Забытая история о литературном клубе

19 декабря. После свистка тренера студенты перестали бросать друг другу мячи и разбежались по залу. На занятиях по физкультуре перерывы официально не предусмотрены, поэтому наставник мог призвать к отдыху в любой момент и на любое время. Когда ответственный за спортивное образование мужчина в кепке и спортивной майке исчез за дверью, Марина поняла, что опять ответственна за группу. Посмотрев вокруг, она решила, что лучшим решением будет собрать инвентарь. Подмигнув Сене, староста группы опустилась на корточки и принялась за работу. Как только Макарова бросила мяч в корзину, она тяжело вздохнула и оглянулась на однокурсниц. На их лицах был заметен страх. Больше никто не чувствовал себя защищенным, особенно после оправдания Максима Кровного; это означало, что, возникни новый преступник, он тоже мог оказаться на свободе. Коллектив стал более разобщенным, и это касалось не только студентов потока СДО. Макарова очень переживала по этому поводу, хотя и не выражала эмоций вслух. - Хватит ворон считать. - Буркнул над ухом Земецкий. - Мы не всё собрали. - Ой, конечно, прости пожалуйста. - Дочь журналиста хихикнула, смутившись. Прогнав негативные мысли, девушка встряхнулась и постаралась улыбнуться. Всё-таки она - лицо команды, и ей стоит подать правильный пример. Закативший глаза рыжий друг слегка толкнул девушку и пошёл в сторону левого угла зала, собрать конусы, оставленные после разминки. В отличие от подруги он чувствовал необходимость обезопасить учебное заведение, пусть даже путём «лёгкого» увеличения паранойи. Не сказав никому, отец юноши, Дмитрий, запросил разрешение директрисы установить в аудиториях и коридорах камеры видеонаблюдения. Разумеется, Арсений ни словом не обмолвился об этом с Мариной. Закончив уборку, староста и её зам с довольными лицами разлеглись на груде матов. Подложив руки под голову, Сеня слегка зевнул и прикрыл глаза. Устроившаяся рядом брюнетка сложила руки на груди, зачем-то изображая тело в гробу. Макарова случайно вспомнила, как в прошлом году между группами устроили соревнования по лёгкой атлетике, и ей пришлось столкнуться с Сашей в ходе состязания по прыжкам с места. В тот день блондинка поскользнулась и едва не упала, но Нюра сумела вовремя её поймать, при этом толкнув тренера в зрителей. Одна из основательниц литературного клуба горько вздохнула. Теперь таких историй не будет. - Может, хватит? - Ты о чём? - Студентка в недоумении обернулась к другу, продолжавшему лежать с полузакрытыми глазами. - Я же слышу твои вздохи. Кончай вспоминать, иначе никогда из этого не вылезешь. - Легко тебе, ни разу ещё не терял близких. - Фыркнула Марина, которая тут же дала себе по губам, вспомнив о состоянии здоровья его матери. - Легко, говоришь? - Прости, прости! Я забылась… Может, ты и прав, я действительно слишком долго это перевариваю. Уже два месяца прошло… - Разумеется я прав. - Усмехнулся Земецкий, открыв один глаз. - Когда же ты запомнишь? - Сделаю такую татуировку себе на руке! - Девушка прошипела и отвернулась. Ей не нравился тон, который выбрал сын учёного. - Ого, шутишь про татушки. Неожиданно. - Всё, хватит. Пожалуйста. Ударив слегка зама локтем, Марина снова принялась наблюдать за группой. В основном все лежали на скамьях, грустно вздыхая и желая услышать звонок. Переведя взгляд немного влево, Макарова остановилась на Козыревой. У той сейчас месячные, поэтому ей было разрешено всё занятие просидеть с телефоном. Лицо шатенки не выражало ничего, кроме серьёзного настроя выполнить поставленную цель. Дочь журналиста сочувствующе пожевала губами, понимая, о чём думает Маша. Со дня суда та направила все силы ума и тела, чтобы раскрыть правду. Как и Марине, Марии было не наплевать на репутацию их общего друга. Из-за этого девушка перестала следить за собой и побледнела от недосыпа. Также она обзавелась несколькими врагами среди полицейских, с которыми столкнулась, когда проникла через вентиляцию в участок, изучить материалы дела. Марина понимала, что подруга ничего не добьётся и лишь гоняется за призраками, но ту уже невозможно было остановить. Вдруг Маша оторвала усталые глаза от экрана и пересеклась взглядом со старостой. После нескольких секунд немого общения Козырева вернулась к поискам, а брюнетка грустно покачала головой. - Как думаешь, где он сейчас? - Тихо спросила она, переворачиваясь обратно на спину. - Кто? - Сеня открыл глаза. - Макс. Он до сих пор мне не пишет. Маша рассказала, что он заблокировал её и на звонки не отвечает. Я очень переживаю, его же теперь ненавидит почти весь мир. - Нагнетаешь. - Земецкий поправил очки и причёску. - А если он заслужил? - Что?… - Конечно, я мало что понял, но видео - не мираж. Даже при первом просмотре чётко видно, что Макс убил тех твоих подруг. И ничего этого факта не изменит. - Подросток промолчал о том, что изучал записи три раза, и даже воспользовался для этого одним из суперкомпьютеров отца. - Это не может быть правдой! - Марина резко села. Арсений повторил за ней. - Ты же знаешь его с садика, он не способен на убийство! Разве что взглядом, но это другое! Я, как и Маша, уверена, что это подстава. Адвокат же сказал, что видео - фальшивка… - Есть вероятность, что вас просто обвели вокруг ху… кхм, пальца. - Возразил Арсений. - Давай смотреть правде в глаза - у Макса есть косвенные связи в полиции. Это родители. Наверняка они кого-то попросили похимичить над доказательствами. - Ты себя то слышишь? Мы же о наших друзьях говорим… - Теперь они только твои, не претендую. - Хмыкнул рыжий. - Марина, нужно сохранять бдительность, обозначая круг доверенных лиц. С этим должно быть строго, иначе ошибёшься, и жизнь не пощадит тебя. - Эм-м, как бы… - Цыц. Стоит лишь кому-то из моих знакомых не так пошевелить пальцем - я это узнаю. И тогда всё, конец. Никакой тени на моей репутации. А если уж говорить отдельно про Макса, то он никогда мне не нравился. Слишком уж себе на уме парень. Особенно плохо стало после того лагеря. Терпеть его вообще стало невыносимо, он ни к чему, кроме мультиков, серьёзно не относится… Ни говоря ни слова, Макарова встала и зашагала прочь. Даже после всех предыдущих попыток помочь Арсению избавиться от щепетильности и излишней практичности, он не сделал никаких выводов. Девушка тряхнула волосами, забывая весь услышанный негатив. Для неё Максим, не смотря на обвинения, навсегда останется другом, даже если другой её товарищ против. И она приложит все усилия, чтобы стать мостом между ними, который искоренит все конфликты. Когда-нибудь они втроём снова начнут общаться, как одна семья, это лишь вопрос времени.