Призрачный гонщик... на драконе.

А дело было... Так! Отец каким-то образом прознал что у меня есть друг и не просто друг, а дракон. И не просто дракон, а Ночная Фурия. Конечно я будь на его месте тоже убил любого, но... он достал свой меч и замахнулся на самое дорогое... МЕНЯ! Конечно его можно было понять, но убив меня на глазах у друзей и возможной возлюбленной. Он прервал род Кровожадных Карасиков. Но... после того как моя голова с руки "отца" слетела с моих плеч. Беззубик почуял что наша духовная связь разорвалась и по наитию прилетел на место моей казни. И увидев моё тело обезглавленное и друзей которые стояли и в ужасе смотрели на своего вождя и его обагрённый моей кровью меч. Многие жители Олуха слышали страшный вой Ночной Фурии, Беззубика. Отец и его попытался убить, но ему помешало одно видение... и имя этому видению, которое видели ВСЕ абсолютно, Хель. И богиня смерти громогласно сказала: - Я не дам тебе земной вождь убить единственного оставшегося в живых дракона породы Ночная Фурия. Ты уже убил своё единственное дитя. Вложи свой меч в ножны и никогда не вынимай так как на нём твой самый страшный грех. Кровь твоего сына! Конечно все были в ужасе Сморкала даже проронил по сему поводу несколько скупых мужских слезинок. Видать и у гордеца тоже затряслась пятая точка от ужаса. От того ужаса что учинил его дядя. Но больше всего плакала наша "железная леди" Астрид Хофферсон. Да что и говорить Плеваке тоже было жалко своего лучшего ученика и подмастерье. Вот так брошенный всеми я и оказался в Хельхейме. Где мне богиня смерти задала всего лишь один-единственный вопрос: - Иккинг Кровожадный Карасик Хэддок, хочешь вернуться к друзьям, блондинке, что по тебе убивается? Я же отошедши от шока решил сыграть перед богиней смерти гордеца Сморкалу: - Хочу. - сказал я. - Но что ты хочешь взамен того что вернёшь меня к жизни? - Вот это другой разговор. - похвалила меня Хель. - Пару пустяков... ничего более. Ты согласен? Да странно, но говорила она со мной как-то по-матерински с любовью. - Согласен, а какие навороты получит моё воскресшее тело? И чем мне придётся за это заплатить? - Ты уже заплатил цену... - Как?! - не понял я. - Когда? - Плата первая: то, что ты родился, а вторая: то что отец тебя убил не задумываясь о последствиях. И к чему это приведёт. Икк...помоги мне и будь свободен. - То есть ты моя мама? Тогда непонятно зачем ты напугала отца? - Он сильный викинг, он оправится. Поверь уж мне. - ответила Хель сыну. - Я же не только из Хельхейма за тобой сынок наблюдаю, но и за ним тоже. Когда ты родился я его тогда ещё предупреждала чтобы он не поднимал на тебя меч свой, фамильный. Он клялся всеми богами Асгарда что никогда этого не сделает. Но времена шли... и он забыл эту клятву. Предатель. Но не будем о грустном и прошлом. Что сделано, то сделано. Я знаю что ты смог подружиться с Ночной Фурией и дать ему имя Беззубик. И он действительно стал тебе другом. Он последний из таких драконов. Я только прошу тебя не мсти ему, но напугать его надо как следует. - Будет сделано. - сказал я и взял под козырёк. - Напугаем как следует, правда Беззубик? Дракон игриво боднул в знак согласия. Я и мама засмеялись и я почесал Беззуба за его слуховыми отростками. - И запомни Иккинг пугать пугай, но... не нападай! - Хорошо. - ответил я. Мы поговорили и я вновь почувствовал боль и так же некое тепло. Я очнулся в объятиях Ночной Фурии. Беззубика. Который потянувшись сказал мне: - Слава Хель! Ты живой! - Ты говоришь?! - удивился я. - Да. - ответил дракон. - Но... как? - спросил я. - Как так что я тебя понимаю? - Это дар Хель. - ответил Беззубик. Я стоял и пытался переосмыслить ответ Беззубика. "То есть мама меня наградила этим или прокляла?" - думал я ища ответ. Как вдруг я услышал ответ:"Конечно наградила тебя, сын мой. За то что ты первый, нет, не так, единственный кто смог приручить Ночную Фурию. И не просто приручить, а даже подружиться с тем кого все называли порождением молнии и самой смерти. Никто до тебя не приручал драконов.". И тут я понял что мама хоть и богиня смерти, но всё же меня любит.