Падший король

Here we go I put my head in the clouds I'm on my way to the top Our time is now I hope we'll meet again Cause I took my chance and I changed my stars I fall, I fall to pieces Gone astray on my way to touch the sky I never felt so broken I never felt so hopeless Stars will change

/Final Story/ Замок темен и тих, укутанный туманом Сумеречных островов. Полночь позади, огромные часы в парадной столовой упорно отсчитывают минуты. Тихий шелест: тик-так, тик-так… Кажется, что здесь нет ни одной живой души, такая неправдоподобная тишина царит в каменных стенах, растекается по витражным окнам. Виего просыпается от ощущения пустоты. Какая ирония, пустота ведь всегда с ним. С того самого дня, когда черный туман поглотил душу его возлюбленной, пустота - его верная спутница. Но сейчас это чувство другого рода. Он осматривается. В комнате темно и прохладно, а в постели кроме него никого, хотя он точно помнил, что засыпал, прижимая к себе хрупкое тело Хвэя. Сейчас же художника нигде нет, и ни единый звук не выдает, где он может быть. Король встает и отправляется на поиски. Король. Еще одна ирония. Подданные почти все разбежались после первого же приступа его черной ярости, что стала проводником потустороннего явления, называемого жителями Рунтерры «Страховин» - черного ядовитого тумана, забирающего слабые души. Осталось лишь несколько человек, кому некуда было идти. Замок зачарован и не находим для случайных путешественников, иронией судьбы заброшенных на острова. Его королевство расколото и поделено между соседними правителями и Черным туманом. Словом, некому было нарушить их скрытое от глаз уединение, и все же Виего овладело странное предчувствие. Даже не беды, нет. Изменения. Он поднялся и вышел из спальни, без труда ориентируясь в темных коридорах, направился к величественной лестнице. Между пролетами слабо горел одинокий масляный светильник. В его свете было видно, как облупляется краска с баллюстрады, а перила покрыты слоем пыли. Весь огромный замок постепенно приходил в запустение. Некому было следить за ним, заботиться о чистоте и порядке в его бесчисленных покоях, залах и коридорах. Некому блюсти сохранность внешней архитектуры и красоту внутреннего убранства. Некогда величественный и светлый, сейчас замок был холодным и пустым. Совсем как его хозяин. Виего держал путь в мастерскую художника. Почему-то ему казалось, что он найдет Хвэя именно там. А даже если и нет, именно в мастерской Виего ощущал странное спокойствие. Завершенность. Словно кусочки мозаики медленно собираются в узор. Хвэй оказался именно там, где и он и рассчитывал. Его тонкий силуэт росчерком туши выделялся на фоне огромного окна. Виего медленно подошел к художнику. Юноша стоял перед портретом короля и вглядывался в ломаные линии. - Я знал, что найду тебя здесь, - почему-то получилось шепотом. Хвэй вздрогнул и обернулся к нему. - Я не мог уснуть, мой король. Виего поморщился. - Долго ты еще планируешь так меня называть? Я давно не король, и повелевать могу разве что руинами. - И мной, - прошептал творец, опуская взгляд. Виего вздохнул. Отошел от него на пару шагов и оказался перед портретом Изольды, что был написан при жизни. Она смотрела на него ясными янтарными глазами и, казалось, чуть улыбалась. Привычная пустота внутри больше не завывала злым ветром. Буря в душе улеглась. Он смотрел на любимое лицо, изображенное на портрете. Он чувствовал рядом тепло и тихое дыхание художника. Виего не наделял Хвэя качествами своей погибшей возлюбленной, но не мог не признать, что именно он помогал ему справляться с этой утратой. И он же все время освежал в памяти день ее смерти одним своим присутствием. - Ты разве сожалеешь об этом? О том, что формально ты все еще мой подданный? Хвэй словно бы задумался. Он долго молчал, а Виего ждал, когда тот заговорит, хотя уже знал ответ. - Иногда. Порой мне кажется, что лучше бы я никогда сюда не приезжал, и не знал бы тебя, мой король. Виего невесело усмехнулся. - Иронично, особенно если учесть, что все происходящее вокруг - твоих рук дело. - Моих? Король развернулся на возглас и встретился с широко распахнутыми янтарными глазами художника. Улыбнулся краем губ. - А разве нет? Разве не в этом твой секрет? Все случилось именно так, как было нужно тебе, не так ли, художник? Хвэй затравленно смотрел на своего повелителя, тщетно подбирая слова. Они не находились. Как он узнал? Как он смог догадаться о его сущности? Нет, этого не может быть! Холодный взгляд повелителя пробирал до костей, а кроме того, он чувствовал на себе еще и взгляды с портретов. От сумрачной Изольды тянулась ледяная мгла, струилась по полу, подбираясь к ногам художника, резонировала с его внутренней тьмой. - Что ты имеешь в виду, мой король? - шепотом. На ты. Так он называл его в самые интимные моменты. Сейчас это казалось фальшивым, неуместным. Хвэй очень хотел объяснить Виего, что творится в его душе, но не мог найти слов. Король поморщился, покачал головой недоверчиво. - Только рядом с тобой я не ощущаю жуткой пустоты внутри, что поселилась во мне с ее смертью. Только тебе я могу доверить, что я чувствую, и мне становится немного легче. Я делал тебе больно, творил с тобой ужасные, постыдные вещи, но ты остаешься рядом. Я укрыл свой замок пеленой чар, не позволяющих его обнаружить, чтобы никто не нарушал того хрупкого равновесия, что держится лишь благодаря тебе. Разве я тобой повелеваю, художник? Хвэй во все глаза смотрел на своего повелителя. Что-то горячее коснулось щеки, он поднес к лицу руку, коснулся, и с удивлением понял, что это слезы. - Я люблю тебя, мой король, - сорвалось с его губ. Виего вздрогнул, его лицо окаменело. Он смотрел на художника не моргая, ожидая, что он скажет дальше. Признание повисло между ними тонкой нитью, что готова вот-вот порваться. И Хвэй понял, что если не скажет сейчас, то уже не скажет никогда. - Ты прав в своих подозрениях, повелитель, но меня не выгода сюда привела. И не злой умысел. Я не знаю, почему я родился таким, откуда во мне эта тьма, что питается чужими страданиями. Меня всегда влекло к боли, потерям… Это сильнее меня. Я пытался бороться, но все бесполезно. Тьма привела меня к тебе. Тьма пировала на обломках вашей с Изольдой любви. Но в то время зародилась моя любовь! И мне страшно, Виего. Мне ужасно страшно, что когда-нибудь то внутри меня, над чем я не властен, разлучит меня с тобой. Насытится и уведет куда-то, где пучина страданий не имеет дна. Я не хочу этого. И не знаю, что делать. Он говорил, а слезы все текли по щекам горячими потоками. Хвэй их не сдерживал. Он должен был сказать, объяснить что чувствует. Виего должен знать, что не тьма держит его рядом с ним, хоть именно она и привела его сюда. Король шагнул вперед и притянул художника к себе. Хвэй уткнулся лицом в шею Виего и закрыл глаза. Согревающий холод. Именно так он мог описать эти объятия. - Понимаешь ли ты сам, что только что сказал мне, художник? - голос короля был тих и надломлен. Хвэй покачал головой, не желая думать ни о чем, кроме этих сильных рук, широких плеч, мягких посеребренных сединой волос, пахнущих горькой полынью и морозной хвоей. - Получается, что излечивая меня, ты приближаешь расставание. Я знаю, о какой тьме ты говоришь. Рядом с тобой моя боль притупляется, и однажды пройдет совсем. И тогда ты уйдешь от меня навсегда, художник. Ты не сможешь противиться своей судьбе. - Я не хочу. Не хочу уходить. Я люблю тебя, Виего. Я полюбил тебя тем счастливым молодым человеком, что готовился к свадьбе со своей возлюбленной. Я продолжал любить тебя в момент твоего падения. Я люблю тебя сейчас. Лучше бы я никогда не видел и не знал тебя, если мне уготовано тебя потерять. Объятия окрепли. Хвэй знал, чувствовал, что через грусть и чувство обреченности, король улыбается. Сам он не мог похвастаться тем же, черная пропасть в нем завывала, как снежная буря в зимнем лесу. Он не смел шевельнуться, казалось, что тогда Виего разомкнет руки, и он останется один, и все рухнет. Его пальцы впились в плечи короля мертвой хваткой. - Не отпускай меня, повелитель. Пообещай мне. Пообещай, что когда тьма воззовет ко мне и я соберусь уйти, ты убьешь меня. Пообещай. Я не хочу, я не буду жить без тебя! Он всхлипывал как ребенок, уже не сдерживая рыданий, ища утешения в близости своего возлюбленного. Виего баюкал его в своих объятьях, гладил по темным волосам и прижимал к себе все крепче, касаясь виска губами. - Идем. Ночь на исходе. - Пообещай мне… Король вздохнул, выпустил художника из объятий и заставил его взглянуть себе в глаза. - О чем ты просишь меня? Что ты будешь делать здесь рядом со мной боги знают сколько времени? Разве могу я держать тебя здесь? Хвэй умоляюще смотрел на него. Виего был уверен, что будет не понят, но знал, как следует поступить. Знал, как сохранить их связь. И их любовь. - Я изгоняю тебя, художник. Глаза юноши расширились от ужаса и непонимания. - Я приказываю тебе уходить. За пределами этого замка, за пределами моих земель лежит целый мир, полный тьмы и страданий. Тьма внутри поведет тебя к ним. С твоим уходом, сердце мое будет разбито снова. Ты будешь знать, что самая глубокая бездна, самая чудовищная пустота заточена здесь. И потому, ты вернешься ко мне. Снова и снова ты будешь возвращаться ко мне. С каждой разлукой освежая те раны, что есть в моем сердце. Лишь для того, чтобы придти к ним опять. ******** Туман рассеивался. Впервые за много месяцев лучи солнца коснулись его лица. Хвэй зажмурился. Он отвык от света. Отвык от тепла. Он жаждал вернуться в тот холод и сумрак, что остались за его спиной. Но Падший Король был прав. Есть лишь один способ сохранить их связь - разрывать ее, чтобы потом снова срастаться воедино. Художник остановился и, жмурясь, поднял глаза к проясняющемуся, дразнящему синевой небу. Да будет так. Он уходит, влекомый своей судьбой. Но он вернется. Виего любит его. В их последнюю ночь, они не уставали повторять друг другу эти слова. Я люблю тебя. Виего любит и ждет, а значит Хвэй вернется. Несмотря ни на что.