Путь Танца. ЛЕГЕНДА О БАЛАДЖИ. Тома 1,2,3

Вечер Баладжи провел в родном доме. Войти туда было трепетно, но атмосфера была уже не та... Времена, когда его принимали в этих стенах безусловно давно прошли. Да и длились они не долго. Уже на седьмом веку жизни он узнал, что отец его не принимает таким как есть. Сейчас Баладжи был опечален. Место и стены были те же, но всё было не то. А «то» осталось навсегда там, в безвозвратно ушедших счастливых моментах его детства, прожитых здесь. Разговор с родителями давался Баладжи с трудом, в основном речь шла о последствиях его выходки. Не было попыток понять причины его действий. Отец только сказал, что всё понимает, но Баладжи действовал опрометчиво. А его идеи о необходимости изменения мышления всего Небесного мира, отец даже слышать не хотел. Баладжи выдохнул с облегчением, когда ему разрешили идти в свою комнату. Когда путешественник по мирам улегся в свою родную уютную кровать, он смог полностью расслабиться и быстро уснул. На утро пришел друг! Наконец-то Баладжи и Натараджа остались наедине в его комнате. Они стояли, долго не размыкая объятий. Но, просто по-дружески, ведь первый муж забыл что между ними было и кто они друг другу. Всё из-за этого дурацкого допроса! Негодовал мысленно Бог Чувственности. А теперь старейшины будут светить своими лучами правды и на него. Он подумывал тайно сбежать на Землю, подальше от всех, ведь это лучше, чем предстать перед судом божьим.. А мама?.. Что он скажет ей? Только сейчас Баладжи задумался над последствиями своих действий. Какой для неё будет удар, если она всё узнает на допросе... При всех.. Он опозорит почтенную семью богов.. Бог Чувственности всё понимал, но в нём не было ни стыда, ни угрызений совести. Он был по-прежнему уверен, что поступил правильно. Просто есть вещи, которые мамам лучше не знать. Юноша понятия не имел, как выкрутится и скроет свою связь с Царем. Хотя, для него уже не так важно было ее скрыть. Только вот Натараджа его не поймет и отстранится, а это самое худшее, ведь тогда он ничего не вспомнит никогда и они не воссоединятся. Очень важно, чтобы Натараджа остался на его стороне. Богу Чувственности нужна была его поддержка. И раз судьба так сложилась, что у него теперь два мужа, то оба должны быть в вежестве, в осознанности, а не ходить со стёртой памятью... Да и что тут скрывать, вкусив однажды плод любви с Натараджей, он хотел ощутить его вкус вновь, особенно сейчас, когда они оказались рядом. Ему невыносимо было смотреть на мужа в таком состоянии. А значит нельзя было допустить, чтоб его выгнали из мира за связь с Царем. Пусть за что угодно другое.. Что же делать? Нужно очистить ауру! И всё стереть. Неужели придется самому стать таким как Натараджа?.. Эта мысль приводила в ужас. Ему не пришло в голову ничего другого, кроме как просить помощи у Мастера Иллюзии. Лучше опозориться перед Наставником, чем перед всем миром, решил ученик... К тому же он был уверен, что может доверять Учителю, надеялся, что тот всё поймет правильно, не только не выдаст его, но и поможет. Баладжи сослался на слабость с дороги и отослал Натараджу до вечера к себе, условившись встретиться на празднике. Бог подговорил друга разослать всем весть, что сегодя в ночь Баладжи устраивает свой праздник Солнцестояния в саду богов, рядом с дворцом. Он уже испросил на это разрешение у родителей и те дали согласие. Мать уговорила отца, сказав, что у ребенка должна быть какая-то отдушина. Не важно, что будет дальше, на данный момент их сын вернулся домой, спустя сто лет, и имел право позвать друзей на праздник. Так что сегодня ночь обещала быть шумной и веселой, с играми, плясками, хороводами и прыжками через костер. А главное действо праздника — Бог Чувственности будет танцевать! Весть разнеслась среди всей молодежи Небесного Мира со скоростью света. И самые смелые молодые люди дали Натарадже согласие прийти, ведь подобного в мире богов еще не бывало. Все были заинтригованы Богом Чувственности и его дальнейшей судьбой. Многие подозревали, что увидеть его танцы возможности может больше и не представиться. А пока Баладжи нужно было уладить свои дела: «Ученик приветствует своего Наставника!» — произнес паренёк мысленно, направив телепатический запрос Мастеру Иллюзии. Будто случайно, Владыка Небес прогуливался по саду, неподалеку от дворца Бога Разума. Одет он был празднично. Золотые одеяния идеально подчеркивали его светлые длинные солнечного оттенка волосы. Благородная прическа, с заколкой сзади и необычно прекрасной шпилькой, сияла в лучах солнца. В руке он держал изящный веер, расписанный в стиле китайской каллиграфии. А на пальце красовался дивной красоты перстень, в котором словно застыла галактика. Баладжи быстро собрался, вышел навстречу Наставнику, и вскоре они встретились в саду, под манговым деревом. На ветках которого висели спелые плоды. Но их никто не ел. Ведь у богов нет потребности в пище. Однако Баладжи слишком хорошо помнил этот вкус. Буквально пару дней назад он наслаждался им вместе с Царем. Так что сейчас он захотел ощутить вкус манго из сада богов. Ученик предложил Мастеру присесть под деревом, быстро создав подушки и столик. Он сорвал большой спелый плод манго, разрезал на дольки и предложил Мастеру. Тот не отказался и принял подношение из рук ученика. Вид у них был праздный, не привлекающий внимания. Однако ученик попросил Мастера создать невидимую защиту, чтоб их никто не мог слышать. Ведь дело было чрезвычайной секретности. Иллюзионист щелкнул пальцами. — Вот так просто? — восхитился Баладжи. — Рад вновь видеть Мастера в действии! Тот лишь загадочно улыбнулся. Они по-прежнему оставались видимыми, но словно отсутствовали, как невидимки. Баладжи тоже отведал спелый плод. На удивление, вкус оказался точь-в-точь таким как он недавно ел. Он вспомнил, как Владыка создавал для него плоды манго из своей энергии. Юноша слегка озадачился: «Откуда мой муж может знать вкус манго из сада богов.? Неужели когда-то он их отведал?» Быстро материализовав чайник горячего белого чая, ученик предложил его Мастеру. Белые иглы — тот самый чай, который они впервые попробовали на Земле в компании великого Лао Цзы. Он тоже был тогда в золотом. — Тот самый вкус, — чуть улыбнулся Мастер, расслабленно облокотившись на подушки и отпил утонченный напиток из маленькой пиалки. — Да, незабываемый.. — подтвердил Баладжи и осекся, вспомнив того, кто пил этот чай вместе с ними и все-таки всё забыл... Мастер многозначительно покачал головой. Баладжи понял без слов, что Наставник в курсе ситуации с Натараджей и скорее всего принял в ней участие. — Будет ли Владыка Небес столь же милостлив и сейчас? — спросил смиренно юноша. Он рассказал Наставнику обо всем, что с ним случилось в демоническом мире. Баладжи говорил проникновенно, рассказывая так, чтобы Мастер проникся его чувствами, и надеясь обрести в нём союзника. Он поведал о Персее и о том, что случилось после. Юноша утаил лишь подробности о свадьбе и о доме, построенном для него Царем Демонов. Но было ясно, что в мире демонов без любовной истории у Бога Чувственности не обошлось, и теперь нужно было всё скрыть. Ведь иначе они с Натараджей не воссоединятся, его память никогда не будет восстановлена. Больше всего на свете Натараджа ненавидит демонов и услышать сейчас такое о друге он морально не готов. Кроме того Баладжи переживал за мать.. Мастер Иллюзии выслушал спокойно, не прерывая и лишь иногда понимающе кивал. — О чем же ты думал, мальчик мой, когда отправился туда? На что ты рассчитывал? Тут даже Мастер Знания прав, ясно было, чем дело кончится. — Честно, я не знал, что меня ждет, и ни на что не рассчитывал, просто шёл по зову сердца и миссии. Я хотел сделать то, что не удавалось до сих пор ни одному богу — соединить две стороны в себе. И у меня получилось! Я ни о чём не жалею! Кроме того я хотел увидеть правду о мире демонов своими глазами и сам всё узнать! — Ты получил плоды своей аскезы! Похвально, однако цена слишком дорогая. Похоже ты не только узнал, но и познал запретный плод... — печально вздохнул Мастер. Это было единственной выдавшей его эмоцией. Баладжи показалось в ней сочувствие, он с надеждой и мольбой поднял глаза на Мастера. У юноши кончились логические аргументы.. Он замолчал и по его щеке покатилась слеза. — Владыка, похоже вы единственный в этом мире, кто всё понимает! — воскликнул паренек с чувством. —Тогда... Поможете ли вы мне?.. Мастер покачал головой. — Баладжи, всё не так просто, я не смогу стереть всю тёмную энергию из твоей ауры. Да и смысла уже нет, ты сам показал им свою сущность из двух противоположностей. К тому же на тебе печать Владыки Тьмы. — Пе-чать?.. — испуганно воскликнул ничего не подозревавший юноша. — Да-а.. Печать, означающая, что теперь ты принадлежишь ему... — вздохнул Мастер Иллюзии. — Чему ты удивляешься? Разве можно было ожидать чего-то другого от Царя демонов? Думал он тебя отпустит просто так? Этого не стереть. И даже потеря памяти ничего не даст. То, что я проделал с Натараджей, тебе не поможет. Если они направят лучи правды на твой нижний дань тянь, они всё увидят. Ведь это печать самого Царя. — Что же мне делать?.. — ошарашенно проговорил парнишка, растерявшись. — Отвлекать внимание, ахах, — усмехнулся Мастер, сверкнув улыбкой. — Это еще одна действенная тактика иллюзиониста! Развести демагогию на другую тему, а на нежелательной оставлять слепое пятно. — Но разве они не полезут в первую очередь проверять мои связи и мою память? — Мальчик мой, поверь мне, ты натворил столько, что тебя выгонят из мира и без того! — печально усмехнулся Мастер. — На это я согласен! — смиренно склонил голову юноша. — Я знал на что иду, пусть обвиняют, но только не уличают меня в связи с Царем при всех, а главное при Натарадже, матери и отце. Я поступил так, как считал правильным, и ни о чём не жалею, к тому же, это мое личное дело, я уже совершеннолетний. — Уже да... — Я считаю допрос старейшин бестактным, нарушающим личные границы и права личности. — Я с тобой согласен. — Значит вы мне поможете?.. — взволнованно переспросил юноша. — Есть способ, помочь, Баладжи. Эта техника называется «Иллюзия слепого пятна», я применю её. Увидишь, на допросе не зайдет речи о твоих личных связях, им не придёт в голову влезать в твою память и ауру. Ты достаточно показал им сам. Если прибавить к тому твою пламенную речь на допросе, то дело будет сделано, ахах! Ты понял меня, дорогой? Мастер хитро́ улыбнулся и подмигнул ученику. Баладжи радостно рассмеялся, а глаза его засияли. — Да! Я понял вас! И всё же, Наставник, в душе моей теплится надежда.. Не может быть, что боги так жестоки! Неужели выгонят меня всего лишь за один проступок... Не дадут шанса исправиться? Не ерунда ли это всё? Почему цена правды моё изгнание? Ведь это просто не честно. Владыка, неужели в мире нет справедливости?. — К сожалению, мой ученик, во всех трёх мирах её нет. Даже в мире богов, а иногда особенно в нём.. — Мастер устало вздохнул. — Боги не меняются, как я себя помню... И твоя юношеская не продуманная выходка по изменению сознания богов уже провалилась, пойми, дорогой. Как бы мне ни было больно, но я должен сказать тебе правду. Они уже насчет тебя всё решили. Просто не хотят портить праздник твоим родителям. Из сострадания к ним ты всё еще здесь. Иначе тебя выгнали бы немедленно.. — Коли так, терять мне нечего!... — воскликнул Баладжи с горечью. С его глаз скатились чистые капли, блеснув в свете дневного солнца, что пробивалось сквозь листву мангового дерева. Слезы бога упали на траву и впитались в землю. Каждая слезинка превратились в семя, которое до поры останется сокрыто. — А если тебе нечего терять, Баладжи, жги по полной! Покажи им огонь своей страсти, вложи ее в свою речь, и пусть пламя истины взметнется до Небес! — Мастер! Значит на самом деле вы меня поддерживаете?! Просто считаете, что я действовал опрометчиво, богов не переделать, а значит и не стоило собой жертвовать? — Да, Баладжи. Именно так! — Наставник, я так счастлив! Получить вашу поддержку лучшее, о чем я мог мечтать! Благодарю вас, вы не представляете, как много это для меня значит! Ведь Мастер Сэй Мэй не может ошибаться! Вы само совершенство! Я воспрял духом! Это будет допрос века, я вам обещаю! — сияя воскликнул вдохновлённый красавчик. Оба довольно посмеялись и наконец выпили чаю и съели по несколько кусочков манго. — И всё-таки, Баладжи, что ты планируешь делать дальше? — спросил Мастер, спустя паузу. — Ты осознаешь, на что обрекаешь себя? Неужели овчинка стоила выделки? — Наставник, если честно, я еще не знаю что буду делать, но я уверен, что поступаю правильно! Пока просто спущусь на Землю, а там видно будет. В любом случае, я не думаю, что расстанусь со всеми навсегда. У вас будут миссии на Земле. Мы еще встретимся, верно, Учитель? — Разумеется, мой несносный шиди! — широко улыбнулся Мастер Иллюзии и потрепал ученика по отчаянной головушке. А затем погрустнев добавил: — Но ты обрекаешь себя на скитания... — Я знаю, и я не боюсь! Хочу только одного, чтобы Натараджа всё вспомнил и нашёл меня на Земле. А дальше как-нибудь жизнь образуется, я уверен. С мамой и папой я тоже ещё встречусь, так ведь? А к месту я не привязан. — В каком-то смысле я тебе даже завидую, — усмехнулся Владыка Небес, который был хранителем Небесного мира и не мог так просто его покинуть. — Что ж, за сим нам пора прощаться. Мастер поднялся с места. — Владыка, приходите сегодня вечером на мой скромный праздник в этом саду! — сказал юноша, вставая и обводя жестом на сад. — Спасибо за приглашение, дорогой! Всё возможно, даже то, что я буду не один, ахах — загадочно усмехнулся таинственный бог. — Только сначала отвлеку от твоего мятежного праздника богов. Оба рассмеялись. — Хорошо, спасибо за всё, Учитель! — горячо поблагодарил юноша, положа руку на сердце, и поклонился. Мастер протянул вперед утонченную ладонь с перстнем на пальце и возложил ее на голову ученика. Он окутал парнишку невидимой иллюзорной аурой, уводящей ум любого в сторону от его сокровенных тайн и не позволяющей никому проникнуть туда, куда юноша не желал. Это была иллюзорная защита высшего уровня, которую Мастер Иллюзии не применял ни к кому, кроме самого себя. Он никому не передавал эту секретную технику, в которой использовался приём влияния на ум демона невежества... Баладжи окрыленный поспешил домой, прихватив с собой еще парочку спелых манго. А Мастер Иллюзии невесомой походкой гордо поплыл в другую сторону. Сэй Мэй как всегда был безупречен — само совершенство. И только одному Высшему Богу известно, что на самом деле всё это время чувствовал Мастер...