Ветер в твоих волосах.

Нова поднялась, когда все остальные уже были в сборе. Древесную выкладку на крыше обрамил ярко-красный закат. Солнце вновь поздно заходит за горизонт. Как никак, время близится к зиме. Нова садится рядом с Веспер, потому что чувствует себя нужной ей. Нет. Нова просто не хочет сидеть далеко от Веспер. И не хочет чтобы с Веспер сидел кто-то другой. Это странно, но Нову бы объяло необратимое чувство несправедливости. А сейчас ей вполне комфортно. Она то и дело поглядывает на сидящую рядом старшую ведьму. Та прокашливается. — Итак, мои дорогие приверженцы Союза Сожжения… — Она отмечает что-то в своей записной книжке. Нова давно заметила, что Веспер всегда носит её с собой. То в сумке, то во внутреннем кармане пиджака. — Недавно я получила извещение от самого Магистериума. На мой адрес пришло письмо с просьбой прекратить все наши… ох, конечно, «повстанческие» движения! Как славно, не находите? Веспер нерво хохочет и её лицо тут же меняется на совершенно озлобленное. — Снова эта хрень?! Мы покончили с ними раз и навсегда, и всё закончилось вполне мирно! Что им опять от нас надо?! Удивлённо спрашивает Шен. Он тут же откладывает все свои дела. Он тоже раздражён. Нова удерживается, чтобы изнеженно не дотронуться до Веспер, потому что она видит, как сильно та беспокоиться. Её как минимум хочется утешить. — Тише. — Веспер бросает усмиряющий взгляд на Шена. Тот стихает, но всё ещё обиженно дёргает за подол своего пальто. — Само собой, мы уладим конфликт с Магистериумом. Теперь они уважают нас и считаются с нами. Мы добились того равноправия, которого хотели, но, мои друзья, мы должны найти крысу, — Нова вздрогнула от того, как внезапно ощетинилась и стиснула зубы Веспер на этих своих словах. — Которая посмела оклеветать нас. На крыше начинается тихий ажиотаж. Все переглядываются, странно шепчутся. Нова решает спросить: — У нас есть план? Веспер переводит глаза на ловчую, а у Новы от этого взгляда сжимает все внутренности. Веспер смотрит с перчинкой ворчливости, но тут же смягчается. — Безусловно. — С её уст это звучит слишком изнеженно и, Нова уверенна, та замечает это. — Конечно. Конечно есть. Сначала нам нужно выйти на этого… кто-бы это ни был. Но, хочу вас обрадовать, у меня уже есть претендент на эту роль. — А что будет, когда мы убедимся, что это тот, кто нам нужен? Когда с языка Новы слетело это, она совсем не ожидала, как резко на лицо Веспер упадёт гротескная тень. Старшая ведьма замирает с ледяным выражением лица на несколько секунд, а потом отворачивается. Что такого она спросила, чтобы так реагировать, Нова пытается не обращать на это внимание. Хотя, скорее всего, правда не так сурова, как ловчей может показаться. Может, всё гораздо примитивнее. Ну что такого можно сделать этому доносчику? Заставить забыть о содеянном и дальнейших планах, напрочь стерев ему память? Бред какой-то. Однако Нова думает, что это был бы единственный выход. Дальнейшее продолжение совещания прошло куда более мирно. Так, Нова была осведомлена об их новой операции. «Яблочко» (какое странное название) представляет собой выслеживание, нахождение и дальнейшее выуживание информации из их цели. Целью стал парень, напрямую связанный с Магистериумом и бывший знакомый Веспер, когда-то с ней сотрудничавший. Первоначальный пункт их плана — узнать как можно больше информации, помимо прилагающейся. Парня зовут Джон Мур. Он работает в отеле «Огонёк» хостесом и вызывает как можно меньше подозрений, чем есть на самом деле. Вот он то им и нужен. По доказательствам Веспер, причём весьма весомым, Джон мог бы работать на Магистериум. Или работает там. Под прикрытием. Тем же нужна персона со стороны, как никак. Но у Новы единственный вопрос… зачем всё это? Магистериум бы никогда не обозлился на Союз Сожжения после недавнего официального перемирия, если бы их кто-то не подтолкнул на это. Но какая цель у запланировавшего всё это? Свергнуть Союз Сожжения? Опозорить их? Опозорить Веспер? Именно это Нова и не понимает. Ведь сейчас же всё хорошо, так почему это «хорошо» не может продлиться ещё чуть-чуть подольше? Эти мгновения были самыми умиротворенными за прошедшие… много лет. Даже не пересчитать сколько времени Другие были гонимы обществом. Это была настоящая жестокая дискриминация, которая повела за собой суровые последствия. Нова бы не хотела, чтобы так снова начиналось. Она только-только отказалась от скрывающих её настоящий цвет глаз линз. Ловчая спускается с крыши в гостиную Гнезда. Сейчас тут Других пореже. Остались только те, кто хочет продолжать наслаждаться уютом логова. Все остальные наконец выбрались на свет и пошли «покорять мир». Свободно, без осуждений. Это ведь так прекрасно. Вот и Нова не захотела возвращаться в свою квартиру. Вернулась однажды, но ей не нравилась та пустота, в которой приходилось находиться целыми днями. Гнездо ей роднее. К тому же, тут все её друзья. Нова заходит в комнату совершенно измотанная. Такая, что её не вымотать из этого состояния ещё несколько часов. По-хорошему, ей бы лечь, да отоспаться. Но что-то её останавливает. Предчувствие… Это предчувствие восполняет себя, когда в её дверь стучатся. Тогда она только опустила голову на подушку, даже не удосужившись переодеться в домашнее. А ещё она не смыла макияж и теперь её тушь легла на нижних веках, будто у Новы первая стадия превращения в панду. Она кличет, чтобы входили. Входит Веспер. Нова тут же подрывается с кровати. — Что ты тут делаешь? Разве у тебя не срочные дела, из-за которых ты ушла раньше с совещания? Веспер тянет хмурую ухмылку. Она водит глазами по комнате, оглядывая знакомый до самых фибр души интерьер. У Новы в комнате опрятно и пахнет свежестью благовоний с орхидеей. Терпкий запах их лепестков, запрятанных в тонкую палочку, оседает сладостью даже на корне языка. Веспер заводит руки за спину. Сейчас она смотрится измотанной. Ну, впрочем как и Нова. Веспер отмечает, что та очень милая сейчас. Под этой прикроватной лампой и тем, как красиво её оранжевый цвет очерчивает силуэт ловчей. Веспер неслышимо усмехается. — Если я скажу, что у меня не было срочных дел и я соврала, тебя это как-то успокоит? Я просто устала. Нова дёргает бровями и дёргает край покрывала на себя. Что за беспечность? И почему вообще Веспер призналась в этой своей… беспечности. Это так на неё не похоже. Веспер и сама себя ругает за это. Но так делает её осуждающая часть личности. На самом деле, Веспер просто испытывает подобие доверия к Нове. А ещё, ей хочется с ней побыть. Вновь. Ей стало категорически мало того, что было сегодня днём. Веспер присаживается на другой край кровати. Спиной к Нове. — Я могу лечь с тобой? Голос Веспер и вправду звучит измучено, так что Нова даже не оправдывает её. Она понимает её. Наверное, Веспер поэтому решила провести почти весь день с Новой. Только чтобы забыть реальные проблемы, настигшие её с головой. Нова, как анестетик… Веспер скидывает каблуки и грузно выдыхает. Оборачивается на Нову. Та замерла. А потом кивнула. Веспер думает, что не ожидала бы ничего другого. Она понимает, что и Нова тоже что-то к ней чувствует. Является ли это задатками влюблённости, а может это уже влюблённость, в любом случае, это их обеих негласно устраивает. Веспер забирается под толстое одеяло вместе с Новой, и теперь они лежат друг напротив друга. Веспер вновь любуется прекрасными глазами Новы. Теперь она может делать это совершенно свободно и совершенно всегда. От этого осознания на лице расплывается улыбка. Нова смотрит на эту улыбку, словно завороженная. — Что? Веспер пуще прежнего улыбается от тона Новы. Такого тихого, умилительно-деликатного. — Ничего. У тебя тушь потекла. Ты как панда. Смех Веспер перекатывается бархатом по комнате и застывает в ушах Новы. Старшая ведьма осторожно тянется рукой, чтобы стереть лишнюю тушь под глазами. Перед этим звучит вопросительное «Можно?», а Нова кивает. Кончики пальцев Веспер грубые на ощупь, но движения, совершаемые ими, нежные и слишком приторные. Веспер подправляет Нове макияж, и это въедается в её душу точно надолго. Это настолько… интимно. Всё это. Даже тишина, даже шорохи покрывала. — Ты красивая. Вдруг выдаёт Нова и тут же рдеет. Веспер польщённо щурится. Её ладонь всё ещё лежит на щеке ловчей. Веспер ведёт костяшками пальцев до острой выступающей скулы Новы. У Новы колотится сердце настолько, что невольно она думает, будто Веспер может услышать её пульс даже с такого расстояния. А Веспер, вскоре, лишь заправляет прядь тёмных волос ей за ухо и уводит руку. Совершенно смущённо. Хотя, на самом деле внутри неё уже давно пышные процессии ликования с сопровождением громкого гула труб. Веспер закусывает уголок своей губы изнутри, отведя глаза. — Ты тоже... Ты знаешь, когда мы только встретились, у себя в голове я уже проложила долгий путь нашего сотрудничества. Нова, ты такая хорошая. Я так благодарна тебе за твою преданность. Веспер видит, как Нова краснеет ещё больше, и ей хочется смущать Нову интенсивнее. Но выходит наоборот. Смущается больше Веспер. Ей то и такие откровения даются нелегко. Идёт минута тишины от Новы. Та только натягивает одеяло до носа и прикрывает глаза на мгновение. Веспер может заметить, как прорисовываются задорные морщинки в уголках её глаз. От улыбки. Веспер думает, что Нова очень красивая. Нова наконец подаёт голос. Глубокий, приглушённый плотным одеялом. — Я просто очень дорожу тобой, ладно, Вес? Вот весь секрет моей преданности. Ты чувствуешь ко мне то же самое, да? Веспер не сомневается ни на мгновение. Она просто берёт и выпаливает то, что первое приходит ей на ум. Это твердое и решительное «Да.»