"Я буду прямолинеен, месье Нёвиллет"

      Нёвиллет чувствовал на себе цепкие взгляды жителей крепости Меропид, когда направлялся к кабинету герцога. Взгляды были разными, и судья понимал почему. Но сейчас не это было главным, он оказал личный визит в крепость по рабочим делам.       Стук каблуков по винтовой лестнице уже должно быть оповестил хозяина кабинета о том, что ему стоит ждать гостей. Нёвиллет хорошо запомнил, что в голубых глазах Ризли промелькнуло удивление. Кажется, никто из служащих не успел сообщить о визите.       — Месье Нёвиллет, никак не ожидал вас увидеть.       Ризли тут же вышел из-за стола, чтобы поприветствовать Нёвиллета. Его глаза быстро заметили папку в руках юдекса. Нёвиллет не дожидался вопроса, а сразу ответил.       — Нам нужно кое-что обсудить в рамках вашего последнего запроса, герцог, — Нёвиллет раскрыл папку и начал перебирать листы. — Ввиду того, что сегодня у меня не было срочных дел, я решил встретиться с вами сам, а не назначать встречу.       Нёвиллету было несколько неловко признавать, что последнее время он старался чаще бывать за пределами дворца Мермония или театра Эпиклез в свободное время, которого и так было слишком мало. Вся история с письмом с угрозами показала, что в какой-то мере это полезно, да и прогулка помогает несколько взбодриться и собрать мысли.       — Не стоило так утруждаться, хотя Сиджвин явно будет рада вас увидеть, — Ризли улыбнулся. — Не откажетесь от чая?       С чаем их разговор затянется, а вот этого допустить нельзя. Всё из-за жителей крепости, которым явно не понравится долгое пребывание верховного судьи рядом, а ещё дел, с которыми лучше разобраться сегодня. С другой стороны, Нёвиллет так много раз отказывал, ссылаясь на дела, даже когда их почти и не было, что это было несколько невежливо.       — Хорошо, мы вполне можем выпить по чашке чая во время обсуждения.       Нёвиллет отправился к дивану, стоящему в другом конце кабинета, в лёгком затемнении, и расположился там, раскладывая нужные документы. Ризли пока занялся чаем и уже через пару минут и бумаги, и горячий напиток были готовы.       — Для начала, я бы хотел уточнить вопрос поставок и имеющиеся в них изменения, пункт пятнадцать и двадцать четыре вызывают некоторые вопросы, — Нёвиллет протянул нужную бумагу севшему рядом Ризли, а сам взялся за чашку, чтобы сделать глоток.       — А, это, — выдал Ризли, бегло пробежавшись по буквам. — После инициированного вами расследования и активности первозданного моря, случились не очень значительные изменения в условиях, потому пришлось внести корректировки в привычный план. Разовый ли это запрос, увы, пока не могу сообщить.       — Хорошо, тогда я принимаю это, — юдекс отставил чашку. — Перейдём, пожалуй, к изменениям в поставках меков.       Чай был неплохим, можно сказать самым вкусным из тех, что судья пробовал за последний месяц. И Нёвиллет не мог не отметить припрятавшийся за чайным привкусом вкус самой воды. Он мог с уверенность сказать, что это была не самая обычная вода из Фонтейна.       Они обсуждали дела ещё какое-то время. Нёвиллет разъяснил для себя все спорные моменты, они даже внесли несколько изменений, и на этом их встреча, как, впрочем и чай, окончилась.       — Благодарю за уделённое время, Ризли, — Нёвиллет уже хотел встать с дивана, как на его плечо надавила рука.       — Месье Нёвиллет, прошу вас задержаться ещё на немного.       Нёвиллет почувствовал странную эмоцию, которая исходила от Ризли. Он никак не мог понять, что это, и чужой голубой взгляд тоже делу не помогал.       — Есть что-то ещё, что нам нужно обсудить? — осторожно поинтересовался Нёвиллет.       — И да, и нет.       Это был, наверное, худший ответ, который доводилось слышать Нёвиллету в рамках данного вопроса. Учитывая его роль в государственном управлении и председательстве на судах.       — Что ты имеешь в виду, Ризли?       Вместо ответа Ризли блуждал взглядом по окружению, будто бы пытался что-то придумать или вспомнить, по крайней мере так это казалось со стороны.       — Нёвиллет, это прозвучит несколько спонтанно, — герцог начал издалека. — Но есть одна мысль, которая не покидает меня уже некоторое время, и я хотел бы разрешить её.       Нёвиллет пытался понять, о чём хочет сказать Ризли, но не решался его прервать возникшим вопросом.       — Ситуация сейчас наиболее подходящая, поэтому я подумал, что такой шанс упускать нельзя.       В этот момент рука герцога покинула плечо и оказалась на ноге Нёвиллета, сложно сказать специально ли или та соскользнула самостоятельно. Юдекс сконцентрировался на чужих словах, отбрасывая лишнюю мысль.       — Кажется, какое-то время только вы занимаете мои мысли, месье Нёвиллет.       Эта фраза заставила Нёвиллета войти в ступор. Пару секунд в его голове проходил мыслительный процесс, пока он не выдал свои мысли вслух в виде хоть какой-то реакции на случившееся.       — Ты говоришь о том, что я тебе нравлюсь?       — Если бы только нравился, — это Ризли как-то странно выдохнул, отведя голову в сторону. — И я считаю вот это «если бы» проблемой.       — Боюсь, я не настолько знаком с подобными изречениями, чтобы понять, что ты имеешь в виду, Ризли? — это было правдой, испытывая трудности с пониманием собственных эмоций, понимать скрытые за чужими словами чувства ещё сложнее.       — Тогда буду прямолинеен, — взгляд вернулся к глазам Нёвиллета, в них искрилась уверенность. — Я хочу тебя, Нёвиллет, почувствовать тебя самого и твоё тело.       Это откровение заставило Нёвиллета удивится, что в голове на короткое мгновение поселилась тишина. Что ж, это и правда было очень откровенно, да так, что юдекс опустил взгляд, не зная, как реагировать на подобное.       — Я- наверное, я могу понять тебя сейчас. Но всё, что мне нужно знать, Нёвиллет, это да или нет, — рука на ноге слегка сжалась. — Я приму любой твой ответ и в случае отказа больше не буду донимать тебя этим.       У Нёвиллета не было слов. Они просто не складывались в мысли, которые можно было бы использовать как ответ. Даже озвученные «да» и «нет» потерялись где-то далеко, будто их унесло водой. Что-то внутри отзывалось странно на слова Ризли. Кажется, было приятно знать, что кто-то возжелал тебя, но с другой стороны он не мог сближаться с людьми и в какой-то мере боялся, что когда-нибудь это может случится.       — Нёвиллет? — в голосе Ризли слышалось беспокойство.       — Дай- дай мне минуту, — с трудом проговорил Нёвиллет и прикрыл глаза.       Проще от этого не стало, но отключив визуальное отвлечение, мысли сами нашли нужное русло. Прошла, наверное, и правда целая минута, которую они провели в тишине. Ризли не сдвинулся с места, ожидая чужого ответа.       — Ризли, для меня это всё в новинку, — честно сказал Нёвиллет, открыв глаза. — Я так же буду откровенен, мне несколько льстит эта новость, но с другой стороны я опасаюсь последствий своего согласия.       — Если ты волнуешься об общественном мнении и о том, что более не будешь беспристрастным, могу тебя заверить, что никто не узнает об этом, — голос герцога был твёрд. — Я покидаю крепость, считай, только в рамках назначенных тобой встреч, ты приходишь ко мне с тем же вопросом, ничего не изменится, кроме того, что мы можем «обсуждать» дела несколько дольше.       Эти аргументы звучали разумно, но сомнения всё ещё охватывали мысли Нёвиллета. Его взгляд пробежался по лицу Ризли, по голубым глазам, по шраму на правой стороне, спустился ниже, коснулся губ, а после и вовсе дошёл до шеи, где из-под воротника хорошо видны были тёмные полосы рубцов. В нём заиграло тихое чувство любопытства.       — Хорошо, — вышло это как-то тихо и не слишком уверено. — Я готов дать своё разрешение, но при этом хочу оставить за собой право отказаться в любой момент от подобной близости.       — Согласен на эти условия, — на губах Ризли промелькнула улыбка. — Тогда, позволишь?       Нёвиллет кивнул, и теплая рука оказалась на его прохладной щеке. Ризли пододвинулся ближе, а потом и вовсе оказался лицом к лицу, чтобы осторожно прикоснуться к тонким губам. Легко, с опаской, будто бы любое неверное движение может всё нарушить. Нёвиллет не имел опыта, лишь понимал, как это всё должно работать. Он вполне мог ощутить аккуратные поцелуи на своих губах.       Его собственная рука сначала поднялась до чужой груди, а после как-то интуитивно зарылась в темные волосы на загривке. Кажется, он был свидетелем нечто подобного или какая-то неведомая сила вела его.       Ризли чужое действие понравилось. Он практически повторил его, только сжимая белые пряди и слегка натягивая их, вынуждая Нёвиллета немного запрокинуть голову. От этого губы инстинктивно раскрылись, но не успели озвучить возникший вопрос. Чужой язык проник в рот и это ощущалось странно. Нёвиллет не совсем понимал, что ему нужно делать, особенно когда чувствовал, как их языки соприкасаются. Он пытался повторить за Ризли, хоть как-то. Поцелуй неожиданно разорвался, оставляя между ними тонкую нить слюны.       — Для первого раза, ты неплохо справляешься, — произносит Ризли, делая резкие вдохи. — Продолжай в том же духе.       Герцог возвращается с поцелуем, более настойчивым, заставляя Нёвиллета сбиваться с собственных действий, теряясь от чужих. Темп поймать получается не сразу, «правильно» отвечать, как думалось Нёвиллету, и подавно. Но Ризли не жаловался, не исправлял его, даже не подсказывал, просто налетал на него как морской шторм, но сбавлял обороты, когда понимал, что оба теряют контроль. Это был контраст сильно напоминавший большие волны, бьющиеся о берег.       — Сразу обозначим стоп-слово, — произнёс Ризли, усаживаясь обратно на диван.       Темные волосы были взъерошенные так сильно, будто бы кто-то задал герцогу хорошую взбучку. Такое мысленное сравнение заставило Нёвиллета улыбнуться уголком рта. Он сомневался, что кто-то может победить Ризли в крепости Меропид, вот за её пределами ещё может, наверное, найтись несколько претендентов.       — Думаю, «суд», вполне подойдёт.       — Почему суд? — смысл «стоп-слова» дошёл до Нёвиллета, но он не совсем понимал, почему нельзя использовать банальный отказ и почему словом должен быть именно «суд».       — Во-первых, — Ризли стал загибать пальцы. — Я уверен, что ты думаешь об отрицательных словах. Поверь, «нет» может прозвучать в таких ситуациях, где оно будет иметь совсем другое значение. Во-вторых, «суд» достаточно короткое, и в-третьих, не вижу ни одной ситуации, ну кроме ролевых игр, где во время секса может прозвучать это слово. Убедил, месье юдекс?       На губах Ризли мелькнула ехидная улыбка, заставившая Нёвиллета устало выдохнуть. Этот мужчина своими словами когда-нибудь доиграется.       — Убедили, герцог, — кивнул судья. — Сказать «суд», если я захочу всё остановить.       — Верно.       Ризли надавил на грудь Нёвиллета, заставляя того лечь, голова устроилась на подлокотнике, а руки уперлись в обивку. Герцог закинул одну из чужих ног на диван, согнув её в колене, а другую оставил свисать с дивана.       — Ты когда-нибудь занимался подобным? — поинтересовался Ризли, убирая в стороны полы плаща, добираясь до ширинки чужих штанов.       — Что конкретно ты имеешь в виду? — Нёвиллет слегка приподнял таз, помогая стянуть с себя штаны.       — Допустим, секс.       — Нет, — о нём Нёвиллет даже не задумывался, может только в рамках дел, где это являлось актом преступного деяния.       — А мастурбация?       — Да.       — Ого, — Ризли присвистнул. — Не ожидал, месье юдекс, не ожидал.       — Моя должность не имеет к этому никакого отношения, — заверил того Нёвиллет. — Если того требуют естественные потребности, и это мешает моей работе, я считаю это вполне нормальным.       Ризли согласно промычал. Он скинул с себя пиджак, отбросив его на спинку дивана, при этом совсем про вещь не забыл и залез во внутренний карман. В руке появилась небольшая баночка с полупрозрачной жидкостью. О её предназначении Нёвиллет быстро догадался. Ризли вылил часть вязкого содержимого себе на ладонь и растёр ту пальцами. Нёвиллет внимательно за этим наблюдал и от него не ускользнуло, как Ризли мельком глянул на член судьи. Тот находился в спокойном положении и кажется никак не реагировал на происходящее. Удручающее ощущение пронизало воздух.       Нёвиллет ничего не мог с этим поделать, заставить работать желание было нельзя, а простого любопытства недостаточно, чтобы сработали подавленные инстинкты. Рука сама потянулась к чужому лицу и мягко огладила скулу, заставляя поднять голову. В голубизне глаз промелькнуло на мгновение замешательство, но у Нёвиллета не нашлось слов, чтобы объяснить ситуацию. Юдекс надеялся, что по его лицу всё и так можно понять. Нёвиллет извинялся за то, что не мог контролировать.       Рука в смазке взялась за член судьи прошлась от головки до основания. Дыхание на мгновение сбилось, но Нёвиллет быстро усмирил себя, наблюдая за чужими действиями. Он не мог не отметить, как это отличалось от того, что он делал сам. И роль здесь играла не только обстановка и ситуация, чужие эмоции и осторожные прикосновения давали очень много.       Юдекс бегал глазами от руки на собственном члене, который отзывался на ласку и постепенно набухал, до лица Ризли. Тот делал нечто похожее, но больше для того, чтобы увидеть реакцию на свои действия. Например, каждый раз, когда Ризли большим пальцем растирал выступившую каплю естественной смазки, дыхание Нёвиллета становилось громче. Да и вообще, любое взаимодействие с головкой отзывалось в теле юдекса, пусть не так явно, можно считать практически незаметно для невооружённого глаза. Но Ризли последнее время слишком много наблюдал, чтобы это так просто скрылось от него.       — Всё хорошо? — интересуется Ризли, проходясь по всей длине вставшего члена.       Тот был достаточно большим, у основания не очень толстым, а вот начиная от середины был шире и к головке вновь сужался.       — Да, всё в порядке.       Нёвиллет не совсем понимал, к чему Ризли задал подобный вопрос. Первой догадкой стало то, что герцог переживает за свои действия, не приносят ли они дискомфорт или что-то подобное. Но они же обусловились о стоп-слове и никаких предпосылок для его использования юдекс не находил.       — А у тебя- всё хорошо? — голос предательски сбился неожиданным выдохом, но Нёвиллет договорил фразу.       Ризли на мгновение замер, а потом усмехнулся, прикрыв глаза. Оставшаяся на его губах улыбка была немного странной, но по-своему доброй.       — Не волнуйтесь за меня, месье юдекс, — мужчина поддался вперёд, сокращая расстояние между их лицами. — Сегодня я хочу позаботиться только о вас. Позволите?       Нёвиллет не сопротивлялся. Его губы вновь накрыли поцелуем, несколькими, если бы точнее, очень быстрыми. Ризли практически сразу спустился к шее. Юдекс чувствовал чужие зубы, задевавшие кожу, но не более. Ризли хотелось бы оставить укус или след от поцелуя, но это всё будет видно, а подобного допустить нельзя. Лишь легкие прикосновения, замысловатые узоры языком и собственная выдержка. Сорвись он сейчас, нашёл бы сам для себя наказание за столь жестокое преступление.       Рука на члене ускорилась, и Нёвиллет первый раз издал что-то похожее на стон. Тихий, короткий, но точно стон. Ризли даже отвлекся от шеи, чтобы поймать взгляд Нёвиллета. Тот прикусил нижнюю губу и с виноватым видом смотрел в ответ, будто бы совершил что-то неправомерное и тут же попался в руки жандармам.       — Можешь не сдерживаться, Нёвиллет.       Было что-то в том, как Ризли, то обращается к нему на «вы», напоминая, что они всё ещё находятся в рабочих отношениях, то обращается на «ты», чтобы стать чуточку ближе. Эта игра из крайности в крайность добавляла своего специального привкуса ко всему происходящему.       — Двери здесь плотные, — это Ризли шептал уже на ушко. — Да и охрана явно видела, что ты зашёл в мой кабинет и ещё не выходил.       Нёвиллет сглотнул, поддался искушению и выдал ещё один тихий стон. Если бы не ситуация, Ризли бы назвал это мягкой ноткой какого-нибудь произведения с его пластинок. Последним штрихом, чтобы мелодия зазвучала так как надо.       Юдекс был близок к разрядке, это ощущалось по неожиданно возросшей влажности в воздухе вокруг. Под водой итак проблемы с тем, чтобы осушить воздух, а тут наоборот, каждый вдох был тяжёлым, но обычным морем не отдавал. Скорее чистый родник, сорвавшийся с самых высоких пиков.       — Ризли, я-, — одной рукой Нёвиллет уперся в плечо мужчины, а другой пытался остановить чужую на члене.       — Не бойся что-то испачкать, я уберу.       Ризли лукавил, с нарядом Нёвиллета явно будут проблемы, если они замарают его, быстро подобное не решишь. Юдекс выдохнул очередной стон и его рука крепче обхватила чужую, он задвигал ей вместе в одном ритме. Ризли поздно заметил возникшую магическую печать.       Кажется, когда Нёвиллет достиг пика, он прошептал имя Ризли. Сложно было сказать наверняка, когда выдох смешался с тихими звуками наслаждения. Ризли опустил взгляд и заметил перламутровые капельки, которые в воздухе собирались в одну большую каплю. Полуприкрытый взгляд Нёвиллета следил за ней, не давая развалится на части или поддаться гравитации.       Ризли быстро вскочил с дивана, добежал до ближайшего шкафчика и стал рыться в поисках полотенца, которое оставлял для особых случаев. Нёвиллет позволил перламутровой сфере упасть на подоспевшее полотенце и остаться там большим пятном. После, прикрыл глаза и попытался восстановить дыхание.       — Тебе понравилось? — решил узнать Ризли разбираясь с последствиями своих действий, а также приводя юдекса в порядок.       — Это было- необычно.       Именно так. Необычно. Это что-то на вид привычное, но при этом совершенно другое. То, что нельзя просто так взять и сравнить. Нёвиллет не видел сейчас слова лучше, но всё же добавил.       — Приятно-необычно.       — Значит ты не против повторить?       — Похоже на то, — Нёвиллет всё же заставил себя усесться на диване, хотя тело ненавязчиво говорило продолжить лежать и дать себе ещё времени. — Но я пока не знаю, когда буду свободен.       — Это не важно, Нёвиллет, — отмахнулся Ризли и встал с дивана.       Полотенце он кинул на край стола и то смешно свисало с края, пряча в складках темные пятна.       — А как же ты? — юдекс встал следом.       — У вас ещё много дел, месье юдекс, — мужчина стоял спиной, оперевшись одной рукой о стол. — Я справлюсь сам, не бойтесь, у вас ещё получится вернуть мне ответную услугу.       Нёвиллет больше ничего не сказал. Кивнул, поправил полы одежды, взял папку и отправился на выход из кабинета. Спустя первые несколько ступенек хотелось вернутся, ещё пару спустя хотя бы обернуться, уже на середине Нёвиллет сконцентрировался на звуках, доносившихся из кабинета. Стоя перед дверью, юдекс всё же поднял взгляд туда, где робко выглядывала стена второго этажа.       — Хорошего тебе дня, Ризли, — произнёс Нёвиллет достаточно громко и взялся за ручку.       — Вам тоже, месье юдекс.       Чужой голос слегка охрип, будто бы Ризли кричал весь прошлый день. Дело явно было не в этом, но Нёвиллет решил не влезать в чужую жизнь настолько глубоко. Ризли сказал не беспокоиться и именно это и надо делать.       Звонкие шаги быстро скрылись за закрывшейся дверью, и Ризли позволил себе осесть на пол. Он всё ещё не верил, что это правда случилось, а ещё его уже не держало на ногах собственное возбуждение и фантазии. Перерыв на чай придётся растянуть на подольше.       Из грамофона полилась спокойная музыка, скрипки тихо скользили по струнам. Из чашки вновь поднимался пар, а легкая цветочная нотка чая распространилась на весь кабинет. Сегодня Ризли мог дополнить свои фантазии очень яркими картинками.