Искусство жестокости

В Сеуле неделя дождей. Никто не был готов, от того и затопленные улицы, дома, отмененные занятия в школах и перекрытые дороги. Погода плачет. А с ней ещё пару человек в городе. Весна только наступила, а уже выдалась не очень. Впрочем, весь последний месяц был не очень. Сегодняшний день, несмотря на серую погоду и всякое отсутствие солнца на небе, можно назвать хорошим. Сегодня не было слёз на лице, а ведь это уже не плохо. Сегодня они даже смеялись за обедом, обсуждая вчерашний фильм, который удачно пришёлся на тихий вечер. Сегодня он не вспоминал тот день. А в тот день дождя не было. В тот день было просто холодно и ветрено. Он мало что помнит. Тогда голова совсем перестала соображать. За него всё делали другие... другой. Он тогда стоял рядом. Плотно вжимался в него, боясь упасть. Впереди сырая земля, в земле родной человек, а по кругу все эти люди. Он вообще их знает? Не имело смыла. Главное он был не один. Его холодные пальцы сжимали чужую ладонь, его ладонь. Их руки были переплетены, как и сердца. Тэхёну уже и не вспомнить , что точно случилось и как всё это произошло, но он доверился, если так можно сказать, доверился и всё. Сил жить дальше одному не было и не хотелось вовсе, а Чонгуку хотелось и сил хватало на двоих. Он заменил на время парнишке себя же. Нашёл потерянным и оставил, водя везде за ручку и показывая как жить заново. Показывая, что он не один. Его никто не оставлял. А тому деваться было некуда. Найди его любой в таком состоянии, мог бы забрать себе. Правда жизни и всего-то. В тот день на них много было устремлено взглядов. Кто-то осуждал, кто-то не понимал, что вообще происходит и кто этот дорого одетый мужчина, что держится грозно, пока их, всеми любимый, мальчишка вжимается в него как в спасательный круг, утопая в собственных слезах. Но им было всё равно, им двоим. Для Тэхёна в тот момент существовала только та деревянная коробка, в которой пару минут назад упаковали родного человека и закопали. Ну и Чонгук. Да, Чонгук тот единственный живой, который всё ещё существовал для одинокого, сломленного мальчика. Тэхёну показалось, что он держался хорошо, но лишь одному Чонгуку известно, что держал его он. Всю церемонию и следующие пару дней тоже. Мальчишка даже стоять сам не мог, ноги подкашивались, а голова шла кругом каждый раз, как в голове всплывали одни и те же слова и кадры. Всем было тяжело, правда. Но одному из них было тяжелее всего. Он тогда так сильно вжимался в Чонгука, так много плакал в его плечо, просил поддержки и Чонгук её давал, прижимал к себе, гладил по волосам и шептал на ухо. Шептал, что рядом. В тот же день пошли слухи. Разные и грязные, про отравление, желаемое наследство, и запретные отношения. Как хорошо, что Тэхёну было настолько не до этого, что вся эта грязь просто обошла его стороной. Он уехал оттуда в тот же вечер, после окончания церемонии, уехал вместе с тем, кто был рядом тогда, кто нежно гладил по волосам и разрешал слышать только себя. Уткнувшись в стекло в теплой машине, он почувствовал покой уезжая далеко отсюда. Он больше не вернётся. Никогда. Чонгук пообещал разобраться с оставшимися проблемами наследства. У Тэхёна ведь остался дом от семьи, но не семья... Если бы не Чонгук, Тэхён бы просто не стал, не стал утопать в бумагах и бегать, драться за этот дом. По правде он даже думать о нём не хотел. Теперь тот уютный уголок детства напоминал лишь о плохом. Дом в итоге выставили на продажу через две недели. Покупатели нашлись быстро – цена была хорошая. Мужчина чуть позже открыл счёт на имя мальчишки и положил туда деньги от продажи дома. Сначала планировал немного добавить и купить квартиру в Сеуле, но пока Тэхён несовершеннолетний, решил подождать. Это, кстати, была ещё одна проблема. Мальчишке было всего 17. До совершеннолетия ещё два года, а значит нужен законный опекун, либо приют. Чонгук бы точно не допустил подобного. Через нужных знакомых оформил опекунство на себя, о чём, конечно, не сказал Тэхёну.Для него правда была другой – сделали исключение. Иногда будут приходить и проверять как мальчик живёт, но в приют не заберут. Это всё что помнит Тэ с тех дней. Возможно ещё пару незначимых мелочей, но он теперь вообще старается не вспоминать о всех тех событиях. Чонгук посоветовал – оставить и дать себе шанс жить снова полной жизнью. Тэхён послушал. Он теперь вообще много в чём слушает Чонгука. Тот, как есть свободное время, заезжает к мальчишке на работу, забирая вечером и увозя кататься по ночному городу. Спрашивает как дела, а Тэхён охотно рассказывает. Они много болтают, смеются и даже иногда обнимаются. Это всё, что позволяет в свою сторону Тэхён. Поцелуев больше не было. Тэхён точно пока не готов. Но в крепких мужских объятиях ему хорошо. Хорошо, когда на его любимом месте, над фонарями ночного города, Чонгук прижимает к себе, утыкаясь в макушку, вдыхая цветочный аромат шампуня. Он растворяется в Тэхёне, а Тэхён в нём, но почему-то пока не понимает. Для него всё чуть сложнее, немного по другому. Он же всё ещё ребенок. Может некоторые вещи ему пока тяжело понять, тяжело залезть внутрь и разобраться в самом себе, но сейчас, пока он так плотно стоит к Чонгуку, уткнувшись щекой в его грудь, размеренно дыша и слыша удары чужого сердца, пока теплый апрельский ветер ласкает их голые участки кожи, он чувствует себя спокойно. Он так скучал по этому спокойствию. А Чонгук так любезно дарит его. Так теперь было в жизни, немного стабильности и поддержки, и моральное состояние уже стало намного лучше. Никто не давил, никто не торопил и ничего не требовал. Тэхёну будто все дали время. Время пожить нормально. И ему правда помогло. После долгой темноты вдруг стало светло?

***

Смена закончилась немного позже чем обычно. Чимин убежал ещё час назад на свидание, а Тэхёну пришлось задержаться из-за последнего клиента, который не мог расплатиться за газировку. Три раза бегал в машину за разными картами – не мог найти ту, на которой деньги. В итоге Тэ ушёл на двадцать минут позже. Сегодня они с Чонгуком не переписывались, наверное у последнего много работы. Тэ проверяет переписку, пока идёт домой, и выключает телефон, убирая в задний карман. Он уже подходит к дому, как видит, что к нему направляются трое парней, где-то его ровесники. Мальчишка тормозит, хмурясь – пытается разглядеть их лица. Парни подходят ближе и тогда Тэхёну удаётся узнать в них своих сокурсников. Они вообще-то никогда не общались, поэтому Тэхён в ещё большем замешательстве, что они тут делают. В ответ на него смотрят максимально презрительно. Один из них, тот что посередине, делает пару шагов и останавливается слишком близко, смотря своим не человеческим взглядом. Тэхён хотел было отшагнуть, но ему помогают, толкая в плечо, от чего мальчишка отшатывается. В глазах рождается страх, а шакалы впереди дружно начинают хихикать, пока один из них не открывает свой рот. — Ты у нас теперь особенный Ким? — мерзко произносит, с отвращением пробегаясь взглядом по мальчишке. — Мы учимся, на пары ходим. А тебе поблажки из-за мёртвой бабки? Тэхёна передёргивает. Он снова отшатывается назад, собираясь развернуться и покинуть это место. Ему вдруг становиться дурно. Снова те события в голове. Снова тот страх и та нестабильность. Его резко хватают за плечи и вжимают в стену рядом. Двое других шакалов подходят, вставая по бокам, ухмыляясь и перекидываясь мерзким взглядом. Тот, что держит за плечи, слишком сильно сдавливает пальцы, заставляя первые признаки боли расцвести на лице. Тэ поджимает губы и хмурит брови, пытаясь вырваться. Но противник намного сильнее. — Ещё и слухи ходят, что у тебя ёбарь богатый и при связях. Он к нам заходил как-то в колледж. Как раз в тот день, когда тебя освободили от занятий на неделю. — парень нагло ухмыляется, облизывая губы. — Раздвигаешь ноги и думаешь особенный? — одна рука резко перехватывает за горло и сжимает, заставляя подступить ком к горлу. Глаза наполняются слезами, пока вторая рука нагло ведёт вниз, сжимая чужую промежность. — Может ты и нам что-то приятное сделаешь? Отсосёшь например. — он поворачивается в сторону друга, продолжая удерживать Тэхёна. — Снимай на камеру. Второй шакал послушно достаёт телефон, не на секунду не расставаясь с мерзкой улыбкой на своём лице. Тэ активнее начинает мычать и вырываться, пока смелости наконец не хватает заорать – помогите. Сразу после ему прилетает звонкая пощёчина, да с такой силой, что у мальчишки на мгновение плывёт перед глазами и кружится голова. – Ты что-то попутал ублюдок? — рычит, глядя снизу вверх. Рука снова ложиться на чужое плечо, надавливая, а нога пинает в колено, чтобы опустился. Ноги подкашиваются и Тэ падает на колени, слыша смех и тупые шуточки. У самого всё ещё звёздочки перед глазами и страх внутри. Глаза не поднимаются, пытаясь сосредоточиться на асфальте. Чужая рука хватает за подбородок и вздёргивает на себя. — Когда он тебя трахает ты так же себя ведешь, бревно? Противно смотреть. — парень морщится и сплёвывает прямо рядом с Тэхёном. Всё три шакала резко поворачивают голову в сторону постороннего шума. Помощь поспела от туда, от куда не ждали. Из-за угла выглядывает чья-то фигура. Мужчина средних лет что-то гаркнул, привлекая к себе внимание ночных хулиганов. — Вы что творите? Ну-ка разошлись. — мужчина медленно движется ближе. Шакалы поворачиваются обратно на свою жертву, снова даря ему свои мерзкие улыбочки. — Повезло, шлюха. — главный шакал отстраняется, напоследок ещё раз харкнув рядом и удаляется быстрым шагом в противоположную сторону, забирая своих дружков. Тэхён осторожно поднимается под чужой пристальный взгляд. Мужчина подходит чуть ближе, протягивая руку и помогая подняться. У Тэхёна в глазах по прежнему ужас и горькие слёзы, что не успели пролиться. Он принимает помощь от незнакомца, не смотря в глаза. Тихо сглатывает слёзы, продолжая смотреть куда-то сквозь, прогоняя всё снова через себя. — Ты в порядке? — мужчина вежливо спрашивает, заглядывая в чужие глаза, пытается поймать взгляд, убедиться, что всё действительно в порядке. Но Тэ лишь молча кивает головой и отстраняется, чтобы уйти домой. К комнате остаётся темно, он просто лежит уже третий час, не удосужившись раздеться, или хотя бы включить свет. В голове снова день похорон, снова Чонгук и снова их «отношения». Их ведь даже нет. Почему к нему вдруг такая агрессия? А если бы действительно были, все бы так смотрели на него? Так мерзко. Для Тэхёна и новость, что Чонгук приходил в его колледж. Мальчишка помнит, что ему вежливо предоставили небольшой «отпуск» из-за смерти бабушки, но он никак не думал, что Чонгук приложил свою руку и туда. И зачем вообще? Зачем полез разбираться? И почему не сказал? И как те парни сумели догадаться, что мужчина там из-за него? Может Чонгук сам там что-то рассказал? Тэхён стискивает челюсти и прикрывает глаза, громко всхлипывая, позволяя слезам, что ждали своего часа, наконец скатится по бледной коже. Он так и засыпает – снова думая о плохом.

***

Повезло, что сегодня был выходной. На работу не хотелось совсем. Вообще нужно было сходить в колледж и сдать конспекты, но туда Тэ тоже не собирался. Он теперь вообще не будет туда ходить. Пусть отчисляют. Он всё равно ждал какого-то толчка – причины, чтобы уйти, и вот она. На сегодня из планов только мороженное и телевизор. На остальное даже смотреть не хочется. Хотя ещё вчера днём было желание сходить погулять, может даже с Чонгуком. Но теперь телефон на беззвучном, а на экране уже десять пропущенных. Звонил тот, кто был рядом. Чимину он ещё утром написал, что сегодня он не в боевом настроении, а друг взял и пришёл, принёс мороженное, убедился что живой, похлопал по плечу, предложил совершить попытку вылазки, но услышал отказ, понимающе кивнул, обнял и оставил. Тэхён даже улыбнулся с утра. Кого-кого, а Чимина он был рад видеть. Сразу после Тэ увалился на диван и пролежал на нём весь день, морально разлагаясь под какой-то скучный сериал. Конечно за весь день он ни разу не думал о том, что его кто-то мог искать. А если даже бы думал, то обязательно бы начал злиться и сам бы не понял почему. Хотя, наверное бы понял. Точно, точно понял бы. Это ведь из-за него всё это произошло. Это ведь он решил, что между ними что-то есть, а значит и все тоже так решили. Только вот Тэхёну забыли сказать. Он как обычно остался крайним, так ещё и виноватым. Удобный мальчик для битья. Долго одному об этом думать бы и не пришлось. Внимание привлёк вечерний гость, стучавший в дверь. Тэхён знал кто это. Чонгук не даёт сообразить, врываясь в квартиру, как обычно, грозно нависая над мальчишкой. Руки упираются в бока, в глазах строгость и ожидание объяснений. — Что случилось? — Чонгук успевает произнести только это, когда его взгляд, как обычно, проходится по его мальчику и в удивлении застывает на отметинах на шее. Мужчина меняется в лице, резко пристраивается ближе, тянется и обхватывает тяжёлыми руками шею с обеих сторон. Голова склонилась в бок, в попытке разглядеть то, что не должно было быть на коже его мальчика. В глазах поселились растерянность, недоумение и злость. Он прищурился, но этого было недостаточно, чтобы отгородить себя от горькой правды. Тэхён противился, вертел головой, пока Чонгук полез дальше, оттягивая ворот чужой футболки, чтобы убедится, что дальше отметин нет. Тэхён продолжает пихаться и отталкивать чужие руки от себя, не смотря на мужчину. — Хватит. — Тэ резко толкает двумя руками мужчину в печи, злобно смотря в ответ. Чонгук отступает, продолжая выглядеть растерянно, сохраняя полное непонимание в глазах, которое постепенно сменяется на видимую злость. — Кто это сделал? — мужчина произносит строго, хмуря брови и снова подступая вперёд, но Тэ выскальзывает из под него, отстраняясь. — Я сказал хватит. — выкрикивает в истерике. — Зачем ты пришёл? Зачем это всё? — вопросы не касаются той темы с которой всё началось. Тэхён пошёл дальше, он решил разобраться со всем с самого начала. — Кто это сделал, Тэхён? — Чонгук непоколебим. Смотрит строго и внимательно, выдавливая ответ из мальчишки всем своим видом. Тэхён цокает и отворачивается. — Это из-за тебя, это ты понимаешь? — снова возвращается дерзкий взгляд на мужчину напротив. — Они мне всё рассказали. — Они? Их было несколько? — Да какая разница. — срывается сильнее Тэхён. — Зачем ты приходил в мой колледж? Зачем так ведёшь себя? Ты же знаешь, что это выглядит ненормально со стороны? — на глазах предательски выступают слёзы, снова. Тэхён очень не хочет плакать, но не может сдержать эмоций. — Что они сделали? — Чонгук стоит на своём. У него сейчас одна миссия – выяснить, кто это был и что они себе позволили по отношению к Тэхёну. — Ничего! Тэхён хмыкает, отступая назад и вытирая слёзы. Чонгук делает попытку подойти ближе, но в ответ от него отшагивают ещё на два шага назад — Это всё изначально вело к этому. — сам себя не слышит из-за всхлипов, но продолжает отстаивать своё. — Я знал, знал, что это не нормально, но послушал тебя. А теперь, когда ещё даже ничего не случилось, меня унижают прямо на улице за мои чувства. Чонгук молча стоит и слушает, переваривая каждое слово. Взгляд пробегает по мальчишке, с ног до головы оценивает его. Тот стоит зажатый и дрожит от каждого произнесенного слова. — Тебе всё равно. Ты в статусе, а у меня клеймо на всю жизнь. Новый громкий всхлип и Чонгук не выдерживает, громко цокая и настигая мальчика в одно движение. Хватает за плечи и вжимает в стену, обхватывая ладонями горячие от слёз щёки. — Да отпусти. — Тэхён вырывается, в истерике пытаясь оттолкнуть от себя мужчины, что в разы больше и сильнее. Чужие татуированные пальцы проходятся по нежной коже лица, стирая соленую влагу. Совсем аккуратно и невесомо, будто боится поранить. — Тише, тише. — мужчина снижает голос, а вместе с ним и давление. Почти нашёптывает на ушко, поглаживая большим пальцем скулу. Тэхён перестаёт отбиваться, цепляясь руками за чужие предплечья, смотрит внимательно мокрыми глазами, в которых отражается вся боль и обида, обида не на тех шакалов, обида на одного человека – человека перед ним. Чонгук нежно зачёсывает чужую прядку волос за ухо. Смотрит. Слишком долго разглядывая. На чужом лице расслабились мышцы и уже лучше видно любимые черты. Тэхён смотрит в ответ не уводя взгляд, шмыгает красным носом и хлопает глазами. — Что они сделали? — звучит мягко, но чувствуется сталь в голосе. — Ничего. Правда. — Тэ уводит взгляд вниз, бубня себе под нос. — Они только гадостей наговорили. Хотели что-то сделать и снять на камеру, но какой-то мужчина их спугнул и я убежал. Чонгук протяжно выдыхает и уводит взгляд, поджимая губы. Он вполне остаётся довольный ответом. Ублюдки ничего не успели сделать и слава богу. Взгляд снова возвращается на Тэхёна, скользя вниз к шее. Большой палец проводит по красным пятнам и челюсть невольно сжимается. — Ты их знаешь? — рука снова возвращается к лицу и Чон осторожно поднимает кончик чужого подбородка, заставляя взглянуть на себя. Тэхён покорно поднимает взгляд и смотрит в ответ, качая головой. — Я их только пару раз видел на парах, но мы не знакомы. Мужчина одобрительно кивает, задумываясь о своём. — Что ты делал в моём колледже? — теперь Тэхён задавал вопросы. — Нужно было поговорить. — О чём? — О тебе. Тэхён цокает. — Зачем? Чонгук, ты мне не папа, чтобы разбираться в моих проблемах. — Не папа. — кивает в подтверждение. — Но я разбираюсь в твоих проблемах и буду разбираться, потому что этим должны заниматься взрослые, а ты ещё слишком молод чтобы самому всё решать и это нормально. Чонгук выступает со своей «взрослой» позиции, прекрасно помня, как вёл себя Тэхён в день смерти бабушки, и в дни после. Поведение и поступки точно нельзя было назвать взрослыми. Тэ не готов был брать ответственность за собственную жизнь в свои руки. Тогда этот мальчишка не выглядел как тот, кто может решать все свои проблемы сам. Тогда он выглядел как побитый щенок, ищущий ногу хозяина, к которой можно приткнуться и забыть о заботах. В глазах напротив рождается отрицание. Тэхён не хочет это слушать. Качает головой, понимая всю абсурдность ситуации. Даже если бы между ними  начали строиться отношения, они бы точно не должны были быть такими – когда есть кто-то в роли родителя, и кто-то в роли ребенка. У Тэхёна хоть и нет опыта в отношениях, но что-то он всё же понимает. Чонгук гнёт не туда, пытается зачем-то сделать так, чтобы всё держалось на нём, взять всю ответственность на себя и нести её в одиночку. Так отношения не строятся и их уж точно нельзя будет назвать здоровыми. У Тэхёна больше ответственности было, когда его опекуном была бабушка. — Собирай вещи, переезжаешь ко мне. — командует Чонгук, отстраняясь от мальчишки. — Нет, Чонгук. Вот про это я и говорю. — Чонгук возвращается назад, понимая, что разговор видимо ещё не закончен. Ну ладно, он послушает. — Я не хочу всего этого. Это не нормально, — молчание. — то что между нами. Я теперь взрослый и должен решать свои проблемы сам. И ты не должен разбираться за меня, как будто я твоя подстилка. Тебя вообще не должно быть рядом. Тэхён вываливает всё на одном вздохе. Ему сейчас тоже страшно. Страшно потому что он сам не понимает, что действительно правильно. Ему тепло и хорошо с Чонгуком как ни с кем больше, он хочет проводить с ним время, кататься на его машине и обнимать его по вечерам, но с другой стороны он понимает как это выглядит. Более того, он уже даже столкнулся с последствиями их недоотношений. А если все так будут смотреть на него. Если все будут считать его мерзким мальчиком, который подставляется богатому дяде ради собственной выгоды? Его жизнь уже точно не будет прежней, люди уже не будут реагировать на него нормально, а некоторые аморальные уроды и вовсе будут хотеть причинить боль. До этого ведь его никто не трогал, хотя он был таким же, просто ещё не поползли эти противные слухи.Неужели вот так люди реагирую на тех, кто немного отличается? Мальчишку можно было понять, он боялся оступиться. — Это эти ублюдки тебе такое сказали? — усмехается Чонгук. — Нет. — врёт. — Это я говорю как есть. — Значит я говорю – что это не так. — парирует мужчина, не желая слушать то, через что они уже проходили. — Ты меня не понимаешь. — заводится Тэхён. Явно раздражаясь тем, что Чонгук не хочет вникать в суть проблемы, да и вообще не видит её. — Ты мне не безразличен, но это всё, — Тэхён показательно размахивает руками. — ненормально. Люди правы. Чонгук тяжело вздыхает, медленно наклоняясь вперёд и упираясь одной рукой в стену у головы Тэхёна. — На своём опыте могу сказать, что люди редко бывают правы. — Чонгук тоже начинает заводиться, уставая от этого детского сада. — Если ты решил отказаться от своих чувств, только потому, что какие-то ублюдки сказали тебе, что это не правильно, то это уже с тобой что-то не так, а не с ними. И что именно не правильно, Тэхён? Ты сам можешь ответить на этот вопрос? Тэхён сглатывает от этих слов, теряясь в чёрных глазах напротив. Слышит в словах Чонгука истину, которую не хочет принимать. Не хочет верить, отталкивает, потому что всё ещё боится. Ждёт знака извне, чтобы отступить на шаг назад, но вот незадача, Чонгук уже идёт по пятам, настигая в два. Мужчина видит растерянность и страх в родных глазах, и чуть смягчается, чтобы не спугнуть. — Тэ, — уже нежно. — прекрати бороться. — говорит теперь о другом и оба знают о чём именно. — У тебя в сердце идёт война, просто прими меня, потому что оно, — Чонгук указывает пальцем точно в грудь. — уже приняло. Тэхён опускает взгляд и кусает губу. Разговор заворачивает в совсем другое направление. Туда, откуда Тэхён убегал. — Что случиться плохого, если мы просто попробуем, как взрослые люди? — мужчина осторожно цепляет чужой подбородок и снова поднимает на себя. — Мне страшно. — совсем тихо, на выдохе. Говорит правду, что скрывалась в глубине сердца. — Я же буду рядом. — теперь шепчут оба. Мужчина склоняет голову ближе ко лбу мальчишки и прислоняется, касаясь кожей кожи. Тэхён тихо выдыхает, чувствуя чужое тепло, чужой запах, чужие пальцы на скулах. От этого ещё страшнее Может ему действительно нужно попробовать и дать волю чувствам и эмоциям, что так тянут к Чонгуку. Сердце начинает стучать по другому, пока в голове проносятся все эмоции, все переживания, все чувства, все события, которые он может испытать с Чонгуком, если сейчас согласиться на всё что ему предлагают. Как сильно изменится его жизнь? Будут ли они вместе долго, или разойдутся через пару месяцев? На что рассчитывает Чонгук? Как он будет показывать свою любовь? Как будет заботиться? Его ли это вообще? Может они и правда, всего лишь небольшая часть жизней друг друга. А может это именно те отношения, которые «навсегда»? Мальчишка поднимает большие глаза на мужчину напротив и встречается с уже родным взглядом. На него смотрят с особенной внимательностью, читая каждую эмоцию на лице. А Тэхёну вдруг становится ещё страшней. Пугает то, что Тэхён, почему-то не видит себя рядом с Чонгуком. Не в его статусе эти отношения. Но ещё сильнее пугает то, что Чонгук может уйти. Может оставить его. Как это делают все. Он найдет себе кого-то, а Тэхён так и останется с разбитым сердцем и слишком сильной любовью во всем себе ко всему в Чонгуке. Ведь он уже чувствует как сильно начинает привязываться, поэтому и пытается оттолкнуть пока не поздно. Мальчишка поднимает руку и цепляется пальцами за чужое плечо. Чонгук внимательно смотрит, ничего не говоря и не торопя. — Обещай, что не бросишь меня, когда я тебе надоем. — с каким-то отчаянием в голосе, но со строгостью и со всей серьёзностью на лице. Чонгук поджимает губы, уголки которых осторожно начинают ползти вверх. Он немного отстраняется и протягивает свои ладони к чужому лицу, накрывая ими с двух сторон и чуть задирает голову мальчишки, чтобы тот смотрел на него. — Обещаю что ты мне никогда не надоешь. — Такие обещания нельзя давать. — качает головой Тэхён. — Мне можно всё. — гладит нежно большим пальцем по щеке. Тэхён не сдерживается и улыбается в ответ. Убирая чужие руки от лица и накидывается сверху на Чонгука, обнимая всего, пытаясь вжать в себя. А Чонгук немного в удивлении, которое Тэхён не видит, не двигается пару секунд, а потом прижимает ещё сильнее к себе. Сдержанно улыбаясь в чужую макушку и вдыхая родной запах. Оказывается Тэхён утонул в нём ровно столько, сколько и Чонгук в нём. Просто остерегался показать то что внутри. Мужчина, когда шёл на всё это, знал, что придётся работать с тем, что есть, и разжечь чувства внутри Тэхёна, заставить полюбить, но, как оказалось, Тэхён уже сам на огромной скорости нёсся на встречу Чонгуку. Он пока ещё ничего не сказал вслух, но мужчина видел, что он уже любил в ответ. Он обязательно когда-нибудь озвучит это, а пока Чонгук просто заберёт мальчика себе. Продолжая прижиматься сильнее к мужчине, Тэхён чувствует, что впервые за долгое время счастлив. И наконец готов признать, что проигрывает в своей глупой внутренней борьбе, позволяя довериться уже окончательно и почувствовать себя немного счастливым. Только совсем немного. Чужие руки отодвигают от себя, заставляя посмотреть в ответ. Губы быстро находят друг друга и поцелуй закрепляет сегодняшний договор. Оба целуют искренне и оба подтверждают свои слова. Тэхён – немного резко, чуть кусая, как и его мысли в голове. Чонгук – нежнее, неторопливо сминая пухлые губы, не забывает гладить по щеке, удерживая шею мальчишки. Сегодня они начинают то, что уже не смогут легко закончить.