Субъект J10: Теория кровообращения

      После очередного тяжелого пробуждения Милли, помычав, вылезла из комнаты, больше похожей на палату из-за лекарств раскиданных тут и там. Хотя это уже была не та комната в которой она просыпалась до этого, эта казалась привычнее. Всё казалось… Таким же как и раньше. Слабый приятный свет, слегка обшарпанные стены, обделанные темным (или сгнившим?) деревом, такой же пол и потолок. Эта спальня нравилась Милли больше, а новая она или старая — всё равно. Главное, что здесь не так сильно несло спиртом и прочей химией, как в больницах; странно, что в тот раз её это не смутило, наверное привыкла. Она чувствовала себя как дома или как в коробочке, пока просыпалась, настолько уютной показалась ей спальня. Коридоры другие, там в основном бетонные иногда прокрашенные стены и до противного яркий свет, и с непривычки она много жмурилась как от яркого солнца. Но в целом выглядело знакомо, будто ничего и не произошло.       «А что было-то?.. » — думала она, шатаясь по бетонному коридору.       Милли потянулась руками к лицу, протереть глаза, но отшатнулась от собственной руки, когда заметила на запястье несколько тоненьких шрамов, которые вырисовывали собой слово «ЯЩИК». Милли недоверчиво пощупала кожу с надписью. Слово было написано на её нерабочей руке, и, если бы предоставился случай, она бы здесь и начертила что-нибудь. «Это я себя так?..» Милли нахмурилась, представляя насколько сильно царапины болели, когда она их только вырезала и недоумевала зачем она так себя искалечила. «Ящик, ящик, наверное там что-то лежит? Надо будет посмотреть. Но какой именно ящик? Как будто я знаю. Эх ты, Милли…»       Она спрятала руки обратно под длинные рукава и пошла дальше шататься по коридорам. Всё вокруг казалось таким новым, но одновременно старым, она сама не могла объяснить себе это чувство. Где-то подсознательно она всё помнит, но вперемешку и как-то неправильно. Везде было пусто. Не то чтобы ей это не нравилось, даже наоборот, но эта пустота была особенно странной. Она поначалу боялась встретить кого-нибудь их Радужных, но потом ей стало даже обидно, что никто не пришёл «поприветствовать» её.       Дойдя до места, где в теории должен находиться выход, Милли обнаружила, что заперта здесь. Она вздохнула, но не от страха, а скорее от усталости и поплелась местную «душевую», чтобы взбодриться или хотя бы умыться.       Надо говорить или нет, но душевая старая как само здание, ужасно замшелая, сырая и, кажется, даже ржавая. Несколько рядов шкафчиков, а в конце проход в сторону, та часть душевой отделана белой плиткой, которая со временем потемнела и кое-где облупилась, там же стоят две-три трубы, но нет ни одной лейки: все поотломали.       Не помня себя, Милли встала напротив такого «душа» и покрутила ручку. Ничего, ничего, а потом её окатило ледяной водой, завставив Милли вздрогнуть. Она резко закрыла кран обратно. Как была в рубашке, так в ней и намокла. Ей этот случай что-то смутно напомнил, но она так и не поняла что именно.       Затем Милли чуть-чуть похлопала босыми ногами по мокрой холодной плитке, поняла как ей скучно и пошла обратно, однако, не дойдя до выхода, завалилась на шкафчик и чуть заснула бы снова если б не услышала спокойное сообщение от него, которое глухо вырвалось из динамиков громкой связи, которые конечно же развешаны по коридорам. «Где ты, Милли? Я же знаю что ты не могла уйти. Для твоего же блага вернись в свою комнату.»       Милли усмехнулась, не поднимаясь и даже не открывая глаза: «Меня ищет, — подумала она, слегка улыбаясь. — Ну ищи-ищи, гений. Что мне теперь поиграться нельзя? А все-таки чем-то он меня накачал, спать хочу как собака!» Дверка соседнего шкафчика, как специально, заскрипела и открылась, как бы приглашая внутрь. Там лежало много полотенец чистых и не очень, но это не сильно волновало Милли, для неё выглядело очень даже удобно. Она залезла внутрь, подперла голову чем-то мягким и как была — так и заснула. Прямо там. В тепле и темноте.

***

      Сказать, что Ред не был рад исчезновению Милли, это не сказать ничего. А учитывая её причуды, оставлять её одну ещё опаснее, чем волка с овцами. По крайней мере, она сама так когда-то говорила. Травмоопасный человек, что сказать. И глупый. Невероятно глупый индивидуум.       Ред постукивал пальцами по столу, думая как бы вернуть её в постель, ещё и так, чтобы она решила там остаться. Как бы она ни была ему близка, она всё такая же инфантильная дурочка какой всегда была в его глазах. Но это иногда ему на руку, особенно когда дело касается опытов или «ассистентства». Ред хмыкнул, когда в его голове созрел интересный план. Дело в том, что ни я, ни кто либо ещё не сможет достоверно описать весь поток его запутанных, но одновременно последовательных мыслей, а потому ни плана ни его исполнения никто не заметит, заметят только результат, когда может быть уже поздно.