Альтернатива

О да, наконец дела идут в гору. Наконец все поняли, что имеют дело не с двумя наивными юнцами, а с настоящей Ордой. Половина Европы уже прогнулась, половина еще делает вид что сопротивляется. Глупцы. С мыслями о великом, товарищ Иванов осматривал временное пристанище Объединенной армии. Его люди сражаются бок о бок с людьми Йоханнеса. Их общая детская мечта начинает сбываться. Да, пусть сейчас народ Советского Союза не доволен сложившимся положением, никто не верит в придуманную ими легенду, да и новые союзники им не сильно симпатичны, но процесс уже запущен. День назад они на время остановились в небольшой полузаброшенной деревне, дабы дать уставшим солдатам (и себе самим) небольшой отдых. Да и это была единственная их с Ханном точка в плане, где они могли пересечься, перед началом следующего длительного боя. И именно к отдыхающему в небольшом домике немцу он сейчас и направлялся. Скучал ли тот также сильно, как скучал по нему Леша? Часто ли вспоминал его? В последний раз они пересекались больше полугода назад, и то всего лишь на пару часов, по срочной необходимости коррекции плана, так что возможности нормально поговорить не появлялось. До сегодняшнего дня. От бурлящих в крови эмоций хотелось одновременно смеяться и плакать. Без стука войдя в домишко, мужчина увидел сидящего на краю небольшой кровати Йоханнеса, скрестившего ноги и читающего какую-то потрепанную жизнью книгу. Тот был увлечен настолько, что даже не заметил вошедшего (или сделал вид?) и медленно перелистнул страницу. Союз на секунду отвел взор и негромко кашлянул в кулак, тут же вернув взгляд на парня и встретившись с ним глазами. Ханн от удивления на миг замешкался, но секундой позже, взяв эмоции под контроль, отложил книгу на небольшую полочку, поднялся и пошел в сторону товарища. Чертовски медленно. - Я.. ждать тебя, Лёша, - сказал он и облизнул неожиданно пересохшие губы, заглядывая снизу вверх, казалось, в самую душу. От этих слов по телу мужчины побежали мурашки. Горячие и взволнованные. Ох, его мальчик учит язык "низшей" расы ради него! И он и правда ждал его! - Ханн, ты.. О небо, как ты себя чувствуешь? Как успехи на фронте? Тебя там не трогают? Как много восстаний и бунтов ты перенес за это время, у тебя же синяки под глазами размером с царь-танк. А одежда! Тебе не холодно? И ещё.. Рейх, казалось, чуть смутился и от того отвел взгляд, тут же перебивая взволнованного друга, не дав тому вывалить еще тонну подобных вопросов. - Много слов.. Не понимать. Простить.. Алексей шумно вдохнул и наконец прижал друга к себе. Тот от таких действий конечно опешил, но тут же оттаял и обхватил руками плечи и талию товарища, уткнувшись носом куда-то в районе плеча и вдохнув родной запах чего-то травяного, пота и почему-то утренней прохлады, каждый раз напоминающий ему Восход Солнца. - Я скучал по тебе.. - выдохнул горячо, протяжно. У Иванова, который, как приличный мужчина сохранял целомудрие в отсутсвии своего возлюбленного, от такого незамысловатого действа в глазах помутнело, а под животом будто закрутился тугой узел. - Гррх.. Провоцируешь, фриц, - сказал он, когда расстояния между их губами оставалось критически мало. Ханн на это лишь дернул уголком рта, а после опустил веки. - Ну же, давай. Я тоже.. хотеть.. Поцелуй меня наконец! Спусковой крюк. Неожиданно даже для себя самого, Союз подхватил друга на руки и резко прижал к ближайшей стене, закрывая все возможные пути к отступлению широкой спиной. Тот охнул и хотел было уже возмутиться, как вдруг его губы были абсолютно нагло накрыты чужими. Умело отвечая на поцелуй, делая его более мокрым, проникая языком в чужой рот, Йоханнес глухо зарычал, чувствуя, как колено Алексея вклинивается между его ног, давя на готовый к труду и обороне орган. Выцеловывая скулы, нос, щеки, да и все до чего в данный момент он мог дорваться, Леша одну за другой расстегивал пуговицы черного кителя, чувствуя, как Рихтер инстинктивно пытается потереться об его колено. Чудно. Следом за кителем настала очередь рубашки (чёрт бы побрал эту форму!). Чувствуя нетерпение старшего, Ханн одной рукой пытался помочь ему расстегнуть эти собачьи пуговицы, а второй держался за его спину, дабы не скатиться вниз по стене от нахлынувших эмоций. Под рубашкой скрывалось стройное подтянутое тело, с левой стороны украшенное огроменным шрамом. Когда-нибудь Иванов всё же спросит о происхождении этого шрама, но точно не сейчас. Сейчас в происходящем был больше заинтересован член, а не голова. Когда Союз уже почти закончил войну с ремнем брюк, сзади послышался скрип. Оба замерли и, стараясь выровнять дыхание, обернулись. Спиной к ним, волоча за собой не то коробку, не то кресло, двигался один из хорошо знакомых Ханну вояк. Преданный боец, верный подчиненный и просто хороший собеседник. Казалось, время замерло. - Агрх! Этот "русский товарищ" мне очень не нравится. Он был здесь целый час, что-то искал и вынюхивал. Идио— Обернувшись, унтерофицер Хейн увидел, как его приятель, генерал-лейтенант Йоханнес Рихтер, впопыхах пытается застегнуть, сука, пуговицы на рубашке, трясясь при этом как девица которую в самый ответственный момент застукал отец. А рядом с невозмутимым лицом стоит Иванов Алексей, "русский товарищ", с которым по идее, как со старшим по званию, стоило здороваться соответствующе, но видя легкий румянец на его щеках и похотливый блеск в глазах, делать этого совершенно не хотелось. Выбегая из треклятого дома, парень услышал лишь брошенное вслед: - Ты неправильно понял!.. Хейн! Мужчины, переглянувшись друг с другом, тяжело вздохнули. Он расскажет об этом всем. Это уж точно. - Мдэм.. Беда. Весь настрой сбил, паршивец, - Союз приземлился на диван рядом с опустившимся туда же Рейхом. Тот как-то странно на него посмотрел и отвел взгляд в пол. – Разве.. Это мешать нам продолжить? Умм.. Я иметь ввиду.. С этими словами Ханн вновь прижался к своему любимому. Ну точно кот, ей-богу. Тот приобнял его за плечи но больше никаких действий не предпринял. – Давай всё же в следующий раз... А то неудобно как-то, мало ли кто из ребят увидит, я ж потом век буду для них овчаркой или кем похуже. Сам же знаешь, несмотря на все наши старания, отношение к вам не самое.. доброжелательное, - заметно погрустнев, Леша уже было потянулся к пачке сигарет, добродушно оставленной кем то на столе. Но.. ... - Хей, ты чего там делаешь? Ханн? ЙОХАННЕС - Брось. В конце концов, тебя же это возбуждает. - ЭЙ.. ХА- ААХ... ХВАТИТ..