ripped jeans

Глава 1.

Солнечные лучи пробивались сквозь тучи. Трибуны разрывали радостные вопли и разочарованные возгласы. Последний матч семестра выдался действительно зрелищным: тактические приемы Когтеврана против хитрой игры Слизерина. Матч подходил к концу и Орлы были уверены в своей победе, предвкушая кислые, озлобленные лица Змей. Ловец серебристо-зеленого факультета сидел на метле и мысленно проклинал все на свете: темные тучи, загораживающие небо; солнце, режущее глаза так, что взор туманился белыми кругами; ветер, пронзающий дрожью потное тело и маленький золотой мячик.. Юноше понадобилось пару секунд на то, чтобы прервать свои размышления, похлопать длинными светлыми ресницами и убедиться в том, что ему не показалось. Снитч парил в метре от его лица, размахивая своими невероятно быстрыми, серебристыми крылышками, будто дразня и подначивая парня. Недолго думая, студент сорвался с места и погнался за шариком. И вот уже его не волновали ни тучи, ни солнце, ни ветер. Все, о чем он думал — победа. Он должен, нет, он обязан победить. И дело не в том, что парень был одним из тех, кто не умеет проигрывать и пойдет на все, чтобы достичь своей цели. Впрочем, это сейчас совсем неважно. Ловец несся по всему полю, словно не видя никого перед собой, словно не замечая, что соперники зажимают его, пытаясь скинуть с метлы, словно не слыша ликующие голоса, словно в этом мире есть только он и этот гребаный золотой шарик, размером с грецкий орех. Снитч с немыслимой скоростью устремился прямо в гущу туч. И на секунду не сомневаясь, ловец рванул за ним. Он озирался по сторонам, пытаясь поймать взглядом свой шанс на победу. Словно в пучине, шарик резво размахивал крыльями. Толчок вперед, пару маневров, вытянутая рука и сто пятьдесят очков Слизерину. Факультет ликовал, воспевая Драко Малфоя. *** — Гарри, я серьезно, успокойся, — девушка смотрела на парня так, словно он сбрендил. Глаза выражали сочувствие, а губы были сжаты в тонкую полоску. Она подошла к Гриффиндорцу, сидевшему на диване в гостиной факультета и положила руку ему на плечо. — Это же просто вечеринка? — Гермиона, они позвали туда всех! — Поттер вскочил и развел руки в стороны. Его волосы были растормошены, очки слегка съезжали с переносицы, а галстук был расслаблен. Гарри правда не понимал, почему его подруге все равно. Все знали, что Слизерин не славится дружелюбностью. — Они точно что-то задумали, Гермиона, и мы идем туда, — выпалил парень. Подруга лишь вздохнула и отвернулась, собираясь с мыслями. — Гарри, мы не пойдем туда... — девушка успела только начать, как ее нагло перебили. В комнату, широко улыбаясь, влетел рыжий парень. Он выглядел так, словно снова выпил любовное зелье и был настроен завоевать чье-то сердце. Почти вприпрыжку подбегая к друзьям, он спросил: — О чем вы говорите? О вечеринке Змей? — он вопросительно посмотрел на друзей, переводя взгляд с одного на другого. По лицу Уизли было видно, что он воодушевлен и решительно настроен после отбоя оказаться явно не в своей постели, мирно посапывая, как это сделают все приличные студенты школы. — Да, Гарри снова думает, что они что-то задумали, поэтому хочет пойти на нее, — девушка снова вздохнула и подняла брови, всем своим видом давая понять, что ее порядком беспокоит озабоченность друга Змеиным факультетом. Создавалось впечатление, будто Гарри, не привыкший к спокойной и размеренной жизни, специально искал приключения. — Но я не думаю, что идти туда — хорошая идея. — Гермиона, перестань быть такой занудой! — вспыхнул Уизли, тыкая в подругу пальцем. — Мы торчим в этом замке все время! В свои лучшие годы! Нам надо веселиться! Я не хочу рассказывать своим будущим детям о том, как проводил время за учебниками и получал подзатыльники от Снейпа, — нахмурился парень, но секундой после посмотрел на Грейнджер уже щенячьими глазами, и склонил голову вбок, словно спрашивал разрешение у мамы. — Ну же, Гермиона... — Рон! — вскрикнула девушка, явно раздраженная таким напором друга, — Если вы туда так хотите, то ваша взяла. Но я все еще считаю, что это плохая идея. — Прекрасно, — восторженно улыбнулся Поттер, и мысленно отдельно поблагодарил Мерлина за настойчивость рыжего друга, и Гермиону за слабость перед этой настойчивостью. Гарри направился к двери и, обернувшись, поманил друзей рукой. Уизли посмотрел на девушку, которая, в отличие от своих друзей, выражала крайнее недовольство от происходящего и явно продумывая про себя, чем же плохим обернется эта затея. Обнажив все тридцать два зуба, Рон взял Гермиону за руку и повел за собой. *** Ночной замок завораживал своей красотой и загадочностью. Гарри направил люмос в пол, друзья шли перешептываясь, чтобы не разбудить портреты, которые наверняка начнут ворчать и спрашивать, почему в столь поздний час студенты не в своих постелях. Подойдя к стене в подземельях они остановились. - И что дальше? - вопросительно посмотрела Гермиона на друзей, видимо забыв о приключениях с использованием оборотного зелья на втором курсе. Девушка сложила руки на груди и хотела уже начать размышлять, какой пароль может быть у преемников Салазара Слизерина, как услышала смешок Поттера. - Что смешного? Эти... Змеи пригласили всех на свою вечеринку и даже не додумались сделать что-то, что откроет доступ другим факультетам. - Нахмурившись проворчала студентка. - Чистая кровь, - Поттер сказал это с таким самодовольным лицом, словно победил в споре профессора Снейпа. Стена начала раздвигаться, открывая вход в гостиную Слизерина. - Но откуда ты знаешь? - удивленно спросила Гермиона. Нет, она знала, что Гарри может найти общий язык с кем угодно и что он знает намного больше, чем рассказывает ей и Рону, но чтобы настолько.. - Второй курс, Гермиона. Оборотное зелье, - ответил Поттер. Девушка готова была стукнуть себя ладонью по лбу и вскрикнуть «Точно!», но увидев комнату обомлела. Гостиная факультета была по настоящему красивой. Зеленоватый свет, обусловленный нахождением комнат под Черным озером и волшебными светильниками, освещал все вокруг. Потолки в гостиной были низкими, стены украшали гобелены с изображениями подвигов факультета в средние века. Несмотря на то, что в комнате были камины, атмосфера была холодная. У стен стояли старинные буфеты из тёмного дерева, а посередине темно-зеленые и черные кожаные диваны. Как только Золотое Трио переступило порог гостиной, комнату наполнили громкие восхваляющие возгласы, наполненные сарказмом и иронией. Гарри ни на секунду не сомневался, что все будет именно так. Чего еще можно ожидать от Змей? Поттер оглядывался по сторонам в поисках чего-нибудь подозрительного или странного, но, к его большому сожалению, самой подозрительной вещью в комнате оказался небольшой журнальный столик, стоявший рядом с диванами. - Они пьют явно не Сливочное Пиво, а что-то покрепче, - почти шепотом сказал парень подруге и кивнул головой в сторону стола. -Очень покрепче, - ответила девушка. Она не очень любила подобные вылазки, когда они происходили вне круга ее общения. Нет, она бы точно предпочла этому эссе по Трансфигурации или подготовку к СОВ. – Мы же не будем это пить, да? - Как это не будем? - рыжий парень был возмущен, наверное, даже больше, чем когда имя его друга вылетело из Кубка Огня. - Гермиона, мы пришли сюда веселиться,- запротестовал Рон. - не знаю как ты, но я буду это пить. Столько, сколько в меня влезет. И не вылезет. - Уизли направился к столику, плюхнулся на диван и под подначивания серебристо-зеленых начал вливать в себя Огневиски. - Рон прав. Нам надо влиться, чтобы они ничего не заподозрили. - И Поттер направился к другу. Кажется, девушка была права. Гарри помешался на теориях заговора. Гермиона уже в который раз пожалела, что согласилась с друзьями и пришла сюда. Немного поразмыслив и взвесив все «за» и «против», девушка все таки решила отдохнуть по-настоящему хотя бы раз в жизни. По крайней мере, завтра она сможет сделать выводы: стоит оно того или нет. Выдохнув, она села рядом с друзьями и попросила угостить ее. *** Ночь была в самом разгаре. Зеленый свет падал на тела разгоряченных студентов, громкая музыка и голоса смешались в голове. Эта ночь была явно одной из самых веселых за все время, проведенное подростками в Хогвартсе. Нет, конечно, Гриффиндордцы не были наивными зеваками и тоже устраивали вечеринки в гостиной своего факультета, но в сравнении с тем, что происходит сейчас - у Львов были детские утренники. Границы стерлись уже давно, никому не было дело до того, какому факультету кто принадлежит. Страсть, похоть и запах алкоголя сливались в гостиной Слизерина. Рон и Гермиона сидели в углу и о чем-то ворковали с перерывами на поцелуи. На утро девушка точно не пожалеет о том, что согласилась с друзьями: «за» вышло намного больше, чем «против». Гарри, порядком выпивший, танцевал посреди гостиной с остальными студентами. Вокруг творилось настоящее безумие, но не то, которое вызывает страх. Безумие, вызывающее эйфорию, которая окутывает тебе с ног до головы, и ты хочешь проживать этот момент снова и снова, не понимая, как жил без этого раньше. Поттер потерял счет времени уже давно, но тело молило его прекратить эти пытки: присоединиться к друзьям и немного отдохнуть или, может быть, выпить еще пару рюмок Огневиски. Второй вариант кареглазый откинул почти сразу, подумав, что если выпьет еще, то начнет раздеваться или что похуже. Юноша упал на кресло рядом со своими друзьями и томно выдохнул. Нужно было сделать это раньше, тело и вправду ломило. Сняв очки и потерев переносицу, парень задумался. Все таки это было странно. Змеи действительно пригласили всех просто так, ради веселья. Прошло достаточно времени и все было хорошо, никого не убили и даже не поранили. С чего вдруг такая приветливость? Хотя, кто сказал, что они должны сделать что-то сейчас. Возможно, эту ночь используют потом, в качестве шантажа.. И никто не удивится. По крайне мере Гарри не видел в этом ничего удивительного, это будет как раз в стиле Слизерина. От размышлений о хитром плане Змей парня отвлекла Гермиона: - Как ты, Гарри? - спросила Гриффиндорка, похлопав Поттера по плечу. Даже сейчас она беспокоилась за друга. И все таки, парню очень повезло с друзьями. - Все хорошо, Герм. - Улыбнулся Гарри. Он склонил голову набок и с теплотой смотрел на друзей, готовый плакать и благодарить Мерлина, что тот послал ему Уизли и Грейнджер. — Он снова смотрит на тебя, — наклонивший к уху друга, прошептала Гермиона. - Уже всю ночь. Гарри обернулся и стал искать глазами того, о ком говорила девушка. В глазах все плыло, алкоголь давал знать о себе, поэтому поиски были не такими простыми. Одаряя взглядом, кажется, каждого ученика, находившегося в помещении, Гарри внезапно остановился на холодных серых глазах, которые смотрели прямо на него в ответ. Парень смотрел на него, будто готовый съесть. Немного растрепанные светлые волосы, заостренное бледное лицо, на фоне которого губы казались слишком алыми. Высокий, худой, в черных брюках и белой рубашке. Рукава рубашки были закатаны по локоть, две пуговицы расстегнуты, открывая взору бледную длинную шею и выпирающие ключицы. Он выглядел.. красиво. Поттер чуть было не вскочил от этой мысли, а его щеки сразу залились румянцем. Белокурый видя это, лишь усмехнулся, не переставая смотреть. Он рассматривал Гарри, останавливал взгляд на каждой части тела, будто представляя, что бы хотел сделать с ней. В любой другой ситуации под «сделать с ней» Гриффиндорец подразумевал бы запрещенные заклинания, но сейчас Слизеринец смотрел на него по другому. С желанием. Мерлин. - Вы с Малфоем играете в игру «Чей взгляд похотливее» или я чего-то не понимаю? - с трудом сдерживая смех спросил Рон. Гарри обернулся, озадаченно смотря на друга, который уже не пытался сдерживаться и заливался хохотом. Казалось, что глаза Гарри выпадут из орбит. Он пробормотал что-то себе под нос и встал, направляясь к столу: - Мне нужно выпить. После слов Уизли парню очень не хотелось смотреть на Слизеринца, но, Мерлин, он будто магией притягивал взор. Даже зеркало Еиналеж не манило его так сильно, как этот платиновый придурок. Гарри правда не понимал, почему это происходит. Может, ему что-то подмешали? Или действительно существует заклинание, манящее взгляд. Он и раньше, бывало, смотрел на Малфоя. Как на обычного студента во время обеда в большом зале, как на врага, во время стычек в школьном дворе , как на соперника, во время матчей по Квиддичу, но никогда не смотрел на него как.. Как на объект желания. Что-то так манило его, что-то едва заметное, а может он весь, целиком. Светлые волосы, играющие на свету, как чистый снег в зимнюю пору. Алые губы, шепчущие что-то в ночи. Точеные, словно острие ножа, скулы, которые хочется засыпать поцелуями снова и снова. Худые, но крепкие, исполненные особой выразительности руки. И длинные пальцы.. Мерлин. Нужно перестать думать об этом. - Поттер, - будто это был дар свыше, парня окликнули, прекратив муки его собственного сознания. - Поттер! - голос становился грубее и напористее, и Гарри понял, что ему все-таки придется обернуться. В ушах шумело, а перед глазами мухи вытанцовывали самбу. Гриффиндорец обернулся и мог поклясться, что все, чего он сейчас хочет - провалиться сквозь землю. Ему навстречу, с нахальной ухмылкой и блестящими глазами, точно задумав что-то нечистое, шел Серебряный Принц. Обычно в такие моменты Гарри брал себя в руки и продумывал все варианты событий, причины и их вытекающие. Но не сейчас. Сейчас он думал лишь о том, что видел. Драко Малфой с немыслимой скоростью идет к нему навстречу этой своей невозможной походкой. Еще секунда и он окажется рядом. - Иди ко мне, Поттер, - Малфой облизнул губы, положил руку на затылок Гриффиндорца и жадно поцеловал. Они не замечали ни студентов, бросающих ликующие возгласы в их сторону, ни головокружение, вырисовывающее туннели в сознании, были только их губы, слившиеся в поцелуе. Драко напористо толкнулся языком в рот Поттера, а тот, ни на секунду не задумавшись оплел его своим. Поцелуй был грубым, властным, Малфой сжал темные волосы на затылке и потянул их вниз, синхронно наклоняясь, чтобы не разрывать поцелуй. Горячее дыхание обжигало кожу, казалось, что голова кружится не от алкоголя, а от желания, захватившего обоих. Огненная страсть пронзила, захватывая в свои объятия. Шепот воздуха на удаление от них не имел силы, они затерялись в темной глубине губ. Их языки танцевали умелым и слаженным танцем, исследуя друг друга с уникальной интенсивностью. Казалось, что время остановилось и в этом мире остались только влажные губы, обжигающее дыхание и сильные руки, сжимающие волосы. Гарри руками изучал шею Слизеринца, желая впиться в нее губами, оставляя багровые отметины, жадно кусать, а после зализывать «раны». Он хотел, чтобы руки Малфоя бродили где-то ниже затылка, заставляя всхлипывать и просить большего. И Малфой не был против, он хотел Гриффиндорца всего, целиком. Хотел сводить его с ума, слышать мольбу, слышать свое имя, срывающееся с губ Поттера в ночи, а наутро заклинаниями залечивать багровые пятна, чтобы не отвечать на вопросы Паркинсон и Забини. Давление в штанах уже не давало спокойно стоять на ногах, оба хотели большего, вожделели друг друга, но Малфой никогда не давал ничего вот так просто, и этот раз не будет исключением. Драко разорвал поцелуй и посмотрел на Гриффиндорца жадным взглядом, будто хищник смотрит на добычу. Гарри был покрыт румянцем, взгляд был затуманен, словно его только что вырвали из сна. Губы припухли, язык болел и, Мерлин, какой же он невинный. Драко понял, что ему немедленно нужно убраться отсюда, иначе он не выдержит. Он не мог позволить Гарри Поттеру стать его исключением. Только не ему.