Драбблы СотриМик

Шота Айзава, более известный как Сотриголова, медленно двигается по пустынным коридорам королевского дворца. Стук его сапог звонко отдается в этой тиши, как и собственный ритм дыхания. Ластик ранен, на нем есть кровь как своя, так и чужая, но он займется этим потом. Прежде всего надо закончить свое задание. Осталось лишь отчитаться королю об удачно выполненной миссии. Брюнет в звенящих, но легких доспехах, (рыцарские он жуть как ненавидит) заходит в тронный зал, где его уже ожидает Тошинори Яги—сам король. Только заходя в просторную комнату темноглазый кланяется, игнорируя пульсирующую боль в ранах. —Ластик! Я рад что ты вернулся це… ладно, я хотел сказать «цел и невредим», но судя по всему это не про тебя. Тогда просто рад твоему возвращению. Шота закатывает глаза на бессмысленную речь короля. К счастью, за его опущенными волосами этого не было заметно. —Позвольте доложить, Ваше Величество. —Просит Айзава. Ему стоит добраться домой до того, как решит потерять сознание где-то поблизости ко дворцу. —Конечно! Как прошла твоя миссия? —Миссия выполнена успешно, Ваше Величество. Цель уничтожена, свиток у меня. Брюнет достает из сумки упомянутый свиток и немо спрашивает разрешения подойти к королю. Тошинори кивает и протягивает руку к потрепанному временем куску бумаги. Шота абсолютно не понимает на что он королю, но его работа выполнять приказы, а не задавать вопросы. —Хорошая работа, Ластик! —Благодарю. —Исцеляющей девочки, к сожалению, сейчас нет во дворце, так что навести целителя Ямаду. О, Шота знает этого целителя. Он был довольно странным эльфом, совсем не таким как другие. Им приходилось пересекаться раньше, Айзава даже разговаривал с ним. Действительно чудной эльф. —Как прикажете, Ваше Величество. —Отлично! А теперь можешь идти. Сотриголова снова кланяется, прежде чем уйти из тронного зала и направится к уютному домику на краю дворца. Эльфийское ухо Хизаши дергается, услышав чье-то приближение снаружи дома. Обычно его не навещает никто кроме Шузенджи и короля, а также редких слуг, но он не думает, что это кто-то из них. Блондин откладывает свою книгу, не забывая вложить закладку, а после открывает дверь до того, как удивленный посетитель успел постучать. —Сэр Айзава! —Весело вскрикивает зеленоглазый. —Давно не виделись! Потом эльф оглядывает Шоту более тщательно и уже взволнованно зовет его войти. На его переживания брюнет только усмехается. —Разве эльфы не должны скрывать свои эмоции? Хизаши на секунду задумывается, прежде чем пожать плечами. —Так неинтересно! —В знак подтверждения Ямада ярко улыбается. Айзава не сомневается в том, что у блондина есть другая причина отличаться, но не говорит этого. Может быть он узнает когда-нибудь потом. —Не знаю, что ты там обо мне думаешь, но я не умею лечить через одежду. —Сказал Хизаши. —Тем более доспехи. Опомнившись, Шота начинает снимать снаряжение. Доспехи довольно быстро спадают с него. Вот поэтому Айзава и любит легкие доспехи: в них можно хорошо двигаться, что помогает в таких миссиях, которые он обычно выполняет, а также он может снимать доспехи сам, не то что эти хвастуны в серебре, которые и меч толком держать не умеют. —Кстати, я видел твой недавний бой с сэром Тацубасой. —Ямада хихикает, продолжая копаться в своих запасах. —Это было невероятно! Айзава молчит о том, что знал о присутствии эльфа, поэтому решил немного покрасоваться. Он мог бы справиться с рыцарем и быстрее, но более жестоко. Подобное поведение было странно нехарактерно брюнету, поэтому он решил забыть об этом странном случае. Совсем скоро от ран Шоты ничего не осталось. Ямада не исцелил только незначительные царапины, которые и без него заживут через пару дней. Эльф действительно хорош в исцеляющей магии. Только Айзава собирался уйти, как Хизаши убедил его обработать и царапины. Он заявил, что, если темноглазый будет так беспечно относиться к даже маленьким ранам, он умрет где-то к тридцати. Он также выразил притворное удивление тому что он все еще жив. Действительно чудной эльф, забавный. —Ну, думаю, если бы я не нашел работу здесь… я бы был бардом! —Бардом? —Это действительно удивило Стерку. —Ага! Почему бы и нет? Музыка чудесна. С ее помощью можно выразить столько эмоций и даже совсем без слов! Сейчас целитель казался маленьким ребенком, восторженно рассказывающим о любимой игрушке. Это сравнение заставило Шоту слабо улыбнуться. —Я мог бы быть странствующим бардом! Я бы путешествовал по свету и делился музыкой с другими. Это ведь так невероятно! —Тогда я совсем не понимаю, почему ты торчишь во дворце. —Мечты—это конечно хорошо, но есть и более реальные вещи. Даже будь я бардом… я эльф. Меня бы не приняли. —Ты не казался мне тем, кто сдается из-за такой мелочи как раса и ее обычаи. Это заставило Хизаши рассмеяться. —Ты такой чудной! —Странно, что я думаю о тебе тоже самое. Дальше Ямада ничего не говорил, уже с улыбкой заканчивая свою работу. Он залепил последнюю царапину пластырем, а после поцеловал руку Шоты, вызвав удивление вперемешку со смущением. —Удачи, сэр Айзава! До встречи! —Спасибо. —Брюнет мягко улыбнулся. —До встречи. Выходя за деревянную дверь уютного домика, Шота думает о том, что вскоре мог бы зайти туда еще раз, но с иной целью.