Безнадёга

       Их взаимоотношения, разумеется, не остались в пределах маленькой школы чем-то тайным.        Правда, все не знали, как интерпретировать их. Несчастного ботаника третируют, принуждают помогать сдавать задания на оценки? Или хороший послушный мальчик вдруг решил, что ему надоел путь становления учёным и он выбрал опасную компанию? Или, что вообще маловероятно, и учителя сами не верили в лучшее, хулиган решил исправиться и потому нашёл покровительство у лучшего ученика?        Сайно слушал и усталые наставления от батька, которому звонил директор и рассказывал про свои наблюдения.        — Вон с каким хорошим ответственным пареньком дружишь, бери с него пример и проси помочь, если не справляешься с учёбой. — Германубис незаинтересованно кивал. Согласен был только с тем, что Нари — сама прелесть. А остальное… Ну, неинтересно.        Не стоит забывать, что Сайно не надеялся прожить долгую-счастливую.        — …Ты только Тигнари не обижай… — жалобно и нерешительно попросил какой-то парень из круга друзей ботаника. Махаматре ничего не стоило пройтись по списку его друзей в соцсети и понаблюдать издалека, в чьей компании он ходит домой. — Он очень добрый и перспективный, не порти ему жизнь.        — А кто сказал, что я намерен её ему портить? — осадил он боязливого просителя. А потом… Мрачная дума окатила его голову и утекла вновь противной болотистой водой в грудину.        А правильно ли занимать такого хорошего человека собой?        Хотя, ладно. Он, опять же, не планировал долго жить.

***

       — Ты… Хочешь пойти со мной домой? — уточнил брюнет, стоя с ним на крыльце их школы. Занятия с факультативом заканчивались поздновато, уже сумерки наползали на небеса, озаряя все облака персиковым цветом, таким кокетливым и нежным.        — Да. Все твои друзья разбежались куда-то. Но проводник душ составит тебе компанию и не позволит сгинуть во мгле. — Сайно важно вскинул головой, складывая руки на груди. А-ля, вот он, твой рыцарь в белых доспехах. А точнее покладистый Германубис, что раньше себя сам загрызёт, чем даст в обиду.        — Из какой рпг ты спёр эту фразу? И не должен ли ты, по сути, тогда меня умертвить, если ты проводник душ? — резонно растерзал в пух и прах весь его сценический образ.        — …Не думай об этом…        — Так и быть… — парень закатил глаза и сделал шаг вниз по лестнице. — Только давай без этого. Это кринжово.        — Да как ты смеешь. — Буркнул едва ли возмущённый Махаматра. Мало кто мог сказать ему такие слова и не получить по зубам. У Тигнари просто была привилегия миловидности. Даже представлять не хочется, как выглядят синяки, портящие идеальный фарфор его кожи…

***

       — Хош шаурмы?        — Не, дома поем…        Вот такие короткие перебрасывания фразами происходили на всём их пути. Сайно было совсем в другую сторону, но ботанику это было знать не обязательно.        Также он решил попарить и без спросу достал электронную сигарету. Поначалу ботан совсем не возникал, но когда клубок пара прилетел ему в нос, он поморщился.        — Что это за термоядерная дрянь? У всех нормальных людей что-то фруктовое и сладкое, а у тебя… Кисло-горько… Солёное?        — Не люблю фруктовое. Слишком приедается.        — Убери, пожалуйста, у меня очень чувствительное обоняние.        Слово Тигнари — приказ. Выдохнуть в сторону белый дымок и сложить вейп в карман. Можно потерпеть, пока не проводит.        Думая, как бы после такого снова замутить долгий разговор о чём-то познавательном и личном, Махаматра и не заметил, как очутился в незнакомом районе. Здесь его влияние было никчёмным, лишь слыхивали, вероятно. Да и он слыхивал про местные авторитеты, но никогда не имел чести лично перекинуться ударами в челюсть.        Чернеющие в темноте дома словно увеличивались в росте и смыкались непроглядным куполом над ним. Напряжение мигом налилось в плечи, утяжеляя каждый вздох.        Вот бы все стычки произошли строго после того, как Тигнари войдёт в свой дом.        Ботаник, к слову, преспокойно шёл дальше, словно бы и не боялся никаких возможных угроз. Сайно хотелось бы верить, что это из-за его присутствия. Что он дарит чувство надёжности и защищённости.        В его дворе на какой-то лавке, попивая пиво, которое им, конечно же, законно бы никто не продал, сидели какие-то быдловатые школьники. По одной сгорбленной посадке каждого из них было заметно. Махаматра привык сразу волком взоры кидать, но сейчас со скрипом себя отвернул.        Надо отвести Тигнари домой.        — Эй, а эт кто? — раздалось в отдалении. Сайно вжал голову в плечи.        Ему надо отвести Тигнари домой.        — Белобрысого не знаю.        Пожалуйста. Просто довести до дверей.        — Ёпт, дак это ж Германубис! — раздалось уже громче и ошарашенней. — Белобрысый и длинноволосый!        Правильно, бойтесь, бойтесь, не лезьте, только не лезьте.        — Босс?        После слова «босс» можно прощаться с романтичной прогулкой до дверей дома. Махаматра закатил глаза и совсем легонько коснулся локтя Тигнари, привлекая внимание.        — Я тебя тут оставлю. Домой попрусь…        — Герману-у-уби-и-ис!        Твари, даже мирно попрощаться не дали. Сайно обернулся без промедлений, глядя на рослого бритого парня, вальяжно шагающего в их сторону.        — Ну, я. Чё надо? — кинул он, глядя своим коронным волком. Может, его из-за этого стали с шакалом сравнивать? — А ты иди давай. Нечего тут смотреть.        — Вы чё, драться удумали? — воспротивился ботаник приказу. Сквозь толстый рукав кофты ощутилась хватка тонких пальцев. Его настойчиво потянули назад. — Ребят, давайте мирно в этот раз, а?! Он просто меня провожал!        — Я в чужом районе. За такую наглость нужно платить кровью.        — Какой ты честный! — улыбнулся местный авторитет. Его голос был погрубее и в общем-то он казался старше них всех. Друзья его, как гиены, собрались где-то позади. Взгляд главы гопнической шайки скользнул за спину Сайно. — Ботан, иди домой, мы тут сами потолкуем.        — Никуда я не пойду! Вы явно щас драться будете! — всё ещё не отпуская его руку, ботаник встал плечом к плечу к Махаматре. Получалось, что почти под локоть держал, как парочки делают.        Какое безобразие, Сайно, не об этом сейчас думать надо.        Впрочем, перекомпоновав все поведенческие моменты и фразы, хулиган пришёл к мысли, что Тигнари явно не получит по зубам за своё нахождение тут, только если под удар сам не бросится. Неведомо, почему откровенного ботаника не хотят отметелить местные власти уличного мира, но это и не важно. Будет он в сохранности — ну и ладно.        Только вот как убедиться, что он не полезет в горячую стычку их разнимать?        — На…        — Если он извинится, то вы отпустите его? — всё не прекращал строить миротворческие мосты брюнет. Сайно вздохнул тяжело, понимая, что его разве что силой утаскивать в дом и запирать, чтобы не мешал.        — Хм… Если на камеру на коленях попросит прощения, что вошёл на территорию Тигров-ришболандов, то отпустим без крови, да. — Выдал самодовольно альфа-тигр сей компании.        «Ха.»        — Но это же… — начал Тигнари.        — …Издевательство. — Закончил Сайно, проворчал по-шакальи. — Не дождётесь.        — Стой! — ботаник беспомощно дёрнул его назад за руку, но Сайно лишь вывернул её и выскользнул из рукава, оставляя его держать одну только кофту.        Два уличных зверя сошлись моментально, замахиваясь кулаками. Чья рука сократится быстрее? Мощного взрослого тигра? Юркого молодого шакала?        Первый удар был за Сайно. Повезло. С высокими и длиннорукими обычно непросто. Местный встряхнул головой под гул его соратников. Уклон, нырок — чужие кулаки пролетели мимо. Поджать, пролезть под когтистыми лапищами хищного кота и сразу всадить под дых. Услышать хрип и заметить попытку отойти.        Куда? Германубис только вонзил клыки и не намерен обойтись одним укусом.        Из-за отворота, соперник спрятал живот, и следующий удар прилетел в рёбра. Кости ударились о кости, по сухим ороговевшим костяшками прошлась скулящая боль.        — Если вы не прекратите, я вызову полицию! — кричал им на расстоянии Тигнари. Сайно не повёл и бровью. Всё равно уже всё было испорчено. Всё равно пришлось начать дуэль на глазах прелестного ботаника.        Махаматра не собирался давать сопернику продых — щемил и щемил его, делал шаг на каждое его отступление. Тот попытался его отогнать резким взмахом локтём, но шустрый присяд это исключил.        По плечу что-то ударило. Германубис мигом сделал контр-атакующий удар в сторону, но поздно понял, что это лишь издалека кто-то кинул в него пластиковой бутылкой.        И удар в висок.        Мощный, с силой всего веса рослого тигра-ришболанда.        Сайно ощутил, будто в нём что-то отключилось. Будто провод разорвало с золотой крошкой искр. Тело онемело. В ушах звон. Перед глазами пошла рябь, как на поверхности воды, но белые блики были чёрными провалами, что только разрастались.        Асфальт принял его не сильно гостеприимно, помимо первой боли пронзительным током прошлась и другая.        — Нокаут!!! — закричали вокруг глухо. В немеющие плечи впились пальцы. В нос ударил запах крови, голова раскалывалась. — Босс красава! Показал шакалу его место!        — Сайно?! — шлепок по щеке. Вроде, веки подчинились, открылись. Везде черным-черно, лишь где-то пятнами неясного света проскакивали хорошо знакомые черты лица. Немного желтизны, подчёркивающей силуэт в свете фонарей. — Сайно, ты меня слышишь? Ты совсем дурак? Ты представляешь, как опасны травмы головы?!        Это, вроде, не ему…? Хотя кто разберёт… Всё так глухо и боль с болезненным головокружением не дают сконцентрироваться.        — Да ладно, всё, он без чувств, я дальше его бить не стану.        Дышать тяжело. Руки…        Сайно холодной, страшно колотящейся рукой поймал запястье ботаника и некрепко сжал, подавая угасающий признак жизни.        — Всё хорошо, я звоню в скорую. — Подрагивающий голос тут донёсся чуть яснее.        «Перепугался, бедняга…»        «Пусть лица не видно, но…        »…не плохо умереть, глядя на него…»        И с этой мыслью он ощутил, как его тело изломило.

***

       Страшной силы утомление лежало пластом поверх всего тела. Дышать было проще, неконтролируемая дрожь не пронизывала тело, лишь болела голова. Вокруг пахло медицинским спиртом, едким и мерзким, резиновыми перчатками. Что-то тугое было на голове. Вслепую рука нашла это что-то. Это был бинт. Приятное воспоминание мелькнуло пред глазами. Касание холодных пальцев и гундёж ботаника.        — Сайно? — улыбка чуть не легла на его лицо, но позже он узнал голос и замял её. Приоткрыл тяжёлые веки, и тут же закрыл. Потом снова, пока прореха не стала пошире. — Вот знаешь же, что тебе здоровье беречь надо, а ты…! Хорошо, что нашёлся добрый человек, который тебе скорую вызвал. А шпана, с которой ты подрался, вызвала бы её?!        Пока батя ругался, Германубис пытался припомнить, что случилось. Да, он наткнулся на Тигров-ришболандов, зашёл на их территорию… Отказался от предложения о мире… И получил в табло мощным ударом с разворота. Такого, что организм забил тревогу, что в бестолковой голове всколыхнулся нездоровый мозг.        — И почему у тебя в кофте лежала электронная сигарета? Мало того, что табак сам по себе вреден, тебе его вдвойне противопоказано потреблять! Ты чего добиваешься?!        — Не ори. — Буркнул он, помассировав висок, укрытый шершавой марлей.        — «Не ори»?! Сайно, у тебя разбита голова, тебя чуть не убили! Что бы с тобой было, если бы не вызванная скорая? Что было бы, если бы эти отморозки продолжили тебя бить, пока у тебя приступ?!        Сайно хмуро молчал.        Выходит, если бы там не было Тигнари, то…? Ну, да. Они тоже честолюбивые ребята, но кто хочет понести ответственность за смерть незнакомого человека? Разбежались бы как муравьи.        — Ко мне тут подходил врач… — прозвучало уже как-то заговорчески. Но никакого заговора быть не могло, это ещё один подход к пилению мозгов. — Спрашивал, насколько я осведомлён о твоём состоянии и лечишься ли ты. Я, конечно, сказал, что покупаю тебе ламотриджин, и что ты его, вроде, даже пьёшь. Но, знаешь, я уже в этом не так уверен.        Сайно молчал, сжимая плотно губы. Словно на допросе.        — Ты же принимаешь его? Да?        — Пью.        — Врёшь. Как давно не пьёшь?        — …Два месяца назад вычитал, как надо правильно прекращать его принимать. Мне не нравилось, что реакция упала.        Не стоит забывать, что Сайно умеет порой искать информацию, когда она ему очень нужна. Приёмный отец лишь устало повесил голову. За окном, кажется, была чуть ли не чёрная ночь.

***

       Уже скоро лето, где-то жара печёт песок и асфальт, и оттого по воздуху идут волны турбулентной конвекциии. Кажется, что зной кружит голову, пытаясь запутать, пока солнце светит в самом зените.        А в тени раскидистого дерева сидит самое прелестное создание на свете — тёмные волосы, как ночная синева, как чёрная река зимой. И бледная кожа, словно бы лунная, такая нежная, чуть надавишь — треснет, как фарфор.        И смотрит с задорной улыбкой и прищуром.        Германубис не смел посмотреть волком.        — Думал, не придёшь. — Фыркнул ботаник и подозвал ладонью к себе.        — А ты меня ждёшь…? — буркнул Махаматра, покорно подходя ближе, и неловко сел на земь. — Я думал, после того раза ты меня видеть не захочешь.        — Ты про драку? Не волнуйся, я зол на вас всех.        — Всех?        — Твой дуэлянт со мной в одной песочнице сидел. — Ботаник подтянул ноги к груди и обнял их. — Его ребята меня не обижают, и я даже не подумал про то, что они могут быть опасны для тебя. Серьёзно, в чём смысл сражаться за территории? Вы же не президенты стран или звери какие-нибудь. Эти улицы всё равно вам по определению принадлежать не могут, вы просто школота, а не магнаты.        — В наших рядах всё по-другому работает…        — Через жопу работает. — Ехидно перебил ботаник. И они замолчали. Листва зашептала над головой, когда подул освежающий ветерок где-то со стороны моря, омывающего Сумеру. — У тебя эпилепсия, да?        Что-то содрогнулось от упоминания этого слова. Показалось, что она тут же явит себя, стоило только назвать, прямо как какой-то демон.        — Прости, что тебе пришлось иметь с этим дело. Это…        — Страшно? Очень. Я сначала даже замешкался и не знал, что делать. Повезло тебе, что я на ОБЖ не сплю и не маюсь ерундой. Но не думай даже, что все вокруг такие образованные и добродушные! Я все научные статьи перечитал про это, и знаю, как возникают приступы! — Сайно будто не хватило, что его отругал батя, тут ещё и ровесник напал, душа своими интеллектуальными речами. — Хватит тебе вейпить и на драки нарываться. Они их провоцируют!        — Ты же понимаешь, что я весь такой не от хорошей жизни? — угрюмо рыкнул он, снова стараясь защититься. Ну, потому что это уже смешно, что его так выбивают из колеи его слова и действия, делая таким маленьким, глупым и беспомощным.        — Понимаю. — Упрямо заявил парень, теперь садясь так, будто скрестил руки на груди. — Это явно не из воздуха взялось, но…        — Когда мне было семь, мне чуть биологический отец череп не раскроил. — И звенящая тишина, которую даже шелест листвы не перебивал. И шок, натуральный шок в прекрасных каре-зелёных глазах. Им не идёт блеск ужаса. Лучше не смотреть, чтобы не разочаровываться в себе. — Он постоянно меня с матерью пиздил. Когда мать откинулась из-за побоев и плохого здоровья, то я стал целью номер один. Я не знаю, почему выжил. Соседи заступились, наверное? Но с тем эпизодом врачи связывали мои приступы. Типа мозг повредился, и всё, добро пожаловать на учёт.        — Прости, мне жаль, что с тобой это случилось. — Прозвучало в тоне извинения. — Прости, что мои прежние слова прозвучали совсем бесчувственно, но я хотел донести до тебя… Позитивную мысль.        — Какую.        — Что можно изменить всю свою жизнь, если только взяться за это дело. Это всегда сложно, но никто кроме тебя этого не сделает. В первую очередь это нужно тебе.        — Ты знаешь, как подскакивает вероятность умереть при генерализованных припадках? Я могу не дожить…        — Я тебе скажу так: без лечения опасна даже маленькая царапинка. Знаешь, сколько мерзких вирусов на поверхности человеческой кожи? А на земле и других предметах, которых в день касаются тысячи людей и животных? — Сайно вновь, как уже надоело, поражённо молчал. — Это не смертельная болезнь, если начать принимать лекарства.        — Но… — Сайно вздохнул, прерывая свою попытку начать противоположные аргументы. — На все мои доводы ты найдёшь свой, выставляющий меня дураком?        — Только в этом и вижу свой смысл жизни. — Ехидно заявил брюнет и странно задержал взгляд на его руках. — Если тебе сложно определиться, с чего начинать, то давай я помогу тебе. Какая из рук у тебя — ведущая?        Сайно поглядел на свои криво-косо обмотанные свежими бинтами ладони. Даже на миг забыл, какой пользовался всю свою жизнь.        — Правая. — После этого ботан встал, обошёл его, взял за руку и сел рядом. Тигнари аккуратно перекинул его руку через своё плечо и зафиксировал, сжав его пальцы своими.        — Всё, я занял эту руку, теперь ты не будешь ею кого-то бить. Понятно?        Сайно от такого дар речи потерял и застыл, как статуя. И не мог ни звука издать, чтобы подтвердить своё понимание. А Тигнари напирал.        — Да, кстати, ты можешь кое-что мне сказать, чтобы начать новый этап своей жизни.        — …Что сказать? — чистое недоумение. Будто вызвали к доске, потребовали что-то рассказать по уроку, а что именно — не знаешь, всего слишком много, а ты и не слушал.        — Подумай хорошенько. Я не буду делать это за тебя. — Сайно ломал голову. И в прямом смысле, и в переносном. Это что-то из разряда того, с чем обычно встречаются все парни? Вспомнить заветную дату или заметить, что что-то изменилось во внешнем виде???        — Можно подсказку? — заискивающе буркнул он, совершенно не желая сейчас разрываться в подозрениях. Тигнари ткнул в сторону своего рюкзака, мол, изучай. Сайно подтянул тот к себе, неловко, из-за наличия в свободном доступе только одной руки, растегнул и оглядел многочисленное содержимое.        — Ежедневник. — Была финальная подсказка. Знакомый объект уж без того мозолил глаза яркой бирюзовой обложкой. Хулиган, оперируя всё той же левой рукой, раскрыл его.        Полистал. Просто заметки научного толка. Даже тут ребусы разгадывать?        Но как только он подумал попросить ещё подсказку, то увидел уже какой-то странный список без зарисовок и названий растений.        «1)Последнюю неделю он странно пялится на меня.»       «2)Было что-то вроде подката???»       «3)Только щас понял, что он стабильно ходит на общую биологию.»       «4)Попросился в друзья»       «5)Напрашивался на встречу»       «6)Пытался запугать моих друзей, чтобы делать проект со мной»       «7)Интересовался моим будущим»       «8)Принёс цветы и оделся как на свидание»        Сайно захлопнул его ежедневник. Кровь стыдливо подобралась к щекам.        — Ты… Кхм… Мне нравишься. — Махаматра отвернулся под довольный хмык ботаника. За это его запястье так щекотно и трепетно погладили прохладные пальцы.        — Ты мне тоже. Только вот я не хочу встречаться с бесперспективным молодым человеком, который надумал умереть в ближайшие лет пять.        — Ты не хочешь, чтобы я умер в ближайшие пять лет? — Сайно едва совладал с собой, повернувшись, наконец, к Тигнари. Тот капризно дул губу, щекоча ему запястье.        — Вот именно. Хочешь быть со мной — бросай драчки и начинай следить за здоровьем. И мы будем самой счастливой парой на свете!        — Мне достанется твоя тычинка? — хмыкнул Германубис и тут же приятные поглаживая прекратились с мрачным выражением лица Тигнари.        — Я не понимаю, ты наглый просто или правда не понимаешь, как это звучит со стороны…        — Ты думаешь, эти условия соблюсти возможно…? С моими-то бэкграундами.        — Конечно, возможно. — И лёгкая головушка брюнета легла так правильно на плечо. — И я тебе помогу…        В непривычной телячьей нежности… Сайно прикрыл глаза, расслабляя плечи. А ветер с моря дышал им в лица, унося маленькие кусочки скверны, что настыли на его вдруг обнажившейся душе.        И казалось, что его больше ничего не тяготило, открывая златые врата счастливой юности.