила я, открывая карту в поисках магазина одежды для медиков. Как говорится, любой каприз за ваши проценты, уважаемый артист. Дать полную свободу этим придуркам было моей основной стратегией. Ничего иного, кроме как создания образа панкуш для малолеток, у меня в голове не было. Плюс, я убивала двух зайцев одним выстрелом: и образ для ниши есть, и артисты веселы и счастливы. Ну не молодец ли я? Правда, я уже предвкушала, как влетит мне от лейбла за низкие продажи билетов. Хотя я сделала все возможное: таргетинг стоял на что только можно, провели розыгрыши как в канале группы, так и у самого Горошко. Я считаю, что текущий результат - лучшее, что можно было сотворить в условиях релиза лишь одного трека. Как бы, как загнать народ на концерт, если он толком с группой не знаком? Ладно, на это и буду давить руководству, которое само согласовало столь ранние даты для концертов. Как говорится, я птичка мелкая, сами объебались. — Будут тебе бинты, — сказала Сергею, когда оказались с ним рядом на выходе из клуба, уже заканчивая подготовительный день. — Да? Спасибо! А халат? — И халат, — закатила глаза я. Актер рассмеялся. — Спасибо, волшебница, — его рука буквально на пару секунд оказалась на моей талии, слегка обнимая, и столь же быстро пропала. Что это за телодвижения такие? Отпустив парней отдыхать перед концертом, сама же, по пути домой, все думала о Горошко. Парень-сюрприз, непредсказуемый, меняющийся в своем настроении по щелчку метронома. Человек, искрящийся эмоциями как испорченный фейерверк: не знаешь, как и куда выстрелит. Не люблю такое. Утром заехала в офис, по большей степени, чтобы посветить лицом перед руководством, что все еще жива. И, заприметив темную копну волос в кофейне, поспешила узнать, как там поживает Рената. — Я уже успел забыть как ты выглядишь, — усмехнулся Марк, заметив меня на входе. — Как ты мог забыть своего купидона? — наигранно громко ахнула я, театрально приложив руку к лбу. — Ты, я смотрю, в хорошем настроении, — будто бы сменил тему Марк. Подыграю, но я запомнила. — Что, не могу? — плюхнулась за барную стойку я. — Можешь. Как обычно? — кивнул в сторону кофемашины парень. — Да. День хороший. Пока что, — усмехнулась я, а затем резко вернула беседу в нужное русло. — Как Ренате видео? — Хочет теперь с тобой познакомиться, — отвернулся от меня к кофемашине бариста, но явно не для того, чтобы кофе делать, а чтобы если что прикрыться от моего гнева. — Причем здесь я? — искренне не поняла я. — Рената хотела знать, как я смог это видео достать, — нахмурив брови ответил Марк и сразу же включил капучинатор, чтобы, видимо, пока тот шумит, я прооралась. — И ты ей выдал все как есть? — Ну… а что я мог сказать? Что это искусственный интеллект, а не настоящий этот Кукурузко или как там… — Горошко, — машинально поправила я. — Ну Горошко, без разницы. Я думал, что ей приятно будет знать, что да, настоящий воплоти Горошко снял видео для нее. — И что было дальше? — погребально низким голосом спросила я, смотря на капучино, который поставил передо мной парень. Сердечко на пенке ситуацию не скрасит. — Ну, я сказал, что моя хорошая знакомая - музыкальный менеджер… — И она решила, что будет классно развести тебя еще и на знакомство со мной? — Ну не развести… — Нет, Марк, называй вещи своими именами, — все-таки разозлилась я. — Познакомиться со мной, развести на пригласительные на какой-нибудь ивент, еще лучше парочку, потом трудоустроить моим каким-нибудь помощником… — Нет, она не такая. — А какая? — Ей просто интересен музыкальный мир и всё. — Да, да, конечно, несомненно, — активно закивала я в иронии. — Зачем тебе это? — Что? — Тобой крутят во все стороны уже, а ты и терпишь. — Люблю потому что. — А ты возьми и прекрати. — Юля, так не работает! Ты не можешь просто взять и отключить чувства к человеку. — Но что, ради этих чувств нужно постоянно подкладываться под человека, делать все, что он хочет, лишь бы подарил в ответ хотя бы улыбку? — не сдержалась я. — Тебя должны любить бескорыстно, а не из-за чего-то. Марк сжал губы в узкую полоску, не находя слов в ответ. Несколько минут прямо смотрели друг другу в глаза и молчали. Ну, я ему высказала все, что хотела. — То есть ты с Ренатой знакомиться не будешь? — вдруг произнес он. Я настолько громко выдохнула свое недовольство, что испугала других посетителей кофейни. Спрыгнула со стула, взяла свой кофе и на прощание бросила лишь краткое: — Нет. Пусть перебесится сам. «Можешь еще, пожалуйста, цветные карандаши и фломастеры купить?» А это что, черт возьми, за детский сад?! «Зачем?..» «Надо» Хуй поспоришь. От недовольства кусая губы, попросила таксиста остановить у канцелярского на пути и подождать меня. На выбор были обычные фломастеры и фломастеры в упаковке с машинками. — Вам для ребенка? — спросила консультант. — Да. — Тогда лучше с машинками. Они, если что, хорошо стираются с кожи. Я даже не думала, выбор очевиден. Было глупым считать, что, даже задержавшись в канцелярском, сырные парни все-таки приедут раньше меня. Я успела принять доставку воды, встретить звукачей, а группы все еще не было. Горошко был вне зоны. Ощущение, будто ничего нового. Ладно, звоним Ярославу. — Где вы? — сквозь зубы спросила я, когда хотя бы солист мне ответил на звонок. — В пути, — кратко бросил и отключился. Стоп, так это Горошко ответил. Убью. К счастью (их счастью, не моему), парни приехали спустя минут десять от звонка, буквально ввалившись в клуб. — Что с телефоном? — в первую же очередь спросила у Сергея я. Он удивленно на меня посмотрел, а затем протянул: — А-а, блин, я забыл авиарежим отключить. Придурок. — Ну не злись, — догнал меня актер, когда я уже была на сцене и, чтобы унять злость, занялась распутыванием проводов, которые на похеру запутали сами звукачи. Кратко угукнула, чтобы отстал, но он продолжил. — Не зли-и-ись, — протянул Горошко, пихая меня в бок. — Где халат и маркеры? — Вон, — кивнула в сторону странного, но столь желанного парнем, набора. Он довольно забрал это и ушел в гримерку, бросив гитару рядом со мной, будто я должна была ее подключить. Ей богу, внимание, как у ребенка, смещается по щелчку пальцев от игрушки к игрушке. Подключила и его гитару, приготовив к концерту. Я же мамочка, я же все, сука, умею делать. Мама может, мама может все что угодно. Они вышли ровно тогда, когда я из зрительского зала смотрела на сцену, проверяя все ли готово, все ли ровно, и уже готовилась давать отмашку запускать через полчаса народ. Увидев этих полоумных, чуть не упала на пол. — Это что за психушка на выезде? — только и смогла произнести я. — Так в этом и прикол! — довольно произнес Горошко. Посмотрела на остальных ребят, пытаясь по их эмоциям на лицах понять, нравится им это всё или нет. Их довольные лыбы светились не тусклее Серёжиной. — Подпишешь что-нибудь от себя на халате? — спрыгнул он ко мне, подошел и протянул маркер и подол своего халата. — Серьезно? — Ага, — довольно кивнул он. Закатив глаза, я взяла маркер и размашисто написала «ПШЛНХЙ». Горошко вновь довольно кивнул. Мда. Я откажусь от них. Не важно, что меня лишат премии. Что с ними, что без, ее не увижу. Хуже артистов-дураков могут быть только умственно-отсталые администраторы мелких клубов, которые могут запороть абсолютно все: начиная открытием дверей, заканчивая проверкой зрителей. Поэтому, быстро прочитав нотацию парням как сегодня работаем (и напомнив Горошко, что он не рок-стар, чтобы разбивать гитару о пол, он в принципе не рок и не стар), я отправилась проверять готовность секьюрити. Потом полвека прогоняла ребят со сцены, так как пришла пора открывать двери, а они все продолжали репетировать. Перед смертью не надышишься, а они всё пытались. Не помню как прошел концерт. Я в принципе их уже не запоминаю полностью, так, обрывки основного кринжа и проблем, которые потом нужно будет отработать. Вот только как тот кринж, что выделывали «ChiliCheese» на сцене во время концерта, можно будет проработать - ей богу, не знаю. Но девочки одобрительно визжали, значит… значит, ок? Значит, ниша взята? Правда, казалось, что взято лишь дно. На абордаж причем. — Вы какого хера разлеглись?! — заорала я, войдя в гримерку после концерта. — У нас поезд через час! Они просто зависли, смотря на меня огромными округленными глазищами. — А ну встали живо! — еще громче заорала я. Терпения уже моего нет. Одно дело дичь творить, другое - опоздать на поезд. Я лично долбаться с изменением билетов не хотела, как и проебывать время в Петербурге. — Ну мы же хорошо выступили, да? — решил какого-то черта спросить меня Ярослав, посмотрев так, будто он наивный ребенок трех лет, ожидающий, что Дед Мороз похвалит его за выученные две строчки и даст подарок. — Встал и собрался на вокзал, — прошипела сквозь зубы я. Уже с ног валилась, хотела рухнуть в поезде, в такси, да хоть где-нибудь, и тут же заснуть. А они будто концерт не играли вовсе. — Ладно, парни, погнали, — решил поддержать меня Горошко. Развернувшись к ним лицом, отвернувшись от меня, он что-то им прошептал. Мне показалось или он меня назвал ведьмой?! Схватила со стола бутылку и кинула со всего маха в нее. Блин, она пустая была. Так он еще и ее умудрился отбить. — Эй, всё, всё, спокойствие, только спокойствие. Мы едем. Я могу понять и простить всё, быть гибкой и типа чуткой, но только не во время концертов. Все должно быть выверено, у артистов должна быть дисциплина как на сцене, так и вне ее. А «Острый сыр» из дисциплины смог только не напутать порядок песен в сегодняшнем сет-листе. — Расслабься, — шепнул мне на ухо Горошко, наклонившись вперед. Я специально села на переднее пассажирское, чтобы меня никто не трогал и дал хотя бы полчаса вздремнуть, но нет, хуй. — Я и пытаюсь, — шикнула на него я. — Не вижу, — бросил он, недовольно причмокнув. Даже на входе на Ленинградский вокзал мне пришлось быть как мама-утка: собирать их всех, следить, чтобы они не оставляли на досмотре свои телефоны и зарядки в сумках, ничего не забывали на лентах. Дети. — Еще даже путь не объявили, что мы торопились то, — пробурчал себе под нос Дима. Я чуть не отвесила ему подзатыльник, но решила сохранить силы, коих и так было мало. — Ждем, — кратко и жестко ответила я, падая на сидение напротив табло. Надеюсь, они не разбегутся. Путь должны объявить за полчаса до отбытия, так что оставалось всего пятнадцать минут ожидания. Поставив себе будильник на это время, попыталась немного вздремнуть. В этот раз прошло слишком нервно, хотя первый концерт (и даже тур) с новым артистом — всегда исключительно стресс и трата всех сил под ноль. Я наконец начала проваливаться в сон, как вдруг почувствовала движение рядом с собой. Открыла глаза, чтобы узнать, кто этот дурак, через секунду получающий фингал, и увидела стаканчик с кофе. — Держи. Ты вроде капучино любишь? — тихо, почти что шепотом, говорил мне Горошко. Я в шоке на него посмотрела. — Бери, — повторил он уже более настойчиво. — Кушать хочешь? — Что? — взяла стаканчик я, но все еще не понимала смысл происходящего. — Кушать хочешь спрашиваю? Я взял тебе в поезд салат и какой-то сэндвич. Вдруг ты веган. — Ты можешь быть адекватным? — не сдержалась я. — Представляешь? — усмехнулся Сергей. — Тебе сейчас дать еду или в поезде возьмешь? — В поезде, — ответила я, все так же удивленно смотря на актера. Правильнее было бы спросить откуда он такой заботливый, но… но да ладно. — Шестой путь, — краем глаза заметила обновление табло я. — Пошли.