Запретная любовь

Чмокнув в щёку на прощание маму, Настя вышла из дома на промозглый осенний воздух. Ветер больно бил по лицу, противный моросящий дождь обещал быть долгим: небо затянули серо – чёрные тучи. Закутавшись плотнее в пальто, Настя залезла в машину к отцу, большой внедорожник, марки которого она так и не запомнила за десять лет. Усевшись поудобнее, перекинув ремень безопасности через плечо, девушка достала из сумки свои документы и наброски речи, принялась повторять про себя, что скажет будущему начальству. -Доброе утро. Меня зовут Маркова Анастасия Глебовна. Я окончила юридический факультет университета имени Лобачевского по специальности 40.03.02 «Криминалистическая наука». Мне выпала честь иметь возможность получить работу в аспирантуре в Вашей Академии МВД, Максим Александрович. – тихо шептала она, плотно закрыв глаза. -Убери слово «Вашей». Максим заведующий кафедрой, а не декан. Это было бы неуместно. Оставь «Академии». – донёсся до её слуха сухой голос отца. -Да, ты прав. – Настя зачеркнула в заметках нужное слово, и продолжила репетицию, - я знаю на отлично основные дисциплины, такие как психология преступника, криминология, общую и особенную части, уголовное доказывание. Окончила университет с красным дипломом и медалью отличия. Почту за честь, если вы рассмотрите мою кандидатуру на должность аспирантки на кафедре Криминологии. -Очень надеюсь, что ты взяла с собой все необходимые документы, иначе всё пойдёт прахом, - сказал Глеб. -Да, папа. Все документы и бумаги у меня с собой в сумке. Я приготовила их ещё неделю назад. -Хорошо. Дальнейшая дорога разбавлялась лишь тихим шёпотом Насти, повторяющей свою речь и готовившей ответы на возможные вопросы. Зная, насколько требователен отец, можно сказать, что Максим Александрович такой же строгий. Она невольно погрузилась в воспоминания, вспомнив, как первый раз встретилась с давним другом её отца. Это было 11 лет назад, когда отца пырнули ножом на улице, когда он возвращался домой. Пропустив поворот на дорогу домой, Глеб остановил машину в обычном спальном районе, вышел и закурил, погрузившись в свои мысли – вспоминала рассказ отца Настя. Потушив сигарету, он подошёл к ближайшему подъезду, собирался уже выкинуть бычок, как сзади подошли четверо, на вид лет 17, пацанов. Один из них тут же достал нож и воткнул его прямо в бедро Глебу. Старый военный пусть и был знаком с болью, но нож вошёл в сухожилия, начисто лишив его возможности двигать ногой. Стиснув зубы от острой, пожирающей мысли боли, распространившейся по половине тела, он почувствовал, как его карманы начинают проверять эти маргиналы. Отодвинув боль на второй план, Глеб схватил одного из них за руку, резко вывернул и услышал хруст костей, похожий на ломание сухой ветки и тут же раздался пронзительный крик: один из хулиганов явно не ожидал такого. -Валим, пацаны, бумажник и мобила у меня, щас менты могут накрыть. Похер на этого старикашку. – раздался голос, который Глеб расслышал в немного угасающем сознании. Когда подростки в спешке убежали, мужчина постарался привести себя в сознание, оперся на холодную, железную дверь подъезда и осмотрел рану. Выглядело неважно: кровь сочилась из бедра, нож нельзя было вытаскивать, иначе за пару минут истечёшь насмерть, видимо, задета артерия. Размышляя, что делать дальше, дверь подъезда открылась. -Кто блять подпёр дверь, сраная шпана, какой раз уже? – прокуренный голос ругался на то, что не мог выйти. -Скорую, срочно. Ножевое ранение в бедро. Истеку кровью минут за 15, не больше. – перетягивая рукавом снятой куртки бедро, сказал Глеб. -Твою мать, мужик, не отключайся, уже вызываю, - После этих слов военный потерял остатки сознания и отключился. Очнулся Глеб уже в больнице, с затуманенным после операции сознанием, почувствовав, как мягкая рука сжимает его запястье. Глеб услышал тихое сопение и повернул голову в сторону этого звука. Он увидел маленькое детское личико, мило сопевшее и пускающее слюни на больничное одеяло. Увидев свою дочь, лежащую рядом с ним, на лице Глеба невольно возникла лёгкая улыбка. Ему казалось, что она всегда будет маленькой и беззащитной девочкой, хрупкой, словно хрусталь, готовой рассыпаться на маленькие части от малейшего прикосновения. Несмотря на её довольно частые истерики, Глеб очень любил свою дочь. Подняв свободную руку, он мягко погладил Настю по голове, в душе радуясь, что очнулся. От движений по койке, Настя проснулась, потёрла заспанные глаза и громко закричала, увидев, что отце проснулся. -Папа! Я так боялась! Не делай так больше, - пронзительный крик, с чуть слышным плачем наполнил палату. -Всё уже в порядке, Настя, вытри слёзы. Такой храброй и сильной девочке не подобает плакать. – не мог не успокоить дочь Глеб. -Мы с мамой боялись, что ты больше не проснёшься. Мама долго плакала, но сейчас отошла за едой. Подожди, я её позову, - уже более радостно сказала Настя, немного успокоившись. -Не надо никого звать, Мария уже пришла, - мужской голос, нёсший в себе уверенность, строгость и в то же время спокойствие, раздался сзади Насти. Повернув голову назад, она увидела большого мужчину, хотя для 10-ти летней девочки, половина людей кажутся огромными, но он внушал чувство, будто Настя лишь маленькое насекомое, которого он может раздавить одним пальцем. Человек излучал это ощущение не благодаря своему росту, или комплекции, а взглядом и незаметной аурой вокруг него. Лишь посмотрев в эти глаза у Насти пропал дар речи. Голубые, словно полуденное небо, цвета, глаза, отражающие тяжесть всего пережитого этим человеком, твёрдые и резкие черты лица, будто высеченные из камня. легкая щетина на подбородке, коротко и аккуратно подстриженные волосы. Увидев этого мужчину в первый раз, Настя подсознательно, сама того не осознавая, поняла, что запомнит его на всю жизнь. -Здравствуй, Максим. Спасибо, что пришёл. Нам надо поговорить. - сказал Глеб, увидев друга. -Дорогой, какое счастье, что ты жив, - бросилась на мужа Маша. Её заплаканные, красные глаза больше не могли выделять слёзы, и она лишь тихонько хныкала, прижавшись к груди Глеба. –Я так счастлива, - только и сказала она. -Не плачь, Маша. Всё уже позади, - обняв за талию жену, - мягко ответил мужчина. Он бросил взгляд на Максима, рядом с которым всё ещё безмолвно стояла Настя. Максим понял, что от него требовалось, кивнул другу, подхватил Настю и они вышли из палаты, позволив супругам поговорить наедине. Настю вынес на руках Максим, они сели на скамейку и воцарилось молчание. При первом взгляде на этого мужчину, Настя чувствовала свою ничтожность перед ним, сейчас же он излучал тихое спокойствие, смешанное с готовностью броситься в бой. Как гордый лев, возвышающийся над куницей. Она смотрела на него долго, не моргая, пока он не повернулся к ней и нахмурил брови. -Как ты себя чувствуешь, Настя? Такое событие пережить тяжело, уж поверь мне, особенно для такой девочки как ты. - сказал он, немного подумав. -Все в порядке, дяденька. – немного дрожащим голосом ответила она. – доктор сказала, что папа обязательно поправиться. -Конечно он поправиться, у него нет выбора. Он и не из таких ситуаций выбирался живым, уж поверь мне. – с едва заметной усмешкой сказал Максим, - И не называй мне дяденька, чувствую себя старым. Моё имя Максим. Я хороший друг твоего отца. -Хорошо, дядя Максим, я запомню! – с улыбкой, заметно расслабившись сказала девочка. – Но если вы хорошие друзья, то почему папа о вас не рассказывал? – приложив палец к подбородку, спросила Настя. -Это уже надо узнать у него. Если Глеб решил сохранить меня в тайне, то пусть так и будет. Могу лишь сказать, что знакомы мы ещё со школы, когда он хотел стать учёным, мы учились в одной школе, потом в одном университете. Хорошее было время. – погрузился в воспоминания Максим. -А я хочу стать художницей и рисовать красивые картины, чтобы люди смотрели на них и радовались! – с улыбкой прощебетала Настя. – Но папа говорит, что надо учить науки, и учит меня многим разным интересным вещам, но мне это не очень нравится, дядя Максим, я хочу рисовать. -Твой папа очень тебя любит и лишь хочет, чтобы ты сама могла о себе позаботиться в нужный момент. Те знания, которые даёт тебе отец, очень пригодятся тебе в жизни, поверь мне. -Я понимаю это, дядя Максим, но папа многое мне запрещает. Он очень строгий и часто требует от меня слишком много. Часто я чувствую себя не в своей тарелке, когда учу всё, что он мне даёт. Я знаю, что это очень полезная информация, чтобы разбираться в людях, но я не чувствую себя собой в такие моменты, понимаете? – опустив голову, сказала Настя. -Глеб очень упрямый человек, если он поставил цель, то достигнет её во что бы то ни стало, тут я бессилен. Я попробую с ним поговорить на этот счёт, но не могу ничего обещать. – ответил Максим, глядя на Настю -Спасибо, дядя Максим, - тут же обрадовавшись, Настя обняла друга отца, едва охватив четверть его грудной клетки своими детскими ручками. В этот момент Маша вышла из палаты, и улыбнулась, увидев, что её дочка подружилась с новым человеком. -Солнышко, иди обними папу. Мне с дядей надо поговорить, хорошо? – наклонившись и потрепав за щёку свою дочь, сказала она. -Да, мама. – Настя послушно встала и с побежала к папе. Убедившись, что Настя их не слышит, лицо Маши стало серьёзным. -Максим, я хочу, чтобы эти гады, чуть не сделавшие моего мужа инвалидом, были наказаны по всей строгости закона – с гневом в глазах, сквозь зубы, прошипела она. Такое резкое изменение в поведении женщины, не удивило Максима. Он знал, что Глеб и Настя для Маши были смыслом жизни. -Можете не беспокоиться, Мария, я уже позвонил знакомым из следственного отдела. Они начали работу. – уверенно ответил Максим. -Очень хорошо, спасибо тебе. – гнев понемногу отступал на второй план. -Не нужно благодарностей. Я сделал бы это даже без вашей просьбы. Если на этом всё, я удаляюсь, у меня ещё много дел. Рад, что Глеб пойдёт на поправку. – встав со скамейки, Максим направился к выходу. -Спасибо, что пришёл. Мой муж очень это ценит. – немного подумав, сказала Маша. Максим на секунду остановился, размышляя, что сказать, но всё же решил сохранить молчание. Во время этого разговора, Настя мирно лежала на плече у отца и вела разговор ни о чём, и о обо всё одновременно. Из воспоминаний десятилетней давности её вырвал голос Глеба. -Мы приехали. Покажи себя с лучшей стороны. Я знаю, ты это можешь, - посмотрев в её сторону, сказал он. -Хорошо, папа. Обещаю, я тебя не подведу. – уверенно ответила Настя. -Не обещай, а сделай, - напоследок сказал Глеб. Настя вышла из машины на всё также идущий дождь. На пороге академии, она выдохнула и вошла внутрь.