В поисках счастья

В понедельник утром я привёл себя в порядок и плотно позавтракав, вызвал такси и тронулся в путь до места работы. С первой минуты в новом офисе не было ни секунды, чтобы я не нервничал. Всё-таки вчера мне казалось, что поговорить с Николасом будет легче, чем сейчас. Новая обстановка, люди и вся эта ситуация произошедшая в субботу вечером и разговор с истеричкой женой, изрядно потрепали мне нервы. Увидев меня на работе Николас сразу включил режим вежливости, и поздоровавшись со мной, отвел в свой кабинет. Я не знал, как мне начать разговор, топтался на месте и с каждой минутой мне становилось всё более неловко, чем прежде. Однако я собрался с силами и … — Ник… Герр Вислинг… Я бы хотел с вами поговорить. — Выдавив из себя эти слова я отвел свой взгляд в другую сторону, стараясь смотреть то на шкаф, то на какую-то статуэтку, но только не на Николаса. Было жизненно необходимо не показывать неловкости перед этим мужчиной. Небо затянуло грозовыми тучами, а воздух вовсю пропах озоном. Через не большое при-открытое окошко ощущался стойкий запах мелко моросящего дождя. Николас не поднимая на меня своих темных глаз, строго и как-то совсем не по-дружески произнес: — Герр Николаев, вы, пожалуйста, присядьте. Вячеслав мне вкратце описал все произошедшее и то, как вы себя повели отчасти и моя вина тоже. — Ваша? Но ведь, вы не знали, что я с Ши… с Вячеславом знаком?! — Вы правы Герр Николаев, не знал до вчерашнего дня, но это не меняет того, что вы встретились именно по моей инициативе. И как оказалось я жил почти четыре года с человеком, который в тайне боготворил вас, Олег. — слова Николаса ранили в самое сердце, и вроде бы я должен был радоваться, что мои чувства взаимны, но глядя на Николаса мне было совсем не радостно. — Простите… Но, вы пожалуй шутки шутите, да? — Невнятно проблеял я, но Николас проигнорировал мой вопрос. Сердце сжималось от новой волны боли. Ведь даже если бы Шик был свободен, то я… — Я не буду с ним видеться даю вам слово и надеюсь, что это никак не повлияет на нашу с вами работу. Конечно, мне также не приятна эта ситуация, но я ничего не чувствую к нему и поэтому вы можете быть спокойны. — Как ни в чём не бывало соврал я, пока глаза уже щипало от слез. — Вы можете быть свободны, Олег. Надеюсь вы не хотите портить наши рабочие отношения и понимаете, что в случае нарушения данного вами слова я вас уничтожу… Последнее слова Николас выговорил без какого-либо акцента. Я знал, что он не шутит. Хороший образ Николаса, развалился в моих глазах на миллионы мелких песчинок. Мне пришлось приложить максимум усилий, чтобы сдержаться и не ударить человека — с которым уже четыре года, живет мой любимый человек. А пока я злился и сидел за столом крепко сжимая кулаки, Николас жестом головы указал мне на дверь, и я еле сдерживая порыв новой волны гнева стиснул зубы, чтоб не потерять самообладание и не высказать все, что наболело, вышел из кабинета хлопнув дверью. Целый день прошёл для меня как в тумане, я куда-то ходил, что-то чертил, а из головы не выходил образ Шика. Его зелёные глаза, узкие губы и белая словно молоко кожа — разжигали все мои эротические фантазии с его участием, коими я грезил с момента нашей первой встречи. Мне стоило великих усилий держать себя в руках и не начать тут же сломя голову нестись по всему Берлину в поисках любимого человека, но я помнил, что дал Нику слово. А вечером, когда наш офис опустел, я вышел за порог фирмы в надежде хоть немного остудить голову и подумать. Снова во всю хлестал ливень и моя одежда моментально пропиталась влагой, вплоть до последней нитки. Я не брал такси, включая на телефоне GoogleMaps, планировал дойти до квартиры пешком. Но не осилив и пол дороги до назначенной цели, я зашёл в ближайший бекерай и занял единственный свободный столик. Выпив кофе и немного обсохнув, я вызвал себе такси и уже через двадцать минут был возле своего нового дома.

***

Расплатившись с таксистом, я оглянулся и прямо возле подъезда увидел ждущего меня под дождем Шика. Он стоял под разноцветным зонтом, по которому струйками текла вода. Погодка та ещё, и я снова весь насквозь мокрый встал на месте, позволяя ему сделать первый шаг. Просто посмотреть, как он поведет себя и что скажет. Шик стоял на месте, смотря на меня своими пронзительно зелёными глазами и сжимал свои тонкие губы. Наверное ждал, когда я приду к нему сам, но не тут то было. Развернувшись, я пошел в противоположную от дома сторону, мысленно ругая Шика и спрашивая: « Что тебе в конце концов от меня надо? Я уже пообещал, что не буду на тебя претендовать!» Разве того унижения со стороны его «партнёра» мне было мало сегодня утром? Или он пришел окончательно меня добить? Пребывая в своих невесёлых раздумьях, я медленно шёл между потоком людей и зонтов, с которых тёк ручейками холодный дождь, а от машин повсюду плескались брызги луж. Шёл и совсем забыл, что ещё пять минут назад стоял лицом к лицу с наваждением и проклятием в одном лице. Забыл, что должен был бежать и злиться, но вот я встал на месте и вдруг стало как-то тепло, почти жарко и холодные капли проливного июньского дождя не попадают мне на лицо и шею. Вокруг талии обвились теплые руки, а на плечо лег чей-то подбородок. Это был Шик! Он не остался стоять возле моего дома, а пошел вслед за мной. Зачем? — Прости меня… — Шею вдруг обдало горячим дыханием, а в груди что-то сладостно ёкнуло. Больше всего в данный момент, я боялся нарушить это чувство единения. Мы стояли посреди многолюдной улицы и мне было очень комфортно в его объятиях. Мы не обращали внимание ни на прохожих, ни на дождь. Мы стояли вот так — одно целое в этом мире. И мне не казалось это странным, шуткой или чем-либо ещё. Я нравлюсь Шику… Неужели? Как это получилось? Николас не врал? Не хотелось об этом думать. Не сейчас. Осталось одно единственное желание — стоять так всю жизнь плечом к плечу, забыть о тяготах и побыть слабым ещё хотя бы пару коротких минут. — Пошли, ты весь промок. — Подтянул меня ближе к себе Шик и, развернувшись в его объятиях, без единого слова, всем телом я подался вперёд. Наши губы соприкоснулись, нет не о каком сладко- страстном поцелуе не было и речи. Обыкновенное прикосновение, от которого алый цветок надежды распустил вновь свои лепестки, где-то глубоко в моём сердце и я даже сам не заметил, как нарушил данное Николасу слово…

***

Стоя друг напротив друга, под радужным зонтом, мы не спускали с друг друга глаз. Шик ухватив меня крепче за талию повёл в сторону предоставленного мне жилья, и я не раздумывая последовал за ним. Войдя в квартиру, сразу же обнаружил мокрые следы на полу ведущих из коридора на кухню, но я точно знал, что в квартире никого быть не должно. Тем более, что вошедший за мной Шик, стоял за моей спиной, и наследить уж никак не мог. Насторожившись, я снял мокрый пиджак, бросив его на пол рядом со стоящим пустым чемоданом, и сделав вид, что ничего не заметил, прошёл в спальню, оставив Шика стоять в коридоре одного. Быстро переодевшись вышел в коридор, но Шика ни в коридоре, ни на кухне я не обнаружил. Я не слышал, чтобы хлопнула дверь. Но об уходе Шика я подумал прежде всего. В квартире стояла тишина, я взял себе банку розового вина, который в выходной курил в Netto. И пошел в гостиную. Как я не додумался крикнуть и спросить, есть ли здесь кто? Пропажа нашлась у меня в гостиной… в руках разъяренного Николаса. Встав, как вкопанный, из-за увиденного, я чуть не выпустил мокрую только из холодильника розовую банку. — Что здесь, чёрт возьми, происходит? Никто не ответил. Я смотрел на Николаса, который силой зажал в руках Шика, ладонью закрыв ему рот. Я боялся как бы Шик не задохнулся. — Выпусти его, Николас! Иначе мне придется вызвать полицию. Как ты вошёл в квартиру? Николас усмехнулся, выпуская бледного Шика из рук и вынув из кармана связку ключей помахал ей в воздухе. — Слава не явился домой после проб. И я сразу понял, что данное мне сегодня тобой слово будет нарушено. И вот я здесь. — Это незаконно! — Не законно, но я же предупредил тебя, что уничтожу, если ты хотя бы вздохнешь в сторону Славы. Я не нашелся что ответить. Он говорил правду, но, ведь, я не совсем был виноват. Шик опередил меня и пришел сам. Чувствуя заминку в нашем «разговоре», Шик отошел от Николаса и не спуская взгляда с партнёра, подошёл ко мне, я могу поклясться, что в глазах его мелькнул страх. Светлая кожа лица Шика была немного красноватой на щеках, как после пощечины, а губы припухли от того, что он их видимо кусал. Наконец-то я отмер и не осознанно отошёл на шаг назад, в то время, как Шик пытался поймать мою руку. — Не подходи, — Злобно процедил я сквозь зубы отходя ещё на шаг назад, пока не упёрся в стену. Сейчас стало по настоящему страшно, потому, как я не знал чего ожидать от Николаса и каким образом он исполнит свою угрозу. Но всё же больше всего меня волновал Шик и что с ним сделает его же партнер, с которым они прожили столь долго. — Олег… — Шик снова попытался меня схватить за руку, но из-за пристального взгляда хищных глаз Ника, вздрогнул и сделал шаг назад. — Я так понимаю, что ты намерен задержать его себе, да, Слава? Решил изменить правила игры и стать сучкой для двоих? — обратился к Шику Николас. Я от этого вопроса не мне вообще стал сам не свой. Замер, сливаясь со стенкой и притворяясь, что я тут не причем. Это была иллюзия. Этого не могло быть в реальности. Какой-то кошмар. Глаза Шика налились влагой, а тело напряглось и замерло в метре от меня. — Ничего не говори Слава, ты в очередной раз меня предал… И что мне сейчас с вами делать? — Никки. — Жалобно обратился к Николасу Шик и опустился на колени. — Прости, но я не смог удержаться. Ты же знаешь, что я к тебе чувствую! — Чувствуешь? — Усмехнулся Николас и замахнувшись на отмах ударил Шика по лицу. — Деньги ты мои чувствуешь! Шлюха, какая же ты шлюха, Слава! Боясь, что Николас вновь ударит Шика, я оторвался от стены и встал перед державшимся за лицо Шиком. — Защищаешь? — спросил у меня Николас, — Разве не ты говорил, что ничего к нему не чувствуешь? Разве я не предупреждал тебя, что уничтожу, если посмеешь к нему приблизиться? — Говорил, но все же не позволю поднимать на него руку. Он ведь сказал, что любит тебя! Или ты привык всё решать насилием? — А-ха-ха, — Рассмеялся Николас мне в лицо и силой отодвинув меня в сторону, схватил Шика за шкирку, и силой выволок из квартиры прямо под дождь. Я чувствовал себя разбитым. Во мне было много чувств и они оказались в перемешку на данный момент. Я хотел все предотвратить, упасть на колени и зареветь, разбить Николасу его симпатичное лицо! Все что угодно, чтобы утихомирить бушующие во мне эмоции. Я прокручивал произошедшую на моих глазах картину снова и снова. До меня наконец дошла горькая правда — в моей жизни никогда не будет свободы и счастья. Меня вечно будут преследовать люди, которые хотят каким-либо образом испортить мою жизнь.